Глава 12, про обмен опытом и уютный магазинчик.

      В школу стекались ученики со всей округи. Малышню провожали родители, всовывали им в рюкзаки ланчбоксы, целовали на прощанье и отпускали в ворота школы. Ребята постарше отделывались от своих родителей за углом школы и бежали ко входу, маша руками одноклассникам. Старшеклассники группками лениво курили у входа.       Подозрительного вида худощавый человек стоял неподалеку от ворот школы. Его красные глазенки шныряли туда-сюда, оглядывая потенциальных покупателей его дряни. В тот самый момент, когда он сошелся взглядом с одним из старшеклассников, Северус подскочил к нему, заломил ему руку и прошипел:       — Еще раз я увижу тебя возле этой, или любой другой, школы, я отрежу твой член, засуну его тебе в глотку и заставлю проглотить. Тебе понятно?       Небольшой невербальный Конфундус добавил уверенности, что больше этот человек здесь не появится. Дилер осоловело кивнул и пошел прочь. Когда Северус обернулся, старшеклассников уже и след простыл, однако через дорогу стояла Виола, с любопытством глядя на него.       — Так-так, пришел пораньше, и уже винтишь каких-то бродяг?       — Он не бродяга, и не говори, что ты не знала.       — Да, райончик здесь не из лучших, конечно. Мы регулярно заявляем на них в полицию, но лезут все новые и новые… Ну что ж, идем, познакомлю тебя с директором школы.       — Может не стоит?       — Конечно стоит! В этом все веселье! Вон он, встречает учеников.       На крыльце школы стоял высокий парень в очках.       — И это он директор? Что-то слишком молод он для директора…       — Да брось, сам-то во сколько начал преподавать?       Они прошли вовнутрь, вежливо кивнув молодому человеку.       — Вот класс математики, спортзал, столовая, тут у нас учительская, заглянем после урока, — показывала Виола школу. — А вот и мой класс наконец-то. Заходи, располагайся.       Он окинул взглядом помещение. Довольно большое, окнами на солнечную сторону, оно было тем не менее уютным и отражало свою хозяйку. Таблица Менделеева, если это была она, выглядела как-то странно.       — Не поверишь, но, если провести с ней немного времени, мало того, что начинаешь понимать, как все устроено, так еще и замечаешь, что в таком виде она гораздо ближе к зельеварению, — сказала Виола вполголоса.       Класс потихоньку наполняли подростки.       — Разве ты не должна быть там, — указал Северус на кафедру в начале класса.       — Сегодня нет, смотри.       Вслед за последними учениками в класс вошел темноволосый молодой человек в строгом костюме и сказал:       — Здравствуйте, класс. Меня зовут мистер Квэйл, и сегодня я ваш преподаватель химии.       — Что за черт… — шепнул Северус.       — Сегодня День Самоуправления, я тебе рассказывала. Везде управляют дети, уроки ведут тоже они, — зашептала Виола в ответ. — Давай не будем мешать.       — Откройте тетради, пожалуйста, и запишите нашу сегодняшнюю тему…              

***

      — Впечатляет, — сказал он, когда ученики рассосались. — Это ты его так выучила? Готовый преподаватель.       — Один из лучших у меня в одиннадцатом. Собирается на хим-био в университет. Пока не решил конкретно в какой, но есть еще время до июля.       — Что ж, полагаю, мне пора, — попытался сбежать он.       — Брось, я знаю, что у тебя сейчас окно. Идем, познакомлю тебя с настоящими учителями, они скорее всего гоняют чаи в учительской. Идем!       Виола была права, в учительской, в разных ее уголках, сидели около десятка дам разного вида и возраста. Северус аж почувствовал себя неловко под таким большим количеством заинтересованных взглядов.       — Всем привет, это мой коллега из другой школы, мистер Снейп. Он сегодня у нас в гостях по программе обмена опытом.       Отовсюду донеслись приветствия. Виола представила всех дам по порядку, Северус вежливо пожал всем руки. Когда с неловкой частью было покончено, им предложили чаю с печеньем. Это было хорошей идеей, ведь когда рот занят чаем, можно не разговаривать. С разговором дамы прекрасно справлялись и без него. Новые поправки к закону об образовании, заполнение журналов, тренды в макияже и нехватка туалетной бумаги… Он едва вслушивался в их болтовню.       Одна из женщин, кажется, мисс Эллингтон, не принимала участия в общей беседе, она сидела чуть поодаль, закинув ногу на ногу, и качала своей бордовой туфлей. Она напомнила Северусу его самого не только по поведению, но и внешне. Ее черные волосы спускались волной с левого плеча, а глаза изучающе смотрели на Северуса. Без всякой легиллименции он увидел в них отражение своих мыслей и отсалютовал ей чашкой. Она ухмыльнулась краешком рта. Сестра. Если бы у меня была сестра, то именно такая.       Прозвенел звонок, и те, у кого был урок, начали расходиться по классам. Бордовая туфелька тоже вернулась на свое место на ноге, и направилась к выходу. Северус, сам того не ожидая, поднялся, чтобы придержать дверь. Она дернула бровями и вышла, задев его колени подолом своего платья и оставив легкий шлейф духов.       — Кто-то завел себе даму сердца? — пошутила Виола, которая наблюдала за этой сценой. — Не обольщайся, она несвободна.       — Да я уж понял, блеск ее кольца только слепой не заметит. Ведьма!       — Могла бы ею быть, я уверена. Слизерин, не меньше. Пойдем, покажу тебе еще одно любимое место неподалеку.       — А как же твои уроки?       — О, поверь, они справятся без меня. Я велела последнему учителю на сегодня закрыть класс и отнести ключ на вахту, если меня еще не будет на месте к концу занятий. Имею же я право на отдых!       — О да, особенно в рабочий день.       — Кто бы говорил! — рассмеялась она.       Они вышли из школы и пошли по направлению к центру. Минут через десять Виола резко завернула в маленький проулок между домами.       — Срежем тут! — звонко крикнула она Северусу, который едва поспевал за ней.       — Мы пришли!       На первом этаже дома расположился маленький магазинчик с небольшой вывеской «Секонд-хэнд» в окне. На другом окне прямо на стекле было нарисовано красиво оформленное слово «винтаж».       В магазинчике было тесно. Нет, не так. ТЕСНО! Вдоль окон стояли этажерки со всякими мелочами, вглубь уходили несколько рейлов, которые пестрили разными тканями и фасонами одежды, даже пространство под потолком было заполнено, там висели велосипед, ружье и оленьи рога.       Северус хохотнул. Куплю рога, наряжусь в костюм анимага-Поттера.       Виола уже ускакала вовнутрь, перебирая вещи на рейлах. Он решил пока полистать книги в соответствующем отделе, который теснился между старой мебелью и обувью. Он присел на покосившийся стул, отчего тот жалобно скрипнул, и взял в руки первую попавшуюся книгу.       Минут через пять Вилка выскочила из ниоткуда как чертенок из табакерки, вывалила на него гору тряпок и сказала:       — Это тебе! Примерь, покупать необязательно!       Где-то он это уже слышал.       — Ну уж нет! Я уже напримерялся одежды на этой неделе!       — Кстати об этом, дамочки в школе будут еще неделю о тебе судачить, нечасто такие красавчики залетают на огонек. Кто-то из них, возможно. даже будет представлять тебя, когда…       — Избавь от подробностей, — сказал он. — Ладно, давай сюда свои шмотки, неугомонная женщина. Но знай, это в первый и последний раз. Где примерочная?       Она проводила его, а сама уселась напротив в ожидании шоу.       — Это еще что такое!       — Могу предположить, что ты про гавайскую рубашку. Ну же, не упрямься, сейчас многие такое носят.       — Тряпка для пола это, а не рубашка. Надену только то, что хотя бы однотонное.       Спустя время он вышел из примерочной в белой футболке и коричневых штанах в рубчик.       — Северус, ты извини за вопрос, но сколько тебе лет?       — В январе будет сорок три. А что?       — На встрече на той конференции я решила, что тебе за пятьдесят, потом решила, что около сорока, а теперь вижу перед собой прекрасного человека лет тридцати пяти.       — Льстишь. Я не выгляжу на тридцать пять.       Он украдкой завозил ногтем по ткани.       — Позволишь? — спросила она, потянувшись к волосам.       Он замер, как мышь перед кошкой. Уже миллион лет никто не трогал его волосы. Прикосновения отозвались мурашками по плечам и рукам. Она аккуратно собрала его волосы в низкий хвост и перехватила их смешной детской резинкой, которую подхватила из жестяной банки с аксессуарами по фунту.       — Теперь выглядишь!       — Ага, на пять. С половиной. — он вспомнил, как дышать, и покосился в зеркало на розовый бантик.       — Неважно. Мы это берем!       — Мы? Я это беру!       — Позволь мне оплатить эти вещи, меня тут знают, у меня большая скидка. К тому же я просто оплачу это вместе с тем, что взяла для себя, — она помахала грудой одежды, свесившейся через руку.       — Вот уж нет, упрямица. Не думай, что я выхожу из дома без магловских денег!       — Ничего такого не имела в виду. От упрямца слышу. Отдашь с оказией, — отрезала она и двинулась к кассе.       Северус вздохнул и ушел переодеваться.