Глава I. День города 2. Затишье перед бурей

2. Затишье перед бурей Утро началось с зарядки, пробежки и построения. — Здравия желаю, товарищ старший лейтенант! — уверенно доложил Алексей. — Вольно! — скомандовал старший лейтенант. — Рядовой Фатеев! Ваша боевая задача заключается не в устранении, не в подавлении, а в слежке и обеспечении безопасности гражданских. Я понятно выразился?! И без того вечно злое лицо старшего лейтенанта Трофименко стало похожим на красную подушку. Он будто кричал от удовольствия, совершенно не задумываясь, куда и зачем отправляет личный состав. — Так точно!.. Разрешите обратиться! — неуверенно, но громко заявил о себе «Кот». — Давай, рядовой. — Я не рядовой, товарищ старший лейтенант. Ефрейтор. Повисла гробовая тишина. Ещё никто не дерзил старшему лейтенанту. Фатеев ожидал, что ему влепят наряд вне очереди — в туалетную комнату, например. Но реакция самого отвратительного человека на этой военной базе удивила всех. — Ох, ты ж… Ефрейтор, значит… Ну что ж, поздравляю, Фатеев! И вновь капельки пота на висках выдали что-то неладное. Лёша не стал забивать себе голову. Ему вспоминались слова майора: «Будь осторожен…» Безусловно, им всегда так говорили, и всегда майор приходил с виски к нему в казарму перед тем, как отправить на задание. Но на этот раз Алексей чувствовал, что больше не увидит ни майора, ни товарищей… — «Кот»… Ой… товарищ командир… Да ё-моё, опять забыл, что ты теперь не рядовой! Пошли покурим. Это был Никита — человек, который мог превратить в шутку всё что угодно. Шутки у него бывали специфические, но всегда разряжали обстановку. — Вот не пойму, чего ты такой бледный? Нам даже стрелять не придётся. Считай, едем в увольнительную. Куча молодых приезжих нас будут ждать! Никита затянулся сигаретой и закрыл глаза. Улыбка на его лице была столь широка, что Лёша, кажется, уже увидел, как они кутежничают в этой жопе мира. Но мысли его занимало другое: пожар, резня, смерть сослуживцев… Всё это не могло произойти просто так. Должна же быть какая-то… Вдруг похлопывание по плечу остановило поток странных мыслей: — Ты вообще здесь? Алёёё? — Да… Да, я просто… — Ты просто не умеешь расслабляться. Мы с ребятами как раз раздобыли канистру тепленькой. Ну что, командир пойдёт с солдатами, или в штабе появились неотложные дела? Тут Лёша осознал, что чем больше думает, тем меньше понимает. Поэтому решил плыть по течению. — Давай! Самогон был хорош, пился как компот. Но, как известно, любая пьянка заканчивается не очень хорошо. У команды Алексея всё закончилось тем, что они в одних трусах и противогазах бежали пять километров — как выразился старший лейтенант, «чтобы вывести всю дрянь». После чего им выдали паспорта, одели в гражданское и посадили на ближайший поезд. Засыпая, Лёша почувствовал необычайное спокойствие. Оно окутало его с головы до пят. Его не тревожило, что он может умереть или могут погибнуть его новые товарищи. Его не душило чувство вины за смерть друзей… Глаза закрылись.