кролики и волки.

Животная ярость и душевное ликование когда стоишь над трупом своего врага, даже если вчера он был твоим другом.  Обстоятельства вынуждают нас идти на поводу своих инстинктов, и кто бы ни говорил что у человека их нет, по природе мы животные. Когда последний выход остается в том, чтобы убить ради выживания, мы это сделаем, и нас не будут мучать терзания внутри нас, ведь в глубине сознания мы понимаем, что были правы и имели волю убить другого. Правильно говорят хорошо там, где нас нет, потому что мы безжалостные к своим друзьям, и добрые к своим врагам. Потому что только они могут понять насколько ярость может быть всепоглощающей, понимают и прощают нам все грехи. Мы никто перед смертью, и никто перед жизнью, но она заставляет нас делать выбор. Либо умри, либо убей, и такова её воля, и нет места больше состраданию.  В день когда самолет упал и мы чудом выжили, все казалось таким неправильным, чужим и жутким. Я помню когда первый раз убила Оленя. Шона перерезала ему горло и долго смотрела как кровь покидает уже мертвое тело, она подставила руки под поток крови и ждала, пока кровь вытекает. Я подумала что она сошла с ума, и это выглядело до жути страшно. Помню мы  как голодные волки набросились на ногу этого жареного оленя, и были похожи на стаю собак.  С тех пор прошло ещё пару месяцев, мы с ужасом осознали что перестреляли всю крупно-рогатую живность в округе. Шона начала охотиться на кроликов, голыми руками она ломала их шеи и освеживала их, мы даже какое-то время ее боялись, но позже и сами начали так делать. Когда закончилась и мелкая дичь мы стали голодать, это было невыносимо, нас рвало по несколько дней от того, что каждый день жевали одну траву, Лесли от безумия начала есть мелких букашек.  Помню как первый раз убила человека. Это была Лотти, мы создали свои личный культ, я стала королевой Улья. Мы устроили на неё охоту, это были незабываемые ощущения, я чувствовала себя буквально в шкуре волка, именно я загнала её в ловушку, она провалилась под землю и упала прямо на воткнутые из земли копья, мы долго строили эти ловушки, но не подумайте, изначально они были для животных. Я тогда сильно перепугалась когда увидела снизу её тело, она упала на спину, Лотти ещё была жива, она ужасно хрипела и кашляла кровью, её открытые глаза, в них в тот момент не отражалась ничего, просто пустота. Я закончила её мучения, той же ночью мы впервые попробовали человечину, страшно признаться, но мне понравилось, очень понравилось.  С тех пор мы проводим жертвоприношения нашей вере и королеве Улья, то есть мне.  Спустя один год я осталась совсем одна, я всех съела, и не жалею об этом. Жизнь моя была паршива, родилась в одиночестве, в одиночестве и умру. Голодая уже пару месяцев, тогда был январь. Не было сил даже двигаться, но я все равно пошла к ловушке куда когда-то загнала Лотти. Я подошла к её краю, развернулась спиной и упала вниз, меня проткнули острые копья в ней скольких местах, пробив правую руку, левое легкое и берцовую кость в левой ноге. В тот момент я вспомнила Иисуса, которого прибили гвоздями к кресту, его убили за доброту и веру, а я убиваю себя потому что понимаю насколько я грешна, мне не будет покоя ни на земле, ни в аду, человеческая жестокость привела меня к такому концу, сверху на моё лицо мирно падали снежинки растворяясь и моей горячей крови что лилась подо мной, земля впитает всё, все страдания, и не услышанные мольбы. Наблюдая как медленно плывут облака, я прикрыла глаза, теперь я больше не смогу увидеть этот мир. Поэтому волки умирают последними.