Глава 2. Приказ

Тонкому запястью никак не дотянуться до ржавой решетки. Во впалых глазах давно пересохли все слезы. Зловонный запах, исходящий от отравленной руки, въелся в лицо, постоянно напоминая об испытываемой боли.  Ты припала к стене, став неподвижной статуей. Темница была безмолвна, ведь в ней нет ни единой свободной души, способной подать признаки жизни. А несвободных – целая одна. При первом наступлении темноты тебе было холодно и жутко, а в какой-то момент даже страшно. Но потом всё прошло. И холод, и страх стали тебе чужды. Не утихала только боль. До самой темноты. Страна медленно гнила изнутри. Император ворвался в политику с новым планом: один за другим принял жестокие законы, разогнал всех генералов по опорным пунктам, перестал выходить на связь с остальными владыками Карточного мира. Королева пропала.  Единственной надеждой для простого народа были королевские отпрыски, имеющие некоторую власть и влияние на отца.  Наступил голод. Защищающая вьюга превратилась в атакующую бурю. В стране был введен новый патруль, вооруженный голодными и, казалось, бешеными собаками. Люди терялись в попытке отследить логику в новом госустройстве и хватались за любую возможность выжить, даже самую негуманную и зверскую. Все непризнанные законом личности, отказавшиеся подчиниться, рисковали быть избитыми и загрызенными до смерти. Империя была охвачена тиранией. Роксана продумывала план бунта, параллельно собирая свою армию. Публичные выступления были крайне рискованной затеей и угрожали смертной казнью не только ей, но и её солдатам, от чего приходилось шифроваться. Был организован штаб подполья. У Вильветт случился рецидив шизофрении, из-за чего было потрачено много времени впустую. Младшая, вычитывая до дыр новые законы и план гос.переворота, медленно сходила с ума. Кассандра заперлась в своей мастерской – погрязла в разработке нового оружия для армии сестры. Отец точил зуб на старшую и младшую дочерей, потому перед средней стояла важная задача – сохранить его доверие, чтобы не загреметь за решетку вслед за матерью. После нескольких попыток наладить контакт на посещение её камеры был наложен строгий запрет. Какой смысл в том, чтобы навещать труп? Принцессы старались не впадать в отчаяние, сохраняя немой траур и веру в справедливость.  Наконец войдя в шаткую ремиссию, Вильветт была готова совершить вылазку в кабинет отца. Её задачей была разведка его планов и копирование любых важных бумаг. Однако её поймали.  Пик набросился на младшую дочь, оглушив сзади и уже нацелив огнестрел. Он был в окружении новой полиции.  — ОТЕЦ!  Роксана отразила удар Пика и заслонила собой младшую сестру.  — Выслушай!  Из золотых глаз посыпались искры, носом шла кровь.  — К чему ты ведешь Империю? Люди гибнут, мама в тюрьме..Что происходит? Что с тобой…происходит?  Однако в ответ наследница услышала лишь приказ о расстреле.  Вильветт за её спиной втянула всю кровь обратно в нос и жалобно всхлипнула: — Па-апа-а-а… До мольбы о пощаде не дошло. Из-за спины Пикового короля выступила Кассандра в фуражке нового патруля. С полными раскаяния глазами она направила дуло пистолета.  Сутулясь, Роксана закрывала собой сестру и лупила глаза. Впервые в жизни она ощущала животный страх. Прямой и бескомпромиссный.   — Ты..нас выдала. Почему. Вопрос походил на смиренное утверждение.  Средняя молчала. Одними губами она произнесла слова извинений. Роксана нахмурилась и вновь скрыла личину страха за широкими бровями и выступающими скулами.  — Тварью родилась, тварью и умрешь.  Из-под локтя сестры Вильветт выкинула дымовую шашку. Началась слепая пальба. Роксана перевернула стол и швырнула за него младшую, чтобы она успела прикрепить трос.  В образовавшейся завесе стоял шум и неразбериха голосов. У некоторых стало жечь глаза. Кому-то попали в ногу. Скалившиеся на привязи собаки заметались из-за слепоты и стрельбы. Образовалась бешеная свора, сбивающая офицеров с ног и лязгающая клыками без разбору.  Среди дыма ясно видели лишь члены королевской семьи. Вильветт вязала морской узел, вытирая рукавом текущую из носа кровь вперемежку с соплями. Горячие слезы жгли щеки. Кассандра, в минуту общей паники, увела пистолет в сторону. Пригнувшись, она сделала три сухих выстрела, после чего стала имитировать слепую перезарядку. Сцепив руки, Роксана была готова к побегу и в последний раз обернулась. Два ярко-синих пятна горели в тумане, словно смотря на неё. Без стеснения и чудовищно широко. Увернувшись от пули, принцесса схватилась за трос и выпрыгнула в окно.  — И-и что теперь.!?  Под ногами неустойчиво переваливалась черепица. Младшая бежала к намеченному месту, где их должны были ожидать подельники. Роксана догоняла. Из башен начался обстрел крыши. Пули шли мимо и отлетали от металлических пластин с громким звоном.  — Теперь – в шта-ЛОЖИСЬ!  Роксана схватила сестру за шиворот и метнулась на нижнюю крышу. Пепел сыпался наравне со снегом. Следом полетела вторая граната. Обстрел не прекращался.  Отцепив маскировочные плащи, сестры спрятались в проулке между башнями и отправились в тайный проход. Центральное электроснабжение было повреждено – свет мигал, вызывая болезненную рябь в глазах. Однако вместо знакомых лиц и оружия они наткнулись на лужу крови и усыпанные брызгами стены. Вильветт сглотнула подступившую рвоту и закашлялась. — А теперь..?  — План Б. Ты за рулем. Живо! В подготовленную для побега машину  прилетела ещё одна граната. Сестер окатило каплями жженого машинного масла.  Влетев в ангар, беглянки разошлись по разным углам. Роксана расталкивала инженеров и расчищала путь к машине. Вильветт открывала ворота и искала ключи. Наспех отобрав две винтовки и пистолет, они забросили канистру с бензином, несколько зажигалок и теплую рабочую одежду. Младшая в кровь прокусила губу, нервно сжимая руль и стуча ступней по педали газа. До гранат и патронов они не добрались. Роксане отбили гаечным ключом два пальца. У Вильветт краснел левый глаз от образовавшейся гематомы. Тело ломило от боли.  — Выезды перекрыты..Мы пропали.  Роксана завалилась на переднее сиденье, скрываясь от скорого взрыва. Младшая зажала скорость 120 и чудом перелетала образовавшиеся из-за взрывов воронки. Ангар загорелся.  Стрельба во дворце и в небе вызвала небывалую панику на улице. Обезумевшие от страха люди сыпались из своих домов и врезались друг в друга и в офицеров с собаками. Чудовищные крики, давка, массовая детонация улиц и обстрел превратили ясный день в кошмар. Несколько десятков человек падали замертво. Визжали сирены служебных машин, бросившихся в погоню.