Глава 25: Видения и маски, что падают

Florence + The Machine – Spectrum (Say My Name)

Экзамены С.О.В. проходили в атмосфере удушающей жары и нервного напряжения. Воздух в зале стоял неподвижно, словно под стеклянным колпаком. Пергамент шуршал, чернила пахли резко, а профессор Бинс монотонно наблюдал, не замечая, как студенты медленно плавятся от усталости. Элоиза сидела в нескольких рядах от Гарри на экзамене по Истории магии, когда что-то изменилось. Сначала — едва заметно. Его перо замерло. Плечи напряглись. А затем Гарри резко вдохнул — звук вышел глухим, будто его ударили под рёбра. Перо выпало из пальцев. Он схватился за шрам. Эл уже поднималась. Он рухнул с парты на пол. Несколько учеников вскрикнули. Экзаменатор поднял голову с раздражённым выражением, но для Эл это уже не имело значения. Она видела это лицо раньше. Не физическая боль. Видение. Когда его вывели из зала, она с трудом заставила себя сесть. Пергамент перед ней расплывался. Она глубже вдохнула и опустила перо на строку, но пальцы не слушались — тонкая чернильная линия вышла неровной, ломаной. «Восстание гоблинов 1612 года…» Она знала это. Знала безупречно. Но рука дрожала. Чернила собрались тёмным пятном на краю буквы. Она вытерла их слишком резко, оставив размазанный след. Даты ускользали из памяти, словно их стерли ластиком. Она написала «163…» и замерла. Нет. Неправильно. Зачеркнула. Попробовала снова. Мысли возвращались не к учебникам, а к тому, как он упал. Она отвечала машинально — формулировки правильные, аккуратные, но без привычной чёткости. Будто это писала не она, а кто-то другой её рукой. Каждый шорох пергамента в зале звучал слишком громко. Каждая секунда тянулась мучительно медленно. Она не смотрела в его сторону. Боялась, что если посмотрит — уже не сможет вернуться к строкам. Как только прозвенел звонок, она бросилась на поиски.

***

Гарри был убеждён: Сириус в опасности. Волдеморт пытает его в Министерстве. План связаться через камин Амбридж был самоубийственным, но единственно возможным. Когда Инспекционная дружина ворвалась в кабинет Амбридж, Элоиза шла рядом с Драко. Она видела Гарри, зажатого в кресле, видела Рона, Гермиону, Невилла, Джинни и Луну, которых удерживали Крэбб, Гойл и Миллисента Булстроуд. — Ну что, Поттер? — Амбридж сияла от удовольствия. — Хотел пообщаться с Альбусом Дамблдором? Эл стояла с каменным лицом. Она встретилась взглядом с Гарри лишь на секунду, и в её глазах он прочёл: «Я думаю». Когда появился Снейп, Гарри выкрикнул своё зашифрованное послание о «Бродяге». Элоиза задержала дыхание — Гарри видел, как Сириуса пытают? Поэтому он пробрался сюда — связаться с ним, чтобы узнать, правда ли это. И, глядя на него сейчас, его видение, похоже, подтвердилось. Девушка заметила, как едва дрогнули веки профессора, хотя он и сделал вид, что ничего не понял. Когда же Амбридж подняла палочку, чтобы применить «Круциатус», Гермиона вмешалась с историей о «секретном оружии» в лесу. Амбридж ушла, уведя Гарри и Гермиону с собой. В кабинете остались лишь друзья Гарри под присмотром дружины.

***

Драко развалился в кресле Амбридж, презрительно разглядывая Рона. — Ну что, Уизли? Твой звёздный друг бросил тебя. — Предательница! — крикнул Рон, глядя на сестру и игнорируя Малфоя. Эл усмехнулась. — Когда-нибудь ты поймёшь, Рон, что я всегда знаю, какую сторону выбирать. А может, и нет. Зная тебя… — Сири… Бродягу пытают сейчас! — Как будто это что-то меняет. — Прикинувшись дурочкой, она тихо обошла стол и незаметно взяла с него две палочки. Рон, не тупи, подыгрывай. Но, похоже, ему и играть не пришлось. — О каком оружии говорила Грейнджер? — спросил Малфой. Эл повернулась к нему. Думай, думай! — Не знаю. Но, зная Дамблдора, это может быть что угодно. Драко кивнул. — Джинни, может, ты знаешь? — девушка повернулась к сестре, подошла к Малфою, становясь у него за спиной. — Откуда мне знать? — гриффиндорка выглядела растерянной. Пэнси, державшая её, дёрнула девушку за плечо. Эл посмотрела сестре в глаза, потом — на руку Паркинсон, затем на Малфоя и снова на Джинни и подняла одну бровь. Джин, пожалуйста. Младшая Уизли едва заметно вскинула брови. — Возможно, слышала, как Гарри с Гермионой что-то обсуждали, — пожала плечами слизеринка. Джинни внимательно посмотрела на сестру. Через мгновение, казалось, она поняла, чего от неё ждёт Эл. — Оу, нет. К сожалению, мы не настолько близки. — А правда, что ты отлично владеешь летучемышиным сглазом? — спросила Эл как бы между прочим, едва заметно кивнув в сторону Крэбба. — О да. В этом мне нет равных, — улыбнулась Джинни. Рон смотрел на них, не понимая, что происходит. Всё произошло быстро. В одно мгновение Эл развернулась. — Ступефай! — луч ударил в Пэнси, державшую Джинни. Эл быстро бросила сестре одну из палочек. Та резко направила её на Крэбба и прокляла. — Петрификус Тоталус! — заклинание вырвалось из палочки Элоизы, дезориентируя Миллисенту. — Быстро! Забирайте палочки! — крикнула Эл брату и направила палочку на растерянного Малфоя. Рон застыл на месте, моргая. — Элоиза?! Ты что… что ты делаешь? — Спасаю ваши никчёмные жизни, болван! — огрызнулась она. Невилл и Луна быстро сориентировались, разоружая ошеломлённых слизеринцев. — Спасибо, Элоиза, — мягко сказала блондинка. — Вокруг твоей головы очень яркие нарглы. Они наконец стали золотыми. Слизеринка улыбнулась в ответ. Компания, во главе с Роном, бросилась к двери. Эл задержалась — быстро и молча связывала оглушённых членов Инспекционной дружины. Верёвки ложились ровно, без лишних движений. — Ты предательница, — прошипел Драко. Она не обернулась сразу. — Ты Уизли до костей. Я знал, что тебе нельзя доверять. Отец узнает об этом… Теперь она подняла голову. — Если узнает, — тихо сказала она. В кабинете стало странно тихо. Даже воздух будто замер. Драко сжал палочку сильнее. — Ты думаешь, это игра? — его голос едва заметно сорвался. — Думаешь, ты спасёшь их, и всё закончится? Эл сделала шаг ближе. Не резко. Не агрессивно. — Я думаю, ты знаешь, чем это закончится, — ответила она. И в этом не было упрёка. Лишь констатация. Его рука дрогнула. На мгновение он не выглядел ни слизеринцем, ни сыном своего отца. Просто парнем, стоящим на краю чего-то, во что не верит до конца. Их взгляды встретились. Она не просила. Не умоляла. Не объясняла. Просто ждала. Это ожидание было хуже крика. Палочка в его руке опустилась на долю дюйма. И этого было достаточно. — Прости, — тихо сказала Эл. — Петрификус Тоталус. Он упал, но его глаза ещё мгновение оставались живыми — не с яростью. С чем-то более сложным. Эл отвернулась первой. И выбежала.

***

Компания встретилась в коридоре с Гарри и Гермионой, которые только что вернулись из леса — грязные, но живые. — Как вы выбрались? — спросил Гарри. — Элоиза спасла нас! — возбужденно воскликнула Джинни. Гарри замер. — Эл? Где она? — Я… — Рон оглянулся. — Она была за нами… Начал он, когда позади раздались шаги. — В следующий раз напомните, что я не люблю бегать, — прозвучал знакомый голос. Гарри не дал ей договорить. Он просто подошёл и прижал её к себе так крепко, что она потеряла дыхание. — Ты в порядке? — прошептал он ей в волосы. — Если ты меня не задушишь — буду, — тихо фыркнула она, но руки сами обвили его в ответ. Он отстранился лишь настолько, чтобы взять её лицо в ладони. Его взгляд быстро скользнул по щекам, губам, вискам — проверка, цела ли она. — Что происходит? — у Рона наконец появился голос. Он переводил взгляд с лучшего друга на сестру-близнеца и обратно. Гарри всё ещё держал Эл. Несколько секунд повисли в воздухе. Ситуацию, как всегда, спасла Гермиона. — Какая разница, Сириус! Слово упало, как камень. — Да. Сириус, — Гарри будто проснулся. — Что ты видел на Гримо? — быстро спросила Эл. — Его там не было. Только Кикимер. Сказал, что хозяина нет дома. — Кикимер мог солгать, — тихо сказала она. — Это может быть ловушка. Ты же знаешь, он умеет… Она не произнесла имени. Не нужно было. — Я видел это, Эл, — перебил Гарри. — Я видел. И в его голосе было что-то такое, что оспорить было почти невозможно. Рон стоял немного в стороне, глядя то на них, то на Гермиону, словно мир внезапно перевернулся. — Вы… — Рон смотрел на их переплетённые пальцы так, словно они оскорбили его лично. — Ты серьёзно, Гарри? Гарри не отпускал Эл. — Это не то, что ты думаешь, — тихо сказала она. — А что я думаю? — Рон резко перевёл на неё взгляд. — Что ты снова на два шага вперёд? Или что ты просто… — он замолчал, проглотив слова. Его глаза вернулись к Гарри. — Я годами пытался объяснить тебе, какая она. А ты просто… — он кивнул на их руки. — Вот так? В воздухе повисло что-то тяжёлое. Гарри нахмурился. — Я сам решаю, кому доверять. Это было сказано спокойно. И именно поэтому ударило сильнее. Рон побледнел. — Значит, ей, — глухо сказал он. — Не мне. — Рон, это не соревнование, — быстро вмешалась Гермиона. — Для тебя — нет, — ответил он, не отводя глаз от Гарри. — А для меня, выходит, да. Рон смотрел на него так, словно между ними снова появилась что-то невидимое — тонкая, ледяная трещина. Гарри узнал этот взгляд. Когда-то он уже стоял по ту сторону такого же молчания. Когда его имя прозвучало из огня, а друг не поверил. Эл отпустила руку Гарри первой. — Если хочешь, можешь ненавидеть меня, — тихо сказала она. — Но не делай из этого выбор между вами. Рон горько усмехнулся. — Выбор уже сделан. Гарри стиснул зубы. Он не возражал. — Сириус, — резко бросил Гарри, будто отрубая разговор. — Мы теряем время. Рон ещё секунду смотрел на него. Потом резко развернулся. — Тогда вперёд. — Как мы доберёмся до Лондона? — твёрдо спросила Грейнджер. — На фестралах, — спокойно ответила Луна, указывая в темноту. На поляне ночь казалась гуще. Элоиза не видела существ, нетерпеливо перебирающих копытами. Она видела лишь пустоту — и доверяла тем, кто видел больше. Гарри уже сидел на одном из них. — Садись со мной, — протянул он руку. Она ухватилась за неё. Его пальцы были тёплые. Реальные. Животное под ними двинулось — и только тогда она почувствовала, как сердце упало куда-то вниз. Невидимое тело напряглось перед прыжком. Когда фестралы взлетели, ночной воздух разрезал дыхание. Замок быстро уменьшался позади. Эл прижалась к спине Гарри. Не от страха полёта. От страха того, что они могут не успеть. Ветер сметал последние колебания. Маски действительно были сброшены. И назад дороги уже не было.