Глава 9, в которой Северус тоже узнает про Виолу много нового.

      Руби подала также и несколько сэндвичей к чаю. Это было кстати, учитывая, что завтрак Северус пропустил. Виола также была рада перекусить.       — А что за урок у тебя будет первым? — спросила она, отхлебнув чаю.       — Сдвоенный Когтевран-Пуффендуй, седьмой курс. Собираемся сегодня варить базовое лечебное зелье, на основе которого потом делаются мази, настойки и прочее.       — Ого! А почему лишь на седьмом курсе? Дети ведь наверняка гораздо раньше получают травмы. Им бы пригодилось…       — Дети всегда получают травмы, мне кажется, Хогвартс прямо создан для травмирования, — поморщился он, вспомнив Золотое Трио, — но состав довольно сложен в изготовлении, нужна большая концентрация сил и долгая настойка в темном месте, а терпения у малышни ни на грош. Так что это возможно лишь на седьмом курсе, когда мозги более-менее на место встали. Ну что, идем?       Она поднялась и последовала за ним в класс. Мантию свою он оставил висеть в гостиной.       Дети зашли в класс, занятые своими мыслями, но гостья мгновенно привлекла их внимание. Может быть дело в ее внешнем виде или вообще в наличии другого взрослого человека в классе Снейпа, но по классу полетели шепотки:       — Кто это?       — Проверка какая-то?       — Магла что ли? Одета странно!       — Надо же, Снейп и дамочка!       — За дамочку ответите, мистер Роули, и прямо сейчас. Выходите, пожалуйста, к доске, — сказал Северус, и продолжил, — Внимание, седьмой курс, сегодня у нас гостья, как вы заметили. Позвольте представить вам мою коллегу, — он помялся секунду, — Виолетта Томпсон, преподаватель химии в школе. Это аналог зельеварения у маглов.       Шепотки замерли, потом стали еще оживленнее.       Вилка поглядела на Северуса.       — Ну не так же вот сразу.       — А как? Ты, кажется, не хотела скрывать…       — В голове звучало лучше.       — Ну что уж теперь, все будет хорошо, они нормальные ребята.              — Итак, мистер Роули, — оглянулся Северус на замершего пуффендуйца, — расскажите нам, пожалуйста, состав базового лечебного зелья, и, если вам не трудно, запишите его на доске, чтобы все те, кто забыл, ничего не упустили.       Роули встрепенулся, взял мел и начал аккуратно выводить состав зелья. Удивительно, но без единой ошибки. Может быть, не такие они и обалдуи, как я о них порой думаю.       Состав был записан, последние указания даны, горелки зажжены, и началась работа.       Северус ходил между рядами, не мешая, но послеживая за тем, что кипит в котлах, и порой давая ценные указания.       — Две унции лирного корня, две, не две с половиной, у вас от этой половины волосы в ушах повырастают.       — Убавьте огонь, а то убежит.       — Этот папортник, видимо, прошлогодний. Возьмите в кладовой свежий, этого лета, третья полка снизу, слева.       Виола с любопытством разглядывала обстановку, любовалась на фиолетовый пар над котлами, следила за Северусом, который чувствовал себя как рыба в воде, или как капитан собственного судна под названием «класс зельеварения», который уверенно ведет команду к новым берегам. Ну, это ей так казалось. На самом же деле он даже наорал один раз, когда особенно нерадивый ученик чуть не опрокинул котел с горячим зельем на соседа.       — Осталось пять минут до конца урока. Пора заканчивать, в каком бы состоянии ни было зелье. Наложите на котлы чары Стазиса. Я позже перенесу их в кладовую на хранение. Результат мы с вами увидим…— он сверился с лунным календарем, — примерно через две недели. Всем спасибо, все свободны. Мистер Грин, задержитесь, пожалуйста ненадолго.       Александр Грин, который чуть не перевернул котел, замечтавшись на уроке, понуро прислонился к своей парте, медленно складывая вещи. На удивление, задержались еще несколько студентов.       — Вы свободны. — повторил Северус.       — Профессор, у нас вопрос.       — Ну же. В чем дело? У меня есть и другие дела!       — Мы…хотели бы кое-что уточнить по теории. — робко начала худощавая семикурсница с Когтеврана.       Северус вздохнул.       — Некогда мне уточнять с вами. Но раз уж вам так надо, я попробую выбить дополнительный час для тех, кому нужно зельеварение для поступления. Я ведь правильно растолковал ваш посыл?       Семикурсница кивнула, пробормотала «спасибо», и компания выскользнула за дверь.       — Теперь с вами, мистер Грин. Я должен извиниться за свое сегодняшнее поведение, я не должен был повышать на вас голос. Зельеварение — не ваша сильная сторона. В нем нужны сосредоточенность и внимание. Вы вообще чем собираетесь заниматься после школы?       Если Грина и удивило участие Снейпа, то он не показал этого, посмотрел в окно и задумчиво сказал:       — Мореплавателем, наверное. Или писателем, если в мореплаватели не возьмут по здоровью. Писать у меня неплохо получается вроде.       — Хорошо, что у вас есть план. Но ведь в дальнем пути по морям вам может пригодиться склянка-другая целебных зелий. Подумайте об этом.       — Обязательно, профессор Снейп. Я могу идти?       — Идите.       Грин вышел, и Северус наконец взглянул на Виолу. Она сидела на последней парте и улыбалась.       — Вот это да, Северус, пожалуй, это лучший подарок на день рождения!       — День рождения? Мне жаль, что я не подготовился получше. У меня нет для тебя настоящего подарка.       — А как же это? — она блеснула брошью. — Выглядит очень празднично, боюсь, что Элен даже заревнует.       Элен. Заревнует.       Нет, он, конечно, понимал, что Виола — женщина не для него. Слишком живая, слишком хорошая, светлая девушка. Понимал, но все же будто на что-то надеялся и как-то не готов он был вот так сразу узнать, что у нее уже кто-то есть.       Она расценила молчание по-своему.       — Элен — это моя жена. Вы еще не знакомы, но я убеждена, что вы друг другу очень понравитесь. Вы будто даже немного похожи.       — Эм, да, возможно. Что ж, предлагаю тебе небольшую экскурсию по замку. До урока мы толком ничего не успели посмотреть.       Он показал ей Большой Зал, двор и теплицы, Больничное крыло и совятню, и, в конце концов, прогулка завела их на Астрономическую Башню. Оттуда открывался великолепный вид на Хижину Хагрида, Запретный Лес и Черное Озеро.       — Нет, ну до чего тут у вас интересно! Больше всего мне понравился Пивз!       — Пивз? Этот-то хулиган чем тебя смог покорить?       Он пролетел сквозь Виолу где-то в коридоре третьего этажа, истошно хохоча и улюлюкая.       — Ну, сразу видно, что он веселый парень! Интересно, каким он был при жизни.       Черт побери, совсем не интересно! Представляю, сколько хлопот он доставил тогдашнему начальству замка.       — А я думал, что больше всех тебе понравился я. — Северус нашел в себе силы ухмыльнуться.       — Ты был великолепен. Видно, что тебе это все нравится в глубине души. Любишь этих остолопов с их котлами и кривой нарезкой.       — Знаешь, я думал, что у нас с тобой какая-то взаимная симпатия появилась. — сменил тему Северус на еще более неудобную. — Я тут, конечно, не эксперт, но все же мне так показалось.       Виола вздохнула.       — Я просто слишком дружелюбная, так мне мама всегда говорила.       — М?       — Дружелюбная через край. Это как будто бы одновременно достоинство и недостаток. Никак не вижу границ других людей, не знаю меры, из-за этого иногда возникает путаница. Прости, если задела, обидела, или у тебя были какие-то романтические планы на меня. Мне действительно жаль, что так все вышло.       Они помолчали некоторое время.       — Мы все еще друзья? — робко поинтересовалась она.       — Абсолютно. Мне же не пятнадцать, чтобы я обозвал тебя плохим словом и убежал рыдать в Выручай-комнату.       — Оу, а…что это за комната и где она находится?       — О, иногда мне кажется, что она находится там, где хочет, а не там, где должна.       Перед тем, как доставить Виолу обратно в Дырявый котел, Северус решил переодеться в магловское и съесть ланч где-нибудь в Лондоне, раз уж все равно туда трансгрессировать.       На этот раз он решил воспользоваться преимуществами, которые замок ему позволял, и срезать путь через один из коридоров, скрытых за портретами. В этом конкретном коридоре он бывал уже не раз, так что уверенно вел за собой Виолу. Внезапно она остановилась перед голой стеной и спросила:       — Кто это был?       — Где?       — Ну вот, статуя какого-то домовика.       — Какая статуя? Я тут ничего не вижу, — он насторожился и достал палочку.       — Да вот же! — она схватила его за руку и в этот самый момент он действительно увидел статую домовика.       На пыльном пьедестале было выбито «Домовой эльф Хуки».