Глава 6 Выше генина

Я решил тренироваться ещё больше. Не техники. Не чакру. Тело. Я выбрал самое очевидное и одновременно самое глупое место — Скала Хокаге. Огромная каменная стена с высеченными лицами всех прошлых лидеров деревни. Туда обычно лезут либо туристы, либо идиоты. Я был вторым. Главное условие — никакой чакры. Ни усиления, ни прилипания, ни подсознательных подкачек. Только пальцы, только ноги, только вес собственного тела. Я встал у подножия и посмотрел вверх. — Ну… поехали. Первые метры дались легко. Камень был шершавым, зацепов хватало. Пальцы уверенно находили трещины, ноги держались. Дыхание ровное, сердце спокойное. Инстинкты подсказывали, куда ставить руку ещё до того, как я смотрел. Восприятие ловило микротрещины, тени, неровности. Через несколько минут мышцы начали напоминать о себе. Не болью — напряжением. Предупреждением. — Рано, — пробормотал я и полез дальше. Чем выше — тем сложнее. Камень становился гладким, зацепы редкими. Один неверный шаг — и полетишь вниз, без всяких техник и красивых приземлений. Пальцы начали скользить. Я остановился, прижавшись к скале всем телом, и глубоко вдохнул. — Спокойно… — сказал я себе. — Без рывков. Я не ускорялся. Не геройствовал. Просто двигался дальше, шаг за шагом. Там, где раньше включил бы чакру — терпел. Там, где раньше рванул бы — ждал. Пот лился по спине, ладони горели, предплечья забивались. Но выносливость держала. Крепость тела ощущалась почти физически — как будто внутри был стальной каркас. Я сорвался один раз. Ненадолго. Успел поймать край выступа кончиками пальцев. Резкая боль полоснула по кисти, но я удержался. — Вот это… — хмыкнул я, — уже интересно. Я продолжил. Когда добрался до уровня глаз одного из Хокаге, руки дрожали, ноги подкашивались, дыхание было тяжёлым. Но я всё ещё держался. И только тогда позволил себе остановиться. — Неплохо, — сказал я вслух. Я посмотрел вниз. Деревня была маленькой. Люди — точками. Шум почти не доходил сюда. Я почувствовал странное спокойствие. Не жажду боя. Не возбуждение. Контроль. — Значит, так и будем, — подумал я. — Сначала тело. Потом всё остальное. Я начал медленно спускаться. Без чакры. Без спешки. И почему-то был уверен: это только начало. — А это было сложно… — сказал я, вытирая пот с лица. Руки дрожали, дыхание сбилось, футболка прилипла к спине. Но внутри было то самое чувство — не победы, а правильно сделанной работы. — Что ж, — усмехнулся я сам себе, — как говорят… сила юности. Я посмотрел вверх. — Ещё десять раз. Я сделал. Раз за разом. Без чакры. Без поблажек. На третьем подъёме пальцы начали неметь. На пятом — плечи горели так, будто в них воткнули раскалённые штыри. На седьмом я уже не чувствовал ног, просто знал, что они ещё есть. На девятом дыхание рвалось, как бумага. На десятом… я просто дополз. Когда всё закончилось, я не смог даже нормально слезть. Я лежал на камне, раскинувшись, глядя в небо. Тело отказывалось двигаться. Ни рук, ни ног — будто их просто отключили. — …ха… — выдохнул я. — Перебор… Сердце колотилось где-то в горле, зрение слегка плыло, но сознание было кристально чистым. Ни паники. Ни страха. Только усталость. Абсолютная. Я попытался пошевелить пальцем — ничего. Даже желания не было. — Ну… — подумал я лениво, — если кто-то сейчас решит меня убить… это будет самый позорный конец. Но странное дело — вместо тревоги пришло спокойствие. Глубокое, тяжёлое, как сон. Я закрыл глаза. — Значит, всё правильно, — мелькнула последняя мысль. — Значит… я дошёл до предела. И в этом состоянии, между бодрствованием и отключкой, я позволил телу сделать то, чего оно требовало больше всего. Отдохнуть. Но спать на улице — не самая лучшая идея. Особенно в таком состоянии. Я это понимал даже сквозь накатывающую тяжесть. Сознание ещё держалось, а вот тело — уже нет. Если сейчас отключусь, могу проваляться тут неизвестно сколько. А это уже глупо. Я медленно вдохнул. — Ладно… — пробормотал я. — Тогда по-умному. Я начал напитывать тело чакрой. Не резко. Не как в бою. Мягко, осторожно, словно тёплой водой. Я пропускал её через мышцы, связки, суставы, заставляя чакру не усиливать, а восстанавливать. Эффект был почти сразу. Жжение в мышцах сменилось тупой ноющей болью. Потом и она начала уходить. Пальцы сначала слегка дёрнулись, потом я смог сжать ладонь. — Уже лучше… — выдохнул я. Чакры уходило много. Слишком много. Но запас позволял, а контроль был достаточным, чтобы не угробить себя перегрузкой. Я продолжал. Дыхание выровнялось. Сердце перестало колотиться как сумасшедшее. Тело всё ещё было тяжёлым, но уже моим, а не куском камня. Минут через десять я смог сесть. Ещё через пару — встать, опираясь на колено. — Полного восстановления не будет, — оценил я состояние. — Но дойти смогу. Я усмехнулся. — Неплохая тренировка получилась. Я посмотрел на скалу Хокаге ещё раз. Без чакры — до отказа. С чакрой — восстановление. Баланс. — Значит, и дальше так будем, — подумал я. — Ломать тело… и собирать заново. Я развернулся и медленно пошёл в сторону деревни. Уставший. Измотанный. Но довольный. Ещё мне в голову пришла мысль… рассенган. Я сразу же её отогнал. Не сейчас. И точно не пока жив и у власти Хирузен Сарутоби. Слишком рискованно. Эта техника слишком узнаваемая. Даже если я сделаю её «неполной», даже если замаскирую под что-то другое — он заметит. У него есть эта чёртова техника телескопа. Смотреть куда угодно, когда угодно, на кого угодно. И я уже и так слишком часто мелькаю в отчётах. — Нет… — подумал я. — Это будет глупо. Расенган — не просто техника. Это подпись. Метка. Вопрос без ответа: откуда ты её знаешь? А на такие вопросы я отвечать пока не готов. Я медленно выдохнул и отбросил эту мысль в дальний угол. — Потом, — решил я. — Когда стану сильнее. Когда смогу скрыть процесс. Или когда исчезну из поля зрения. А пока… Контроль. Основа. Тело. Инстинкты. Если я и буду создавать что-то своё — то такое, что нельзя сразу узнать. Не из манги. Не из легенд. Не из чужих рук. Я пошёл дальше, чувствуя, как тело постепенно приходит в норму под действием чакры. Расенган подождёт. А я — нет. Хотя… идея всё-таки появилась. Не сам расенган — нет. Слишком палевно. Но что-то похожее по принципу, а не по форме. Я замедлил шаг, прокручивая мысль снова и снова. — А если не шар… — пробормотал я. — А если закрутить чакру как бур? Не удерживать её в стабильной сфере, а задать направленное вращение. Вперёд. Вглубь. Чтобы чакра не распирала, а врезалась. Я даже представил это. Тонкий поток чакры, скрученный спиралью. Не хаотично, а строго. Как сверло. Как резьба. Не взрыв — а проникновение. — Хм… Это решало сразу несколько проблем. Во-первых, меньше заметно. Во-вторых, не требует идеальной формы — больше контроля, меньше мощности. В-третьих… это уже не чужая техника. Скорее усиление удара. Или ладони. Или пальцев. Я остановился и посмотрел на свою руку. — Если попробовать с малого… — подумал я. — С очень малого вращения. Не снаружи, а внутри. Чакра у меня уже достаточно послушная. Контроль высокий. Инстинкты подскажут, если что-то пойдёт не так. Но я тут же покачал головой. — Не сегодня. После такой тренировки экспериментировать — верный способ угробить себе руку. Или хуже. Я усмехнулся. — Ладно… значит, у меня есть заготовка. Не расенган. Не копия. Просто идея. А идеи — самые опасные вещи в мире шиноби. Я пошёл дальше, запоминая каждую деталь этой мысли. Когда придёт время — я её проверю. Я всё-таки пошёл на полигон. Не домой. Не отдыхать. — Чёрт… — подумал я. — Я же всё равно не успокоюсь. Я встал посреди площадки и медленно сжал руку в кулак. Не спеша. Осознанно. Потом начал закручивать чакру. Не шар. Не оболочку. Я заставил поток вращаться вперёд, стягивая его к кончику кулака, формируя нечто вроде треугольного наконечника. Как бур. Как клин. Сразу стало понятно — это адски тяжело. Чакра сопротивлялась. Поток пытался развалиться, уйти в стороны, потерять форму. Мне приходилось держать его силой контроля, буквально прижимая вращение к оси. Лоб мгновенно покрылся потом. — Спокойно… — прошипел я. — Держи… держи… Рука задрожала. Внутри ощущалось давление, будто я сжимаю не энергию, а раскалённый металл. Но вместе с этим я чувствовал и другое. Контроль чакры рос. Не постепенно — рывками. Каждая секунда требовала точности, микрокоррекции, постоянного внимания. Малейшая ошибка — и вращение рассыпалось. Я удержал. Ещё пару секунд. — Да… — выдохнул я сквозь зубы. — Вот так… Но цена была конской. Чакра утекала бешено. Не как при техниках, не как при усилении тела — а будто кто-то открыл кран и просто сливал её в никуда. — Пиздец как много… — честно оценил я. Я чувствовал, как резерв тает, и это было опасно. Очень. Если перегну — просто вырублюсь. Или хуже. Я резко остановил вращение и тут же развеял чакру. Руку будто отпустили. Я задышал глубже, опираясь второй рукой на колено. — Ха… — выдохнул я. — Значит, работает. Не ударил. Не проверил на цели. Но я удержал форму. Пусть на секунды. Пусть с дикой затратой. Но это было моё. Я разжал кулак и посмотрел на ладонь. — Это не расенган, — тихо сказал я. — И никогда им не будет. Это что-то другое. Грубое. Прямолинейное. Опасное. И пока что — слишком прожорливое. Я выпрямился. — Значит, следующий шаг понятен, — подумал я. — Снизить расход. Упростить форму. Научиться держать дольше. Я усмехнулся, чувствуя усталость и странное удовлетворение. — Вот теперь… — сказал я самому себе, — это действительно интересно. На следующий день, после занятий, мы снова сразились с Саске. Без зрителей. Без лишних слов. Он стал осторожнее. Не лез напролом, больше двигался, чаще менял ритм. Было видно — он сделал выводы после прошлого боя. Стал лучше. Но этого всё равно оказалось недостаточно. Бой длился меньше, чем вчера. Я не торопился, не гнался за скоростью. Просто держал давление, не давая ему передышки. Он держался, сопротивлялся, даже пару раз почти поймал меня… но в итоге снова выдохся раньше. Я выиграл. Без удовольствия. Без злости. Просто факт. И в тот же момент перед глазами мелькнуло знакомое ощущение. Контроль чакры +30 Я слегка удивился. — Вот это… приятно, — пробормотал я. Похоже, постоянные микрокоррекции в бою, усиление тела, баланс между атакой и защитой — всё это отлично прокачивало контроль. Даже лучше, чем сухие упражнения. Саске ничего не сказал. Просто кивнул и ушёл. Но в его взгляде было меньше раздражения и больше решимости. После этого я снова вернулся к тренировкам. К буру чакры. Да, я так его и назвал. Прямо скажем — «оригинальное название». Но зато понятное. Я снова сжимал кулак и начинал закручивать чакру вперёд, формируя клиновидное вращение. Уже не так грубо, как в первый раз. Аккуратнее. Экономнее. Расход всё ещё был огромный, но уже не безумный. Я мог держать форму дольше. Исправлять вращение быстрее. Чувствовать, где поток начинает срываться. — Значит, не показалось… — подумал я. Это работало. Медленно. Тяжело. Но работало. Я не бил по целям. Пока нет. Сначала — контроль. Сначала — стабильность. Сначала — чтобы чакра перестала утекать, как вода сквозь пальцы. Я усмехнулся. — Бур чакры… — тихо сказал я. — Ладно, живи с этим. Это не была техника для понтов. И не для показухи. Это было оружие. И я только начинал учиться, как его держать. После часа тренировки я лежал на земле, весь в поту. Грудь тяжело поднималась и опускалась, одежда прилипла к телу, ладони дрожали от перенапряжения. Я уставился в небо на пару секунд, а потом всё-таки открыл статус. Атрибуты: Сила: 170 Выносливость: 140 Ловкость: 60 Скорость: 75 Чакра: 100 Восприятие: 38 Инстинкты: 25 Контроль чакры: 135 Стихия чакры молнии: 5 Потенциал: 100 Я тихо присвистнул. — Контроль сильно вырос… и количество чакры тоже… — сказал я, глядя на цифры. Это уже было не просто «прокачался». Это был скачок. Особенно контроль — он вырос пугающе быстро. Похоже, «бур чакры» жрал чакру как не в себя, но взамен шлифовал управление до идеала. Я закрыл статус и медленно сел, опираясь на локти. — Ладно, — выдохнул я. — Надо восстановить чакру… и потом ещё раз попробовать. Я закрыл глаза и снова начал прогонять чакру по телу — уже не для экспериментов, а для восстановления. Спокойно, без вращений, без давления. Просто ровный поток, возвращающий силы. Тело постепенно отзывалось. Усталость отступала, дрожь в мышцах уходила, дыхание выравнивалось. — Если так пойдёт дальше… — мелькнула мысль, — я либо стану монстром, либо сломаюсь. Я усмехнулся. — Проверим. Я поднялся на ноги, сжимая кулак. Ещё одна попытка. Аккуратнее. Чище. Бур чакры ждал. Бур чакры на этот раз был готов. Не идеально — я это чувствовал сразу. Вращение всё ещё немного «плыло», ось приходилось постоянно подправлять, а расход чакры оставался высоким. Но главное было другое. Он держался. Я сжал кулак крепче, чувствуя, как чакра вращается внутри, упругая, плотная, направленная вперёд. Давление было таким, будто в руке работает живой механизм. — Пойдёт… — тихо сказал я. Я сделал шаг к дереву. Обычное тренировочное дерево, крепкое, с толстой корой. Не мишень, не бревно — нормальная цель. Я не размахивался. Просто вбил кулак вперёд. В момент удара вращение сработало. Не взрыв. Не ударная волна. Кулак вошёл в кору, и я почувствовал, как чакра вгрызается внутрь. С характерным, мерзким ощущением сопротивления, которое тут же начало исчезать. ХРРРРРРСК. Дерево содрогнулось. Я отдёрнул руку и сделал шаг назад. На стволе осталась дырка. Не вмятина. Не трещина. А аккуратное, рваное отверстие, уходящее вглубь, с разлохмаченной древесиной по краям, будто её вырвали изнутри. Я уставился на результат. Несколько секунд — молча. — …Ого, — наконец выдохнул я. Рука гудела, ладонь ныла, чакры ушло немало, но не критично. Я всё ещё стоял на ногах. Всё ещё контролировал поток. Это было не расенган. И не что-то зрелищное. Но это работало. — Значит… — подумал я, глядя на дыру в дереве, — если попадёт в человека… Я не стал продолжать мысль. Я медленно разжал кулак и посмотрел на ладонь. — Бур чакры, — хмыкнул я. — Грубо. Опасно. И пока что слишком прожорливо. Но это был первый успех. Я посмотрел на повреждённое дерево ещё раз и отвернулся. — Значит, дальше — стабильность, — решил я. — И уменьшение расхода. Я не улыбался. Но внутри было ясно одно: Я только что создал свою первую настоящую технику. Можно сказать, что я создал собственную технику… — подумал я. Но какого она ранга будет? Я посмотрел на дырку в дереве ещё раз, уже не с восторгом, а с холодной оценкой. — Давай по-честному… — пробормотал я. По разрушительной силе — явно не E. Но и до A-ранга ей далеко. Нет ни стабильности, ни масштаба, ни безопасности для пользователя. Расход чакры огромный. Требования к контролю — запредельные. Ошибка — и либо техника рассыпается, либо я сам себе руку угроблю. — Значит… — мысленно разложил я всё по полочкам. Если сейчас — то где-то низкий C, максимум C+. Сильная в ближнем бою, опасная при попадании, но слишком сырая и узкоспециализированная. Я хмыкнул. — Для первой собственной техники… это вообще-то неплохо. Особенно если учитывать, что я: не использую печати, не копирую готовую форму, и делаю это в одиночку, без учителя. Я сжал и разжал пальцы, прислушиваясь к ощущениям. — Когда я снижу расход… — когда смогу держать вращение дольше… — когда научусь менять форму наконечника… Мысли сами выстраивались в цепочку. — Тогда это уже будет B-ранг. Минимум. Я усмехнулся. — А если ещё и научусь применять не только кулаком… Я остановился. — Ладно. Не загадываем. Пока что это просто бур чакры. Сырой. Опасный. Прожорливый. Но мой. И почему-то я был уверен: это далеко не предел. И тут мне в голову пришла ещё одна идея. Я замер, даже дышать стал тише. — А если… — медленно подумал я, — запустить его? Не просто вбивать в цель. Не контактно. А сделать так, чтобы бур летел вперёд. Мысль была… опасной. Если обычный бур чакры и так жрёт чакру как не в себя, то здесь нужно не только удерживать вращение, но ещё и отделить его от тела, задать вектор, стабилизировать форму в полёте и не дать ему развалиться через долю секунды. Контроль. Контроль. И ещё раз контроль. — Это будет тяжело… — честно признал я. — Очень. Я представил процесс. Сначала сформировать бур — как обычно. Потом — создать «толкающий» импульс чакры позади него. И в самый последний момент — оторвать, не разрушив структуру. Одна ошибка — и: либо бур рассыплется сразу, либо взорвётся мне в лицо, либо просто выжрет всю чакру и вырубит меня. Я хмыкнул. — Звучит как отличная идея, — пробормотал я. Руки сами сжались в кулаки. Нет, сегодня я это делать не буду. Я слишком устал, а цена ошибки слишком высокая. Но мысль уже вцепилась в голову и не собиралась отпускать. — Сначала стабильность, — решил я. — Потом дальность. Потом запуск. Я посмотрел на повреждённое дерево. — Если получится… — мелькнула мысль, — это уже будет совсем другой уровень. Не удар. Не усиление. Проектиль. Я медленно выдохнул и развернулся. — Ладно, — сказал я себе. — Запомним. И вернёмся к этому позже. Но я уже знал. Я обязательно попробую Я сделал это. Сам не знаю как — на упрямстве, на инстинктах, на чистом «а вдруг получится». Я сформировал бур. С трудом, но стабильно. Вращение держалось, ось не плыла. Потом добавил импульс… ещё… ещё немного… — Сейчас… — прошептал я. И отпустил. Бур чакры сорвался с руки и полетел вперёд. Всего на пару метров — но этого хватило. Он врезался в дерево и пробил его насквозь, вырвав щепки с другой стороны. В тот же миг мир поплыл. — …блять. Меня накрыло сразу. Чакра ушла почти вся. Не «много». Не «очень много». А почти до нуля. Такое ощущение, будто из меня просто выдернули внутренности. Ноги подкосились, я упал на колени, потом завалился на бок. В глазах потемнело, в ушах зашумело, сердце билось неровно и слишком громко. — П-перебор… — выдохнул я. Это было уже близко к истощению. Ещё немного — и я бы просто отключился. Или словил бы откат похуже. Тело не слушалось. Руки были ватными, мышцы не болели — они отсутствовали. Даже дышать было тяжело. — Идиот… — мелькнула вялая мысль. — Говорил же себе — не сегодня… Я лежал, глядя в небо, и пытался просто не потерять сознание. Медленно. Осторожно. Крохами начал проталкивать остатки чакры по телу, не для восстановления — просто чтобы не рухнуть окончательно. Минуты тянулись вечностью. Постепенно шум в голове начал стихать. Я смог пошевелить пальцами. Потом — глубоко вдохнуть. — Но… — подумал я, слабо усмехнувшись, — оно работает. Опасно. Безумно. Почти самоубийственно. Но работает. Я закрыл глаза. — Летающий бур чакры… — мелькнула мысль. — Это уже не C-ранг. И прежде чем сознание всё-таки начало уплывать, я успел сделать единственный правильный вывод: К этой штуке нельзя прикасаться без полного запаса чакры. И без чёткого контроля. Иначе в следующий раз я могу просто не встать. Я очнулся. Голова гудела так, будто меня хорошенько приложили о камень. Во рту было сухо, язык будто наждаком прошлись. Я несколько секунд просто лежал, не открывая глаз, прислушиваясь к ощущениям. Тело… было живо. Тяжёлое, ватное, но живо. — Ха… — тихо выдохнул я. По ощущениям прошло где-то часа три–четыре. Не меньше. Чакра восстанавливалась медленно, лениво, как после глубокого перегруза. Это был уже не «устал», это было настоящее почти истощение. Я осторожно открыл глаза. Солнце стояло уже совсем в другом месте. Тени вытянулись, воздух стал прохладнее. Значит, я реально вырубился, а не просто полежал пару минут. — Перебор… — снова признал я, на этот раз вслух. Я попробовал пошевелить рукой — получилось. Медленно, но без боли. Потом сел, опираясь на локоть. Мир слегка поплыл, но не критично. — Значит, жив, — хмыкнул я. — Уже неплохо. Я прислушался к себе. Чакры было мало. Очень мало. Но она была. Потихоньку текла, без провалов, без рези. Значит, я не сломал каналы. Повезло. Очень. Я медленно поднял взгляд и посмотрел в сторону дерева. Оно всё ещё было там. С дырой насквозь. Я замер на пару секунд. — …Ага, — тихо сказал я. — Не приснилось. Летающий бур чакры был реален. И цена у него была соответствующая. Я тяжело поднялся на ноги, пошатываясь, но устоял. — Вывод простой, — подумал я. — Это не техника для частого использования. И точно не сейчас. Слишком жадная. Слишком опасная. Слишком сырая. Я медленно вдохнул прохладный воздух. — Но потенциал у неё… бешеный. Я развернулся и медленно пошёл в сторону деревни. Сегодня — без геройства. Без экспериментов. Без «ещё разок». — В следующий раз, — пообещал я сам себе. — Я подойду к этому с умом. Шаг за шагом. Потому что второй такой «обморок» я могу уже не пережить так легко. Для такой техники нужна куча чакры. И не только запас — ещё и скорость восстановления. Иначе каждый запуск летающего бура будет заканчиваться тем же самым: полутрупом на земле и отключкой на несколько часов. Я это уже на собственной шкуре проверил. И тут мне в голову пришла мысль. Наруто. Я даже остановился. — А ведь… — медленно подумал я. У него чакры дохрена. Просто неприлично много. А скорость восстановления вообще бешеная — даже без осознанного контроля. Он может вымотаться в ноль и через какое-то время снова бегать как ни в чём не бывало. Если мне нужен именно этот атрибут — то он идеальный источник. Я прикинул варианты. — Повод для выигрыша найти не проблема, — пробормотал я. — Игра, спор, тренировка, спарринг… да что угодно. Наруто из тех, кто: согласится почти сразу, не заподозрит подвоха, и выложится на все сто, даже если проигрывает. А я… я получу случайный атрибут. Шанс, конечно, не стопроцентный. Может выпасть что угодно. Сила, выносливость, реакция… но с его набором характеристик вероятность нужного мне — очень высокая. Я усмехнулся. — Звучит почти как чит, — подумал я. — Но формально всё честно. Никаких техник. Никаких подстав. Просто победа. Я уже начал прокручивать в голове возможные варианты. Соревнование? Наруто любит такое. Спарринг? Ещё лучше — он сам будет рад. Спор на что-нибудь глупое? Да он и не заметит, как согласится. Я кивнул сам себе. — Решено. Если я хочу развивать бур чакры дальше — без этого не обойтись. Я ускорил шаг в сторону деревни. Наруто… Извини. Но твоя бешеная регенерация мне сейчас нужна очень сильно. Наруто согласился сразу. Даже думать не стал. — Спарринг? Конечно! — сказал он с этой своей улыбкой. — Я тебя в этот раз точно достану! Мы вышли на площадку, без зрителей, без лишнего шума. Я не тянул и не игрался — бой закончился быстро. Наруто рвался вперёд, как всегда, но разница уже была слишком большой. Через несколько минут он лежал на земле, тяжело дыша, глядя в небо. — Чёрт… — выдохнул он. — Ты стал ещё сильнее… Я помог ему встать и в тот же момент почувствовал знакомый щелчок внутри. Выносливость +100 Я замер. — …Не то, — подумал я. — Не скорость восстановления. Жаль. Я на секунду действительно расстроился… но потом осознал, что именно получил. — Стоп… — пробормотал я. — Выносливость плюс сто? Это было очень много. Даже по моим меркам. Я прислушался к телу. Усталость, которая обычно оставалась после боёв, будто отодвинулась куда-то в сторону. Дыхание выровнялось быстрее, мышцы почти сразу перестали ныть. — Ладно, — признал я. — Это тоже… чертовски хорошо. Выносливость — это основа. Чем она выше, тем дольше я могу: держать форму бура чакры, терпеть перегрузку, не падать в обморок от почти нулевого запаса чакры. Я посмотрел на Наруто. Он уже снова улыбался, будто и не проигрывал. — В следующий раз я тебя сделаю, даттебайо! Я усмехнулся. — Конечно, — ответил я. — Буду ждать. Внутри я сделал пометку. Значит, не с первого раза. Значит, нужно ещё. Наруто — это не один шанс. Это долгосрочный проект. Я развернулся и пошёл дальше, чувствуя, как тело работает иначе — устойчивее, выносливее, надёжнее. — Ничего, — подумал я. — Регенерацию я всё равно добуду. Вопрос только — когда и какой ценой. Я глянул на свой статус. Атрибуты: Сила: 170 Выносливость: 240 Ловкость: 60 Скорость: 75 Чакра: 100 Восприятие: 38 Инстинкты: 25 Контроль чакры: 135 Стихия чакры молнии: 5 Потенциал: 100 Я несколько секунд просто смотрел на цифры. — …240, — тихо сказал я. — Это уже перебор. Выносливость выросла слишком сильно. Я сразу это почувствовал: дыхание было ровным, тело будто стало «тяжелее» и устойчивее, а усталость после спарринга с Наруто почти не ощущалась. — Ладно… — выдохнул я. — Это даже лучше, чем я думал. Да, я не получил регенерацию. Но с такой выносливостью я мог: дольше держать бур чакры, не вырубаться от резкого падения запаса чакры, переживать перегрузки, которые раньше были критичными. Я сжал кулак и медленно разжал его. — Значит, план не меняется, — подумал я. — Просто становится безопаснее. Наруто всё ещё был ключом. Его скорость восстановления никуда не делась. Просто сегодня мне выпало другое. Я закрыл статус. — Ничего, — сказал я самому себе. — В следующий раз повезёт больше. А пока… С такой выносливостью я мог позволить себе чуть больше риска. На следующий день всё повторилось. Наруто снова согласился на спарринг — с тем же энтузиазмом, будто вчера вообще ничего не было. — В этот раз я точно выиграю! — заявил он, сжимая кулаки. Я лишь усмехнулся. Бой вышел короче, чем вчерашний. Не потому что Наруто стал хуже — наоборот, он старался, выкладывался, даже пару раз почти достал меня. Но разница в выносливости и контроле уже была слишком заметной. В итоге я снова выиграл. Наруто рухнул на землю, тяжело дыша, а потом показал большой палец вверх. — Ты монстр… — выдохнул он. — Но я тебя всё равно догоню, даттебайо. Я только кивнул. И в этот момент внутри снова щёлкнуло. Стихия чакры воздуха +5 Я моргнул. — О… — тихо сказал я. — А вот это уже интересно. Воздух. Я сразу почувствовал разницу — чакра стала ощущаться легче, подвижнее, словно сама стремилась наружу. Не рвалась, как молния, а текла, ускорялась, резала. — Это… даже лучше, чем я ожидал, — признал я. Я отошёл в сторону и на всякий случай ещё раз открыл статус, уже с учётом всех правок. Атрибуты: Сила: 170 Выносливость: 240 Ловкость: 60 Скорость: 75 Чакра: 100 Восприятие: 38 Инстинкты: 25 Контроль чакры: 135 Стихия чакры молнии: 5 Стихия чакры воздуха: 5 Потенциал: 100 Я внимательно пробежался по строкам. — Значит, молния — от Саске… — подумал я. — А воздух — от Наруто. Комбинация выходила… опасная. Молния — для пробоя и скорости. Воздух — для формы, резки и дальности. Я невольно вспомнил бур чакры. — Если соединить вращение… и воздух… — мысль была слишком хорошей, чтобы её игнорировать. Я закрыл статус и посмотрел на Наруто, который уже снова поднялся и отряхивался, будто проигрыши его вообще не волновали. — Спасибо, — подумал я про себя. — Даже не зная за что. Регенерацию я пока не получил. Зато получил ключ к следующему этапу. И теперь я был уверен: бур чакры только что стал на порядок опаснее. На следующий день я снова вышел на спарринг с Наруто. Он уже начал что-то подозревать, но, как обычно, махнул рукой. — Да пофиг! — сказал он. — Всё равно когда-нибудь я тебя сделаю, даттебайо! Бой прошёл быстро. Даже слишком. Наруто выложился, как всегда, до последнего, но итог был тем же. Я помог ему подняться… и в этот момент меня накрыло. Не щелчок. Не лёгкое ощущение. Будто внутри что-то сорвало ограничитель. Перед глазами всплыло сообщение. Регенерация чакры +1000 Я завис. — …Что? Я даже перечитал. Потом ещё раз. — Ты… издеваешься?.. — прошептал я. Тысяча. Не сто. Не двести. Тысяча. Я прислушался к себе — и сразу понял, что это не цифры ради цифр. Чакра возвращалась. Не каплями. Не струйкой. А ровным, мощным потоком, будто внутри меня запустили отдельный источник. Я чувствовал, как пустоты заполняются сами, без усилий, без концентрации. — Это… — выдохнул я. — Это же ненормально… Я открыл статус, почти не веря глазам. Атрибуты: Сила: 170 Выносливость: 240 Ловкость: 60 Скорость: 75 Чакра: 100 Восприятие: 38 Инстинкты: 25 Контроль чакры: 135 Регенерация чакры: 1000 Стихия чакры молнии: 5 Стихия чакры воздуха: 5 Потенциал: 100 Я закрыл статус и просто сел прямо на землю. — Теперь понятно… — тихо сказал я. Теперь становилось ясно, почему Наруто такой. Почему он может выматываться в ноль и возвращаться. Почему у него «бесконечная чакра» на фоне остальных. И теперь… это было у меня тоже. Я медленно сжал кулак. — Бур чакры больше не проблема, — подумал я. — Летающий бур — тоже. Теперь ограничений стало гораздо меньше. Я посмотрел на Наруто, который уже снова улыбался, будто ничего особенного не произошло. — Спасибо, — сказал я вслух. — За что? — удивился он. — Да так, — усмехнулся я. — Потом объясню. Внутри было странное чувство. Не эйфория. Не жажда боя. А осознание. Я только что перешёл очень важную черту. И если раньше я боялся истощения — то теперь боялся совсем другого: А смогу ли я вообще себя остановить? Ещё я заметил одну вещь. Саске стал сильнее. Не резко, не скачком, но заметно. Его движения стали чище, реакция — быстрее, удары — жёстче. Он меньше ошибался, реже тратил лишние движения, будто кто-то методично шлифовал его основу. — Хм… — подумал я, наблюдая за ним издалека. Раньше он просто был талантливым. Теперь — работающим. Это чувствовалось сразу. Похоже, поражение его задело куда сильнее, чем он показывал. Он не злился, не истерил, не искал оправданий — он просто пошёл тренироваться. Больше. Жёстче. Целеустремлённее. И тут мысль пришла сама собой. А может… ему помогает брат? Я невольно вспомнил тот взгляд. Холодный. Внимательный. Тот, что я почувствовал тогда, после боя. Если Итачи действительно наблюдает… то вполне возможно, что Саске теперь не один. — Если так, — подумал я, — то это многое объясняет. И, если честно… меня это не расстроило. Наоборот. Я почувствовал знакомое, спокойное возбуждение. Не жажду драки — ожидание роста. Если Саске станет сильнее, значит, и мне придётся идти дальше. Не стоять на месте. Не довольствоваться тем, что уже есть. Я посмотрел на свои руки. — Значит, мы оба ускорились, — тихо сказал я. Он — потому что не хочет проигрывать. Я — потому что уже не могу остановиться. И почему-то мне казалось, что в будущем наши бои будут уже совсем другими. Жёстче. Опаснее. И куда более серьёзными. Прошло достаточно времени. Первый семестр закончился, и нам объявили каникулы на целый месяц. В академии стало непривычно пусто и тихо — никакой утренней суеты, никаких уроков, никаких построений. Впрочем, ничего удивительного. Мы хоть и будущие шиноби, но сейчас — мирные времена. Войны нет, деревня живёт спокойно, и детей не гонят в мясорубку раньше времени. Я это понимал… но расслабляться всё равно не собирался. Для кого-то каникулы — это отдых. Для меня — идеальное окно. Никаких занятий. Меньше лишних глаз. Больше времени на тренировки. Я шёл по улице, глядя на людей вокруг, и ловил себя на странной мысли: мир выглядит слишком обычным. Слишком спокойным. Как будто эта тишина — временная. — Ладно… — подумал я. — Значит, используем это время по максимуму. Месяц — это много. Особенно если у тебя: регенерация чакры, как у Наруто, контроль выше, чем должен быть, и техника, которая может тебя убить, если ошибёшься. Я усмехнулся. — Каникулы, значит… Для кого-то — отдых. Для меня — следующий этап. Хотя у меня уже была чакра воздуха и молнии, пользоваться ими я толком не умел. Чувствовать — да. Понимать разницу — да. Но применять осознанно — нет. Без учителя это почти невозможно. Можно нащупать направление, можно уловить характер чакры, но полноценно использовать стихию без того, кто покажет основы, — верный путь либо в никуда, либо к травмам. Я это прекрасно понимал. — Ладно, — решил я. — С этим потом. Стихии никуда не денутся. Они уже есть. А вот распыляться сейчас — глупо. Сейчас главное — бур чакры. Он был моим. Понятным. Опасным, но уже проверенным. И самое главное — я видел прогресс. С каждым днём вращение держалось стабильнее, расход снижался, а тело привыкало к нагрузке. Я больше не вырубался. Не падал на полпути. Не терял контроль в критический момент. Регенерация чакры делала своё дело — я мог ошибаться, пробовать снова, заходить на предел и возвращаться обратно без серьёзных последствий. — Значит, фокусируемся, — подумал я. Форма. Стабильность. Экономия. Когда бур чакры станет для меня таким же естественным, как обычный удар — вот тогда можно будет думать о большем. О сочетании со стихиями. О дальности. О вариациях. Я сжал кулак, чувствуя знакомое, спокойное вращение чакры внутри. — Всё по порядку, — сказал я себе. Каникулы только начались. Времени было много. А я больше не торопился. Теперь я знал: если идти шаг за шагом — результат всё равно будет. За месяц тренировок я продвинулся дальше, чем ожидал. Теперь я мог создавать бур чакры не мгновенно, но достаточно быстро — примерно за секунд восемь. Для меня самого это был хороший результат. Раньше на это уходило куда больше времени, да и стабильность хромала. Сейчас всё выглядело иначе. Форма держалась. Вращение не срывалось. Расход чакры стал контролируемым. — Восемь секунд… — пробормотал я, оценивая результат. Это быстро. Но только если сравнивать с тем, кем я был раньше. Я прекрасно понимал: для элитных шиноби это будет очень медленно. В реальном бою восемь секунд — это вечность. За это время тебя могут убить несколько раз, даже не напрягаясь. — Значит, пока что это не боевая техника, — честно признал я. Скорее заготовка. Козырь. Или оружие для ситуаций, где есть время на подготовку. Засада, добивание, давление на противника, который уже связан боем. Я сжал кулак и снова почувствовал знакомое вращение. — Но потенциал никуда не делся, — подумал я. Если я смог сократить время до восьми секунд за месяц… значит, дальше будет быстрее. Пять. Три. Одна. Я не спешил. Теперь — нет. Лучше медленно, но стабильно, чем быстро и в могилу. Я посмотрел на свои руки и усмехнулся. — Для ученика Академии… — подумал я, — этого уже более чем достаточно. А вот для того, кем я собирался стать… Работы ещё очень много. И это было ещё не всё. Бур чакры теперь летел гораздо дальше, чем раньше. Я проверил это несколько раз, с паузами, аккуратно, без фанатизма. Каждый раз — один и тот же результат. Около двухсот метров. Я стоял и смотрел на дальнюю отметку, где бур врезался в цель, и медленно выдыхал. — …Серьёзно? — пробормотал я. Раньше он разваливался через пару метров, максимум — десяток. А теперь вращение держалось стабильно, форма не «плыла», и чакра не рассыпалась в полёте. Да, скорость была не запредельной, да, подготовка занимала время — но дальность уже была на уровне. Для ученика Академии это было… ненормально. — Двести метров, — подумал я. — Это уже не просто ближний бой. Это засада. Это давление с дистанции. Это техника, от которой нельзя просто так отмахнуться. Я сразу отметил ограничения. Во-первых, цель должна быть статичной или медленной. Во-вторых, за эти восемь секунд меня нельзя трогать. В-третьих, расход чакры всё ещё ощутимый, пусть и не критичный. Но даже так… — Если я сокращу время подготовки хотя бы до трёх секунд… — мысль сама собой ушла дальше. Я остановил себя. — Не сейчас. Шаг за шагом. Я разжал кулак и позволил остатку чакры спокойно разойтись по телу. Регенерация уже делала своё дело, восполняя потери, будто ничего особенного и не произошло. — Значит, прогресс есть, — спокойно подвёл я итог. — И он хороший. Бур чакры больше не был просто экспериментом. Он стал реальной техникой. Сырой. Медленной. Но опасной. И где-то глубоко внутри я понимал: это ещё даже не середина пути. Контроль чакры и сам запас за этот месяц выросли очень заметно. Я открыл статус и внимательно пробежался по строкам. Атрибуты: Сила: 170 Выносливость: 240 Ловкость: 60 Скорость: 75 Чакра: 200 Восприятие: 38 Инстинкты: 25 Контроль чакры: 285 Регенерация чакры: 1000 Стихия чакры молнии: 5 Стихия чакры воздуха: 5 Потенциал: 100 Я закрыл окно и задумался. — Интересно… — пробормотал я. — А какой у меня сейчас вообще уровень чакры? Если прикидывать логически… Обычный генин — это: небольшой запас, слабый или средний контроль, восстановление медленное. У меня же: чакра 200 — уже заметно выше нормы, контроль 285 — это вообще не уровень Академии, регенерация… даже думать страшно. — Это точно выше генина, — решил я. — Вопрос только… насколько. До полноценного чунина по техникам и опыту я, возможно, ещё не дотягиваю. Но по чистым характеристикам чакры… очень похоже, что я уже где-то рядом. А по контролю — возможно, даже выше среднего чунина. И это меня слегка напрягло. — Я не уверен, — честно признал я. — Надо бы спросить кого-то, кто разбирается. В голову сразу пришло имя. Ирука Умино. Он не из АНБУ. Не Данзо. Не из верхушки. Но при этом — опытный шиноби и преподаватель, который точно чувствует разницу в уровнях чакры. Да, это может быть опасно. Но, если подумать… Те, кто за мной наблюдают, и так уже знают, что со мной что-то не так. Скрывать цифры дальше — бессмысленно. А вот получить адекватную оценку от человека без скрытых мотивов — полезно. Я выдохнул. — Ладно, — решил я. — Аккуратно. Без деталей. Просто вопрос. Не «вот мои цифры». А «на что это похоже со стороны». Я поднялся и посмотрел в сторону Академии. — Если даже Ирука-сенсей удивится… — подумал я, — значит, я действительно зашёл дальше, чем должен был. И тогда придётся быть ещё осторожнее, чем раньше. К Ируке подошёл один из лучших учеников Академии с просьбой проверить его объём чакры. Ирука немного удивился, но отказа не последовало. — Хорошо, — сказал он спокойно. — Только стой смирно. Он положил ладонь ему на спину и очень аккуратно пустил внутрь тонкую струйку своей чакры — ровно столько, сколько нужно, чтобы почувствовать ответ. И… замер. На долю секунды Ирука даже не понял, что именно его смутило. Потом он сосредоточился внимательнее, убрал всё лишнее и прислушался ещё раз. — …Что? — тихо выдохнул он. Ответная чакра была глубокой. Плотной. Устойчивой. Не рваной, как у детей, и не нестабильной, как у обычных генинов. Это была чакра чунина. Нет… даже больше. — Почти уровень сильного чунина… — подумал Ирука, не меняя выражения лица. Он сразу же убрал руку и сделал шаг назад, внешне оставаясь спокойным, но внутри у него всё напряглось. Это ученик Академии. Ребёнок. И такой объём… и такой контроль отклика… Ирука посмотрел на него внимательнее, уже совсем другим взглядом. — Ты… много тренировался? — спросил он осторожно. В голове уже крутились вопросы, один тревожнее другого. Сколько он скрывал? Кто его учит? И знают ли об этом наверху? Но вслух Ирука ничего лишнего не сказал. Он был опытным шиноби. И он прекрасно понимал одно: Такую чакру невозможно не заметить. Если он почувствовал — значит, и другие уже почувствовали. И это делало ситуацию намного серьёзнее, чем простой вопрос ученика Академии. Ирука отчитался Хокаге лично. Сам он до конца не понимал — зачем. Формально хватило бы обычного письменного отчёта: зафиксировать факт, передать наверх и вернуться к делам Академии. Ничего экстренного, по правилам. Но распоряжение было чётким. Лично. В кабинете Хокаге было тихо. Вечерний свет падал из окна, и Хирузен Сарутоби выглядел усталым — как всегда, когда приходилось принимать решения, которые нельзя записать на бумаге. — Вы уверены в своих ощущениях? — спросил он спокойно, выпуская дым из трубки. — Да, Хокаге-сама, — без колебаний ответил Ирука. — Я проверял аккуратно. Объём и плотность чакры… это не уровень ученика Академии. Даже не обычного генина. Почти сильный чунин. Хирузен медленно кивнул. Без удивления. Без резкой реакции. Словно услышал подтверждение того, что и так знал. — Спасибо, — сказал он после короткой паузы. — Этого достаточно. Ирука хотел было задать вопрос. Хотел понять, почему такая спешка, почему нельзя было оформить всё стандартно. Но что-то в голосе Хокаге дало понять — объяснений не будет. Ирука это принял. — Могу идти? — спросил он. — Да. И… — Хирузен посмотрел на него внимательнее. — Продолжайте наблюдать, как обычно. Без давления. Без резких изменений. — Понял. Ирука вышел, так и не получив ответа на главный вопрос: почему именно сейчас это так важно. Когда дверь закрылась, Хирузен некоторое время молчал, глядя в окно на деревню. — Почти сильный чунин… — тихо повторил он. Он отложил трубку. — И это то, что разрешили почувствовать. Хирузен прекрасно понимал: настоящая проблема была не в цифрах и не в ранге. А в том, что этот ребёнок умел скрываться. И именно поэтому отчёт нельзя было оставлять на бумаге. Именно поэтому он не стал ничего объяснять. Некоторые вещи в Конохе должны были оставаться только между живыми людьми. — Да и Данзо бы получил этот отчёт тоже… — тихо сказал Хирузен Сарутоби, закурив. — А этого я не особо хочу. Дым медленно поднялся к потолку и рассеялся в тишине кабинета. Он прекрасно знал, как это работает: любой письменный отчёт, любой официальный документ рано или поздно проходит через лишние руки. А некоторые глаза в Конохе видят слишком много — и слишком выборочно. Шимура Данзо не задал бы вопросов. Не стал бы ждать. Он просто сделал бы выводы — и начал действовать. Хирузен этого не хотел. — Пока что… — продолжил он после паузы, — пусть всё остаётся так, как есть. Никаких бумаг. Никаких формулировок. Никаких поводов. Только живые слова и живые решения. Он сделал затяжку и посмотрел в окно, на мирную деревню внизу. — Ребёнок с такой чакрой, — пробормотал он, — должен вырасти человеком. Не инструментом. Дым снова поднялся, и вместе с ним — тяжёлая, привычная ответственность. Некоторые угрозы в Конохе лучше держать не в архивах, а под личным контролем. Ну что я понял? Ирука-сенсей особо не вдавался в подробности. Ни цифр, ни сравнений по людям, ни лишних выводов. Но главное он всё-таки сказал. — Чакры у тебя больше, чем у генина, — произнёс он спокойно. — Минимум уровень чунина. Этого мне хватило. Я не стал переспрашивать, не стал давить и вытягивать детали. По его тону было понятно: дальше — уже не его зона ответственности. Да и мне лишние подробности сейчас только навредят. — Понял, — ответил я тогда. — Спасибо, сенсей. Вывод был прост и одновременно тревожен. По чистому объёму чакры я уже: не ученик Академии, не генин, а минимум чунин. А если учитывать контроль, регенерацию и то, что я умею это скрывать… то реальный уровень может быть и выше, чем он сказал вслух. Я шёл по улице и прокручивал это в голове. — Значит, всё-таки не показалось, — подумал я. Это объясняло многое: почему я так легко держу бур чакры, почему перегрузки больше не валят меня сразу, почему за мной начали смотреть. И это означало одно. — Теперь осторожность — не рекомендация, — решил я. — А обязательное условие. Я не собирался останавливаться. Но теперь я точно знал: Я уже выше того уровня, где можно просто делать вид, что я обычный ученик. И если я не хочу, чтобы кто-то начал задавать слишком правильные вопросы — мне придётся быть умным.