18. Звезда

Интерес сжирал Ино изнутри, тихо и настойчиво, как муравьи. Она села у окна, в телефоне открылся браузер, пальцы едва дрожали от лёгкого предвкушения, и она погуглила. Нашла. Страница за страницей, кадры одной съёмки, где он стоит, слегка выгнувшись, обе руки подняты и держатся за трость. Короткий топ оголяет плоский живот, линии ребер, тонкий изгиб талии. Всё аккуратно, почти хрупко, и в то же время так откровенно, что взгляд цепляется и не отпускает. Ино сжала ноги, почувствовала, как в горле пересохло. Внутри что-то рванулось, и не только любопытство, но и странная, тёплая дрожь. Её пальцы лихорадочно перелистывали фото одно за другим, и каждый новый кадр действовал словно лёгкое прикосновение, когда дыхание учащается, а разум пытается наложить на картинку слова, которые объясняют всё по-умному. Не вышло. Объяснений не было, только ощущение и громкий, почти непристойный ритм в висках. Она резко выключила экран, как будто свет мог подкопать её хрупкое равновесие. Встала, подтянула к себе покрывало и на бегу прохрипела: — Я спать пойду. Спокойной ночи. Хината подняла глаза, улыбнулась лёгкой, тёплой улыбкой. Наруто кивнул, не отрывая взгляда от телефона. Ино вышла на веранду, глотнув прохладного воздуха. Ночь была мягкая, и звёзды будто висели низко, чтобы их можно было потрогать. У забора стоял Сай, его силуэт в лампе, руки в карманах, спина ровная. Было темно и чуть зябко. Ино съёжилась, обняла себя, но встала рядом, по привычке оставаться в поле видимости. Он посмотрел на неё и неожиданно тепло улыбнулся. В его улыбке читалась какая-то простая бережность, как у человека, который рад даже мелкой компании. Ее компании. — Ино, — сказал он тихо, словно констатируя факт, — ты тут. Её сердце отозвалось маленьким смешком. Она невольно повторила ту же интонацию, и в голосе её зазвучала лёгкая насмешка: — Сай. Она присела на перилo, ноги свесила в темноту. — Просто хотела подышать воздухом, — быстро пояснила она, поднимая лицо к небу. — Что ты здесь делаешь один? Он опёрся локтём о забор, взгляд снова упал на звёзды, потом вернулся к ней. — Не мог спать, — неожиданно честно ответил он. — Решил пройтись. И... хочу поблагодарить ещё раз. За то, что подвезли. Ну и за компанию. Тут всё как-то спокойнее, когда понимаешь, что не один. Ино чуть наклонила голову. В её груди разлилась тёплая, простая, человеческая радость от того, что кто-то рядом чувствует то же самое. — Ну раз так, — улыбнулась она, — садись. Посмотрим на звёзды. Он сел рядом, между ними не было неловкости, только лёгкая тишина, которую можно было обнимать. Ветер играл у неё на висках, его запах смешивался с запахом ночной пыли и далёкого жареного хлеба. Они молчали, и в этом молчании становилось легче. — Сай, — позвала она, едва выдерживая паузу. Сай рассмеялся. Так и знал, что Ино не усидит на месте больше двух минут. Кивнул, показывая, что слушает. — А что значит твоя татуировка? — выпалила Ино, глаза горели любопытством. Сай задумался, будто вынимая из памяти картинку: — Оу… Ты про звезду? — спросил он в ответ, и на лице мелькнула лёгкая улыбка. — Да, звезда. У меня их несколько. Он откинулся на перила, рукав слегка задрался. Ино заметила тёмную ткань, скрывающую часть чертежа. — Есть на правой руке, — провёл он рукой так, что рукав подвинулся ещё чуть-чуть, — и ещё одна на ребре, с надписью на испанском. Покажу потом, когда светче будет, сейчас рукава слишком длинные. Ино уютно прижалась к перилам и чуть наклонилась вперёд, почти шёпотом: — А что там написано? Сай перевёл взгляд к небу, где редкие облака лениво закрывали звёзды. Казалось, он действительно взвешивает стоит ли произносить вслух то, что обычно остаётся под кожей. — Пару слов, — наконец сказал он тихо. — Личное. Про то, что нельзя забывать, даже если очень хочется. Ино склонила голову, изучая его профиль. В тусклом свете фонаря черты казались мягче, чем днём. — Это что-то грустное? — осторожно спросила она. Он чуть повёл плечом. — Скорее… напоминание. Чтобы не сбегать от себя. Чтобы помнить, кем был и кем хочешь стать. Ветер коснулся её волос, и она машинально убрала прядь за ухо. — Звучит серьёзно для татуировки на ребре, — улыбнулась она. — Это же больно. — Было, — спокойно кивнул он. — Но боль тоже часть смысла. Тогда лучше запоминается. Ино на секунду замолчала, потому что неожиданно захотелось быть аккуратной. — Когда-нибудь покажешь? — спросила она мягче, без прежней насмешки. Сай посмотрел на неё уже прямо. — Покажу, — сказал он без паузы. Ино усмехнулась, но в груди что-то тихо отозвалось. — Договорились, — ответила она. — Только предупреждаю, я любопытная. — Я заметил, — сказал он, и их смех растворился в прохладной ночи, уже без неловкости, почти по-домашнему. — А звезда, — Сай провёл пальцем по шее и вздохнул, чуть задумчиво, — это немножко глупо, если честно. — Я никогда не стремился быть "звездой". Публичность, как кандалы. Иногда кажется, что она давит больше, чем даёт. Тату вроде иронии, когда говоришь себе "я не обязан светить", а потом молча завидуешь людям, которые не боятся этого. Ино кивнула, глаза в тусклом свете фонаря стали мягче. Она положила ладонь на перила, глубоко вдохнула ночной воздух и ответила тихо: — Знаешь, я не могу сказать, что полностью тебя понимаю. Всю жизнь я пыталась хоть чуть-чуть выделиться, чтобы меня заметили. Но я знаю не понаслышке, как это утомляет и ранит. Иногда внимание вовсе не тепло, а груз, который давит ребра. Сай тёпло улыбнулся, будто рядом с ней стало легче дышать. — Тогда мы оба с одной стороны баррикад, — сказал он. — Ты бежишь к свету, я от него прячусь. И в этом есть странная честность. Ино слегка рассмеялась, мягко. Ночь вокруг них будто согнулась ближе. Циферблат часов отсчитывал медленные секунды, звёзды мерцали без претензий. — Покажи мне когда-нибудь ту надпись на ребре, — попросила она. — Я обещаю не обсуждать и не делать вид, будто всё знаю наперед. Он повернул к ней лицо, и в его взгляде было согласие. — Покажу. Когда буду готов.