16.1

Тошнота подкатывала к горлу мелкими, удушливыми волнами с самого утра, превращая каждую попытку сделать глоток воды в изощренную пытку. Райну выворачивало наизнанку. Мутило от резкого запаха дорогого парфюма Октавиана, от глянцевого блеска кухонных фасадов, от самой себя. В голове царил сумбур, а отвратительные, выматывающие последствия нежелательной беременности с каждым днём затягивали удавку на её шее всё туже. Каждая клеточка тела словно бунтовала против этого чужеродного, внезапного присутствия внутри. Как назло, Октавиан в последнее время стал невыносимо внимательным. Его безупречные манеры теперь казались Райне настоящей каторгой под прикрытием заботы. Он слишком долго задерживал на ней взгляд за завтраком, слишком дотошно расспрашивал о самочувствии и о том, как именно она умудрилась так нелепо попасть в аварию. Она убеждала себя, что это всего лишь бушующие гормоны обостряют любое слово, адресованное ей, и любое действие. Кусала щеки до крови, чтобы не сорваться под его пристальным прищуром. Но самым страшным и тупиковым был другой вопрос. Вопрос, который выжигал её изнутри дотла, стоило ей остаться наедине со своими мыслями. От кого? Райна закрыла глаза, до боли сжав здоровой рукой край мраморной столешницы. Холодный пот выступил на лбу. За последние месяцы её жизнь превратилась в хаотичный водоворот, в котором она окончательно потеряла контроль над собственным телом. Кого она только не успела впустить в себя за последние тридцать дней, отчаянно пытаясь заглушить внутреннюю пустоту и боль. Лица, чужие прикосновения, вспышки запретной страсти и супружеского долга смешались в сплошное, грязное месиво. Сроки, которые Джулс обозначила в сообщении, ни черта не проясняли. Четыре-пять недель — идеальное время для всех вероятностей. Перед самым выходом из дома, пока Октавиан ожидал в машине, Райна скользнула в ванную, сдёрнула насадку его электрической щетки и спрятала на самое дно сумки, завернув в шёлковый платок. Туда, где по-прежнему хранилось помолвочное кольцо от другого мужчины. Отвлечься от насущных проблем, загрузив себя работой, как к тому привыкла Райна, тоже не удалось. Стоило открыть дверь своего кабинета, как взгляд тут же наткнулся на женский силуэт у окна, от которого исходила тонкая струйка дыма. Райна сразу же признала свои сигареты, пачку которых оставила на окне ещё пару недель назад. С трудом сдержав очередной тошнотный позыв, вызванный терпким запахом табака, она прошла вглубь кабинета и остановилась у края стола. Чувствовала себя так, словно оказалась на чужой территории, хотя на двери снаружи висела табличка с её собственным именем. Адриана медленно повернулась. На ней было пальто изумрудного цвета, безупречно уложенные волосы и всё те же вишневые духи, от которых отныне выворачивало наизнанку. — Привет, Райна. — Ну, привет. Появление этой женщины давно перестало быть чем-то знаменательным или неожиданным. Стоило Райне прекратить всякие попытки найти её, разобраться в запутанном состоянии и хоть чем-то помочь, как Адрианы в жизни стало слишком много. Из разбитой, хрупкой девушки, какой она казалась когда-то, Кейворд окончательно превратилась в коварную стерву без намёка на моральные ценности, чьи самые грязные злодеяния теперь легко и удобно оправдывались ментальной болезнью. — Плохо выглядишь, — констатировала Адриана, пробежавшись взглядом по внешнему виду девушки. — А ты впервые за долгое время выглядишь хорошо. Надолго это? — Мило, — Адриана снисходительно улыбнулась, ничуть не задетая укором. — Зачем ты пришла? Чего тебе в этот раз? Адриана не ответила сразу, если вообще планировала это делать. Она сканировала эмоции Райны — то, как та забавно хмурит брови, как поджимает и без того разбитые губы, а одной рукой всё крепче сжимает ремешок сумки. — Почему ты злишься? — искренне, с мягким недоумением в голосе спросила Адриана, склонив голову набок. — Что? — Я оставила его тебе. Разве не этого ты хотела? — О чём ты вообще говоришь? — Да брось, — Адриана сама сократила расстояние между ними. Она сделала это так бесшумно и быстро, что Райна даже не успела выставить перед собой руку в защитном жесте. Холодные пальцы Кейворд нежно, почти невесомо коснулись травмированной, посиневшей от гематомы щеки Райны. Это ласковое прикосновение заставило кожу покрыться мурашками. — Болит? — вкрадчиво, будто бы с приторным сочувствием прошептала она. — Отстань от меня, — Райна резко дёрнула головой, сбрасывая чужие пальцы. — Адриана, серьёзно. Какую игру ты вообще ведёшь? Про Ксандра заговорила, да ну? Ревнуешь? — Если и ревную, то точно не его. — Вот не надо! Оставь это, — Райна раздражённо взмахнула рукой. — Откуда в тебе вообще столько безрассудности? У тебя дочь! Ты бросаешь её, а потом снова приходишь, когда совсем накрывает. Чуть отпускает — и снова бросаешь! У тебя вообще хоть что-то святое осталось, Кейворд? Это же твой ребёнок. Слова сорвались с губ хлёстко, с долей той самой личной, наболевшей злости, которую Райна больше не могла в себе душить. Присутствие Кассандры в этой изломанной истории всегда было для неё самой болезненной точкой. — И что ты предлагаешь? Я только врежу им. — Ты вредишь ей тем, что устраиваешь девочке эмоциональные качели. Перестань вести себя как подросток и начни уже лечиться. Не ради себя, а ради неё. Ей нужна мать, Адриана. Кейворд отвела взгляд от Райны, уставившись куда-то в пол, и на мгновение показалась той самой сломленной девушкой, которой была когда-то. Она призадумалась, неловко переступила с ноги на ногу и замялась, словно взвешивая в голове какую-то совершенно дикую для себя мысль. — Если я… — Адриана запнулась, её голос прозвучал непривычно тихо, без капли прежнего превосходства. Она снова посмотрела на Райну с мелькнувшей жалостью в глазах. — Если я начну? Возьмусь за голову… Тогда ты простишь меня? Райна устало выдохнула, чувствуя, как злость внутри сменяется состраданием. Ей хотелось закричать, что прощение нужно просить не у неё, а у Ксандра и маленькой Кас, но вид ломающейся на глазах Кейворд окончательно лишил её сил. — Тогда и поговорим, — отрезала Райна, обходя стол и садясь в своё кресло. — А сейчас тебе пора. Уходи. Кейворд постояла ещё секунду, а затем молча кивнула. Спрятав руки в карманы пальто, она бесшумно вышла из кабинета, оставив после себя шлейф горького сигаретного дыма и противное послевкусие. Райна откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Голова раскалывалась. Кое-как заставив себя включить компьютер, она погрузилась в рутину. Цифры, таблицы и бесконечные согласования на пару часов стали её спасительным щитом, отвлекающим от утренней тошноты и внутреннего хаоса. Но стоило часам на стене показать начало обеденного перерыва, как напускное спокойствие испарилось. Оставив компьютер включённым, она схватила сумку и, даже не закрыв дверь кабинета на ключ, поспешила к выходу. Лифт, подземная парковка, душный салон служебного автомобиля. На дорогах было относительно пусто, и Райна гнала, крепко сжимая руль здоровой рукой. Пачка сигарет на пассажирском сиденье так и молила выудить одну и крепко затянуться, но от одного взгляда на неё желудок скручивало спазмом. Организм сам, без её согласия, выстраивал барьеры, защищая то, что росло внутри. И это бесило сильнее всего. До клиники она добралась за пятнадцать минут, чудом не собрав по пути все штрафы за превышение. Дверь в кабинет Томпсон была приоткрыта. Джулс сидела за столом, что-то быстро печатая на клавиатуре, но, стоило Райне без стука ворваться внутрь, женщина тут же подняла голову. — Райна? О господи… — она окинула девушку взглядом и охнула, хватаясь обеими руками за грудь. — Что ты… — Неважно. Джулс, мне помощь твоя нужна, — оборвала её Райна, не давая вставить ни слова жалости. Она подошла вплотную к столу, расстегнула сумку и выудила оттуда шёлковый платок. Раскатав ткань прямо по полированной поверхности, Райна обнажила пластиковую насадку от электрической щётки. Джулс нахмурилась, переводя взгляд с белого пластика на застывшее лицо девушки. — Это Октавиана? — Угу, — мгновенно промычала Райна, чувствуя себя жалко. Томпсон молча достала из ящика стерильный зип-пакет и с помощью пинцета аккуратно переложила туда насадку. — Если… — она запнулась, тут же прочищая горло. — Если хочешь конкретики, то ещё привози… что-нибудь. Мне без разницы сколько, я сделаю вид, что… — Спасибо. Важно только узнать, Октавиана он или нет, — оборвала её Райна. Голос звучал сухо, без единой эмоции, хотя Райне сложно было держать себя в руках. Злилась. На себя и на обстоятельства, которые с каждым днём всё сильнее загоняли в угол, вынуждая чувствовать отвратительные последствия собственных решений. — Хорошо… Тогда я могу тебе позвонить и приедешь за ними, либо также сообщением прислать… Как хочешь. — Да перестань ты уже мямлить! — Райна сорвалась резко, почти вскрикнув, но тут же зажмурилась, потирая двумя пальцами переносицу. — Прости. Сообщением, да, нормально будет. Не хочу сюда лишний раз соваться. Джулс лишь понимающе кивнула, не став обижаться на грубость. Прекрасно знала, что это её вина, и Райна теперь отдувается за чужую оплошность. Ещё больше Томпсон боялась, что Рейн может узнать об этом. — Ладно. Тогда я напишу. Райна коротко кивнула и, больше не говоря ни слова, вышла из кабинета. *** Автосервис встретил Райну привычным, въевшимся в бетон запахом моторного масла, бензина и дешёвого растворителя. От этого коктейля желудок снова предупреждающе сжался, но она упрямо пошла вперёд, минуя поднятые на гидравлических подёмниках кузова и раскиданные по углам запчасти. Свою машину она заметила сразу — чистая, с идеально ровным новым крылом, она сияла под лампами бокса, выбиваясь из общей атмосферы рабочей грязи. Макс обнаружился неподалеку. Он стоял у открытого капота соседнего внедорожника, вытирая испачканные мазутом руки о серую ветошь. Заслышав шаги, мужчина обернулся и его усталое лицо мгновенно изменилось. Взгляд заскользил по гипсу на руке Райны, перетёк на разбитую губу, а затем остановился на её неестественно бледном лице. — Привет, — Макс отбросил тряпку в сторону и сделал шаг навстречу. — Стоит спрашивать о твоем состоянии? — Лучше спрошу я. Как моя машина? Он пару секунд молча разглядывал её, а затем понимающе вздохнул. Настаивать не стал — Макс вообще умел вовремя уходить в тень и не лезть под кожу, за что Райна сейчас была ему искренне благодарна. — Почти готова, — он кивнул в сторону начищенного автомобиля. — Электрику проверили, крыло встало как родное, краску подобрали идеально. Осталось только сход-развал докрутить, мастер как раз заканчивает. — Отлично. Ноги внезапно налились свинцом, а перед глазами на мгновение всё поплыло. Душный, пропитанный химикатами воздух бокса окончательно доконал её многострадальный организм. Райна пошатнулась и, чтобы не упасть, опустилась на низкий диванчик для клиентов, стоявший прямо у стены. Она откинула голову назад, прижимаясь затылком к холодному бетону, и прикрыла глаза, тяжело дыша. Макс тут же оказался рядом. Заметив, как резко она побледнела, он без лишних слов опустился перед ней на корточки, заглядывая в лицо. На его лбу прорезалась глубокая морщина. — Райна? Эй, тебе плохо? Что принести — воды, чаю? Чем помочь? — Ничего не надо, — она вяло отмахнулась, не открывая глаз. — Просто… голова закружилась. Дай мне минуту. Вместо того чтобы отстраниться, Райна вдруг потянулась вперёд и слабо сжала его ладонь своей. Макс замер, удивлённо глядя на их соединённые руки, но пальцы не убрал. — Расскажи лучше… как вы с Одри? — тихо спросила Райна, наконец открывая глаза и всматриваясь в его лицо. — Как ваши отношения вообще? Макс молчал. Только плотнее сжал губы в тонкую линию, выражая тем самым, как тяжело ему переносить этот разговор раз за разом. — Ну же, Макс, — тише добавила она, чуть сильнее сжав его пальцы. — Ты не полюбил её за это время? Не появилось желания… ну, знаешь, построить с Одри нормальную семью? Найти в ней что-то приземлённое, спокойное, без этих вечных драм? — Имеешь в виду «без тебя»? — Райна горько усмехнулась, опустив взгляд на их руки. Источником всех бед и катастроф в жизни этого мужчины всегда, бесповоротно была она сама. — Ну… Типа того. Макс не отпустил чужую руку. Напротив, он накрыл девичью ладонь своей второй, заставляя Райну снова посмотреть на него. Внимательно вглядывался в её бледное лицо, подмечая каждую деталь: от дрожащих губ до залёгших под глазами теней. Догадка, пока ещё смутная, но слишком чёткая, окончательно оформилась в его голове. — Райна… Ты хочешь остаться? — Не знаю. Не смотри так, я правда не знаю пока. Варианты перебираю, наверное. — Серьезно? — Ну чему ты удивляешься? — Райна цокнула языком и нахмурила брови, а во взгляде вспыхнула старая, знакомая обоим досада. — Я хотела уехать, но ты всё испортил. — Не так уж и много времени прошло. Что изменилось? — А у тебя самого ничего не изменилось? — Райна прищурилась. Она чуть сильнее сжала ладонь мужчины и рывком приподняла её вверх, заставляя его самого посмотреть на свою руку. Свет от ламп послушно блеснул на ровной, глянцевой поверхности золотого кольца на его безымянном пальце. Макс поджал губы, не найдя слов для ответа. — Вот и я о том же, — тихо подвела черту Райна, медленно разжимая пальцы. В этот момент тишину бесцеремонно разрезал хлёсткий, знакомый звук мотора. Этот рокот заставил Райну мгновенно подобраться. Панорамные ворота автосервиса начали медленно ползти вверх, и в открывающемся проёме показался приметный спортивный автомобиль. Паника затопила её за долю секунды. Забыв про ноющую боль в сломанной руке, Райна рванулась вперёд. Она в один прыжок преодолела расстояние, резко дёрнула на себя заднюю дверь своей уже отремонтированной машины и буквально влетела в салон. Распластавшись на кожаном сиденье, Райна сжалась в комок пониже уровня окон и затаила дыхание. Макс от такого перформанса сначала опешил. Он медленно поднялся с корточек, едва заметно вскинув бровь, в полном непонимании глядя на внезапно опустевший диванчик, а затем на захлопнувшуюся дверь её легковушки. Когда из подъехавшей машины вылез мужчина в форменной куртке, поправляя её на ходу, Макс быстро сложил дважды два в голове и усмехнулся, покачав головой. Он сделал пару шагов навстречу вошедшему, намеренно загораживая собой обзор на задние стёкла машины Райны. — Ты чего? — мужчина нахмурился, протягивая руку для пожатия. — Привет. — Привет, Ксандр, привет… — Макс негромко рассмеялся, крепко пожимая ему руку. — Да так, задумался просто. Райна, затаив дыхание на заднем сиденье, напряжённо вслушивалась в каждый шорох. Обзор из её укрытия был нулевым, но по звукам она поняла, что ван Хейс подошёл ближе к Максу. Послышался сухой шелест — Ксандр что-то передал ему из рук в руки, а может и наоборот. — Пора бы перестать через одно рукопожатие нам с ней общаться. Когда вы уже приедете в гости? — Видимо, когда в городе закончатся все шибанутые… Прости. Колкость Керроу была пропущена мимо ушей. Вместо ответа он скользнул равнодушным взглядом мимо Макса и зацепился за сияющий свежей краской автомобиль Райны. На секунду ван Хейс задержал на нём тяжёлый, проницательный взор. Под лампами бокса идеально ровное новое крыло выглядело безупречно, скрывая следы недавнего столкновения. Ксандр прекрасно знал, чьё это авто и при каких обстоятельствах оно пострадало — ведь он сам приложил к этому руку. Но на его суровом лице не дрогнул ни один мускул. — Я поеду. Работы много. — Да и у меня… — Макс понимающе кивнул, убирая переданную вещь в карман комбинезона. Ван Хейс уже сделал шаг к своей машине, но у самых ворот притормозил и через плечо бросил: — Передавай ей привет и целуй в обе щёки от меня. — Разумеется… Грохот опускающихся ворот автосервиса и удаляющийся рокот спортивного мотора оповестили о том, что опасность миновала. Но Райна не шевелилась. Она продолжала лежать на заднем сиденье, намертво вцепившись пальцами здоровой руки в обивку и боясь сделать даже лишний вдох. Навалившаяся усталость и страх сковали тело, превращая его в кусок свинца. Щелчок дверного замка заставил её вздрогнуть. Макс вальяжно опёрся локтем о крышу автомобиля и наклонился, заглядывая внутрь. На его губах играла откровенно насмешливая ухмылка, а в глазах плясали весёлые черти. Он молча разглядывал распластавшуюся на кожаном диване Райну, которая выглядела в этой позе максимально нелепо. — Ну? Ничего не хочешь мне рассказать? Райна тяжело вздохнула, заставив себя пошевелиться. Кое-как поднявшись, она села на край сиденья и свесила ноги наружу. Свободной рукой поправила растрепавшиеся волосы и посмотрела на мужчину. Макс послушно отступил на шаг назад, освобождая ей пространство, и скрестил руки на груди. Насмешливое выражение с его лица никуда не делось, но во взгляде появилось и любопытство. — Что он тебе отдал? — Райна кивнула на карман его комбинезона, куда пару минут назад исчезла загадочная вещь от капитана полиции. — Что это было? Макс равнодушно пожал плечами, даже не потянувшись к карману. — Да так, мелочёвку для Одри. — Мелочёвку для Одри? — переспросила Райна, недоверчиво прищурившись. — А с чего бы ему выполнять её поручения и что-то ей через тебя передавать? Какие у них отношения? Макс хмыкнул, оценив её внезапную подозрительность, и склонил голову набок. На его губах снова промелькнула насмешливая улыбка. — А какие у вас с ним отношения? — Не паясничай, — Райна недовольно поджала губы, раздражённая тем, как ловко он перевёл стрелки. Видя, что она начинает закипать, Макс вздохнул и, наконец, перестал улыбаться. — А почему бы ему не выполнять поручения своей сестры? У Райны глаза округлились до размера пятирублёвых монет. Она застыла на месте, во все глаза уставившись на Макса, словно он только что заговорил на древнегреческом. Воздуха в лёгких как будто поубавилось. — В смысле? — выдохнула она, ошарашенно качнув головой. — Какая сестра? Как это вообще возможно? Да они же… они же даже внешне ни капли не похожи! — Ты со своим братом тоже не две капли воды, знаешь ли… — Макс хмыкнул, беззлобно, но весьма метко парируя её аргумент. — Бывает такое. Ваши с ним отношения, судя по всему, не далеко сдвинулись, раз он тебя даже со своей семьей не познакомил. — У него жена вообще-то. — Ой, хорош тебе. Не смеши. Вы с ним вчера что ли познакомились? — Он меня с дочкой познакомил… — тихо, почти защищаясь, сказала она. — Это круто. Кассандру он любит, если кого-то решил представить ей, то… — он замолчал, переваривая услышанное. Пазл в его голове окончательно сложился, но картинка ему явно не понравилась. Опустив руки, Макс сделал ещё полшага назад. — Ясно. Вот почему ты передумала? — Нет. Не из-за него, — Райна инстинктивно потянулась к животу, но вовремя одёрнула руку. Нет уж. Этот «секрет» точно не узнает никто больше, кроме неё и Томпсон. По крайней мере, до тех пор, пока на руках не будут результаты теста. — И вообще я ещё ничего не решила. — Давно вы с ним. ? — он невнятно промычал, будто не смог правильно сформулировать вопрос или не нашёл в себе сил произнести те слова, что правильно охарактеризовали бы появившийся в последнее время блеск в глазах девушки, их слишком редкие встречи и срыв всех былых планов. Макс шмыгнул носом и отрицательно покачал головой, обрывая самого себя на полуслове. — Нет. Не хочу знать. — Макс… — Серьёзно, не надо. Абсурд ситуации зашкаливает, — он сделал несколько шагов по помещению, описав круг, и остановился в том же самом месте, где и стоял изначально. — Город же большой. Как вообще… — громко цокнув языком, мужчина, в попытках отвлечься, потянулся к первому попавшемуся инструменту, коих разбросано по полу было достаточно. — У меня слов нет, честно. Что-то пошло не так с Райной Рейн, не думаешь? Она криво усмехнулась, тут же поморщившись от болезненной пульсации в щеке. — Не думаю. А уверена. Поднявшись наконец на ноги, девушка захлопнула дверь своего автомобиля и уже развернулась в сторону служебного, но обрывать разговор на полуслове не хотелось. Чувство недосказанности в последнее время и так проедало плешь в груди. — Дай мне неделю, ладно? — в ответ Керроу усмехнулся. — Пяти лет не хватило? — Ты в остряки записаться решил? Сам момент промахал, чего на меня теперь срываешься? Макс с силой швырнул инструмент куда-то в сторону. Эхо раздалось по всему боксу, отдавая гулом в ушах. — Ван Хейс, твою мать? Серьёзно? Других мужиков во всём городе не нашлось? Ещё несколько секунд она смотрела на мужчину, нахмурив брови, а после истерично хохотнула. — Так вот чего ты дёргаешься? Совесть воззвала? Или злишься, что он тебя подвинул? — Какая совесть, очухайся уже! — Макс едва ли сдерживался, чтобы не перейти на крик, но помимо злости в его голосе было что-то ещё. Что-то, что распознать она смогла не сразу. Страх. И в этот раз не за неё. — Он — коп! Да не какой-то на побегушках, а капитан. Если копнуть на тебя чуть решит, не соображаешь, что будет? — С чего бы ему на меня копать? — Райна вызывающе вскинула подбородок, хотя внутри всё неприятно сжалось. — Да откуда мне знать-то?! — Макс всплеснул руками, в нетерпении меряя шагами расстояние от неё до верстака. — Я, если бы копом был, то всех знакомых своих по базе бы проверял. Просто на всякий случай! — А сам-то? Думаешь, что с его сестрой замутить лучше? Да это в сто раз хуже! На себя где-то подзабьёт может, а вот за сестру точно трястись будет. Я бы, будучи копом, всех хахалей своей сестры по базе бы проверяла, — она прикрыла глаза ладонями. Гипс неприятно царапнул бровь. — Боже, я до сих пор не могу поверить, что она — сестра Ксандра. Господи. Цирк, просто цирк. Райна обессиленно привалилась спиной к бетонной несущей колонне, которая оказалась прямо позади неё. Она опустила руки от лица и уставилась в глухую стену напротив, чувствуя себя абсолютно опустошённой. Макс постоял пару секунд, разглядывая мыски своих рабочих ботинок, а затем негромко выдохнул и подошёл ближе. Он встал рядом, тоже оперевшись плечом о соседнюю грань той же колонны. Запал ярости иссяк. В боксе снова стало тихо. Они просто стояли плечом к плечу, погружённые каждый в свои невесёлые мысли, пока тяжёлый осадок от взаимных упрёков всё ещё бил где-то на грани сознания. — Делать-то что? — негромко, без прежней злости спросил Макс, глядя куда-то перед собой. Этот вопрос прозвучал почти безысходно. Райна резко повернула к нему голову, и в её глазах снова на мгновение вспыхнула прежняя волна ярости. — Неделю дай мне, сказала же! Развернувшись, Райна быстрым шагом направилась к служебной машине, на которой приехала сюда, даже не оборачиваясь. Этот внезапный всплеск агрессии был направлен вовсе не на Керроу. И они оба это понимали. Её трясло от его слов, потому что он был прав. Полностью, сука, прав, от первого до последнего предложения. От этого факта внутри всё переворачивалось. Они оба — и она, и Макс — с каким-то мазохистским упорством ходили по минному полю. Ходили так уверенно и слепо, будто делали это нарочно. В кармане завибрировал телефон, заставляя вздрогнуть. Раздражённо выдохнув, она даже не глянула на имя абонента — просто выхватила мобильный, с силой прижала его к уху и рявкнула в трубку сквозь зубы: — Что надо?! На том конце провода повисла короткая пауза. Райна уже набрала воздуха в грудь, готовая на три невесёлых буквы послать очередных мошенников или некстати вспомнивших о ней коллег, как вдруг из динамика раздался приглушённый, до боли знакомый смешок. Сердце тут же пропустило удар, а вслед за смехом последовал слишком спокойный, бархатистый баритон: — Я не вовремя, да? Ты где? — Ксандр… — она устало улыбнулась и привалилась лбом к верхнему краю открытой двери машины. — Привет. Я… машину хотела из сервиса забрать. Не готова ещё. А ты? — Я что? — включая дурака, уточнил он. В его голосе явственно слышалась улыбка. Ксандр продолжал мучить её этим издевательским, тягучим тоном. В своём нынешнем положении Райна вспыхивала от одного неверно брошенного слова, и эти кошачьи попытки капитана играть с ней, как с пойманной мышью, взбесили в корне. — Ты зачем звонишь? — Ты чего нервная такая? — вопреки её истеричному тону, его, напротив, оставался спокойным и мягким. — Соскучился я… увидеться хочу. Давай заберу тебя? Райна на мгновение замялась, бросив быстрый взгляд на Макса, который всё ещё хмуро наблюдал за ней со стороны. Возвращаться в пустой дом или ехать на работу, после столь невыносимого разговора с Керроу, не хотелось совершенно, а присутствие Ксандра, как бы сильно он её ни злил из-за бушующих гормонов, сейчас парадоксальным образом казалось единственной усладой. — Откуда заберёшь? — Да откуда скажешь. — Давай встретимся в том новом кафе, что рядом с мэрией открылось. Буду там минут через двадцать. — Договорились. Скоро буду, — коротко отозвался Ксандр, и в трубке раздались гудки. Спустя полчаса Райна уже сидела за небольшим круглым столиком у самого окна кафе. На улице кипела жизнь: мимо стекла проносились спешащие пешеходы в строгих костюмах, проезжали дорогостоящие иномарки. Перед ней дымилась чашка с нетронутым зелёным чаем. Райна сидела неподвижно, опершись рукой о подбородок и пустым взглядом пялила в зеленоватый напиток. Ксандра все еще не было. Ворох мыслей проносился в голове, и одна из них, самая противная, настойчиво твердила, что мужчина и вовсе не приедет. Может у него внезапно поменялись планы: срочный вызов, очередное дело, работа… Или жена. От последней мысли Райна поморщилась, чувствуя, как остатки хорошего настроения остывают быстрее чая в чашке. Вдруг прямо перед её носом, перекрывая вид на чашку, опустился пышный, невероятно ароматный букет нежно-розовых пионов. — Заставил понервничать? — раздался прямо над её ухом тихий, мурлыкающий голос. А после ван Хейс опустился в кресло напротив, расстегивая куртку и вальяжно откидываясь на спинку. — Вау… Романтика какая, — Райна скептически изогнула бровь, хотя пальцы невольно коснулись прохладных, нежных лепестков. — С чего вдруг? — Ну я подумал, что мы всё время то трахаемся, то ругаемся. А конфетно-букетный период как-то мимо нас прошёл. Надо исправлять. Райна на секунду зависла, переваривая его обезоруживающую прямоту, а затем показательно вздохнула и покачала головой, пряча за этим улыбку. — Ну вот и пришёл конец романтике. Тебя хватило аж на полминуты. — Прости. Но я старался. — Верю. Спасибо. Они помолчали немного. Тишина между ними перестала быть натянутой, но груз недосказанности всё равно давил на плечи. Райна крутила пальцами ручку чашки, глядя на то, как Ксандр спокойно изучает её лицо, подмечая небывалую прежде усталость в глазах. — Ты просто встретиться захотел или поговорить о чём-то? — нарушила молчание она, взглянув на него. Ксандр слегка подался вперёд, оперевшись локтями о стол и сцепив пальцы в замок. — Просто. Но и поговорить нам тоже не помешает. Например, о том, когда именно ты собираешься ко мне переезжать. Он выдал это абсолютно буднично, в лоб, без тени сомнений или наводящих вопросов. Будто это решение было уже давно принято и не подлежало обсуждению. Райна даже опешила от такой наглой уверенности, чувствуя, как внутри снова поднимается волна паники, что подогревалась словами Керроу. — Я не знаю, что сказать, — честно призналась она, сглотнув подступивший к горлу ком. — Назови дату, когда мне приехать за твоими вещами, — Ксандр даже бровью не повёл, продолжая гнуть свою линию с непоколебимым спокойствием. — Ксандр, блин… — Райна помассировала виски, чувствуя себя загнанной в угол. — Ты совсем не умеешь уступать? — Зачем? — искренне удивился ван Хейс. Он привык брать то, что считает своим. — У меня муж. Это же не на ночевку даже сбежать. — Надоели ночевки. Хочу все твои ночи. Райна молчала, хотя сказанное мужчиной приятно отозвалось где-то внизу живота. Но ответа Ксандр требовал: своим тяжёлым взглядом, нетерпеливо постукивающими по полированному столу пальцами и тем, как нервно он кусал нижнюю губу. И тогда в качестве аргумента с его стороны прилетел финальный козырь, против которого у неё не было ни единого шанса. Этот козырь она дала ему сама. — Ты не любишь его. Райна замялась, нервно перебирая пальцами край салфетки, и отвела взгляд к окну, где куда-то спешили безликие прохожие. Внутри всё протестовало такой категоричности, но крыть было абсолютно нечем. — Я ещё не решила… — Что? Любишь или нет? — Ксандр резко перехватил её ускользающий взгляд, заставляя смотреть только на него. — Решила. Райна шумно выдохнула. Её нервозность выдавало всё: то, как она ковыряла гипс, как судорожно вздымалась грудь и как кусала и без того поврежденную губу. Девушка чувствовала, как к горлу подкатывает плотный ком, а в ушах начинает настойчиво пульсировать кровь. Она сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться, и посмотрела Ксандру прямо в глаза. — Мне тоже есть что тебе сказать, — её голос слегка дрогнул, но прозвучал на удивление твёрдо. Ксандр снисходительно хмыкнул, не меняя расслабленной позы. — Это не подождёт до переезда? — С этой информацией… — Райна сделала короткую паузу, чувствуя, как сердце делает кульбит, — переезда может уже не захотеть один из нас. Конкретно ты. Ван Хейс вопросительно выгнул бровь. На его лице отразилось искреннее, неподдельное удивление, которое тут же сменилось смешком. На мгновение он даже откинулся на спинку кресла, качая головой. — Ну, говори. Заинтриговала. — Я не думаю, что мы оба сейчас готовы к этому разговору, — Райна попятилась назад, пытаясь включить заднюю передачу, но Ксандр не позволил. Он снова подался вперёд, и перехватил её руку, припечатывая к столу. — Райна, дорогая, — от его вкрадчивого шёпота по спине побежали мурашки. — Твой муж — это человек, который пытался меня убить. Ты вдребезги разбила мою служебную машину, которую я потом чинил за свой счёт. Ты влюбила в себя мою жену, доведя её до срыва. И в довершение всего ты в один прекрасный день пришла ко мне, избитая невесть кем, с поломанной рукой и до сих пор не назвала имени этого человека. Он сделал короткую паузу, переведя взгляд на её гипс, а затем снова посмотрел ей в глаза так, что у Райны перехватило дыхание. — Что ещё ты можешь мне вывалить, что сможет меня удивить? — Ксандр слабо усмехнулся. — Я готов абсолютно ко всему, что связано с тобой. И какие бы факты из твоей биографии ты сейчас ни вспомнила… Ну, я готов. Они меня точно не испугают. И уж тем более не оттолкнут. — Прямо-таки всё готов принять? — она чуть склонила голову набок, не переставая теребить то пальцы, то несчастную, уже превратившуюся в клочья салфетку. — Прямо всё, — твёрдо повторил Ксандр, и его взгляд стал ещё более проницательным. Она набрала воздуха в грудь, собираясь вывалить на него всё то безумие, в котором увязла, но тут же замерла. Будто невидимая петля затянулась на шее. Слова застревали в горле, как чёртовы кости, и наотрез отказывались выходить наружу. То, что Райна хотела рассказать изначально, теперь казалось не таким уж и значительным на фоне лавины, которая сорвалась совсем недавно. События слоями наваливались одно на другое, превращаясь в невозможный разговор для чашки чая во время обеденного перерыва. — Мы можем этот разговор… Немного отложить? Не самый подходящий момент. Ксандр тарабанил пальцами по столу, не сводя внимательного взгляда с девушки. Приметил и чересчур побледневшие губы, и дрожащие руки, и часто вздымающуюся грудь. И всё вышеперечисленное не наталкивало его на желание надавить и выбить из неё признание, которое не так уж и было нужно. Ему так точно. — Можем, — легко согласился он, прекращая чеканить ритм по полированному дереву. — Хоть на «никогда». — Нет! — Райна вскинула на него отчего-то испуганный взгляд. — Я расскажу, правда. Просто… нужно кое-что решить. Дай мне несколько дней, и мы обязательно вернёмся к этому разговору. Ксандр потянулся через стол и осторожно коснулся кончиками пальцев её руки, поглаживая ладонь. — А сейчас вернёмся к вопросу о твоём переезде ко мне… Сколько можно откладывать неизбежное? Райна не ответила сразу. Взгляд её соскользнул с тёплых, сильных пальцев Ксандра на пышные бутоны пионов, чьи лепестки неподвижно замерли над чашкой с уже совсем остывшим чаем. Капкан смыкался. Выбитая только что отсрочка казалась иллюзией, а время сквозь пальцы утекало слишком быстро. Она медленно выдохнула, чувствуя, как тяжёлый узел в груди натягивается до предела, и с усилием подняла глаза на мужчину. — Ладно, — встретившись с его немигающим взглядом, она чуть заметно кивнула. — Я… поговорю с ним. На губах Ксандра тут же скользнула победная усмешка. Напряжение, висевшее между ними тяжелой грозовой тучей, мгновенно рассеялось: он отпустил её ладонь, снова расслабленно откинулся на спинку и подвал знак официанту, чтобы заказать что-нибудь погорячее чая. Разговор плавно сместился в нейтральное русло. Ксандр что-то рассказывал о сумасшедшем дне в управлении, о глупости одного из новичков и о мелких городских уличных неурядицах, ловко удерживая её внимание. Райна смотрела на него, почти не вслушиваясь в смысл слов. Он был невероятно, чертовски хорош собой. Чётко очерченная линия челюсти, расслабленная, но всегда собранная осанка, сильные руки и этот уверенный, проницательный взгляд. Внутри у Райны всё сжималось от сладкого, опасного чувства: она была без ума от этого мужчины. Её тянуло к нему с безумной, разрушительной силой. Но за этой безупречной картинкой скрывалась глухая стена. Глядя, как он делает глоток принесённого напитка, Райна вдруг осознала: он ведь и сам был соткан из сплошных тайн. Она боготворила его мысленно, но при этом не знала о нём ровным счётом ничего. Лишь ту куцую крупицу, которую сам великодушно позволил ей узнать. Ван Хейс мастерски выуживал из неё эмоции, шаги и решения, оставаясь при этом абсолютно непроницаемым монолитом. Райна подпёрла подбородок рукой, через силу улыбнувшись в ответ на какую-то его шутку, но внутри у неё всё похолодело. В памяти внезапно вспыхнули слова Макса, брошенные в порыве ярости. Райна посмотрела на Ксандра снова — не как на мужчину, к которому её тянуло каждой клеткой, а под другим углом. И впервые увидела, насколько на самом деле опасен человек, сидевший напротив.