Часть 1

Для Какаши все это было похоже на давно забытый кошмар. Друг, вернее.. А кто был для Какаши Обито? Заклятый друг? Товарищ по команде? Человек, что подарил ему такую ценную вещь, как шаринган? Неопределенности было слишком, слишком много. Какаши не мог поверить что он жив. Что Обито, хоть и совершенно взрослый, шрамированный мужчина перед его глазами, и впрямь тот самый мальчик из его команды. Он не думал что встреча произойдет на этом свете. Совершенно точно не думал. Это и правда было похоже на кошмар. Обито источал ненависть и желание убить. Он не дышал, он выталкивал воздух из легких со свистом, который походил на свист куная в воздухе. Глаза мужчин встретились. Два красных глаза с маленькими каплями томоэ пересеклись, разрезая воздух меж друг другом, и теперь уже не разрывали нить контакта. У Какаши выбило воздух из легких будто ударом. Взгляд цепко проходил по очертаниям мужчины напротив. Мозг отказывался считывать сигнал о том, что это дорогой человек из давно минувших дней. "Нет, это точно не он. Это чья-то насмешка, Эдо тенсей, что воскресило его труп. Это не может быть... Не может быть тот Обито"- лихорадочно проносились в мозгу мысли. Видя растерянность Какаши, Обито сжал зубы. Не так часто встретишь убийцу самого дорогого тебе человека. Не так часто ты увидишь его испуганный и ошарашенный взгляд прямо на себе. Ненависть вскипела новой, упрямой и жёсткой волной в Учихе. Вся тоска, боль утраты, разочарование и гнев смешались в единую бурлящую смесь, что распаляла, давала сил и позволяла думать жестоко и со всем размахом. Одними губами Обито проговорил слова: "Дерись со мной, жалкий трус". Они были только для Какаши. Только для объекта его нескончаемого гнева. Сложив печать, Обито направил всю свою чакру в уцелевший шаринган, перемещая себя и Хатаке в измерение камуи. Шлепнувшись о бетонную плиту, Какаши наконец вышел из состояния немого одеревенения. Приняв стойку, он заговорил. - Обито, это правда ты?- мужчина отчаянно пытался сопоставить черты жизнерадостного мальчика из воспоминаний с этим жестким лицом человека, что повидал слишком многое. - А ты уже забыл мое лицо, Хатаке Какаши? - процедил Обито, криво усмехрувшись, - Забыл лицо, обладатель которго помог тебе добиться славы, добиться поста джоунина? Забыл лицо, чей хозяин отдал тебе на хранение две самых ценных вещи в его жизни? Ты забыл, Какаши? - Обито, Рин... Я не хотел чтобы это произошло, - попытался оправдаться Хатаке, но вражеский кунай прорезал воздух, поцарапав край щеки. Копирующий резко отпрянул и попытался сосредоточиться на противнике, хотя это получалось с трудом. Чересчур много невысказанных слов висело в воздухе. - Лежа при смерти под тем треклятым валуном, я попросил тебя... Я попросил тебя оберегать Рин, - взревел Учиха, молниеносно переместившись вплотную к Какаши и попытавшись вспороть ему шею. Удар был отпарирован, - Это была предсмертная просьба друга. Товарища. Но ты не смог сделать даже такую мелочь, - каждое слово мужчины сопровождалось лязгами кунаев. - Ты не знаешь многого, Обито!- отчаянно прохрипел Хатаке, отбиваясь от яростных ударов, - Она сама встала на пути моего чидори, когда поняла, что является бомбой замедленного действия. - Мне плевать, что она сама это сделала, Какаши! - процедил Обито, отскакивая на несколько шагов и складывая печати для атаки, - Ты должен был помочь ей, ты должен был уберечь её от участи, которая ждала её! - огненный шар пронёсся по бетону, выжигая тропу после себя. Какаши успел отскочить в сторону, но часть ноги была повреждена стихией. Поморщившись от боли, мужчина контратаковал, тоже сложив печати. Водный массив проехался в паре сантиметров от Учихи, успевшего уклониться. - Я не виноват в её смерти, Обито! Но я до сих пор жалею, что выжил тогда, что я не спас её. Что не умер вместе с ней, - отчаянно прокричал Хатаке. - Ты должен был думать об этом тогда. Сейчас от твоих слов лишь зазря тратится воздух, - криво улыбнулся Обито. Ярость клокотала в нём как паровой двигатель, и тело ощущалось легче чем было на самом деле. - Обито, я не хотел чтобы так произошло. Я пытался увести её, но она сама попросила убить её, чтобы не причинять вред деревне, - пытаясь вразумить Учиху, ответил Хатаке, - Мы оба знаем что это было неизбежно, но ты не хочешь это принять. - Неизбежно?! - с новой силой вскрикнул Учиха, - Ты предал Рин, ты предал свою клятву мне и ты предал свою фамилию. Ты трус, мерзкий червяк, и ты будешь убит мной за свою трусость, - с рёвом Обито бросился на Хатаке, вступая с мужчиной в рукопашный бой. Нога у Какаши была повреждена, и Учиха знал куда бить. Прицеливаясь точно в правую ногу Хатаке, Обито старался сделать подсечку и повалить противника на спину. Но Какаши тоже был ловок. Постоянно ставя блок и меняя точку опоры, он буквально танцевал в бою с Обито, стараясь нанести удары поддых. Через семь минут напряженной битвы оба мужчины заметно выбились и дрались из последних сил. В ход шло все имеющееся оружие, но пока что не выигрывал никто. У Обито была повреждена левая рука, у Какаши все так же правая нога. В конце концов, Хатаке снова отскочил от Обито на приличное расстояние и выставил кунай перед своим животом. Взгляд у него был уставший и разбитый. Перед глазами пролетела вся его жизнь. Отец, академия ниндзя, смерть отца, шепот за спиной и отвод глаз. Потом команда под началом Минато... Цветущая Рин и жизнерадостный Обито, так похожий на Наруто. Потом смерть Обито.. Позже и Рин... После них ушёл и Минато, оставив Какаши только боль от стольких потерь, и неунимающуюся тоску, что камнем лежала на сердце. Ничто не помогало мужчине снова ожить. Все краски, что привносили в его жизнь близкие люди исчезли. Какаши просто существовал. Выполнял миссии, жертвовал собой в надежде что его наконец убьют, и на том свете он поговорит со всеми своими друзьями, с наставником, с отцом... Все это было бессмысленно. - Обито, просто выслушай меня... Мои последние слова. Я не хотел чтобы кто-либо из моих близких умирал. Я не хотел чтобы ты попал под тот валун. Я не хотел, чтобы Рин украли ниндзя тумана и засунули в неё бомбу с хвостатым. Я не хотел чтобы она попросила меня о своей смерти. Я ничего этого не хотел, Обито.., - кунай уже врезал кожу на животе мужчины и тонкая струйка крови начала течь по лезвию и одежде Какаши, - Я просто хочу сказать тебе на прощание, что... Рин больше всего тосковала по тебе. И в момент свой смерти она с улыбкой сказала о том, что на том свете наконец встретит неугомонного и такого доброго Обито,- лезвие вошло уже наполовину в живот Какаши, который через боль и хрипы говорил свои последние слова. Обито с недоверием и ненавистью смотрел на мужчину, что блефовал.. Как он поначалу думал. Но когда лезвие и правда начало входить в живот Какаши, глаза Учихи раскрылись от растерянности и непонимания. - Какаши, я не хочу слушать тебя, - упрямо, но без яда сказал Обито, все еще думая что мужчина остановит кунай. - Ты же не трус Обито. Ты выслушаешь последние слова товарища по команде, - с кривой и болезненной усмешкой прохрипел Хатаке и сделал широкий и глубокий надрез на своём животе, испустив полный боли стон. Увидев плотный багряный ручей крови, Обито оцепенел. Взгляд бегал по фигуре Хатаке, что медленно сползал на бетонный пол плато. Через несколько мгновений оцепенение спало, и Учиха медленно подошёл к истекающему кровью мужчине. - Обито, прости... За Рин.. Я не смог... Уберечь её от всего этого. Я действительно трус и предатель, - прохрипел Какаши, откашливая кровь, - Я рад что увидел тебя живым ещё раз.. Обито..- после этих слов рука мужчины безвольно опустилась, а шаринган потух в глазнице. Взгляд остекленел, а кровь продолжила течь спокойным ручьём, но уже не выталкивалась наружу. Обито неверяще потряс мужчину за плечо. Раз, два. Ничего. Глаза в панике забегали по телу Хатаке, пытаясь найти хоть малейший признак жизни. Спустя пару секунд Учиху посетило осознание. И правда умер. Просто вскрыл себе живот, унеся жизнь как самурай, совершив харакири. Трясущимися руками Обито снял маску с нижней половины лица Хатаке. Улыбка... Безмятежная улыбка была на лице его заклятого врага, ненависть к которому подпитывала его всю его жизнь после мнимой реинкарнации. Хотя после слов Какаши осталась ли та ненависть? Её и не было. Была боль, была тоска и было жгучее чувство потери. Потери самого дорогого на тот момент человека. Но Обито сам и не понял, как Хатаке Какаши, джоунин скрытого листа, копирующий ниндзя, стал его опорой. Его двигателем жизни. Его одержимостью. И сейчас он лежал мёртвый, улыбаясь так, будто он видит самый лучший сон в мире, и совершенно не хочет просыпаться. Скупая слеза, а потом и вторая, и третья, и четвёртая начали скатываться по лицу Обито. Солёная жидкость капала на жилет Какаши, оставляя свой след на его смерти. Учиха не понимал что плачет. Он лишь прокручивал все свои воспоминания о Какаши в голове. Сначала соперничество, потом притирки, а в конце уже искреннюю привязанность к заносчивому мальчику из своей команды. Но потом была тьма. Непрогляная тьма гнева и ненависти. Хотя сейчас ненавидеть было уже некого. Не ожидая сам от себя Обито тихо завыл. Протяжно, хрипло, будто потерял что-то важное. - Ты трус Какаши. Ты отнял у меня возможность убить тебя. Даже сейчас я проиграл тебе.