Часть 1

Норман был взвинчен. Снова отражение в зеркале буллило его, словно он в подростковом возрасте увел у него на выпускном подружку. Срочно нужна была доза мотивации и Норман полез в интернет. — …Жирных, потных мужиков! Порно, пить, курить, материться! Вставай в пять утра! Все остальное разрушает твою жизнь! Да, именно до пяти часов утра Норман слушал Войтенко, и ему услышанное казалось вдохновляющим. Под крики качка: «Сдай ЕГЭ!» он надел свою броню и решил разобраться с тем, кого описывал Войтенко, а именно — практически старого деда, с которого в свое время списал формулу Гоблина. — Я вас категорически приветствую… — поздоровался Дим Юрьевич, увидев перед собой зеленое рыло. Норман расхохотался, потому что нажрался кислоты и стал бить кулаками в стену. — По башке себе стучи! — рявкнул Дим Юрьевич, но Гоблин продолжил ржать и бить кулаками в стену. — Че ты делаешь? — Я описываю твои процессы внутри тебя, мой ненаглядованный! — произнес со смехом Норман. — Как ты сдал ЕГЭ, если постоянно ведешь себя, словно старый дед? Тебе не хватает дороги к мечте! Дим Юрьевич взялся за переносицу и вздохнул тяжело, а потом, прошептав про себя фразу: «Малолетний дебил…», приблизился к опасному человеку в маскарадных тряпках. — Норман, я все понимаю, химия. Но ты употребляешь слишком много. Остановись. — Нет! — вдруг сорвал маску Гоблин, а потом зашелся плачем. — Он меня обижает и говорит, что меня девушки не любят! Кислота помогает мне сбавить его эффект! — Девушки любят молодых и политически грамотных, Норман. А престарелых наркоманов они отвергают в пользу гопоты… Откуда у тебя маска вообще такая? Озборн сделал сальтуху, потом перекатился, после чего кинул пару бомб в деревенский сортир, что у Дим Юрьича, естественно, не вызвало радости, потому что он недавно закончил ремонт. — Это ты меня таким сделал! — заорал он надрывно, начиная рвать волосы на голове. — Ты и Войтенко! Ваши слова пробираются мне под шкуру и кусают меня как мелкие насекомыши! — Малолетний дебил, — еще раз фыркнул Гоблин Зеленому Гоблину и стал вызывать скоряк, а последний что-то шептал про воображаемых драконов.