Часть 1

Глава 1 На центральной улице, залитой ярким светом фонарей, царила атмосфера веселья. Каждый уголок площади был окутан звуками музыки и смеха, словно праздник заполонил собою всё. Люди собирались группами, обменивались яркими впечатлениями, поедая праздничные угощения, которые манили с витрин уютных кафе. В тот миг, когда на глазах людей возникла фигура девушки, мелькающего сквозь толпу, люди на мгновенье замерли. Её быстрые шаги поднимали пыль, озаряющую мягкий свет заходящего солнца. Лица зевак сразу изменились на недовольство и призрение, всякий раз, когда она сталкивается с кем-то, сразу вскрикивали вслед -Эй! Смотри куда бежишь! Её усталые ноги тяжелели с каждым шагом, но Лис отчаянно пыталась увеличить расстояние между собой и преследователями. Тот, что был в капюшоне, оказался особенно устрашающим. Тень, скрывающая его лицо, под капюшоном наводила на различные мысли о скрытых под ней чертах лица. Второй же был идеальным воплощением бесстрашного воина, а его тело, словно холст, было исписано татуировками. Каждый рисунок или символ, вероятно, нёс в себе тайну о его прошлом или даже предупреждение. Сердце начало биться сильнее, а дыхание стало тяжелым и прерывистым. Лис торопливо свернула за угол, но в голове крутилось множество различных беспорядочных мыслей. Как же сложно было сосредоточиться, когда от страха в горле образовался ком, а в ушах звучал гул собственных шагов. -Куда бежать? Темные переулки казались лабиринтом, скупо освещённый одним фонарём, петляя по улочкам было всё труднее и труднее найти выход. Девушка помчалась вдоль стены, прячась в тени, когда до неё донеслись отдаленные голоса людей. —Ты видел, куда она забежала? Спросил мужчина в грубой интонации своего напарника, осматривая каждый угол. Его большая тень буквально наводила страх всё больше и больше. Второй же исчез из поля зрения, что являлось проблемой для Лис. Она стала внимательней следить за каждым углом и окружением вокруг себя, что бы в случае чего незаметно сбежать. –Выходи не бойся! Мы не кусаемся! Крикнул мужчина привлекая внимание Лис на себя дабы отвлечь. Через секунду девушка услышала позади себя приглушённые шаги, что медленно приближались к ней, в попытке того когда она хотела развернуться и увернуться от нападения она получила чем-то тяжёлым по голове и упала на землю не теряя сознания. У Лис кружилась голова, сознание и взгляд помутились она видела лишь расплывчатые силуэты своих похитителей и всё вокруг тут же исчезло погрузившись во мраке. ***—Мы явно разбогатеем за такую красотку, её отец просто будет обязан заплатить нам в двойном размере. —А если нам не заплатят? Что будем с ней делать? Босс же с нас шкуру сдерёт. —Значит заставим. Может, мы с ней развлечёмся пока никого нет. Произнёс бандит, подсев к девушке находящейся без сознания пытаясь разбудить её любыми методами. Просыпаясь от легких ударов по лицу тяжёлой ладонью и громких криков, не помня, как оказалась связанной сидя на полу. Её мокрые от холодного пота лицо и грудь буквально горели, словно, обжигаясь изнутри, когда Лис судорожно хватала воздух с ощущением, будто её только что вырвали из ледяной проруби среди замерзшей реки... Перед глазами все еще стояли ужасающие картины, которые она не в силах была выбросить из головы. Ещё секунд пять девушка была потеряна во времени и пространстве. Сердце бешено билось, а по спине стекал холодный пот. До Лис стало медленно доходить, что всё, произошедшее с ней только что – правда, а не страшный сон. Она сидела бездвижно на полу, пытаясь понять, где находится её руки были накрепко связаны за спиной тонкой верёвкой, из-за которой было проблематично ими пошевелить. Посмотрев в лицо массивному мужчине, смотревшему на нее с каким-то извращенным взглядом, что сидел напротив, сознательно Лис ударила его ногой по лицу, к счастью они были не связаны. Взвыв от сильной боли, член преступной группировки сломал свой нос. Резкая боль ударила прямо в нос, которая становится сильнее при прикосновениях. С каждой минутой боль становилась все сильнее и сильнее, а также вокруг носа образовался отёк, преступник разозлился не на шутку. Долго обдумывать не получилось – нервы были на пределе, поэтому Лис предприняла отчаянную попытку побега. Схватив девчонку за волосы, мужчина остановил её не удачную попытку сбежать и швырнул обратно на пол. После чего накинулся на нее, сжимая ее горло с своих больших руках. —Не куда ты от меня не уйдёшь! Твои родители расплатятся за это! Второй преступник, что стоял рядом за ними начал отталкивать своего напарника, угрожая ему, что если он не прекратит издеваться над девушкой и убьёт её, им потом будет с нечего просить с её родителей деньги и вся операция пойдет коту под хвост. —Просто расслабься и получай удовольствие я заставлю эту девку расплатиться за мой сломанный нос! – Потешаясь над Лис, всячески начал приставать к ней, пока в комнату не ворвался ещё один из членов банды, докладывая о том, что их срочно вызывает босс. Прекратив все издевательства над ней, громила начал наезжать на новенького, что тот пришёл не вовремя, отпустив пленницу. Связывая ей ноги, преступник со своим напарником поспешили на внеочередное собрание, оставив новенького на стороже. —Глаз с неё не спускай! – Рявкнул громила. После ухода членов мафиози, молодой парень поспешил помочь беззащитной девушке, что лежала на холодном полу уже не подвижно. заметив её потухшие и заплаканные глаза, быстро разрезал верёвки карманным ножом и помог подняться на ноги. Опрокидывая её руку себе на плечо, помог выбраться из этой холодной комнаты. —Сейчас будем выбираться через чёрный проход, там не особо много моих людей, но постарайся передвигаться тихо, что бы нас ни услышали. Кивнув головой, Лис отцепилась от незнакомца, продолжая идти самостоятельно. После чего продолжила следить за ним, почти добравшись до выхода. В её голове всё никак не укладывалась мысль, зачем он её помогает, если этот человек один из членов банды. Может быть это его план, сначала помочь ей спастись, а потом выпросить у неё за спасение денежный приз в двойном размере? Или он просто притворяется, что помогает, а по итогу он приведёт её к верной смерти? Что в голове у этого парня? Но другого верного пути нет. Все, что Лис приходится делать, так это поверить ему и выйти наружу, а затем в удобный момент просто сбежать. Уже с наружи Лис почувствовала себя немного в безопасности, но приготовилась бежать на случай, если что-то пойдёт не так. —Здесь никто толком не ходит, поэтому можешь идти спокойно. Постарайся больше не натыкаться на этих людей. Об остальном не беспокойся, я об этом позабочусь. Сказал юноша, уже стараясь вернуться назад, что бы его ни раскрыли. —Постой. Почему ты мне помогаешь? Ты ведь один из них? —Я всё позже объясню. Если хочешь знать ответы, тогда беги в сторону города. В центре стоит закрытый бар. Дождись меня там! Времени нет! Они могут сейчас раскрыть нас. Уходи! Выбежав из опушки леса, девушка вышла на дорогу, которая вела к городу, откуда она изначальна и пыталась убежать, но не знала, что так далеко находится. Проходя целый километр, она всё-таки добралась до центра улицы, заметив яркую вывеску бара «Красная роза», после чего, подошла к зданию, дёрнув за ручку, но дверь была закрыта. Поскольку ей негде было ночевать, а дом находился очень далеко, Лис решила дождаться своего спасителя, чтобы поблагодарить его и узнать, что здесь происходит. *** Спустя какое-то время Лис встретила парнишку, что направлялся прямо к ней. Снимая бандану со своей головы, он был, приятно удивлён, снова видеть её. –А ведь я почти был уверен, что она проигнорирует мои слова. Подумал незнакомец, вытащив ключи из кармана. Обращаясь к ней, парнишка слегка ухмыльнулся, продолжая удивляться тому, что она пришла к указанному месту встречи. —Я уж подумал, что ты не придёшь. —Почему именно здесь? – Спросила настороженно Лис. Её бледное лицо явно выражало заметное волнение. —Это единственное место, где ты можешь чувствовать себя в безопасности. Из-за того, что сюда приходит много народу, мои люди просто сторонятся сюда высовываться. Лишние глаза и уши им не нужны. – «ответил парень, открыв ключом замок входную дверь. После чего открыл её, подрубив свет в зале, запуская вовнутрь свою новую знакомую. - Можешь здесь располагаться, комната на втором этаже. Если ты не против, Лис, я закрою свою смену и вернусь к себе домой. Нужно закончить с кое-какими делами. —Откуда ты знаешь моё имя? Я ведь при тебе его не называла. – Еще больше насторожилась Лис. – И постой, раз ты уходишь, что делать мне? Парень слегка напрягся, осознав, того что поспешил, даже толком с ней не познакомился. Поворачиваясь к ней лицом, он немного занервничал. – Прости, я ненароком уже слышал твоё имя… Тебя ведь можно так называть? —Да. – ответила Лис, продолжая так же чувствовать себя не ловко. —Я Рейн. Ты можешь пока отдохнуть, я уверен, эта ситуация тебя сильно утомила. Я вернусь утром, так что не переживай. Еда и вода есть в холодильнике на втором этаже. Когда я вернусь, отвечу на все твои вопросы, но пока мне нужно закончить свою смену. —Ладно… Девушка неуверенно направилась к лестнице, что бы подняться наверх. Её лицо было сильно встревожено, зная того, что этот человек как будто знает что-то о ней. В голове возникло куча вопрос, на которые она так и не получила ответы. Добравшись до ручки двери, Лис открыла её, заметив темную комнату, где стоял не большой диван, кухонный шкаф и холодильник, а окно было завешано светлыми шторами. Не известное ей место напрягало всё больше, но после того, что ей пришлось пережить, другого выхода у девушки просто не оставалось. Нужно было лишь пережить эту тёмную ночь. Перед тем как ложиться отдыхать, заперла комнату изнутри, что бы никто к ней не смог пробраться. После чего присела на диван, стараясь хоть немного расслабиться. —Почему он мне помогает? Откуда он знает моё имя? Что здесь вообще происходит? Он ведь даже не знает, что мне негде ночевать и пустил сюда. А вдруг он что-то замышляет под маской добряка. Так, Лис соберись. Если так на то пошло, то нужно идти до конца. Я ведь для этого я ушла из дома, что узнать поближе весь этот мир. Если уйду, о всё что я делала, будет всё напрасно. Сосредоточься… Наверняка у всего этого есть какое-то объяснение. Надеюсь, Рейн не солгал. Возможно, с его помощью я смогу найти кристалл и в скором времени сбежать из этого мира. Закончив себя подбадривать, Лис начала осматривать комнату, заглянув в холодильник, затем в шкаф, обнаружив там чистый плед и подушку. Постелив себе место для ночёвки, долгое время не могла уложиться, погружаясь в свои мысли всё больше и больше. Но спустя короткое время смогла уснуть, забыв выключить за собой свет, так как темнота не давала ей покоя. Ранним утром Лис проснулась от громкого шума снизу, где раздавалась спокойная фоновая музыка и громкие пьяные разговоры людей. Спать уже дальше было не возможно. Протерев глаза после бессонной ночи, девушка встала с кровати, потягивая своё тело. После чего умыла свое лицо в ванной комнате, что была с правой стороны от шкафа, затем уложила свои волосы руками, так как где-то потеряла свою сумку. Ведь оказавшись в плену, у неизвестных ей людей ,она свою сумку больше не видела. Уже спускаясь вниз по лестнице, Лис обратила внимания на Рейна в фиолетовом фартуке. Стоя за баром, он обслуживал людей, подавая гостям алкогольные напитки. Спустившись у барной стойке, девушка поздоровалась с ним, присаживаясь на удобный стул. —Доброе утро! Как спалось, сонная принцесса? – Парень налил своей новой знакомой свежий апельсиновый сок в стакан и подал ей, что бы взбодрить. – За счёт заведения. Девушка поблагодарила Рейна за сок, взяв его в руки, сделала пару глотков, затем поставила стакан обратно на стол. -Спасибо, что спас меня. -Если захочешь уйти, тебе придётся замаскироваться. Эти ребята просто так всё не оставят. Уже планируют начать поиски. – Предупредил Рейн свою подругу. —Но…почему ты мне помогаешь? —Я просто не мог оставить в беде беззащитную даму. К тому же это было не забесплатно. — И... чего ты хочешь? –Спросила Лис, выражая на своём лице лёгкое упрямство. —Всего лишь одно свидание. Я же обещал ответить на все твои вопросы. Предлагаю встретиться и обговорить твою вчерашнюю ситуацию. Посмотрев на юношу, девушка немного начала заинтересовываться его намерениями. Наверняка неспроста всё это. Согласившись на его заманчивое предложение, девушка присмотрелась к его синяку на лице, которого при первой встрече на тот момент тогда не было, но не придала к этому никакому значению. Внутри сердце будто сжималось и закипало от того, что сразу позвали на свидание, с другой стороны, она может, узнать какую ни будь информацию об этом месте, что ей поможет в дальнейшем разобраться во всей этой ситуации. —Сегодня вечером в шесть. Встретимся у фонтана, я закроюсь сегодня пораньше. – Сказал Рейн, ехидно улыбаясь своей знакомой. После чего продолжил обслуживать клиентов. После очередного разговора, Лис откопала в комнате на втором этаж пыльную чёрную накидку, которая была ещё в хорошем состоянии. Отряхнув её от пыли, накинула её сверху, что бы замаскироваться и выйти на улицу через чёрный ход. ***Спустя немного времени после шопинга, на её запястье сверкал новый браслет – тонкая золотая цепочка, усыпанная бриллиантами, которые переливались, словно застывшие капельки утренней росы. Каждый камешек, крохотный и совершенный, отражал свет, завораживая своим блеском. Лис медленно поворачивала запястье, рассматривая браслет под разными углами, в её глазах отражалась детская радость. Наконец-то, она получила то, что так долго желала. Это был не просто браслет, это была маленькая победа над строгими родительскими запретами, которые она воспринимала как постоянное ограничение её свободы самовыражения. Мысль о родителях вызвала у неё лёгкую волну раздражения."Наконец я нашла его!"– прошептала она, невольно повысив голос. В её голове звучали их слова, словно эхо: "Это не соответствует твоему статусу, дорогая. Такие вещи... дешёвые безделушки... тебе не пристало носить подобное". Эти слова, сказанные с заботой, Лис воспринимала как удушающую опеку, как попытку втиснуть её в рамки, которые ей казались слишком тесными и не отражающими её истинную сущность. Они постоянно контролировали её гардероб, навязывая свой вкус и представление о том, как должна выглядеть"настоящая принцесса". Лис же мечтала о стиле, который отражал бы её внутренний мир: смелый, независимый, немного бунтарский. Этот браслет был маленьким, но ярким проявлением её стремления к самовыражению, символом маленького бунта против устоявшихся правил и ожиданий. Погруженная в свои мысли, Лис не заметила, как оказалась на оживлённом городском рынке. Вокруг неё кипела жизнь: торговцы расхваливали свой товар, покупатели толкались, дети носились, смешиваясь с потоком людей. Лис, поправляя свои светлые, отливающие золотом волосы, решила скрыть своё лицо под капюшоном. Она не хотела привлекать лишнего внимания, не хотела, чтобы её узнали. В глубине души ещё теплился страх — страх перед неизвестностью, перед возможными неприятностями. Именно в этот момент, произошло столкновение. Сильный толчок, резкий крик… Перед ней стоял мужчина, лицо его было красным от выпитого, дыхание — тяжелое и прерывистое. Его слова, пропитанные злостью и алкоголем, разрезали воздух. -Эй! Смотри куда прёшь, бродяга! Лис испугалась. Её хрупкая фигура застыла на месте, сердце заколотилось как бешеное. Она тихо произнесла. -Прошу прощения. Мужчина окинул её взглядом, заметив скрытое под капюшоном лицо. В его глазах мелькнуло что-то непонятное – смесь презрения и странного любопытства. -А, ты девушка? – прорычал он. – Беги отсюда, пока я еще сильнее не рассердился. Лис поспешила уйти, торопясь раствориться в толпе. Мужчина, повернувшись к своему спутнику, пробурчал: "Наверняка какая-нибудь бедолага из бедной семьи. Если бы наше правительство не грабило нас, не отбирало работу и деньги, она бы не разгуливала здесь". Его спутник кивнул в знак согласия: "Мда… У нас здесь всё обворовывают, даже если не свои, то чужие". Их разговор прозвучал как горькая, правда, как отражение несправедливости окружающего мира. Когда принцесса, решившаяся изменить направление своего движения, она почувствовала резкий запах сырой рыбы. Она оказалась рядом с небольшим прилавком, на котором было выставлено множество видов рыбы, сверкающей на солнце. За прилавком находился мужчина с американскими чертами лица, который, похоже, был не в лучшей форме. Его речь на японском языке была испорчена английским акцентом и сленгом, что делало его слова трудными для понимания. Он громко спорил со старой женщиной, которая пыталась купить рыбу по цене, установленной ранее. —Как ты можешь меня обманывать! — восклицала она, явно расстроенная. —Я отдала тебе все свои деньги, и сумма должна была быть точной, а ты, молодой человек, еще и хочешь взять с меня больше! Как тебе не стыдно? — её голос дрожал от гнева, и она была готова вернуть свои деньги обратно, если ситуация не изменится. —Grandmother, это мой торг, мои правила! — ответил продавец, не обращая внимания на её возмущение. —Здесь я устанавливаю цену за рыбу! Если тебя это не устраивает, тогда просто убирайся отсюда! —Ничего не понимаю, какой «лост»? Верни мои деньги, негодяй! — старушка продолжала настаивать, но вдруг она услышала женский голос, который раздался у неё за спиной. —Простите, но это уже воровство. Верните бабушке деньги или отдайте ей товар, который она купила, — вмешалась в ситуацию Лис, решительно выступая на стороне старушки. —Если ты не собираешься мне платить, тогда уходи, девушка! — ответил продавец, не желая уступать. Лис, уже готовая продолжить спор, почувствовала на своём плече легкое прикосновение. Это была старая женщина, которая положила свою маленькую ручку на плечо Лис и сказала: —Пойдем, внучка, с этим негодяем нет смысла спорить. —Я заплачу. Сколько нужно? — спросила Лис, не желая оставлять старушку в бедственном положении. —30 золотых монет, — ответил продавец, указывая на рыбу. Лис, не раздумывая, достала монеты и передала их торговцу. Затем она аккуратно положила рыбу в корзину старушки. —Что ты, оно того не стоит! — возразила женщина, пытаясь отговорить Лис от траты средств. —Берите, иначе он поднимет цену в три раза, — настаивала Лис, недовольная поведением торговца. — Этот торгашка просто ужасен! Старушка, заметив, что Лис настаивает, решила предложить что-то взамен. —Давай, хоть оплачу тебе чем-нибудь, — сказала она, доставая из своей корзины небольшой пакет с чаем. — Вот, возьми. —Не нужно, оставьте себе, — отказала девушка, уже готовая покинуть старушку, чтобы скорее вернуться обратнок своим делам. —Внучка, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, заглядывай ко мне в гости. У меня племянник хороший, он никогда не откажет тебе в помощи. Я живу недалеко, — с добротой произнесла старая женщина, и в её голосе слышалась искренность. —Хорошо, спасибо. Когда-нибудь загляну, — ответила Лис с улыбкой, чувствуя, как в её сердце разливается тепло от доброты старушки. С этими словами она распрощалась и направилась в сторону, полная решимости вернуться к своим делам, но в то же время с надеждой, что их пути еще пересекутся. Но вспомнив о встрече с Рейном, она быстро побежала на место встречи. Сердце бешено колотилось в груди, отбивая ритм спешки и нетерпения. Она почти бежала, лавируя между прохожими и стараясь не споткнуться о неровности тротуара. Время тянулось мучительно медленно, каждая секунда казалась вечностью. Подходя к условленному месту, она замедлила шаг, стараясь унять дрожь в коленях. Приведя дыхание в порядок, Лис сняла капюшон и направилась к Рейну, стараясь выглядеть спокойной, будто и не бежала сломя голову. Парень, облокотившись о стену клуба, выглядел слегка обеспокоенным. Увидев её, на его лице промелькнула тень облегчения. —Лис, ты в порядке? Я уже начал волноваться, - произнес Рейн, отстранившись от стены. —Все хорошо, просто немного задержалась, - ответила она, стараясь скрыть покрасневшие щеки. – Долго ждал? —Не особо. Может, прогуляемся в парке? —Хорошая идея. — сказала Лис, посмотрев на него с сомнением, но потом улыбнулась. В городском парке Лис ощущала волнение, ведь свидание было для неё новым опытом. Большую часть времени они просто наслаждались мороженым и пустяковыми разговорами, пока беседа не перешла на более личные темы. —Так ты, получается, сотрудничаешь с мафией, а еще и подрабатываешь в ночном заведении? Сколько людей ты уже успел спасти до меня? — спросила Лис. Рейн ответил спокойно, словно рассказал о чём-то совершенно обыденном. —Не одного. Но членство в мафии даёт мне огромные привилегии и возможности. Эти ребята – да, они плохие парни, но они многому меня научили. Я бы пропал без них. Его слова прозвучали ка оправдание, но в то же время как горькая правда, Лис не могла понять, как можно быть причастным к чему-то настолько тёмному и опасному, и одновременно быть таким добрым и заботливым. Её следующий вопрос был еще более прямым. —Но почему ты спас именно меня? Ты ведь мог получить за меня большие деньги. —Просто понял, что так нужно было. Что-то подсказало мне, подтолкнуло. Никакие большие деньги не ценятся так, как человеческая жизнь. Это не удовлетворило Лис, она хотела более чёткого объяснения, более глубокого понимания его мотивации. Тогда Рейн сменил тему, переводя разговор на Лис. —А ты сама здесь что делаешь? Ты ведь не отсюда. Этот вопрос стал для девушки полной неожиданностью. Она не понимала, как он мог это знать. —Откуда ты узнал? – спросила она, её голос наполнился тревогой и подозрением. —Узнал что? – Переспросил Рейн, его лицо было спокойным, но в глазах мелькнуло что-то непонятное. —Что я не отсюда! Я не говорила тебе ни своего имени, ни того, что не живу в этом городе. Ты шпионил за мной!? – Вскричала Лис, её лицо свернулось от гнева. Рейн захохотал, умиляясь с этой злой мордашки. –Что? Ничего я не шпионил. Твой прикид сам тебя выдал. Золотые украшения, модная одежда, аккуратная миловидная внешность… Такое не каждый может себе позволить в наше время… Принцесса. В этот момент его слова подействовали на Лис как холодный душ. Он был прав. Её внешний вид действительно выдавал её непринадлежность к этому городу. —Ты всё знаешь… А ведь действительно. Всё так было очевидно. –Пробормотала девушка, погружаясь в свои мысли. Внезапно её лицо помрачнело. —Что-то случилось? – Забеспокоился Рейн. Очнувшись от своих раздумий, Лис продолжила диалог. —А? Я… поссорилась с родителями. Лис вздохнула, глядя вдаль, на уходящее за горизонт солнце. Его лучи окрашивали листву деревьев в багряные и золотые оттенки, создавая меланхоличное настроение. «Обычная семейная драма, – подумала она, – непонимание, разные взгляды на жизнь… Ничего особенного». Но в глубине души обида все еще тлела. Рейн внимательно наблюдал за девушкой. Он видел, как ее глаза наполняются грустью, как она пытается скрыть свои истинные чувства за маской безразличия. Ему захотелось обнять ее, утешить, но он понимал, что сейчас это было бы неуместно. —Знаешь, иногда стоит немного побыть вдали от родных, чтобы понять, как сильно ты по ним скучаешь, —тихо произнес Рейн. — И наоборот, им тоже нужно время, чтобы осознать твою ценность. Лис подняла на него глаза, и в ее взгляде мелькнула благодарность. —Возможно, ты и прав, — прошептала она. —Просто сейчас мне кажется, что я совсем одна в этом огромном городе. Рейн улыбнулся. —Ты теперь не одна, Лис. Я уверен, у тебя всё получится. Лис, слегка нахмурившись, произнесла фразу, которая повисла в воздухе, словно невидимый мостик между ними. -Я сбежала не только из-за того. Есть ещё кое-что, что я ищу уже очень долгое время". —А что эта за вещь? — Заинтересовался Рейн, задав логичный вопрос. Ответ Лис был резким, защитным: —Вот ещё! То, что ты спас мне жизнь, это не значит, что я обязана тебе раскрывать все карты. Рейн попытался смягчить ситуацию, объяснив свои мотивы. -Я имел в виду, что, возможно, я смогу тебе помочь. Может быть, мои навыки или связи пригодятся в твоих поисках. Но Лис оставалась настороже. Девушка еще не до конца доверяла своему собеседнику, и прямо выразила свои сомнения. -Но можно ли тебе доверять? Ты хороший парень, это я вижу, но ты работаешь на мафию, на криминальную банду. Какие гарантии, что ты меня не подставишь? Что ты не используешь мои секреты в своих корыстных целях?" Рейн, понимая справедливость её опасений, попытался внушить доверие. -Судя по тому, что ты уже знаешь обо мне, я думаю, что ты вполне можешь мне доверять. Я бы не рисковал своей репутацией, даже если бы хотел тебя обмануть. Он понимал, что его слова – всего лишь слова, и истинное доверие строится не на обещаниях, а на поступках. Однако, его искренность, казалось, пробилась сквозь оборонительную стену Лис. После некоторого раздумья, борясь с внутренним сопротивлением, Лис решила рискнуть, решилась довериться Рейну. Её голос был тихим, почти шёпотом. -Хорошо... Я ищу амулеты, или, возможно, магические кристаллы. Даже не спрашивай зачем. Даже не пытайся, я не отвечу. Это... личное, слишком важное, чтобы сейчас рассказывать. Рейн, удивительно спокойно воспринявший эту загадку, неожиданно ответил. -Подожди. Амулеты, кристаллы... Знаешь, я, кажется, знаю, как тебе помочь, и знаю, кто может помочь тебе в поисках твоих… камней. Мой друг, заядлый геолог, постоянно путешествует, ищет ценные артефакты. Он немного странный, да, но всегда готов к компромиссам. Он тебе поможет, в этом я уверен. Глаза девушки заблестели от надежды, от искры неожиданной удачи. —Правда? — с волнением прошептала она. —Где мне его найти? Рейн, довольный тем, что смог хоть немного развеять её тревогу, ответил:"Я дам тебе его адрес, но взамен... ты передашь ему одно ценное письмо, скажешь, что оно от меня. Он поймёт". Недоверие снова проскользнуло в его голосе: —Надеюсь, ничего криминального в этом письме нет? Рейн рассмеялся, успокаивая её. -Не переживай, всё по закону. Просто я кое-что ему задолжал, а времени лично отдать конверт, к сожалению, нет. Он, кстати, завтра утром должен вернуться. Заодно и познакомитесь. Не переживай, он честный парень, мухи не обидит. С ним ты будешь в безопасности. Он говорил уверенно, искренне стараясь убедить Лис в безопасности и надежности своего друга. Лис, всё ещё немного колеблясь, но надеясь на лучшее, кивнула. В её глазах отражалась смесь надежды и осторожности – это была тонкая грань, отделяющая отчаяние от новой, пока еще неопределенной, надежды. Надежды, которая зависела от странного геолога и от честности человека, работающего на мафию. —Что ж. Я согласна.        Глава 2 …В начале знойного утра дождь лёгкими каплями окропил дороги, смыл пыль с травы, и всё вокруг изменилось под низким грозовым небом. Девушка, державшая путь к указанному в конверте адресу, остановилась у дома, у которого был написан тот же адрес. Она внимательно прочитала имя получателя, и, убедившись, что не ошиблась, ещё раз сверила номер дома. Разглядывая окна, завешенные тёмными шторами, Лис тут же заметила, что на двери висит замок — явный признак того, что хозяина нет дома. —Странно, — подумала она, — Рейн говорил, что его друг должен был вернуться сегодня утром. Неужели он мог меня обмануть? — Мысли о том, что ей придётся возвращаться обратно, начали заполнять её голову, как вдруг она услышала за спиной мужской голос. —Кого-то ищем? — спросил парень, который, казалось, появился из ниоткуда. Обернувшись, Лис заметила высокого черноволосого юношу, который держал за спиной большую сумку. Его синие глаза изучали её с любопытством, словно она была какой-то потерянной бродяжкой. —Мне нужна помощь, это письмо от Рейна, — произнесла она, протянув ему конверт. Парень, приняв письмо, внимательно взглянул на имя отправителя, затем снова перевёл взгляд на незнакомку в капюшоне, стараясь рассмотреть её лицо. Дождь усилился, крупные капли застучали по крыше выступающего козырька над дверью, создавая ритмичный, почти угрожающий аккомпанемент их молчаливому диалогу. Он молчал достаточно долго, чтобы Лис начала сомневаться, правильно ли она поступила, обращаясь к нему. В воздухе повисла напряженная тишина, прерываемая лишь шелестом дождя и её собственным учащённым дыханием. Наконец, он заговорил. —С кем имею дело? — твёрдо спросил он, его голос звучал настороженно. Лис, не колеблясь, сняла капюшон, и в этот момент парень, казалось, оценил её с головы до ног. В его взгляде появилась холодность, но, тем не менее, он достал ключи от замка и, не медля, открыл дверь. Распахнув её, парень вошёл в дом, не спеша, бросил сумку у порога. Лис последовала за ним, и, переступив через порог, начала осматривать комнаты. Почувствовав, как холодный воздух проникает в её душу, создавая ощущение тревоги. Она не могла понять, что здесь происходит, и почему всё выглядело так странно. Внутри было темно, так как окна были закрыты тяжёлыми шторами, и лишь незначительные проблески света пробивались сквозь щели. На полу валялись старые, покрытые пылью книги и вырезки из газет, создавая атмосферу заброшенности. В комнате стоял большой стенд, на котором были закреплены фотографии и газетные вырезки, соединённые между собой тонкой красной ниткой, словно кто-то пытался составить сложную головоломку. В углу, возле книжного уголка, находился столик, на котором лежала большая карта, покрытая пометками и заметками. Парень облокотился на газетный стол, внимательно читая письмо, которое только что развернул. Закончив читать, он аккуратно положил письмо на стол. Скрестив руки, он прижал их к груди, устремив взгляд на Лис. —Редко увидишь у себя в доме элитных гостей. Ну…и какая же тебе нужна моя помощь? — Он задал вопрос осторожно, словно боясь спугнуть какую-то скрытую опасность. —Элитных? — переспросила Лис, голос её слегка дрогнул. Она провела рукой по выбившейся пряди волос, стараясь казаться спокойнее, чем чувствовала себя на самом деле. —Я ведь не говорила. Парень, оглянувшись назад, протянул руку к верхней полке и сбросил на стол груду ненужных газет и журналов. Затем он взял в руки одну газету и показал принцессе цветное изображение, на котором девушка объявляла о своем первом королевском бале, на который были приглашены все представители королевских семей. —Мне достаточно просто узнать твою внешность. Также тебя выдаёт твоя нашивка эмблема королевской семьи на кофте, которую ты так пыталась от меня скрыть. — Бросил газету на стол. —Меня больше удивляет, как ты вообще здесь оказалась. Неужели дошло до того, что даже ты, Лис, обращаешься за помощью кому угодно? Так в чём же дело? Лис глубоко вздохнула, стараясь собрать мысли в кучу. Она подошла к столу и указала на одну из газетных вырезок на стенде, где была фотография кристалла, скрытого в одной из пещер. На фотографии также виднелись несколько фигур в чёрных плащах, которые нашли этот кристалл, лица их, были скрыты глубокими капюшонами. —Рейн сообщил, что ты занимаешься поисками неизвестных артефактов, — уверенно произнесла Лис. — Я изучила все возможные источники информации, где можно найти этот кристалл, и почти была уверена, что это место, где они могут появляться. Но для того чтобы туда добраться, нужен специалист, хорошо знающий карту. Парень внимательно изучил фотографию, его взгляд стал серьёзнее. Он провел пальцем по красной нити, соединяющей вырезку с другими элементами на стенде картинкой некого древнего артефакта, запиской о серии необычных исчезновений и расшифровкой какого-то шифра, написанного на непонятном языке. —Значит, кристалл… любопытно, — пробормотал он, наконец, отрываясь от снимка. —Я тоже когда-то пытался его отыскать. Но ты ведь понимаешь, что такие артефакты крайне опасны и могут вызвать серьезные последствия в нашем мире, если ими пользоваться неосторожно. Для чего он тебе? Лис обвела взглядом все элементы на стенде, показывая связь между ними. Она рассказала о своём расследовании, о сложных загадках и зацепках, о своих попытках разобраться в действиях кристалла. —Если коротко, мне нужен этот артефакт, что бы сбежать в другую реальность, где я буду чувствовать себя свободной, и никто не будет диктовать правила. Если поможешь, я выплачу тебе огромную сумму денег. Лис умолкла, напряженно вглядываясь в лицо парня, ожидая его решения, тишина в комнате стала густой, наполненной ожиданием и таинственным напряжением. В воздухе висело ощущение близящейся опасности, невидимой и угрожающей. Парень долго молчал, внимательно размышляя над её словами. —Хорошо. Я возьмусь за дело, но у меня есть одно условие. — Произнёс Парень. —И какое? —Вся информация о поиске этого кристалла должна остаться анонимной, если что-то даже и пойдёт не так, ты не должна никому об этом рассказывать. —Продолжил он. —К чему эта скрытность? — Спросила Лис склонив голову набок. —Дело в том, что поиск этого кристалла... он не совсем законный, —признался он, наконец. — Это ведь не просто артефакт, затерянный в древних руинах. Этот кристалл – ключ, ключ в другие миры, и за ним охотятся не только исследователи и коллекционеры, но и очень влиятельные люди, люди, способные заставить замолчать любого, кто встанет у них на пути. Лис молчала, внимательно слушая. Она была не из тех, кто легко пугается, но слова парня заставили её задуматься. Она уже много раз сталкивалась с опасностями, но обычно это были какие-то мелкие неприятности. —Я знаю, что твоя семья может просто откупиться деньгами и закрыть дело, – продолжил парень, словно читая её мысли. —Но это дело… оно выходит за рамки обычных приключений. Если нас обнаружат, последствия могут быть ужасными. Поэтому анонимность — это не просто моя прихоть, это необходимая мера предосторожности. Для тебя тоже. Он развернулся к столу, где лежала карта, и указал пальцем на место, где было отмечено чёрной ручкой. —Здесь, — сказал парень,. —На ней указано местонахождение кристалла. Но это лишь часть информации. Об остальном расскажу уже чуть позже, дальше моя работа. И помни, абсолютная анонимность —наш единственный щит. Никаких записей, никаких свидетелей, никаких упоминаний об этом поиске никому. Даже если ты наткнёшься на что-то невероятное, ты должна хранить молчание. Понимаешь? Лис кивнула, её глаза блеснули азартом и опасением одновременно. Риск был велик, но и интрига захватывала. Она видела, что парень говорит правду, видела в его глазах скрытую надежду. Она не знала, что именно скрывается за этим поиском, но чувствовала, что это что-то важное, что-то, что может изменить её жизнь. Она взглянула на карту, на загадочные знаки, и впервые за долгое время почувствовала настоящий, захватывающий дух адреналин. —Когда мы можем приступить? — Поинтересовалась Лис, с нетерпением ожидая начала поисков. —Понадобятся сутки, что бы подготовить план. Тебе тоже стоит подготовиться, путь будет очень долгим. После серьезного и важного разговора, парень взял с полки первую попавшуюся книгу. Он рассеянно пролистывал страницы, погруженный в свои мысли, облокотившись на стол, словно пытался отвлечься от них. Лис поняла, что пора уходить. Прощаясь с ним по имени, она, надела капюшон, скрывая лицо в тенях, и направилась к выходу. —Стой — прервал её парень, отрываясь от чтения. Его голос прозвучал неожиданно. Заинтересованный взгляд парня, словно вопросительный знак, заставил её остановиться. —Откуда ты знаешь мое имя? — удивился он. —Прочитала на конверте. — Ответила Лис с игривой улыбкой. —Мне же можно тебя так называть…Дейчи? Дейчи, кивнул в ответ, снова возвращаясь к чтению. Его реакция, казалось, говорила о том, что он был удивлен, но не особенно обеспокоен. —Не забудь дверь закрыть. — Напомнил он ей. Захлопнув за собой дверь, Лис выбежала на улицу, и её лицо моментально озарилось неподдельной радостью. Она подпрыгнула от восторга, выражая весь спектр эмоций, которые долгое время сдерживала. —Поскорее бы уже завтра! — прошептала она, предвкушая начало поисков. —Наконец-то я смогу хоть куда-то выбраться. Интересно, Тсукаса бы обрадовался этому? Он бы меня понял, в отличие от моих родителей. — В этих словах прозвучала грусть, но и надежда на понимание со стороны Тсукасы, в противовес, возможно, непринятию со стороны её семьи. В памяти всплыли яркие воспоминания о беззаботном детстве, проведенном с принцем Цукасой. Они сидели в светлой беседке, увитой красными розами, обмениваясь историями, и наслаждаясь, обществом друг друга. Однако, будучи ещё маленькой, Лис встретила Цукасу совсем расстроенной. Слезы градом катились по лицу маленькой девочки, её маленькие кулачки сжимались и разжимались, а платок, зажатый в руке, уже был весь мокрый. Принц Тсукаса, сидевший рядом на низкой скамейке из полированного дерева, нежно взял её за руку. Его большие, алые глаза выражали сочувствие и понимание. Белая беседка, обычно наполненная ароматом роз и детским смехом, теперь казалась приглушенной, словно сочувствуя горю маленькой девочки. —Что случилось, Лис? — спросил он, голос его был тихий и спокойный, как шелест листьев на ветру. Лис всхлипнула, пытаясь отдышаться. —Папа… мама… они… они заставляли меня всё время улыбаться," — выдавила она сквозь рыдания, — Это был праздник, день моего рождея, и они говорили, что я должна быть идеальной, всё время улыбаться, красиво кланяться, говорить только хорошие слова... Я устала! Я хотела просто поиграть с куклами, съесть сладкую вату, но они… они не дали мне…— Её голос сорвался на хрип, и она снова разрыдалась. Тсукаса терпеливо ждал, пока её слезы немного утихнут. Он понимал, что для ребёнка, привыкшего к свободе и играм, навязанная роль "идеальной принцессы" – это тяжелое бремя. Он сам, будучи принцем, знал, что такое ответственность и обязанности, но всё же у него было пространство для детства, для игр и веселья. —Лис, – мягко сказал Тсукаса, поглаживая её по голове, – никому нельзя заставлять тебя чувствовать себя плохо. Улыбка должна быть искренней, а праздник – радостным. Если ты устала, то ты имеешь право на отдых. Ты не обязана всегда быть идеальной. Ты – Лис, и это уже прекрасно. Он достал из кармана маленький, аккуратно завёрнутый в шёлковую ткань леденец на палочке. Яркий, малиновый, он выглядел как маленький драгоценный камень. Лис посмотрела на него с изумлением, её слезы постепенно стихали. —Это… это для тебя. — Сказал Тсукаса, протягивая ей леденец. Лис взяла его осторожно, как драгоценность. Она медленно развернула шёлковую ткань, её глаза блестели не от слез, а от радости и благодарности. Она тихонько лизнула леденец, сладкий вкус заполнил её рот, немного отвлекая от грустных мыслей. Тсукаса продолжил: —Помни, Лис, если тебе будет грустно, или кто-то заставит тебя делать что-то против твоей воли, приходи ко мне. Мы вместе найдём выход. Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Они провели остаток дня в тихой беседе. Тсукаса рассказывал ей смешные истории, заставляя её смеяться. Он показал ей своих любимых жуков, которых он ловил в саду, и рассказал о том, как заботится о них. Лис, забыв о грусти, с удовольствием слушала его и сама рассказывала о своих куклах и игрушках. Белая беседка, заполненная ароматом роз, снова наполнилась детским смехом и радостью, а воспоминание о строгости родителей понемногу угасало в её памяти, заменяясь тёплым чувством дружбы и поддержки принца Тсукасы. Это был день, который Лис никогда не забудет. День, когда она поняла, что даже в самых трудных ситуациях всегда есть кто-то, кто готов помочь и поддержать. Возвращаясь в свою реальность, Лис осмотрела всё вокруг, вспоминая недавний разговор с человеком, которым недавно познакомилась. —Пора собирать вещи. — Пронеслось в ее голове. Лис поспешила обратно к зданию, где работал Рейн, сердце ее билось несколько быстрее, чем обычно. За барной стойкой она увидела девушку, аккуратно протирающую бокалы, с грацией и лёгкостью опытной барменши. Изящные движения, плавность каждого жеста – все говорило о ее профессионализме и спокойном характере. Закончив с уборкой, девушка подняла голову и ее взгляд встретился с взглядом Лис. Улыбка, теплая и приветливая, озарила ее лицо. —Вы та самая Лис, о которой я слышала? — спросила девушка, слегка поправляя круглые очки на переносице, движением, напоминающим легкое касание крыльев бабочки. Очки, тонкой оправы, подчеркивали её интеллигентность и аккуратность. —Именно я, — ответила Лис, немного нерешительно снимая капюшон, скрывавший ее лицо от посторонних глаз. Она подошла ближе к стойке, чувствуя, как напряжение немного спадает под влиянием спокойствия и доброжелательности девушки. —Рейн уже успел поделиться многими подробностями о тебе. Заходи, его сегодня нет, — продолжила девушка, голос ее был мелодичным и успокаивающим, как шум летнего дождя. —Куда-то ушёл? — уточнила Лис, её голос прозвучал немного напряженно. —Он отправился выполнять срочное задание, ничего конкретного не уточнили. Но ты можешь быть спокойна, если тебе понадобится комната на втором этаже, она будет свободна. Позволь мне представиться, я Веросика, приятно познакомиться! — Веросика протянула руку для приветствия, и Лис почувствовала тепло и доброжелательность в этом жесте. Лис, все еще погруженная в свои мысли, уселась на стул напротив Веросики. Её взгляд блуждал, словно ища ответа на незаданные вопросы. Веросика протянула ей чашку с душистым мятным чаем. Аромат был свежим и бодрящим, теплые пары, поднимающиеся от чашки, нежно обволакивали лицо Лис, принося с собой чувство спокойствия. —Не волнуйся так сильно, — сказала Веросика, мягко улыбаясь, её улыбка была искренней и располагающей. — Он справится. Все будет хорошо. Просто отдохни, попей чай. Я уверена, что все разрешится наилучшим образом. Расскажи, чем я могу тебе помочь? Может быть, тебе нужна помощь с вещами? —Помощь с вещами? Но… откуда ты знаешь? Веросика мягко улыбнулась, её взгляд был полон понимания. "Не переживай, у нас здесь все друг о друге заботятся. Я видела, как ты заходила, вот и решила предложить свою помощь Лис немного расслабилась, почувствовав искренность в словах Веросики. Она сделала небольшой глоток чая, аромат мяты действительно успокаивал. —Спасибо, это очень мило с твоей стороны. Но я не хочу тебя обременять. Веросика покачала головой, откинув назад свои каштановые волосы, и мягко возразила. - Что ты, это совсем не обременительно. Я здесь, чтобы помогать. Если тебе будет что-то нужно, просто скажи. А сейчас, просто отдохни и расслабься. Все будет хорошо. Лис встала и направилась на второй этаж к двери, оставив чай на столе. —Если что, я буду внизу – Тихо проговорила Веросика, её голос еле слышно донёсся до второго этажа. Лис закрыла за собой дверь, после чего присела на старый, плюшевый диван, погрузившись в свои мысли, вновь и вновь перебирая в памяти слова Дейчи. Странное чувство — не то подозрение, не то любопытство — заставило её задуматься ещё глубже. Это чувство было настолько сильным, что казалось, что оно физически давит на неё, не давая дышать. Что-то определённо было не так. За окном зашуршали листья, подхваченные лёгким ветерком. Солнечный луч, пробиваясь сквозь занавески, упал на пол, нарисовав золотистую дорожку. Лис потянулась к своей сумке, но в этот момент дверь снова приоткрылась. —Прости, забыла сказать… — Веросика заглянула в комнату, затем она посмотрела на Лис. — У нас ужин через час. Если захочешь присоединиться, буду рада. Лис кивнула, но, когда дверь закрылась, её пальцы сжали её сумку. В комнате стало душно. Лис подошла к окну, распахнула его — свежий воздух ворвался внутрь. Где-то вдали кричали птицы, и этот звук напомнил ей о доме… о том, что осталось далеко. Она глубоко вздохнула и твёрдо решила: Придёт время, и я покину этот мир, что бы больше не жить по чьим-то правилам, а жить для себя. Она чувствовала, что решение принято, и ничто уже не сможет её остановить. В её глазах загорелся огонёк решимости, и она уже представляла, как оставит позади все эти тревоги и сомнения, наконец-то обретя свою собственную жизнь. *** Подходя к дому, Лис заметила необычную тишину. Обычно оживленное утром место казалось застывшим во времени. Она постучала в дверь, робкий стук, потерявшийся в утренней тишине. Тишина ответила ей молчанием. Лис не услышала ни звука, ни шороха. Осторожно ступая, Лис вошла в дом. Комната была погружена в полумрак, единственным источником света служили редкие лучи солнца, проникающие сквозь занавески. В углу, на старом диване, она увидела Дейчи. Он спал, лицо его было обрамлено растрепанными волосами, а на груди лежала открытая книга, словно он заснул прямо во время чтения. Лис, стараясь не шуметь, направилась к стенду, на котором Дейчи обычно выставлял свои эскизы. На секунду, её движение потревожило сон Дейчи. Он лениво потянулся, рукой отбросив книгу с лица, и тут же увидел Лис, стоящую у стенда. Его глаза, сонные и немного растерянные, широко раскрылись. —Что ты здесь делаешь? — пробормотал он, медленно поднимаясь с дивана, растирая глаза. Голос его был хриплым от сна. —Я просто хотела проверить, всё ли в порядке, -— ответила Лис, стараясь звучать спокойно, хотя внутри неё всё ещё бушевало беспокойство. - Ты не забыл про наш уговор? —Да, помню. Я готовил план, — ответил Дейчи, направляясь в другую комнату. Его движения были немного неуклюжими, как будто он ещё не совсем проснулся. Пока Дейчи отсутствовал, Лис обратила внимание на небольшую щель за стендом. Ей показалась там торчит край газеты. Усилием воли она переместила стенд, раскрывая то, что скрывалось за ним. Её глаза увидели заголовок, который заставил кровь стынуть в жилах: «Убийца проник в дом и расстрелял семью». Под заголовком была фотография бородатого мужчины в белом халате, в руках он держал что-то неразличимое. Ниже были печальные фотографии жертв, измученных лиц, застывших в последней минуте их жизни. Фотографии были резкими и отчетливыми, вызывая у Лис глубокое сочувствие и ужас. —Я помню эти новости, — прошептала Лис, чувствуя, как пробирает холод. —Хорошо, что убийцу поймали и казнили. В этот момент в комнату вошел Дейчи. Лис заметила, что он поправил перчатку на левой руке, движение было резким и напряженным. Его взгляд упал на газету в её руках. На его лице появилась странная, ненатуральная ухмылка. —Веришь в эти сказки? – спросил он, его голос был холодным и незнакомым. —Сказки? — воскликнула Лис, её голос дрожал от возмущения. —Разве смерть невинных людей для тебя какая-то шутка? — спросила она, голова кружилась от накатывающего ужаса. —А ты как думаешь? Сколько заплатили СМИ денег, что бы они написали такой бред? —Но ведь, они бы никогда не написали неправду, по закону их бы сразу арестовали. —Вот именно. Но почему-то люди развели руками на этот инцидент. Не удивительно, что ты не знаешь подробностей. Твоя семья ведь… — Парень на секунду замолчал. —Я подготовил карту, как подготовлю вещи, будем выдвигаться. Дейчи схватил свою походную сумку и направился в другую комнату, что бы собрать вещи. Лис на мгновенье задумалась, прокручивая в голове слова, которые он сказал о её семье. —Что он имел виду? Знает ли он что-то? — размышляла она, ощущая, что он странно сменил тему. Что бы отвлечься от этих мыслей, она начала осматривать стол, на котором лежала стопка старых книг и газет. Некоторые страницы были заполнены свежими записями, а рядом красовался красный кристалл. Подавшись любопытству, девушка подошла к столу и взяла его в руки, внимательно рассматривая его. На секунду кристалл засветился, обжигая руки девушки. Резко отбросив кристалл на пол, Лис вскрикнула, почувствовав сильную боль в ладонях, заметила сильные ожоги. Услышав крики, дейчи поспешил в гостиную и увидел заплаканную Лис, рядом с которой находился светящийся кристалл, расплавлявший пол. Быстро подбежав к камню, он ударил по нему ногой, разбив его и откинул осколки в сторону. Обратив внимание на руки девушки он направился к морозильной камере и достал мешок со льдом, положив ей на руки. Немного успокоившись, Лис шмыгнула носом. –—Прости. Его лицо было непроницаемо, словно маска. Он молча собирал осколки, его движения были точными и размеренными, словно он выполнял какой-то ритуал. Каждая деталь, каждый жест казались уверенными, лишённым каких-либо эмоций. Тишина в комнате давила. Дейчи, закончив собирать осколки, аккуратно положил их в небольшой, плотно закрывающийся футляр из тёмного дерева и поставил на стол. —Присядь пока. — Заявил Дейчи, а сам направился в другую комнату. Девушка присела на диван, придерживая в руках мешок с почти растаявшим льдом. —Что это был за кристалл? Почему он так странно на меня отреагировал? — Задумалась Лис. —Это был магический артефакт, — наконец, заговорил Дейчи, войдя в комнату. Его голос был тих и спокоен, словно он комментировал погоду. В руках он держал синюю банку с какой-то мазью. Он сел напротив Лис и убрал мешок со льдом с её рук, внимательно рассматривая её раны. —Очень мощный, но нестабильный. Он… реагирует на определённые энергетические поля. Твоё, видимо, вызвало такую реакцию. Лис удивлённо подняла брови. Она верила в магию, но никогда не видела её в живую, считала, что это возможно только в других измерениях. Но ожоги на её руках были реальны, как и свечение кристалла, как и то, как Дейчи легко и непринуждённо разбил его ногой. Что-то в его словах, в его поведении, наводило на мысль о том, что он знает о магии намного больше, чем говорил. —Моё…энергетическое поле? — переспросила она, всё ещё пытаясь осмыслить услышанное. —Да, — кивнул Дейчи. —У некоторых людей есть… особые способности. Некоторые из них проявляются в детстве, другие – позже. Твои, видимо, только начали проявляться. Этот амулет просто… реагировал на них. Он пытался… наладить контакт. Дейчи помолчал, затем осторожно взял её руки, проверяя ожоги. Его прикосновение было лёгким, но в то же время каким-то… знающим. Он словно ощущал её энергетику. Открыв банку с лечебной мазью, он нанёс лекарство ей на ладони. —Ты… ты тогда упомянул моих родителей. Ты что-то знаешь? — спросила Лис, наконец, решившись задать тот вопрос, который не давал ей покоя. Её голос звучал тихо, словно боясь спугнуть какую-то тайну. Дейчи посмотрел на неё, его глаза казались ещё более тёмными, ещё более непроницаемыми. —Возможно, — ответил он, его улыбка была едва заметной, почти незаметной. —Но это уже другая история. А пока… нужно позаботиться о твоих ранах. Глава 3 В тишине королевского дворца, царившей ранним утром, раздался робкий стук горничной в двери спальни принцессы. Флорен, молодая девушка с румяными щеками и карими глазами, привычно подготовила всё необходимое для уборки: ведро с теплой водой, мягкие тряпки из тончайшего льна, ароматное мыло с розой и жасмином, которое так любила принцесса Лис. Повторив стук, уже немного настойчивее, Флорен не услышала ответа. —Ваше Высочество, вы проснулись? Я вхожу. — Тихо проговорила она, приоткрывая дверь. Картина, предстающая перед ней, заставила кровь стынуть вжилах. Окно спальни было распахнуто настежь, свежий утренний ветер колыхал лёгкие шторы из шелка цвета слоновой кости. Хуже того – из окна свисала верёвка, грубо сплетенная из самой ткани занавесей, - яркий, тревожный знак. Сердце Флорен сжалось от ужаса. Принцесса Лис, известная своей неуёмной энергией и склонностью к авантюрам, но всё же… Возможно, она пыталась сбежать? Или… Мысль о падении с высокой башни – острые зубцы крыши были отчетливо видны из окна – пронзила Флорен ледяной дрожью. В панике, она бросилась к окну, тщательно осматривая каждый угол, каждую щель в каменной кладке, наклонившись, чтобы заглянуть в тенистый сад внизу. Но принцессы там не было. Сердце бешено колотилось в груди, руки дрожали. Не найдя Лис, Флорен, забыв о своих обязанностях, бросилась к королевским покоям. В огромном зале, украшенном тяжёлыми гобеленами и сверкающими канделябрами, стояли король Роджер и королева Лилиана Вермиллион. Король, мужчина с седыми, безупречно уложенными волосами и строгими чертами лица, читал утренний доклад, королева рассматривала миниатюру своей дочери. Флорен, преклонив колени, задыхаясь от волнения и страха, пробормотала известие о пропаже принцессы. —Ваше величество… Принцесса пропала. Лицо королевы мгновенно побледнело, словно фарфор, утративший свою глазурь. Её обычно спокойные, тёмные глаза наполнились слезами, руки сжимали драгоценный браслет из рубинов и бриллиантов, передававшийся по женской линии королевской семьи на протяжении веков. —Флорен, спасибо, что сообщила, продолжай свою работу — сдавленно произнесла Лилиана, её голос, обычно мелодичный, дрожал. Король Роджер, несмотря на внутреннее волнение, старался сохранить спокойствие. Он медленно провёл рукой по лицу, слегка взъерошив свои идеально уложенные волосы. Его обычно статичная осанка чуть пошатнулась. —Возможно, она просто прогуливалась по саду? — предположил он, стараясь звучать увереннее, чем чувствовал. Его голос, обычно звучащий с властью и глубиной, стал хрипловат. Но обширнейший королевский сад, с его лабиринтами из живой изгороди, фонтанами и скульптурами, был тщательно обследован. Стража, окружавшая дворец, не заметила ничего необычного. Флорен уже опросила всех слуг, но никто не видел принцессу Лис с момента её пробуждения. Королева Лилиана, в отчаянии, бродила по комнате принцессы, шёлковое платье шуршало на полированном паркетном полу. Её взгляд остановился на окне, на той самой верёвке, напоминая о возможной попытке побега или… худшем. Воздух в зале сгустился, наполнившись тяжёлым предчувствием. Страх сжимал всех присутствующих, словно невидимый кандал. Где принцесса? Что с ней случилось? Вопросы висели в воздухе, не находя ответов. Начало поисков принцессы Лис стало началом бесконечного кошмара для королевской семьи, наполненного тревогой. Каждый шуршащий лист в саду, каждый шепот ветра в ветвях старых дубов напоминали о пропавшей наследнице престола, усиливая чувство беспокойства и надежда, казалось, тает с каждой минутой. Роджер подозвал капитана королевской гвардии, сурового мужчину с пронзительным взглядом. «Начните обыск за пределами дворца. Проверьте каждый угол, каждый закоулок. Особое внимание – на леса и ближайшие деревни. Капитан отдал честь и удалился, направляясь командовать поисками. Лилиана, не в силах оставаться на месте, бросилась к окну. Она смотрела на раскинувшийся перед ними величественный сад, представляя, как её дочь спускается по самодельной верёвке, сердце сжималось от тревоги. Она думала о возможных опасностях, которые подстерегают юную принцессу за стенами дворца. Разбойники, дикие звери, люди с дурными намерениями… мысли обрушились на неё лавиной. Роджер подошёл к ней, ложит руку ей на щеку. —Лилиана, мы найдём её. Не теряй надежды. Лис умна и осторожна. — Его слова, хотя и звучали успокаивающе, не избавили королеву от охватывающего её страха. Она знала свою дочь: импульсивную, любящую приключения, но также и уязвимую, нуждающуюся в защите. **** Залечив ожоги и собрав вещи, ребята отправились в путь к далёкой горе Кумотори. Путь от Осако до Токио насчитывал 511 километров, начинаясь густыми лесами и пшеничными полями. Покинув пределы города, Лис предложила сделать привал — она ещё не привыкла к таким длительным переходам. Остановившись у холма, девушка поднялась на возвышенность, чтобы взглянуть на свой родной город издалека. Вечерами он сиял яркими огнями, будто оживающий на горизонте. Закатное солнце окрашивало небосклон в ало-золотистые тона, превращая пшеничные поля в бескрайнее мерцающее море спелого золота. Легкий, пахнущий теплом ветер играл в траве, унося запах земли и созревающего урожая. Лис, сидя на вершине холма, казалась крохотной фигурой на фоне грандиозного пейзажа. Её родная Осака простиралась до горизонта, переливаясь миллионами огней, словно гигантское светящееся созвездие. —Я никогда не была так далеко от дома, — призналась Лис с восторгом. Её глаза блестели от восхищения увиденной красотой. —Значит, мне есть, что тебе показать, — ответил парень, закончив ставить палатку. Усевшись рядом, он тоже начал наслаждаться видом. —Они ведь будут меня искать... — вымолвила Лис, внезапно омрачённая собственными мыслями. Наступила короткая тишина. Девушка опустила взгляд на свои ладони и вдруг заметила, что ожоги начали исчезать. — Что это за мазь? Раны почти прошли так быстро! —Это особая лечебная мазь, её разработали ученые, — пояснил Дейчи. —Дядя достал её, когда был в Англии. Они приезжали к нам в страну — до тех пор, пока власти не узнали о сути их исследований. Лис слегка удивилась и задала вопрос: — И чем они занимались? Дейчи задумчиво посмотрел на крошечную паутину, сверкающую между ветвями дерева. Внутри неё бабочка отчаянно пыталась освободиться из тонких нитей, но паук уже обвивал её в своей ловушке. —Я читал о них... После провального эксперимента над людьми, которых использовали как подопытных, проект закрыли, а учёных арестовали, — наконец ответил он. —Что же это за проект был? Зачем они издевались над людьми? —Они пытались вернуть время, когда люди еще умели управлять своей магией. Сейчас же эта способность утеряна, так как общество считало магов слишком опасными. В наше время вместо магии используют кристаллы, и редким смельчакам удается публично продемонстрировать свои магические умения. —Но кристаллы тоже не безопасны, они могут открывать порталы, и мои ожоги тому доказательство. Лишь пять процентов людей смогли обнаружить эти редкие артефакты, о которых почти никто не знает. Писателей, изучавших их, обвиняли в заговоре и распространении ложной информации. До сих пор никому не удалось увидеть эти магические предметы вживую, так что многие считают их мифом. —Ты уверен, что мы найдем кристалл? — с недоверием спросила девушка. Не уверен. Но у нас есть некоторые шансы. А где ты нашел тот кристалл, который разбил? —Его нашел Рейн. Поднявшись с земли, он стряхнул пыль с брюк и отправился к палатке, продолжая подготовку к ночевке. Уже ближе к ночи, юноша развел костер. Все готово, ты можешь идти в палатку. Я послежу. Девушка зашла в палатку и укуталась в спальный мешок, но долго не могла уснуть, размышляя о событиях сегодняшнего дня. В конце концов она задремала. Однако вскоре проснулась посреди ночи от кошмара в холодном поту и тревоге. Оглядевшись снаружи, она никого не заметила, а страх неизвестности вызывал все большее беспокойство, заставляя сердце Лис биться быстрее. Она вышла из палатки, осматривая ночью вокруг. Но Дейчи нигде не было. Оглядываясь по сторонам, принцесса заметила странную тень, напоминающую человеческую фигуру, стоящую у палатки. Что ты такое? — с дрожью в голосе спросила девушка. Тень, однако, не ответила, лишь плавно приблизилась к Лис. Девушка внезапно ощутила сильное давление, сопровождаемое головной болью; её разум становился всё более затуманенным. Резко пробудившись в палатке, она ощутила, как тело покрыто холодным потом. Этот кошмар был для неё чем-то совершенно новым — до сих пор даже комары редко вторгались в её сны. Выйдя из палатки, Лис прислушалась к утренним звукам: пение птиц мягко разносилось над лесом. Лучи уже тёплого солнца нежно касались земли, а прохладный ветерок приятно освежал воздух. Осмотревшись вокруг, девушка заметила потухший костёр. Её взгляд метнулся по сторонам в поисках Дейчи. Через некоторое время она набрела на чистый ручей и, умыв лицо прохладной водой, неожиданно заметила в отражении юношу, устроившегося на ветви дерева. Его лицо частично скрывал закрытый блокнот, а руки были скрещены в расслабленной позе. Подняв голову вверх, Лис решилась окликнуть его. Как он туда вообще забрался? — мелькнула мысль у Лис. Она подняла небольшой камень и метнула его в сторону парня. Камень угодил в ботинок, заставив сонного юношу пробудиться. Парень зашевелился, блокнот, лежавший на его лице, соскользнул и упал на землю. Приоткрыв глаза, Дейчи посмотрел вниз и заметил стоящую Лис. —Давно тут стоишь? — спросил он, прикрывая одной рукой глаза от ослепительного солнца. — Как ты вообще туда залез? Слезай вниз. Убрав руку от лица, Дейчи аккуратно начал спускаться с высоты. Лис заметила валяющийся на земле блокнот парня, подняла его и стала разглядывать странные рисунки и неразборчивые записи. —Это что такое? — поинтересовалась она. Спустившись, Дейчи мгновенно выхватил блокнот из ее рук и спрятал его в карман. — Тебе знать это не обязательно, — сухо ответил он. —Ну и грубиян же ты, — фыркнула Лис. — Почему ты здесь? Что искал? —Искал кое-что, — коротко сказал он, после чего добавил: — Кстати, ты разговаривала во сне. — Просто приснился кошмар... Дейчи шагнул к реке, чтобы умыться. После этого они направились вместе с Лис обратно к палатке. Собрав все свои вещи в сумку, девушка несколько раз перепроверила, чтобы ничего не забыть. Странное поведение Дейчи на мгновение её обеспокоило, заставив вспомнить о своём сновидении. Он тогда показался мне странным. Надо быть осторожней с ним. Вдруг он только притворяется, что помогает, а на самом деле… Но ведь Рейн не мог меня обмануть. Да и если бы Дейчи хотел убить меня, он бы давно сделал это. Неожиданно услышав шаги за спиной, Лис резко обернулась. —Тебя что-то тревожит? У тебя странное выражение лица. —Нет, всё нормально. Просто проверяла свои вещи, — нервно натянув улыбку, девушка быстро застегнула сумку. —Это не ты случайно потеряла? — спросил Дейчи, протянув браслет. —Как он выпал? Где ты его нашёл? — Лис тут же подошла ближе и взяла браслет. —Там же, где ты нашла меня. В следующий раз будь внимательнее к своим вещам, — ответил он, отдавая браслет. После этого Дейчи принялся разбирать палатку и сложил её в свою сумку. Закончив сборы, ребята направились в ближайшую деревню, чтобы купить продукты. Глава 4 Рассвет едва окрасил небо в бледно-розовые тона, когда Рейн уже вытирал барную стойку, готовясь к рабочему дню. Его движения были отточены, привычные и точные – годы работы в этом заведении научили его экономить каждое мгновение. Он мысленно перебирал список необходимых ингредиентов, проверял наличие льда и ровными рядами выставлял бутылки, создавая иллюзию безупречного порядка, который скрывал под собой напряжение, витавшее в воздухе. Запах свежесваренного кофе смешивался с ароматом фруктов, которые Веросика, его напарница, обычно использовала для своих фирменных коктейлей. Он представил ее яркую улыбку, энергичный нрав и лёгкую иронию, которая всегда разбавляла напряженную атмосферу бара. Звон колокольчика над дверью прервал его мысли. Веросика, как всегда, ворвалась в бар, словно солнечный луч, прорезающий утреннюю серость. Ее приветствие быстрое, энергичное, было обычным началом их рабочего дня. —Рейн, ты уже подготовил напитки, которые я просила? — спросила она, одновременно осматривая барную стойку. Рейн кивнул, его взгляд скользнул по аккуратно расставленным бутылкам и стаканам. —Да, всё готово, — ответил он, немного напряженно, чувствуя, что что-то не так. Неожиданно, он продолжил: —Сможешь подменить меня на какое-то время? Мне срочно нужно уйти. Веросика, заметив его встревоженное лицо, нахмурилась. —Что случилось? — спросила она, ее голос, обычно звонкий и жизнерадостный, стал тише и обеспокоеннее. Рейн, избегая подробностей, ответил коротко: - Срочно вызывают. —Хорошо. — Ответила Веросика. Сняв фартук быстрым, резким движением, он бросил его на стол, почти не глядя на девушку. —Спасибо, с меня должок. — уже через секунду исчез на втором этаже, оставляя Веросику с немым вопросом в глазах. Он быстро собрал необходимые вещи, привычным движением повязал черную бандану на лоб, привычный элемент его повседневного образа, который сегодня казался неотъемлемой частью его новой роли. Выйдя через чёрный ход, он растворился в утреннем тумане города, направляясь к частному зданию, которое обычно скрывалось в тени. Сердце Рейна билось чаще обычного, когда он незаметно проник в здание. Внутри царила атмосфера напряженного ожидания, он слышал приглушенные голоса, фрагменты разговоров, которые он старался не подслушивать, но которые все равно просачивались к его сознанию. Ощущение опасности висело в воздухе, густым, тяжелым туманом. Внезапно, один из членов банды, самый крупный и устрашающий, заметил его. —О, новичок. Рад тебя видеть. – протянул он, его голос был наполнен двойным смыслом, в котором скрывалась как приветливость, так и угроза. Дальнейшие слова этого человека заставили Рейна вздрогнуть. — Слушай, давненько тебя не видел. Не знаешь, как так случилась, что девка сбежала вместе с тобой? Эти слова пронзили Рейна как лезвие. Он старался сохранять внешнее спокойствие, маскируя тревогу под маской безразличия, но внутри все кипело. Он мгновенно придумал отвлекающий маневр. —Мне тут информация поступила, что ты деньги потихоньку воруешь у босса. — начал Рейн, его голос был холодным, саркастичным. —Если он об этом узнает, кто-то лишится далеко не только конечностей. — Это была рискованная игра, но Рейну не оставалось ничего другого. Мужик, о котором шла речь, резко подошел к Рейну, схватив его за куртку. Завязалась потасовка, быстрая, жестокая. Рейн нанес удар в ребро, но он не был достаточно сильным, чтобы усмирить разъяренного бандита, который был готов разорвать его на куски. В этот момент в комнату вошел неизвестный мужчина, его лицо было скрыто маской и капюшоном, голова закрыта кепкой. Его появление мгновенно остановило насилие. Воздух словно застыл. Серьезный, непроницаемый взгляд мужчины дал понять всем присутствующим, что они серьезно провинились. Громила тут же отпустил Рейна, встревоженно посмотрев в глаза главному. Тень сомнения легла на напряженное лицо главаря банды. Он резко остановился перед Джоном, одним из его доверенных людей, лицо его было искажено гневом. В руке он сжимал клочок бумаги – объявление о пропаже девушки, сбежавшей из-под их контроля. —Джон. — Прорычал он, голос низкий и угрожающий, —отвечай. Кто дал тебе приказ распространять это объявление? Кто решил, что мы будем выставлять на всеобщее обозрение этот факт? - Вопрос прозвучал как обвинение, тяжелое и обременительное. Джон, побледнев, замялся, попытка оправдаться застряла у него в горле. Он открыл рот, но смог лишь прошептать: —Господин, я... я думал... — Его слова растворились в резком ударе главаря. Кулак, в печатавшийся в грудь Джона, прозвучал глухо, но красноречиво. Джон сгорбился, скрючившись от боли. Гнев главаря усилился. —Думал?! – рявкнул он, лицо его стало багровым. —Ты не думал о последствиях? О том, что это может вызвать проблемы? Теперь из-за твоей глупости мне придется оправдываться перед теми, кто стоит выше меня! Немедленно убери все объявления! Ни единого слова никому! Забудь, что ты когда-либо видел это объявление! Затем, главарь перевел свой взгляд на Рейна, новобранца, чьи глаза широко распахнулись от ужаса, наблюдающего за этой сценой. —Ты. — указывая на Рейна, главарь продолжил с ледяным спокойствием, —будешь следить за этой девушкой. Будешь докладывать мне о каждом её шаге, каждом движении, каждом вдохе. И Гильман пойдет с тобой. Он проконтролирует твою преданность. Я должен быть уверен, что ты не предашь меня. Что ты будешь выполнять мои приказы беспрекословно. Рейн, чувствуя, как пот струится по спине, сглотнул слюну. Он кивнул, его взгляд устремился на Гильмана, крупного, зловещего здоровяка, который стоял рядом, молчаливо оценивая новобранца. —Я не подведу вас. — пробормотал Рейн, голос его был едва слышен на фоне глубокой тишины, наполненной угрозой и неопределенностью. Он понимал, что его жизнь теперь полностью зависит от капризов беспощадного главаря и его мрачной миссии. После того, как главный вышел из комнаты, Рейн тоже решил выйти из здания и обдумать план, ведь он не хотел предавать своего лучшего друга, который ушел с принцессой, что бы увести её подальше от опасного города. Это изначально был его план. —Вероятно, Дейчи увёл её в другой город и вряд ли нам удастся найти след. Он успел скрыться с ней за пределами нашего города. Мне осталось лишь дождаться подходящего момента и отвлекать моего напарника на ложный след. Дейчи… я рассчитываю на тебя. — размышлял Рейн, пока его не отвлек Гильман. После получения приказа Рейн и его напарник Гильман сразу погрузились в работу они ходили по городским улица и искали хоть какие-то зацепки стараясь отыскать пропавшую девушку. Однако город, словно живой организм, сомкнул свои уста перед чужаками. Гильман, чьи нервы были натянуты как струны, действовал грубо и прямолинейно. Он хватал людей за одежду, его вопросы больше походили на обвинения, а низкий, рычащий голос не оставлял места для отказа. —Ты! Видел эту девушку? — он тыкал пальцем в потрёпанный листок с изображением. В ответ люди лишь мотали головами, отворачивались и поспешно уходили, растворяясь в лабиринте переулков. Шёпот страха и недоверия опережал их движение: по городу уже ползли слухи о двух опасных незнакомцах, выискивающих какую-то женщину. Это сильно наводило их на страх. И вот, в потоке бегущих взглядов, Гильман зацепился за одного. Молодой парень, заслышав их шаги, резко изменил траекторию, пытаясь слиться с толпой. В его глазах мелькнула не просто боязнь, а узнавание, паника. —Эй, стой! — рявкнул Гильман, и его тело, подобно пружине, сорвалось с места. — Рейн, заходи с другой стороны! Преследование было недолгим. В глухом переулке, пахнущем помоями и сыростью, Гильман настиг беглеца, сильной рукой прижав его к шершавой стене. —Я... клянусь, я ничего не знаю! — взмолился парень, его голос дрожал от неподдельного ужаса. Ответом стал жёсткий удар в челюсть. Парень с глухим стоном рухнул на землю. Рейн остался у входа в переулок, его поза была отстранённой, почти безразличной. Он наблюдал, скрестив руки на груди, тень от карниза скрывала выражение его лица. — Зачем тогда убегал, а? — Гильман стоял над ним, сдерживая ярость, которая клокотала у него внутри. — Честные люди не шарахаются от стражей. —Я... я просто испугался! Слышал, как вы других допрашиваете... подумал, что следующим буду я! Я правда ничего не знаю! Бандит медленно присел на корточки, его лицо оказалось в сантиметрах от испуганного лица парня. —Не вешай мне лапшу на уши. Такие как ты, куски дерьма и трусы, всегда знают больше, чем говорят. Ты сейчас выложишь всё, что слышал, всё, что видел. Или, — его голос стал опасным шёпотом, — я раскрашу тебе лицо так, что собственная мать тебя в гробу не опознает. Понял меня, урод? Парень, всхлипывая, перевёл заплаканный взгляд на Рейна, стоящего в тени. —Рейн... пожалуйста... помоги... он же меня убьёт... Прозвучавшее имя сработало как выстрел. Гильман резко выпрямился и обернулся. Его взгляд, полный внезапного подозрения, уставился на напарника. —Так вы знакомы? — в его голосе зазвучал холодный металл. — Ты с ним в за одно? Рейн не остался в тени. Он резко шагнул вперёд, его мнимая отстранённость исчезла, сменившись обжигающим холодом. Он не стал ничего отрицать. Вместо этого он подошёл к дрожащему парню и с силой, от которой захватило дух, всадил кулак ему в солнечное сплетение. —Агх! — Парень согнулся пополам, давясь кашлем и слюной. —Не смей обращаться ко мне, как к другу, — голос Рейна был тихим, но каждое слово врезалось в память, как нож. — Я тебе не друг и не сообщник, ублюдок. Ты слышал напарника. Говори. Или я сам займусь тобой. Рейн выпрямился и встретился взглядом с Гильманом. В его глазах не было ни вины, ни оправданий — лишь холодная решимость доказать свою лояльность. Гильман, немного успокоившись, снова обратился к жертве. Он схватил парня за волосы и грубо приподнял его голову. —Последний раз повторяю. Докладывай. Что видел? Что слышал? И не думай дурить. —Хорошо... хорошо... я скажу! Только отпустите, прошу вас! Гильман с отвращением разжал пальцы. — Я видел... ваше объявление... про девушку. Я её видел! Она уходила из города... с ней был парень. —Кто он? — Гильман снова наклонился, блокируя собой весь свет. — Имя! Где живёт?! Чем занимается?! —Я не знаю его лично, клянусь! Но я знаю людей, которые к нему обращались! Они точно его знают! Обратитесь к... — его взгляд на мгновение метнулся в сторону Рейна, полный немого укора, но тут же вернулся к его напарнику, — ...к моему другу. Сейду. Он как-то говорил, что этот тип может найти что угодно и кого угодно. Обращался к нему за услугой. — Где искать этого Сейда? — нетерпеливо спросил он. —Он живёт недалеко... работает стекольщиком, в ма... Не дав ему договорить, Гильман, уже получив нужное направление, резко развернулся и зашагал к выходу из переулка. На ходу он бросил через плечо Рейну, не оборачиваясь: —Разберись с этим мусором. Рейн остался наедине с поверженным парнем. В воздухе повисла тягостная тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием лежащего. —Ну и урод же ты, Рейн, — прошипел парень, вытирая окровавленный рот. Рейн медленно подошёл и безжалостным ударом снова отправил его голову об асфальт. Из носа брызнула свежая струйка крови. —Зачем ты всё ему разболтал? — сквозь стиснутые зубы прошипел Рейн. В его голосе впервые прорвалась ярость, но не та, что была у его напарника, а другая почти отчаянная. —Я не хочу неприятностей! — всхлипнул парень. — У меня семья! А Сейд... он всё равно ничего не знает, он... На этом его слова оборвались. Точно рассчитанный удар Рейна в висок отправил парня в глубокий беспамятство. Рейн несколько секунд смотрел на его неподвижное тело, затем, с отвращением, вытер окровавленные костяшки пальцев о его куртку. Лицо его снова стало каменной маской. Он вышел из переулка и направился к Гильману. Тот уже был у лавки стекольщика и с тем же напором допрашивал человека в запачканном фартуке — Сейда. Тот, заикаясь от страха, отвечал: —Клянусь, господин, я почти ничего о нём не знаю! Он странный был, нелюдимый. Ни семьи, ни имени не назвал. Просто взял деньги, выполнил поручение и исчез. А когда вернулся, так и сказал: «Забудь, что ты меня видел. И никому ни слова». Больше я его не видел. Мутный он... очень мутный тип. Рейн остановился позади Гильмана, его молчание было красноречивее любых слов. Зацепка была найдена, но нить вела в туман. Слова Сейда повисли в воздухе, густые и неопределённые, как городская мгла. Гильман, не отрываясь, смотрел на стекольщика, пытаясь уловить в его дрожащем голосе следы лжи. Но видел лишь животный, примитивный страх. —Мутный тип, — с презрительной усмешкой повторил бандит. — Это всё, что ты можешь сказать? Как он выглядел? Где с ним встречался? Не заставляй меня выбивать из тебя каждую крупицу! Сейд заёрзал, его пальцы нервно теребили край фартука. —Вы же понимаете... он не из тех, кого забываешь. Высокий. Худой. Был в плаще с капюшоном, лицо почти не видно... Но взгляд... — стекольщик замолчал, сглотнув. — Холодный. Пустой, как у мёртвой рыбы. Говорил мало и тихо. Место... старое складское помещение у реки, на Ржавом причале. Там мы с ним как-то и встретились. Только он предупреждал, что если я кому-то расскажу... —Тебя сейчас волновать должно только то, что скажу я, — рычаще перебил его здоровяк. Он резко развернулся к Рейну, который стоял неподвижно, вглядываясь в улочки, словно ожидая оттуда какой-то угрозы. — Ты что, оглох? Идём. Этот «мутный тип» теперь наша единственная ниточка. Рейн медленно перевёл на него взгляд. В его глазах не было ни энтузиазма, ни страха. —Слишком просто, Гильман. Никто просто так не выкладывает такую информацию. Это может быть ловушка. — Ловушка? — Фыркнул он, подходя ближе. — Для кого? Для нас? Даже если это засада, тем лучше. По крайней мере, будет с кем поговорить по-настоящему, а не с этим дрожащим дерьмом. — Он кивнул в сторону Сейда, который тут же отпрянул вглубь мастерской. Гильман шагнул так близко, что его грубая куртка почти касалась Рейна. —Или тебе что-то не нравится в этом раскладе, напарник? Может, ты этого мутного типа тоже знаешь? Как того парня в переулке? Напряжение между ними сгустилось, стало осязаемым. Рейн не отвёл взгляда. —Я знаю, что слепая спешка до добра не доводит. Мы идём вслепую. У нас есть только слова перепуганного стекольщика и намёк на то, что кто-то в этом городе водит нас за нос. —А у нас есть приказ! — тихо, но с силой произнёс Гильман. — И я не собираюсь возвращаться с пустыми руками только потому, что тебе вдруг всё «показалось». Кончай трястись и выполняй свою работу. Или я буду вынужден доложить, что у меня ненадёжный напарник. Рейн на секунду закрыл глаза, будто отгоняя наваждение. Когда он их открыл, в них снова была лишь сталь. —Хорошо. Идём на причал. Но будь готов ко всему. — Я всегда готов, —Он хмыкнул и, развернувшись, зашагал в сторону реки. Рейн на мгновение задержался, бросив последний взгляд на бледное, искажённое страхом лицо Сейда. В его взгляде было нечто неуловимое, не то сожаление, не то предупреждение. Но он ничего не сказал. Лишь молча последовал за своим напарником, их двое фигуры растворялись в сгущающихся сумерках, двигаясь к своей новой цели. Тишина, что воцарилась между ними, была красноречивее любых споров. Ржавый причал встретил их гнилым дыханием затхлой воды и скрипом расшатанных досок под ногами. Полуразрушенные склады стояли как гигантские надгробия, их выбитые окна смотрели в никуда. Воздух был густым и неподвижным, словно сама смерть застыла в ожидании. Они двигались медленно, проверяя каждый угол, каждую тень. Но кроме крыс и шелеста мусора на ветру, здесь не было ничего. — Ничего, — сквозь зубы выдохнул Гильман, останавливаясь посреди заброшенного склада. — Ни черта. Чисто, как после уборки. Рейн молча осматривался, его взгляд скользил по балкам, по грудам битого кирпича. Он казался сосредоточенным, но в его позе была неестественная скованность. —Значит мы здесь не найдем никакой зацепки, — произнёс Рейн, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Или Сейд нас обвёл вокруг пальца. Давай уже уйдём, здесь нечего ловить. — Уйдём? — напарник медленно повернулся к нему. Его глаза, привыкшие к агрессии, теперь сузились, превратившись в две щели, подозрительно осматривая Рейна. — Ты очень настойчиво пытаешься увести меня отсюда, товарищ. С самого начала. С того переулка. Тишина стала плотной, как вата. Давно копившееся напряжение между ними наконец достигло точки кипения. — О чём ты? — буркнул Рейн, отводя взгляд. — Я просто говорю, что мы зря тратим время. —Я знаю, что ты пытаешь вести меня за нос! — резко крикнул Гильман. — Ты знаешь того парня с переулка. А значит, теперь ты покрываешь и этого типа. Кто он тебе, а? Старый друг? Сообщник? Рейн сжал кулаки, его челюсть напряглась. —Прекрати нести чушь. Мы здесь по работе. —Вот как теперь заговорил. — Гильман с отвращением плюнул на ржавые доски. Затем его рука плавным, выверенным движением потянулась к оружию. Щёлк предохранителя прозвучал оглушительно громко в мёртвой тишине причала. Дуло пистолета, чёрное и безжалостное, теперь было направлено прямо в грудь Рейна. —А теперь, — тихо, почти ласково произнёс он, — давай поговорим по-настоящему. Без всякой ерунды про работу. Кто этот парень? Куда он мог увести эту девушку? какова их цель? И я знаю что это ты отпустил её. Рейн замер, глядя в холодный глазок ствола. Гильман уже всё для себя понял. —Я не знаю, о чём ты. — Хватит! — Гильман рывком сократил дистанцию, уперев ствол Рейну прямо под рёбра. — Ты думаешь, я слепой? Ты думаешь, я не видел, как тот ублюдок в переулке смотрел на тебя? Как ты нехотя его бил, стараясь не добить? Ты играешь в какую-то свою игру, Рейн. Он наклонился ближе, его дыхание было горячим и тяжёлым. —Знаешь, что самое прекрасное в этом месте? Здесь абсолютно никого нет. Ни свидетелей. Если я пристрелю тебя здесь, как бродячую собаку, никто и слова не скажет. А боссу я доложу, что мой напарник, оказался гнидой и предателем. Что ты попытался сбежать, передавая информацию врагам, и мне пришлось тебя ликвидировать. Поверь, он мне поверит. У тебя репутация не самая светлая. Сердце Рейна бешено заколотилось. Он видел что его напарник не блефует. Это был тупик. —Я лишь...— он попытался найти слова, любой довод, который мог бы отсрочить неизбежное. Но было уже поздно. —Передавай привет своему дружку, — с ледяным спокойствием произнёс Гильман. Грохот выстрела разорвал тишину, отдаваясь эхом в руинах. Рейн с громким, сдавленным стоном рухнул на колени, схватившись за бок. Острая, жгучая боль разлилась по всему телу, затуманивая сознание. Он чувствовал, как тёплая кровь быстро пропитывает его одежду. Выстрел был точен не смертельный, но калечащий. Разрывная пуля пробила плоть и мышцы, не задев жизненно важных органов. Гильман стоял над ним,продолжая деражать дымящийся пистолет в руке. Он смотрел на корчащегося от боли Рейна без тени сожаления. Затем развернулся и, не оглядываясь, зашагал прочь, его шаги гулко отдавались по деревянному настилу, постепенно затихая вдали. Рейн лежал на холодных, липких от влаги досках, сжимая рану. Туман в глазах начал сгущаться, а сознание постепенно покидало его. Глава 5 Лес был густым и молчаливым, словно затаившим дыхание. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотной листвы, рисуя на земле причудливые узоры, но Лис не было дела до этой красоты. Всё её внимание было приковано к спине человека, идущего впереди. Дейчи шагал с такой скоростью и уверенностью, будто у него под ногами был не хрупкий мох и скользкие корни, а ровная мостовая. Его кожаная куртка, потёртая на сгибах, едва шелестела, а сапоги почти бесшумно ступали по мягкой земле. Для Лис же каждый шаг был испытанием. Она спотыкалась о невидимые неровности, цеплялась подолом своего простого платья за колючие ветки кустарника и тяжело дышала, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. После вчерашнего кошмара, в котором смешались огонь, крики и блики загадочных кристаллов, и той утренней напряжённой сцены с короткими, рублеными фразами, каждое движение Дейчи казалось ей многозначительным и подозрительным. Она ловила себя на том, что анализирует его малейшие детали: как он чуть склонил голову, прислушиваясь к лесным шорохам; как его пальцы непроизвольно постукивали по рукояти длинного меча у пояса; как его взгляд, холодный и пронзительный, как сталь, скользил по окружающему лесу, выискивая невидимые ей угрозы. Внезапно он обернулся, и его взгляд, тяжёлый и оценивающий, упал на неё. Лис почувствовала, как по спине пробежали мурашки. —Не отставай, — бросил он коротко. Он не стал дожидаться ответа или оправданий, просто развернулся и снова зашагал вперёд, не сбавляя темпа. Лис, с досадой покусывая губу, ускорила шаг. Внутри всё кипело. Тягостные мысли, словно назойливые мухи, кружились в голове. Как же ей не хватало сейчас дружелюбной болтовни Рейна или Веросики. С ними было бы хоть немного спокойнее. А от этого человека — одни мурашки по коже. Наконец, деревья начали редеть, и впереди, завешенная лёгкой утренней дымкой, показалась деревня. Они вышли на окраину. Небольшое поселение, состоящее из нескольких десятков приземистых, почерневших от времени домов под соломенными крышами, сгрудилось вокруг пыльной центральной площади с массивным деревянным колодцем. Утро было в самом разгаре, воздух был густым и насыщенным. Едкий дым из печных труб смешивался с бодрящим ароматом свежеиспечённого хлеба и терпким, знакомым запахом навоза, доносящимся с ближайшего выгона. Местные жители, крепкие, загорелые мужчины и женщины в простых, грубых одеждах, проводили их взглядами, полными нескрываемого любопытства и лёгкой опаски. Появление незнакомцев, да еще таких непохожих, было для них событием. Дейчи, казалось, был совершенно невосприимчив к этому всеобщему вниманию. Он двигался с конкретной, хорошо ему известной целью, его внимательные глаза, выискивали что-то в лабиринте улочек. Его взгляд скользнул по вывеске кузницы, по открытой двери магазина оружия и наконец нашёл то, что искал. — Здесь, — произнёс он безразличным тоном, едва заметно кивнув в сторону небольшой, неприметной лавки с низко нависающей крышей и приоткрытой настежь дверью. Над ней болтался на одной петле выцветший от дождей и солнца деревянный щит, на котором угадывались изображения круга сыра и связки колбас. Внутри пахло целой палитрой запахов. Сладковатым дымком копчёного мяса, острыми специями, влажным деревом полок и ещё чем-то старым, уютным, как в бабушкином сундуке. За прилавком из тёмного дуба стоял пожилой мужчина, с седыми висками и умными, внимательными глазами, которые наблюдали за вошедшими поверх маленьких, съехавших на кончик носа очков. Дейчи без лишних слов принялся за дело. Его движения были экономными и точными: вязанка вяленого мяса, несколько лепешек, мешочек с орехами и сухофруктами, брусок сыра. Он явно знал, что именно нужно для долгой дороги. Пока он занимался снаряжением, Лис робко разглядывала полки. Её взгляд, скользя по банкам с соленьями, мешкам с крупой и пучкам трав, вдруг упал на небольшие, аккуратно завёрнутые в пергамент пирожки. Вспомнились дворцовые кухни, где подобное считалось слишком простым. Здесь же они пахли так соблазнительно. — Возьмёшь? — его голос прозвучал прямо над ухом, заставив её вздрогнуть, заметив её застывший взгляд. Он уже закончил с основными покупками. Лис, смущённо покраснев, кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Молча, он взял два пирожка и добавил их в общую, уже наполненную сумку. Расплачиваясь, парень бросил короткий, но цепкий взгляд на хозяина. Монеты со звоном упали на столешницу. —Давно в этих краях не было чужаков? Хозяин пожал плечами, ловко отсчитывая сдачу. — Кто их, проходимцев, считает. Дорога на перевал рядом. То торговцы, то бродяги… Никто надолго не задерживается. Неспокойно нынче. — Неспокойно? — уточнил он. Его голос не дрогнул, но Лис, стоявшая рядом, слегка напряглась как струна, обратив внимание на лицо хозяина. — Да уж, — старик понизил голос до шепота и наклонился ближе. — Вчера, к примеру, двое каких-то проходимцев, докопались до бедолаги-путника, пытались его ограбить. А потом и женщину, что с ним была, чуть не похитили, силой куда-то тащили. Мы их за бандитов обычных приняли, не местные. А ещё… — он оглянулся, хотя в лавке, кроме них, никого не было, — было тут странное объявление, недавно убрали. Какую-то девушку разыскивали. Сумма за неё была солидная. Лис почувствовала, как кровь мгновенно отливает от лица, оставляя щеки ледяными. Сердце заколотилось с такой силой, что она боялась, будто его стук слышно на всю лавку. Инстинктивно, почти неосознанно, она натянула капюшон своего плаща глубже на лоб, отвернулась к полкам с крупами, делая вид, что её это не касается. — Кто-нибудь уже брался за поиски? — спросил Дейчи, словно речь шла о погоде. — Да кто ж знает. По крайней мере, наш народ не настолько отчаян, чтоб из-за денег в такие тёмные дела ввязываться. Странно всё это, — фыркнул старик, протирая очки. — Как по мне, так все вы, горожане, на одно лицо. А эти странные объявления и люди … сомнительные какие-то. Не нужны нам тут такие истории. — Мудрое решение, — сухо, без тени иронии, согласился Дейчи. Он ловко взвалил тяжёлую сумку на плечо. — Спасибо. Всего доброго. — И вам удачной дороги, — проводил их старик взглядом. Едва они вышли на залитую солнцем площадь, как Лис не выдержала. Ком сжался у неё в горле. Она схватила Дейчи за рукав его куртки, заставив его резко остановиться. — Постой! — её голос прозвучал срывающее. — Тебе не кажется, что эти люди, давшие объявление, уже здесь? Что они следят за нами прямо сейчас? Дейчи медленно повернул к ней голову. Его глаза, холодные и ясные, просканировали площадь, скользнули по тёмным проёмам между домами, по фигурам у колодца. — За такой короткий промежуток времени всё возможно, — ответил он, его голос был ровным и спокойным. — Но я бы сразу заметил слежку. Он легонько высвободил рукав из её сжатых пальцев и, не сказав больше ни слова, снова зашагал. Лис, чувствуя укол обиды и страха, беспомощно поплелась следом. Идти молча было невыносимо. Внутри всё кипело. — Почему ты решил мне помочь? — снова начала она, догнав его. — Почему не отдал меня тем людям? Получил бы хорошую награду.— Она сделала паузу, глотая воздух. — И Рейн… он же состоит в бандитской группировке. Зачем ему было меня спасать и… втягивать в это тебя? Дейчи остановился так резко, что Лис едва не врезалась в него. Он развернулся к ней всем корпусом. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глубине глаз вспыхнули опасные, холодные искры. — Меня никто ни во что не втягивал, — произнёс он отчётливо, отчеканивая каждое слово. — Я просто выполняю свою работу. И если ты так боишься и не доверяешь, мы можем прямо здесь и сейчас разорвать наш договор и пойти каждый своей дорогой. Особенно если ты не прекратишь задавать подобные вопросы. — Он сделал шаг вперёд, и Лис инстинктивно отступила. — Как закончу свою работу, на обратном пути можешь сама его обо всём спросить. Лис на секунду оцепенела, словно её окатили ледяной водой. Затем, чувствуя, как по щекам разливается краска, она надула губы и состроила самое недовольное и обидчивое лицо, на которое была способна. — Какой же ты нудный и невыносимый, — буркнула она. — Даже спросить нормально нельзя. Дейчи не удостоил её ответом. Он молча развернулся и пошёл дальше, его прямая спина была красноречивее любых слов. Лис, сжав кулаки, покорно поплелась за ним. Они уже почти миновали последние дома и выходили на просёлочную дорогу, ведущую в горы, когда у колодца их окликнул молодой голос. —Эй, путники! Постойте минутку! К ним подбежал молодой парень, лет восемнадцати, с открытым, загорелым лицом. Он указывал на свою телегу, загруженную душистым сеном. Дейчи замедлил шаг. Его движение было почти незаметным, но Лис увидела, как его правая рука бессознательно опустилась ниже, к рукояти длинного меча на поясе. —В чём дело? — спросил он нейтрально. — Вы куда путь держите? — спросил парень, подходя ближе. Его любопытный взгляд скользнул по Лис, задержавшись на её лице. — В сторону перевала, — ответил Дейчи, не уточняя деталей. — Осторожнее там, будьте, — парень понизил голос и оглянулся. — Не то чтобы раньше тихо было, а сейчас… Говорят, там странные люди разбили лагерь. Похожие на наёмников. Не местные. С виду… ну, опасно выглядели. А вчера… — он наклонился ещё ближе, и его шёпот стал едва слышным, — мой брат видел, как по старой тропе, что над обрывом, один из них тащил что-то большое, завёрнутое в брезент. Вся тропа была в крови, будто по ней волокли тушу быка. Только это был не бык. Лис почувствовала, как по её спине, от копчика до самых плеч, медленно и неотвратимо пополз ледяной холодок. Она посмотрела на Дейчи, ища в его лице поддержки или хотя бы отражения собственного ужаса. Но его лицо осталось абсолютно невозмутимым, высеченным из камня. — Спасибо за предупреждение, — кивнул он парню, и в его тоне не было ни капли волнения. — Будем осторожны. — Удачи вам, — парень невесело махнул рукой и направился к своей телеге. Как только они отошли на достаточное расстояние и скрылись за первым же крутым поворотом дороги, Дейчи резко, почти без разбега, свернул с натоптанной тропы, углубившись в густую, нетронутую чащу леса. — Что ты делаешь? — удивилась Лис, с трудом продираясь за ним через колючие ветки малины. — Мы же только что вышли на дорогу! — Меняем маршрут, — коротко бросил он, не оборачиваясь, его плечи напряглись, расчищая путь. — Ты думаешь, он соврал? Про тех людей? — спросила Лис, спотыкаясь о корень. — Не похоже, чтоб он соврал, — послышался из-за спины его голос. — Но вести тебя прямо через их лагерь — самоубийство. Он сделал очередной решительный шаг вперёд, оставляя за спиной безопасную, но ставшую потенциальной ловушкой тропу. Лис, сжав зубы до хруста и подавив подкатывающий к горлу ком страха, послушно последовала за ним. Он шёл с такой скоростью, что у неё скоро начало перехватывать дыхание, а в боку закололо. Она замечала только колючие заросли, скользкие от влаги камни под ногами и спину своего спутника, мелькающую между стволами древних елей. Через пару часов изматывающего пути Дейчи наконец остановился у небольшого, но быстрого ручья, с шумом бегущего по камням. —Привал, — объявил он, сбрасывая с плеча тяжёлую сумку. Лис с глухим стоном облегчения опустилась на мягкий, влажный мох. Она с наслаждением зачерпнула ладонями ледяной, чистейшей воды и с жадностью напилась, а затем промочила лицо и шею, смывая пот и пыль. Дрожащими руками она достала из его сумки один из пирожков и принялась его жевать, почти не чувствуя вкуса, просто чтобы заглушить дрожь в коленях и голоде в желудке. Дейчи стоял, прислонившись плечом к шершавому стволу сосны, и его внимательный, сканирующий взгляд медленно обходил окрестности, выискивая малейшее движение, прислушиваясь к непривычным звукам. Лишь убедившись в относительной безопасности, он достал из внутреннего кармана куртки сложенную в несколько раз, истрёпанную по краям карту и принялся её изучать, мысленно прокладывая новый путь. Лис, сидя на корточках, с интересом наблюдала за ним. — Много мест успел посетить? — тихо спросила она, доедая пирожок. — Раз так хорошо ориентируешься в маршрутах. — Достаточно, чтобы довести тебя до цели, — ответил он, не отрывая взгляда от коричневых линий, обозначавших горные хребты. Лис встала, отряхнула прилипшие к платью травинки и, сделав несколько неуверенных шагов, подошла к нему, заглядывая в карту через его плечо. — А где мы сейчас? — спросила она, пытаясь разобраться в хитросплетении условных знаков. — Здесь, — его палец, покрытый старыми шрамами, ткнул в точку у извилистой синей линии, обозначавшей, вероятно, реку. — Потом свернём на другую тропу. Её на картах не отмечают. Он оттолкнулся от дерева, резко свернул карту. — Отдохнула? Пора двигаться. Нужно уйти как можно дальше вглубь, пока те люди не сообразили проверить другие тропы и не перекрыли их. Они шли ещё несколько часов. Лес становился всё гуще, склоны круче. Проводник иногда останавливался, сверяясь не столько с картой, сколько с каким-то внутренним компасом, поправляя курс. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая верхушки елей в багряные и золотые тона, когда они, наконец, вышли на узкую, едва заметную тропинку, змеившуюся по склону вверх. — Здесь, — указал Дейчи взглядом вверх по тропе. — По ней мы поднимемся выше. Там есть одна пещера. Можно переночевать. И с высоты будет видно, если кто-то пойдёт за нами по пятам. Подъём оказался трудным, почти мучительным. Лис, не привыкшая к таким физическим нагрузкам, дышала прерывисто и хрипло, её ладони были исцарапаны и стёрты до крови от цепляния за острые выступы скал и жёсткие ветки. Дейчи шёл впереди, выбирая путь, и иногда, в особо сложных местах, подавал ей руку. Пещера, как он и обещал, оказалась небольшой, но сухой и укрытой от ветра нависающим каменным козырьком. Парень сбросил сумку на каменный пол и первым делом подошёл к самому краю входа, долго и пристально вглядываясь в долину, которая внизу уже тонула в лиловых сумерках. Затем он вернулся внутрь, в сумрак, и достал из сумки обломок кристалла. Он сиял неярким, ровным голубоватым светом, которого, однако, хватало, чтобы разогнать мрак в небольшом пространстве. — Костер разводить не будем, — твёрдо сказал он, отвечая на её немой вопрос. — Дым или свет пламени могут выдать нас за версту. Придётся обойтись без горячей еды. Принцесса молча кивнула, понимая его правоту. Поужинав всухомятку тем, что было, она долго сидела, ёжась от пронизывающего ночного холода и от навязчивого, гнетущего ощущения, что из тёмного, непроглядного мрака леса за ней наблюдают десятки невидимых глаз. Чтобы отвлечься, она разглядывала обломок кристалла, лежавший на холодном камне. Он пульсировал мягким светом, словно живой. Девушка потянулась к нему рукой, но вспомнила ту боль, тот шок, который испытала при прошлом прикосновении, и резко отдёрнула пальцы, сжав их в кулаки. — Он не опасен в таком состоянии, — раздался спокойный голос Дейчи. Он сел у стены, прислонив голову к камню, и что-то быстро и сосредоточенно писал в небольшом, потрёпанном кожаном блокноте. — Можешь взять его. Девушка осторожно взяла кристалл в руки. Он был на удивление тёплым. Она перекатывала его в ладонях, следя за внутренним мерцанием. — Мемуары пишешь? — не выдержала она давящей тишины, слегка передразнила его. — Ты так и не сказал, что в этом твоём блокноте такого секретного. Дейчи на секунду оторвался от письма, сделал глоток воды из походной фляги. —Гипотезы, — ответил он наконец. — Расчёты. Всё, что я смог найти и понять о кристаллах, об их энергии. О том, как они работают, на что способны и почему могут быть опасны в не тех руках. — И почему ты не хочешь мне это показывать? — в голосе Лис прозвучала обида. — Я ведь тоже ими заинтересована. — Потому что есть вещи куда опаснее этих блестящих камней, — его голос приобрёл металлические нотки. — И лишние знания сейчас тебе не к чему, принцесса. Они не защитят, а погубят. Он захлопнул блокнот и убрал его во внутренний карман куртки. Но Лис не унималась. В памяти всплыли разрозненные газетные вырезки, которые она мельком видела на его столе. — Те газеты… — начала она, подбирая слова. — Ты ведь, не с проста всем этим занимаешься. Что случилось на самом деле с той семьёй, про которую писали? - Она посмотрела на него пристально, пытаясь поймать его взгляд. — И ты не просто так упомянул вчера мою семью. Была какая-то связь? Дейчи замер. Он не шевелился, его пальцы, только что державшие блокнот, застыли в воздухе. Он медленно поднял на неё глаза, и посмотрел на неё с недоверием. Он сложил руки на груди, его поза стала закрытой, оборонительной. — Ты не с проста, упомянул мою семью, — повторила Лис, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Он молчал. Эта тишина была тяжелее любых слов. Затем, не проронив ни звука, он поднялся, его движения были резкими, и направился к выходу из пещеры, чтобы снова проверить горизонт, уйти от ответа. — Спи, давай, — тихо, но неумолимо прозвучал его голос из темноты. — Я не усну, — прошептала Лис, обнимая себя за колени, пытаясь согреться. — Не смогу. — Попробуй. Завтра будет ещё тяжелее. Тебе понадобятся силы. Она нехотя устроилась по удобнее на холодном каменном полу, закутавшись в свой не очень тёплый плащ. Мысли путались, набегая друг на друга: лица родителей, загадочный кристалл, группа бандитов, в которой состоял Рейн… и этот проводник, который, казалось, знал о ней и её прошлом гораздо больше, чем она сама. Спустя какое-то время она все же уснула. Отдалённый, едва различимый звук, похожий на треск сухой ветки под чьей-то ногой, заставил её мгновенно открыть глаза. Она не могла сказать, сколько прошло времени — час или несколько. В пещере стоял глубокий полумрак, предрассветный свет только-только начинал бороться с ночью, окрашивая стены в призрачные пепельно-серые тона. Дейчи по-прежнему сидел у входа, но его поза кардинально изменилась. Он был напряжён. Его голова была слегка наклонена, прислушиваясь к каждому шороху. — Что-то не так? — прошептала она, с трудом приподнимаясь на локте, сердце, замирало в груди. Он резко, почти отрывисто поднял руку, требуя абсолютной тишины. Его пальцы сомкнулись в кулак. Минуту, другую, третью царила абсолютная, давящая тишина, нарушаемая лишь бешеным стуком её собственного сердца в ушах. Потом он медленно, плавно, приподнялся во весь рост и сделал шаг вперёд, чтобы аккуратно осмотреть окружность, выйти на небольшую площадку перед пещерой. И в этот момент Лис почувствовала. Слабый, едва уловимый, но совершенно чёткий запах. Не леса, не травы. Запах пороха. Горький, колючий, предвестник смерти. Что-то внутри неё сработало быстрее мысли. Она подорвалась с места, как пружина, и бросилась к выходу, к его спине. —Дейчи! — это был не крик, а сдавленный стон. Она изо всех сил толкнула его в бок, отбрасывая назад, в безопасность пещеры. Они оба, грузно рухнули на каменный пол. И в тот же миг воздух пронзил оглушительный грохот. Несколько пуль с противным свистом впились в скалу как раз там, где секунду назад стоял он, высекая снопы искр и кроша камень. Новая очередь пуль, уже прицельная, полетела внутрь пещеры. Пули с диким воем рикошетили от стен, осыпая их градом осколков и пыли. Лис вжалась в пол, зажмурившись от страха, её тело сковал паралич. — Не смейте рыпаться там! — раздался грубый, незнакомый мужской голос из темноты. — Слышишь, пацан! Девушку мы, может, и не тронем, она нужна живой. Все свои вещи и девчонку оставь там, а сам выходи! Понял? Если хочешь, чтобы она осталась в живых, выходи с поднятыми руками! Лис, вся дрожа, подняла голову и посмотрела на Дейчи. Он прижался к стене у самого выхода, пытаясь сосредоточено определить расположение нападавших. — Лис, — тихо, но очень чётко произнёс он, не глядя на неё. — Слушай меня. Быстро хватай все вещи и будь готова бежать. Я задержу их. Мы недалеко ушли от деревни, если проберёшься… Он не успел договорить. Лис тут же оборвала его, её голос дрожал, но в нём зазвучали нотки упрямства. — Даже не думай! — выдохнула она. — Их там может быть, много… они сразу убьют тебя! Очередная очередь пуль со свистом врезалась в свод над их головами, обрушивая на них мелкие камушки и клубы пыли. Дейчи пригнулся и накрыл её собой, прижимая к холодному полу. — Повторяю в последний раз! — проревел тот же голос, уже ближе. — Оставь вещи и девчонку, а сам выходи! И тогда мы оставим её в живых! Вам бежать некуда, мы вас окружили! Лис, кашляя от пыли, заметила на камне рядом с её лицом тёмное, липкое пятно. Затем её взгляд поднялся выше, на его левое плечо. На ткани его куртки, расползалось алое, влажное пятно. Оно было большим и становилось всё больше. По её лицу снова потекли слёзы, горькие и бессильные. Дейчи встретил её взгляд, и в его глазах она прочитала безжалостное решение. Он снова посмотрел на выход. — Сиди здесь. Я дам команду, — Он начал подниматься, опираясь на меч. Лис схватила его за здоровую руку, её пальцы впились в его запястье.— Стой, — прошептала она, и её голос внезапно стал твёрже. Она встала рядом с ним, отпустила его руку и резко, ладонью, вытерла слёзы с глаз. — У меня есть план получше. В этот момент трое людей, прятавшихся за валунами и деревьями, начали проявлять нетерпение. Они вышли из укрытий, но не полностью, оставаясь в тени. — Походу, придется их обоих грохнуть, — высказался первый, низкорослый и коренастый, с обезьяньей физиономией. — Чего тянуть-то? — Даже не вздумай, косоглазый, девчонка моя! — возразил второй, высокий и тощий, с длинным стволом в руках. — Я первый их ещё вчера заметил, когда они к деревне подходили. — Сначала надо прикончить того пацана, чтоб не мешал, потом всё остальное, — хриплым голосом вставил третий, самый старший, с шрамом через глаз. — Но что-то он долго думает. Их разговор прервало неожиданное движение у входа в пещеру. Оттуда, пошатываясь, вышла Лис. Она стояла, съёжившись, её плечи тряслись от беззвучных рыданий. Лицо было бледным, испачкано пылью и слезами, она выглядела совсем юной и беспомощной. — Я… я сама выйду, — всхлипнула она, и её голос дрожал, прерывался. — Пожалуйста… только не трогайте его… заберите меня, но оставьте его в живых… — Отлично! — довольно усмехнулся тощий. — Вот и умная девочка нашлась. Всё куда проще. Третий, со шрамом, жестом показал ему двигаться. Тот, ухмыляясь, направился к ней, его ботинки громко шуршали по гравию. Лис делала маленькие, неуверенные шаги ему навстречу, её руки беспомощно висели вдоль тела. Она шла, глядя в землю, вся сжавшись от страха. Но когда между ними осталось не больше трёх шагов, её нога вдруг подвернулась. Она с громким вскриком как актриса пошатнулась и упала прямо на колени. Высокий бандит инстинктивно сделал шаг вперёд, чтобы поймать её. И в этот миг Лис резко, изо всех сил, швырнула ему прямо в лицо горсть мелкого песка и острой каменной крошки, которую она успела незаметно собрать в ладонь. — А-а-а, сука! — заорал он, ослеплённый, и в падении отшатнулся назад, закрывая лицо руками. Лис не стала дожидаться. Она мгновенно откатилась в сторону, как её учили на уроках базовой самообороны, которые она всегда прогуливала. Но тело само вспомнило. И этого мгновения хватило. Из тёмного проёма пещеры, словно тень, метнулся Дейчи. Его меч описал короткую, смертоносную дугу. Ослеплённый бандит даже не успел издать звука. Двое других, ошеломлённые внезапностью, на секунду застыли, прежде чем поднять оружие. — Бежим! — крикнул Дейчи, и его рука схватила Лис за запястье. Они рванули прочь, в густую чащу леса, пока оставшиеся бандиты, приходя в себя, открыли беспорядочную стрельбу. Пули со свистом резали воздух, срезали ветки над их головами, впивались в стволы деревьев. Парень, невзирая на рану и потерю крови, ловко петлял между деревьями, таща за собой запыхавшуюся, почти обессилевшую принцессу. Она бежала, спотыкаясь, её ноги стали ватными, а в груди кололо так, что не хватало воздуха. Они бежали, пока у неё не начало темнеть в глазах, а сердце не стало выпрыгивать из груди. Воспользовавшись небольшой складкой местности, густыми зарослями папоротника, Дейчи резко рванул в сторону, и они упали в небольшой овраг, скрытые от глаз. Девушка, прижавшись к влажной земле, пыталась перевести дух, судорожно хватала воздух открытым ртом. — Ты… ты куда? — с трудом выдохнула она, увидев, что он снова взялся за эфес меча и приготовился подняться. — Я буду рядом.— Его ответ был коротким.— Сиди здесь. И он бесшумно, как призрак, исчез в листве. Лис замерла, прислушиваясь. Сначала была тишина, а потом до неё донеслись приглушённые голоса, совсем близко. — Куда они, чёрт возьми, подевались? Они не могли далеко уйти! Обыскать всё! Шаги, тяжёлые и неторопливые, приближались к её укрытию. Девушка зажмурилась. Шаги были уже совсем рядом, кто-то начал раздвигать ветки папоротника… И вдруг из-за ближайшего ствола возник Дейчи. Его движение было стремительным и неотвратимым. Меч сверкнул в пробивавшемся сквозь листву свете. Раздался короткий, обрывающийся крик, затем тяжёлый звук падения тела. Почти сразу последовал второй удар, более глухой, и ещё один стон, который тоже быстро затих. Лис, преодолевая парализующий страх, выбралась из укрытия. Парень стоял над двумя распластанными телами. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась, а левая рука висела плетью, будто чужая. Вся левая часть его куртки была пропитана тёмной, почти чёрной кровью, образующей ужасающее багровое пятно. Но он, казалось, не обращал на это внимания. Его взгляд скользнул по Лис, оценивая, цела ли она. — Жива? — бросил он коротко. Его голос был хриплым от напряжения и нехватки воздуха. Лис, всё ещё не в силах совладать с дрожью в коленях и комом в горле, лишь кивнула. Слёзы текли по её грязному лицу, смешиваясь с пылью и потом. — Твоё плечо… — прошептала она, указывая дрожащим пальцем. — Потом, — отрезал он, резко повернувшись и снова прислушиваясь к лесу, его взгляд блуждал по деревьям. — Их было трое? Ты уверена? — В… вроде трое, — с трудом выдавила Лис, сама не помня уже. — Здесь нельзя оставаться. Идём. Сейчас же. — Но куда? Мы в лесу, ты ранен… — Туда, где не станут искать. Он не стал ждать её возражений. Снова, уже с меньшей силой, но с той же стальной решимостью, его пальцы сомкнулись на её запястье, и он повлёк её за собой. Они уже не бежали, а почти падали вниз по крутому склону, цепляясь за корни, спотыкаясь о валежник, их одежда рвалась о колючки. Дейчи шёл, превозмогая адскую боль, его лицо стало землистым, губы побелели и плотно сжались, но он не останавливался. Они двигались так ещё час, может, больше, пока он не нашёл то, что искал, почти полностью скрытый зарослями ежевики и хмеля вход в старый, заброшенный лесной дом. Дом был низким, покосившимся, с провалившейся кое-где крышей. Воздух внутри был спёртым, влажным и тяжёлым, пахло плесенью, гниющим деревом и пылью. — Внутрь, — приказал он, едва переводя дыхание. — Быстро. Лис, подавив рвотный позыв от запаха, вошла первой. Внутри было темно, грязно, лишь слабые лучи света пробивались сквозь заколоченные досками окна. Дейчи, с трудом перешагнув через сгнивший порог, на мгновение прислонился спиной к стене, его глаза закрылись. Он медленно, почти в замедленной съёмке, сполз вниз по шершавой деревянной стене и грузно опустился на покрытый грязью и мусором пол. — Дейчи! — Лис бросилась к нему, забыв о собственной усталости. — Всё в порядке… — его голос был тихим, прерывистым, слова давались с трудом. — Просто… дай мне минуту. Отдышаться… Он попытался приподняться, опереться на локоть, но слабость и боль заставили его снова бессильно опуститься. Кровь сочилась сквозь пропитанную ткань куртки, окрашивая его бледные пальцы в багровый цвет. Лис, видя это, забыла о собственном страхе и усталости. Внутри что-то щёлкнуло, включился холодный, ясный рассудок. Она действовала на автомате. — Нужно… остановить кровь, — сказала она больше для себя, чем для него, и её голос прозвучал удивительно твёрдо. Она вскрыла его куртку и разрезала ножом его окровавленную рубашку у плеча. Под тканью открылась страшная, рваная рана. Пуля прошла навылет. Её снова затрясло от ужаса и отвращения, но она сжала кулаки, закусив губу до крови, заставляя себя действовать. Принцесса порвала на длинные полосы чистую ткань от подкладки своего плаща. Воспользовавшись водой из его фляги, она принялась промывать рану, стараясь не смотреть на его побелевшие от боли губы и напряжённые мышцы челюсти. Он не издал ни звука, лишь резко вдохнул, когда холодная вода коснулась раны. Потом, вспоминая всё, чему её учили когда-то давно на тех самых скучных уроках этикета, где был краткий курс помощи раненым, она наложила тугую, давящую повязку, стараясь перетянуть повреждённые сосуды. Закончив, девушка присела на старый, гнилой стул, чтобы отдышаться. Адреналин отступал, сменяясь леденящей, всепроникающей усталостью и горьким осознанием всего произошедшего. Они чудом остались живы. Она смотрела на его профиль, освещённый скупым светом из разбитого окна. Он сидел, откинув голову на стену, глаза были закрыты, но она понимала, он не спит. Его дыхание было не таким ровным и глубоким, как обычно. Дейчи снова медленно открыл глаза. Его взгляд был затуманенным от боли и потери крови, но осознающим. Он с трудом сфокусировался на ней. — Твой план… был дурацким. Безрассудным. Но… сработал. Он попытался снова приподняться, чтобы выглядеть более убедительно, но слабость снова заставила его опуститься. Он провёл рукой по лицу, смахивая пот. — Слушай меня внимательно, — его голос внезапно приобрёл прежнюю, стальную твёрдость, несмотря на слабость тела. — Если… со мной что-то случится… не останавливайся. Ты идёшь на восток. Всё время на восток. Пока не дойдёшь до большой реки... Спросишь там… — он замолчал, его дыхание снова участилось от усилия, — спросишь любог… ...Спросишь любого о старухе Маб. Скажешь... что от меня. — Он умолк, переводя дух. Глаза его снова закрылись, но губы плотно сжались, словно он силой воли удерживал сознание. — Заткнись! — её голос дрогнул, но в нём впервые прозвучала не детская обида, а настоящая, жёсткая решимость. — Со мной ничего не случится. Потому что ты доведёшь меня до конца сам. Ты же... профессионал. Ты сам мне это сказал. Дейчи смотрел на неё, и в его усталых, затемнённых болью глазах мелькнуло что-то странное не то удивление, не то проблеск чего-то похожего на уважение. Он слабо, почти незаметно кивнул. — Ладно, — просто сказал он. — Тогда... я немного отдохну. Услышишь чужие шаги... буди. Не стесняйся. - Он, опираясь на здоровую руку и стену, с трудом поднялся и, немного пошатываясь, направился в соседнюю комнату, оставив дверь открытой. Оставшись одна, Лис медленно осмотрелась. Взгляд скользнул по запылённой, скрипящей лестнице, ведущей на второй этаж, по потертым деревянным стенам, испещрённым трещинами и следами плесени, по разбитым окнам, затянутым паутиной. Она заметила массивный деревянный стол посередине того, что когда-то было кухней. Столешница была залита странными, тёмными, въевшимися пятнами, от которых её бросило в дрожь. Такие же пятна, уже почти выцветшие, угадывались и на полу. Осторожно ступая, чтобы не скрипеть половицами, она поднялась наверх. Там были две маленькие спальни. В одной, две узкие железные кровати с прогнувшимися, ржавыми пружинами. В углу стоял развалившийся шкаф, из которого торчали клочья когда-то цветной ткани. На маленьком прикроватном столике лежала стопка старых книг. Лис взяла верхнюю, и переплёт с сухим хрустом рассыпался у неё в руках, страницы веером выпали на пол. Она наклонилась, чтобы их собрать, и её взгляд упал на почти выцветшую, пожелтевшую фотокарту, лежавшую под одной из страниц. Она подняла её. На фотографии была запечатлена семья. Мужчина в простой рабочей одежде и кепке, с усталым, но добрым лицом. Молодая женщина в светлом, в цветочек, платье, с тёплой улыбкой. И двое мальчиков. Один, лет восьми, стоял рядом с отцом, почтительно положив руку ему на плечо. Он почти не улыбался, его взгляд был серьёзным и немного отстранённым. Второй мальчик, помладше, лет пяти, сиял беззаботной, озорной улыбкой, его глаза смеялись. На секунду память Лис выхватила отрывки тех самых газетных вырезок, что она мельком видела на столе у Дейчи. Та же семья. Тот же старший мальчик... Его глаза. Она медленно, словно боялась разбудить кого-то, сложила все страницы обратно на стол, оставив фотографию сверху, и так же тихо спустилась вниз. Ей нужно было проверить окрестности. Вышла на покосившееся крыльцо. Уже стемнело окончательно, и на небе, свободном от облаков, ярко сияли миллиарды звёзд, рассыпанных по бархатному небу ночи. Прохладный ночной ветерок, пахнущий хвоей и влажной землёй, ласково обдувал её разгорячённое лицо, успокаивая нервную дрожь. Присев на верхнюю ступеньку, Лис закрыла глаза, прислушиваясь к симфонии ночного леса, шелесту листьев, стрекотанию сверчков, далёкому, тоскливому волчьему вою. Вернувшись в дом, она прислушалась. Из соседней комнаты доносилось ровное, но всё ещё напряжённое дыхание её напарника. Он спал, но сон его был чутким. Девушка поднялась на второй этаж и устроилась на кровати, завернувшись в плащ. Она не собиралась спать, но тело, измождённое адреналином и долгой дорогой, взяло своё. Глаза сами собой закрылись и за столь короткое время она уснула. Утро началось не с постепенного пробуждения, а с оглушительного, с громкого гула, заставив Лис вздрогнуть и открыть глаза. Что-то массивное и тяжелое с грохотом обрушилось на пол внизу на первом этаже. Тишина, последовавшая за этим, была тревожной. Собравшись с силами, она спустилась вниз и осторожно заглянула в приоткрытую дверь комнаты проводника. Дейчи стоял к ней спиной, его торс обнажен, и в сером утреннем свете мышцы на его спине были напряжены, как тугие канаты. Он склонился над столом, заваленным картами, но ее взгляд сразу же прилип к его плечу. Повязка на нем была не просто красной, она была багровой. Он что-то уверено чертил карандашом, прокладывая новый маршрут. На полу валялась стопка старых книг и чистых бумаг, что лежали не аккуратно на проходе. — Дейчи? — ее голос прозвучал тише, чем она хотела, сорвавшись на шепот. — Как ты... себя чувствуешь? Он не обернулся. Не дрогнул и мускул. Словно она была призраком, невидимой тенью. Вместо ответа он с таким размахом швырнул карандаш, что тот, подпрыгнув, покатился по столу. Затем он резко развернулся, его глаза горели лихорадочным блеском, и схватил с полки старый, пожелтевший от времени том. Пальцы, запачканные графитом, лихорадочно перелистывали страницы, впиваясь в схемы и пометки на полях. Боль в его плече, казалось, жгла и ее саму. Чувство вины подкатило комом к горлу. —Дай я... давай я повязку поменяю, — настойчивее предложила она, делая неуверенный шаг внутрь комнаты. Ее пальцы сами по себе сжались в кулаки, желая помочь, облегчить его боль. — Не сейчас, — Он даже не взглянул на нее. — Я занят. Лис замолчала, понимая, что настаивать бесполезно. Она прислонилась к косяку двери, молча наблюдая за ним. Она не могла отвести взгляд от кровавого пятна. Внезапно Дейчи с силой, от которой вздрогнул весь стол, ударил кулаком по дереву. —Не сходится! — прошипел он сквозь стиснутые зубы, больше себе, чем ей, сжимая виски пальцами так, что кожа под ними побелела. — Идти в обход — значит, потерять три дня! Три дня! А у нас их нет! Он провел рукой по лицу, забыв о графите на пальцах, и оставил на лбу грязную, размазанную полосу. И только потом, словно впервые заметив ее присутствие, он медленно повернул голову и посмотрел прямо на Лис. Его глаза, обычно твердые, уверенные и ясные, сейчас были полны усталости. И вдруг Лис, увидев эту нелепую серую полосу на его лбу, не смогла сдержаться. Сначала это было простое хихиканье, которое вырвалось против ее воли, а потом оно переросло в смех, звонкий и нервный, сотрясающий все ее тело. —Ты когда в последний раз в зеркало на себя смотрел? — сквозь смех выдавила она, указывая на него пальцем. — Боже мой, я в жизни такого не видела! Дейчи уставился на нее с немым, отрешенным непониманием, а затем его взгляд медленно, будто против воли, пополз к закопченному дверному зеркалу напротив. Он подошел ближе, вгляделся в свое отражение — на смуглом, осунувшемся лице отчетливо проступала серая, грязная полоса, черные короткие волосы вставали дыбом в самые невообразимые стороны, а в запавших глазах стояла такая не прогнанная, усталость, что он едва узнал себя. Внезапно уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. —Три дня, — с горькой, само ироничной насмешкой выдохнул он, разглядывая свое перепачканное отражение. — Три дня мы можем потерять, а я, не могу даже умыться, как цивилизованный человек. Лис, все еще смеясь, но уже мягче, подошла к нему ближе. —Ну, знаешь ли, — с легкой, ободряющей игривостью в голосе сказала она, — образ загнанного, сурового проводника тебе, в общем-то, к лицу. — пошутила она, доставая из кармана чистый, вышитый носовой платок. — Но давай все-таки, ты приведешь себя в порядок. А потом... — ее голос стал серьезнее, в нем появились стальные нотки решимости, — ...потом уже разберешься с этой картой. Он молча кивнул. Взяв платок, смочил его водой из фляги и начал тщательно, с нажимом стирать с лица полосу. Его взгляд снова становился ясным и острым. Затем опустился на стул, откинув голову назад, позволил ей подойти. Лис с трепетной осторожностью, боясь причинить малейшую боль, принялась разматывать старый, пропитанный запекшейся кровью и гноем бинт. Рана была воспаленной, красной и горячей на ощупь, но, к ее облегчению, выглядела чистой. — Спасибо, — тихо, почти неслышно, сказал он, глядя в потолок, пока она делала свою работу. Лис ничего не ответила, лишь тайно, про себя, улыбнулась, сосредоточенно завязывая новый, чистый бинт. Закончив перевязку, принцесса вышла на крыльцо, с наслаждением вдохнув полной грудью прохладный, свежий утренний воздух. Она присела на ступеньки, и в тот же миг ее живот предательски, громко и требовательно заурчал, напоминая о себе. — Как же есть хочется, — простонала она. — А все наши припасы остались в той пещере. Услышав это, Дейчи, не проронив ни слова, накинул на себя одежду и молча поднялся с места, подошел к своей скамье и, ловким, привычным движением подцепил ножны с мечом. Не глядя на нее, он твердым шагом направился вглубь леса. — Эй! Ты куда?— испуганно крикнула ему вслед Лис, вскакивая на ноги. —Скоро вернусь, — донесся до нее его короткий, ничего не объясняющий ответ, и вот уже его силуэт растворился в сумраке чащи. Девушка осталась стоять на крыльце одна, съежившись от нахлынувших чувств, от голода, и от внезапной прохлады, пробежавшей по коже. — Ну вот,— с горьким сарказмом сказала она сама себе — Придется помирать. Если не от рук каких-нибудь убийц, так от банального голода. — Она представила себе стол в родном дворце и сглотнула обильно навернувшуюся слюну. — А дома наверняка сейчас на столе пироги дымятся... В тот же миг ее мечты прервал отчетливый звук, хруст ломаемых веток. Из-за деревьев, словно из ниоткуда, вышел её проводник. В своей сильной руке он держал за уши еще теплого, безжизненно обвисшего зайца. Он нес его тушку, и окровавленная шерсть ярко алела на фоне зелени. Лис ахнула, и ее рука сама подлетела ко рту. Глаза ее расширились от ужаса и неподдельной, острой жалости. —Ты... Ты зачем убил его?! — всхлипнула она, и голос ее задрожал, а по щекам сами собой покатились крупные, горячие слезы. — Он же... он же был таким маленьким! Смотри, какие у него ушки! — она зарыдала уже в полную силу, ее плечи тряслись от рыданий. Дейчи лишь на мгновение задержал на ней немного удивленный взгляд, но не стал вступать в дискуссию. Молча, с сосредоточенным видом, он развел костер подальше от дома и принялся отчищать тушку, его движения были быстрыми, точными и безжалостными. Лис стояла в стороне, наблюдая за этим сквозь пелену слез, ее сердце разрывалось между состраданием к бедному зверьку и растущим с каждой секундой голодом. Когда мясо, зажарившись на палках, зашипело и зарумянилось, он протянул ей самый аппетитный кусок. Лис, все еще всхлипывая и утирая кулаком мокрое от слез лицо, с отчаянием принялась его есть. —Как же это... ужасно... — бормотала она, с трудом прожевывая. — ...но так... вкусно!— она снова заревела, но теперь уже от смешанного чувства вины, облегчения и наслаждения. Парень молча сидел рядом, методично доедая свою порцию, уткнувшись в старую книгу, словно пытался отгородиться от ее бурных эмоций. Сытый желудок сделал свое дело. Успокоившись, Лис отползла к ближайшему дереву, прислонилась к нему спиной и, сморившись слезами и едой, почти сразу же погрузилась в глубокий, исцеляющий сон, тихо посапывая. Дейчи сидел рядом, делая пометки в своем походном блокноте. Его взгляд скользнул по ее спящему, умиротворенному лицу, и он, почти неосознанно, перевернул страницу. Вместо записей его карандаш начал выводить легкие, уверенные линии, набрасывая контуры ее фигуры, растрепанных волос, расслабленных рук. Но едва он почти закончил эскиз, как его рука вдруг резко дрогнула. Карандаш с сухим щелчком выпал из ослабевших пальцев и покатился по земле. Он судорожно, с силой впился пальцами в повязку на плече. Рана пылала адским огнем, и каждая пульсация отзывалась во всем его теле тупым, навязчивым, изматывающим стуком. Стиснув зубы до хруста, стараясь не издать ни звука, старался не потревожить ее сон. Но боль не отступала. Она затуманивала сознание, заставляя плыть перед глазами контуры деревьев и неба. В ушах поднялся пронзительный, высокий звон, и он на мгновение, в отчаянии, закрыл веки, пытаясь просто переждать, перетерпеть этот приступ слабости и жара. Когда он снова, с огромным усилием, смог сфокусировать взгляд, его глаза встретились с ней. Лис не спала. Она сидела, плотно обхватив колени руками, и смотрела на него без тени насмешки или сонной расслабленности. — Опять болит? Дейчи попытался отшутиться, сделать вид, что все в порядке, но из его пересохшего горла вырвался лишь короткий, сдавленный, болезненный выдох. —Ничего страшного. Пройдет. — Врешь! — Она тут же поднялась и стремительно подошла к нему. — Дай посмотреть. Он хотел было возразить, отмахнуться, оттолкнуть ее, но на это просто не осталось сил. Он молча, позволил ей своими тонкими пальцами развязать только что наложенный чистый бинт. Кожа под ним была воспаленной, багровой и обжигающе горячей. — Нужны травы, — констатировала она, и ее лицо вдруг стало сосредоточенным.— Я видела нужные, те, с серебристыми прожилками, неподалеку. — Я сейчас, — сказала лис, направляясь к дому. Когда вышла оттуда, в руках держала мешочек для сбора. — Сиди. Не двигайся с места. Дейчи лишь слабо кивнул, чувствуя, как по всему его телу начинает растекаться лихорадочный, изнуряющий жар. Откинув голову на шершавый ствол дерева, отчаянно пытался уловить знакомый звук ее легких шагов. Его правая рука сама собой, сжимала рукоять меча, лежавшего рядом на траве, что побелели костяшки. И вот, наконец, сквозь туман в сознании, до него донесся долгожданный, мягкий хруст веток под чьей-то осторожной поступью. Он сразу напрягся , но через мгновение его взгляд выхватил из зелени знакомый силуэт. Лис шла быстро, почти бежала, ее лицо было раскрасневшимся от быстрой ходьбы и волнения, в сжатых руках она держала туго набитый, истерзанный растениями мешочек. — Видела следы, — сразу же выпалила она, опускаясь перед ним на колени и вываливая содержимое мешочка. — Свежие человеческие следы. Но не похоже, чтобы кто-то нас преследовал... пока что. Она говорила это, уже с силой разминая в ладонях ароматные листья, извлекая из его фляги воду и быстро готовя новую, прохладную примочку. Ее движения были удивительно уверенными, точными и быстрыми. — Где? — хрипло, с усилием выдавил он, пытаясь приподняться на локте. —Километра полтора отсюда, ближе к ручью. Одинокий путник, судя по всему. Она наложила на его рану прохладную, влажную зеленую кашицу, и Дейчи почувствовал почти мгновенное, слабое, но такое желанное облегчение. Удушливый жар внутри отступил на полшага, давая глоток воздуха его затуманенному сознанию. Лис, закончив новую, уже более умелую перевязку, подтянулась и села рядом спиной к тому же старому дереву. — Значит нужно собираться, — произнес он после долгой паузы — Ты уверен? — тут же встревожилась Лис, поворачивая к нему свое испачканное землей и слезами лицо. Он сделал минутную паузу, прислушиваясь к шелесту травы. —Доберемся до одной деревни, — сказал он, глядя куда-то вдаль поверх вершин деревьев. — Там у меня есть знакомые. Можно будет нормально переночевать под крышей, привести себя в порядок, а дальше... — он глубоко вздохнул, — ...оттуда уже свернем на большую дорогу. Идти будет легче. Спустя несколько часов, уже к полудню, они медленно, но верно шли по пыльной проселочной дороге. Ноги Лис горели, в мозолях, а спина ныла от усталости. И тут позади них послышался скрип колес и неторопливый, убаюкивающий цокот копыт. Дейчи, мгновенно напрягся, отодвинул Лис за свою спину приняв боевую стойку. Но из-за поворота, поднимая облака пыли, выехала старая телега, запряженная одной тощей, уставшей лошадью. На облучке, покачиваясь в такт движению, сидел сутулый, весь в морщинах старик в потертой, но чистой одежде. — Эй, путники! — крикнул он, придерживая вожжи. — Далекой дорогой собрались? Подвезу, куда надо. Лис, увидев это спасение, буквально просияла, как солнышко после дождя. Усталость как рукой сняло. —Да! Да, конечно! — воскликнула она даже не глядя на напарника, тут же бросилась к телеге, словно боялась, что она вот-вот исчезнет. Парень хотел было резко возразить, схватить ее за руку, но увидел ее сияющее, полное надежды и утомления лицо. Он лишь молча, сдержанно кивнул старику и, подойдя ближе, одной рукой помог ей забраться в кузов, устеленный душистым, колючим сеном. — Спасибо вам, — коротко и сухо бросил, усаживаясь рядом с ней на край телеги, постоянно держа руку на рукояти ножа. Лис же почти сразу укачало, прислонилась к его здоровому плечу, погрузилась в глубокий, безмятежный сон, по-детски посапывая. Повозка тронулась, продолжала скрипеть колесами. Дейчи не сводил глаз с дороги, с придорожных кустов, с горизонта. Старик первое время молчал, лишь подбадривая свою клячу. Но потом, не поворачивая к ним головы, негромко, почти задумчиво произнес: — Красивая у вас спутница. Не здешних кровей, сразу видно. Дейчи почувствовал, как по его спине пробежал леденящий, опасный холодок. Все его чувства моментально обострились. —Не здешних, — сухо подтвердил. Старик, ничуть не смутившись, лишь кивком указал на спящую Лис. —Редкие волосы-то у нее... Прямо как спелая пшеница на солнце. И кожа... слишком уж белая, фарфоровая, для наших загорелых мест. Узнаю осанку, даже во сне. Дворцовая, что ни есть, выучка. Повозка в этот момент наехала кочку и Дейчи инстинктивно, резко обхватил Лис за плечи, прижав к себе, чтобы она не упала и не проснулась. — Не бойся, парень, — старик усмехнулся, словно прочитав его мысли. — Мне проблемы не нужны. Просто удивился. Не думал, что когда-нибудь увижу принцессу Лилиану своими глазами, да еще и в такой компании. Парень медленно, с невероятным усилием, повернул голову к старику. Его глаза, обычно скрывавшие все эмоции, сейчас были полны чистой, обнаженной стали. Старик встретил его взгляд спокойно, почти устало. —Говорю же, молчать буду. Вон, — он мотнул головой вперед, — скоро поворот. До деревни вашей уже рукой подать. Там и расстанемся. Они ехали еще с полчаса, и все это время в повозке царило гнетущее, тяжелое, невыносимое молчание, нарушаемое лишь храпом Лис и скрипом колес. Наконец, повозка, подпрыгивая на кочках, свернула на узкую, почти заросшую тропу и с скрипом остановилась. —Вот и ваш путь, путники, — объявил старик, оборачиваясь к ним. — Удачи вам. И береги ее, проводник. Такие девушки, как она, в нашем мире почти не осталось. Дейчи слез с повозки, сразу же разбудив её. Он помог ей спуститься на землю. Лис сладко потянулась и одарила старика своей самой сияющей, беззаботной улыбкой. —Спасибо вам огромное, дедушка! Вы нас так выручили! Старик снял свою потертую шляпу и наклонил голову, почтительно поклонившись. —Счастливого пути, дитя моё. Храни тебя бог. Лошадь тронулась, и скрип колес постепенно начал затихать в утренней дымке, пока совсем не растворился вдали. Лис повернулась к Дейчи, ее глаза сияли счастьем. —Какой милый дедушка! Повезло же нам! Дейчи неподвижно стоял, как вкопанный, и смотрел вслед давно исчезнувшей повозке. Рука все также сжимала рукоять запасного ножа. — Да, — наконец выдохнул он, с трудом отрывая взгляд от пустой дороги. — Повезло. Идем. До деревни уже близко. Глава 6 Веросика с силой швырнула мокрое полотенце в корзину для грязного белья. С последним клиентом было особенно тяжко, нагрубил, чуть не подрался. Собрав всю свою выдержку, она принялась расставлять чистые, сверкающие стаканы на полку за барной стойкой. Ее пальцы потянулись к очередному бокалу, но едва они коснулись гладкого стекла, оно вдруг, безо всякой причины, с тихим, зловещим щелчком треснуло прямо по центру. Девушка замерла, смотря на трещину с растущим ужасом. Дурной знак. Дверь бара с грохотом распахнулась, впустив двух мужчин. Они вошли не как обычные гости, а как хозяева своей территории. Их позы, их взгляды кричали об опасности. Они направились прямиком к стойке, и один из них, самый крупный, с шрамом через глаз, с размаху шлепнул на столешницу смятый лист бумаги с фотографией. — Эй, красавица! Девушку эту не видела? — его голос был густым, пропитанным дымом и алкоголем. Веросика скользнула взглядом по фото, а затем медленно, оценивающе подняла глаза на незваных гостей. Ее лицо стало абсолютно непроницаемой маской спокойствия. —Нет, — ответила она коротко и ясно. — Не видела. — Жаль, — мужчина с притворным сожалением забрал фотографию и сунул ее во внутренний карман. — Ну, тогда, может, продадите вон тот напиток за полцены? Для своих? — Он подмигнул, что её передернуло. — Я не продаю никому по скидке, — ее голос зазвенел, как лед. — Если вас все устроило, то прошу, покиньте заведение. Мужчина, словно не расслышав, протянул свою грубую, в синих татуировках руку, чтобы дотронуться до ее подбородка. —Эй, не груби. С такими, как я, грубить, себе дороже. А то придется отрабатывать долг... Он не успел закончить. Веросика молниеносно с силой шлепнула его по руке, отбрасывая ее, а затем со всей дури ударила ладонью по стойке. Грохот был таким, что заставил замолчать даже самого шумного посетителя в углу. —Я сказала, УБИРАЙТЕСЬ ИЗ МОЕГО ЗАВЕДЕНИЯ! — крикнула она так громко и властно, что оба громилы на мгновение отступили на шаг, опешив. Они окинули взглядом притихший бар, встретившись с десятком недружелюбных глаз. —Ладно, ладно, успокойся, — пробурчал заводила, делая шаг назад. — Не надо было орать. Мы бы и так все поняли. И они, стараясь сохранить остатки достоинства, поспешно ушли. К стойке тут же подошел Кио, знакомый парень, постоянный клиент. —Веросика, все в порядке? Что им было нужно? Кто это? — Все... все нормально,— она тряхнула головой, пытаясь унять предательскую дрожь в коленях и руках. — Спасибо. Кио, слушай, сделай одолжение — выведи всех, ладно? Я закрываюсь пораньше. У меня дурное предчувствие. Через пятнадцать минут бар опустел. Веросика вышла на задний двор, прислонилась спиной к прохладной кирпичной стене и сжала виски пальцами. —Рейн... Где черт тебя дери, носит? Приподнявшись, она быстрым шагом направилась по темным, быстро пустеющим улицам, направляясь к его старому, потайному убежищу. Но его там не было. Неожиданно она заметила девушку, ту самую, что иногда крутилась с бандой Рейна. Веросика, не раздумывая, окликнула ее. —Простите! Вы же... вы из группы Рейна, да? —Допустим, — та грубо огрызнулась, оглядывая незнакомку с ног до головы. — А тебе какое дело? — Вы не видели его? Может, он где-то поблизости? Мне очень нужно его найти. Лицо девушки вдруг странно смягчилось, а в глазах мелькнуло что-то неуловимое, то ли жалость, то ли страх. —К сожалению... — она опустила взгляд. — Я не видела его с того самого дня, как вернулся Гильман. Думаю... я думаю, он больше не вернется. Прости. И, странным жестом, она на мгновение положила свою руку на плечо Веросики, сжала его, а потом быстро, почти бегом, скрылась в переулке. Девушка стояла так несколько секунд, пытаясь осмыслить услышанное, а потом с ней что-то случилось. Ей показалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди. Она рванулась на поиски. Небо раскололось, и хлынул настоящий ливень. Она обежала все его обычные места, все тайные уголки, промокла до нитки, звала его, кричала его имя в реве грозы. И в самом конце, у ржавого причала она нашла его. Рейн лежал лицом вниз в луже, смешанной с дождевой водой и его собственной кровью. Он был бледен как полотно, и его грудь едва заметно поднималась. Он был еще жив. — РЕЙН! — ее крик был полон такого ужаса и отчаяния, что перекрыл даже грохот грома. Она упала перед ним на колени в ледяную грязь, перевернула его на спину, ее пальцы в панике нащупывали пульс на его шее. Он был слабым, нитевидным, едва уловимым. — Рейн, держись! Держись, слышишь меня! Я сейчас! Я позову помощь! Под утро дождь наконец стих, оставив после себя лишь тихий, назойливый стук капель с крыш. Рейн пришел в себя с чувством, будто его переехал каток. Он лежал в чистой, сухой постели, а рядом стояла металлическая стойка с капельницей, от которой в его вену тянулась тонкая трубочка. Он услышал приглушенные голоса за дверью. Взволнованный, срывающийся Веросики, и спокойный, незнакомый усталый мужской голос. — Доктор, как он? —Жить будет, молодая женщина. Не кричите. Я все зашил, перевязал. Рана серьезная, но не смертельная, если не будет заражения. Через пару дней, если не будет осложнений, уже сможет потихоньку ходить. Дверь скрипнула, и в комнату, заламывая руки, вошла Веросика. Увидев, что его глаза открыты и он смотрит на нее, она буквально бросилась к кровати. —Рейн! Ты очнулся! Господи... Как ты себя чувствуешь? Он промолчал, его взгляд был пустым и отрешенным, он смотрел в запотевшее от сырости окно. —Сколько... дней я был в отрубе? — его голос был чужим, хриплым и разбитым, как старый граммофон. Девушка наклонилась к нему ближе, ее лицо было бледным от бессонницы. —Примерно… два дня. Как будто ее слова ударили его током. Рейн вдруг с диким усилием попытался подорваться с постели, но острая, разрывающая боль в боку заставила его вскрикнуть и судорожно, обеими руками, впиться в повязку. —Я... я должен... я должен их предупредить! — проговорил он, из последних сил пытаясь спустить ноги с кровати, его глаза были полны чистого, неистового ужаса. Веросика в панике схватила его за плечи, пытаясь заставить лечь обратно. —Рейн! У тебя же швы! Ложись обратно! — Ты ничего не понимаешь! — его голос сорвался на крик, полный боли и отчаяния. — Они в смертельной опасности! Мои... мои люди уже знают, куда они пошли! Им сейчас нельзя возвращаться! — Кто они? — глаза Веросики расширились от удивления. — Ты про Дейчи? И ту девчонку, Лис? — Возможно, у пациента бред, — заметил доктор, скептически наблюдая за пациентом, стоявший в дверях и наблюдавший за этой сценой. — Лихорадка, потеря крови... — Нет, не похоже на бред. — резко, почти яростно парировала девушка, оборачиваясь к нему. Затем снова посмотрела на Рейна. — Ты знаешь, куда они направились? Куда именно? Рейн, с трудом переводя дыхание, кивнул. И затем его взгляд, полный скрытого смысла, упал на доктора. Она все поняла. —Доктор, извините, не могли бы вы... дайте нам побыть наедине минутку. Пожалуйста. Когда дверь за доктором закрылась, она обернулась к Рейну, ее лицо было строгим и решительным. —Говори. Все как есть. Что происходит? Он с трудом, с подавленным стоном, выпрямился на подушках. —Они направляются к горе Кумотори. За столько дней... они уже должны были добраться до Токио. — До Токио? —Недовольно всплеснула руками. — Зачем? Я думала, этой девочке просто нужно кого-то найти в округе! Почему ты мне сразу ничего не сказал?! — Думал... думал, что все под контролем, — с горькой усмешкой прошептал он. — План был... идеальный. Пока… всё не снова не оборвалось. Не думал, что все так... так далеко зайдет. — Какой план, Рейн?! — ее голос сорвался, в нем звучали и страх, и гнев. — Что вы с Дейчи там такое задумали? Что за тайны?! — Ты даже не поверишь, если я расскажу, — он с трудом наклонился, снял с тумбочки свою походную сумку и с дрожью в руках достал оттуда небольшой, но ярко сияющий изнутри кристалл времени. — Я все видел, Веросика. Своими глазами. Вы все... гибли как мухи. Один за другим. Я должен был это остановить. Любой ценой. — Дейчи знает? Про этот твой план? —Нет, — Рейн с силой тряхнул головой, и в его глазах вспыхнул огонь. — Нет! Я не смог ему сказать. Вы бы все стали вмешиваться! Лис... она наша единственная надежда. Единственный шанс всех спасти. — Рейн... — ее голос дрогнул, она посмотрела на его изможденное, искаженное болью и тайной лицо, и ее сердце сжалось от предчувствия беды. Она сделала шаг к кровати. — Рейн, ты... — и она не сдержалась, выдохнула: — Ты полный идиот! — А ЧТО Я ДОЛЖЕН БЫЛ ДЕЛАТЬ?! — внезапно закричал он, и это был не просто крик, а вопль души, полный накопленной боли, ужаса и отчаяния. Он попытался встать, но боль приковала его к месту. — СМОТРЕТЬ, КАК МОИ ДРУЗЬЯ ГИБНУТ?! СМОТРЕТЬ, КАК ВЫ ВСЕ УМИРАЕТЕ У МЕНЯ НА РУКАХ, А Я НИЧЕГО НЕ МОГУ С ЭТИМ ПОДЕЛАТЬ?! Веросика, не говоря больше ни слова, бросилась к нему и обняла. Она прижала его голову к своему плечу, чувствуя, как его тело бьется в мелкой, лихорадочной дрожи. Сдерживаемые рыдания сотрясали его, он был похож на раненого зверя, попавшего в капкан. — Я не мог... — он хрипел, уткнувшись лицом в складки ее платья. — Я видел это... снова и снова... снова и снова. Во сне, в кошмарах, в видениях от этого проклятого кристалла... Я… я больше не могу этого вынести. – Выдохнул он. —Я…я нашел один способ. Единственный. Другого нет. Веросика отстранилась, держа его за плечи, и заглянула в его глаза. Ее собственные глаза были полны слез. —Говори. Какой способ? Ясно и четко. Рейн глубоко, с присвистом вдохнул, его взгляд стал пустым и отрешенным, уставшим от всего на свете. —Лис... — он произнес это имя с трудом. — Она... она должна умереть. Добровольно. Пожертвовать собой... чтобы вы все остались живы. Веросика отшатнулась так резко, словно он ударил ее ножом в самое сердце. Ее лицо вытянулось от шока и неверия, заставив сердце заколотиться еще сильнее.