5. Игра

Экспедиция началась с обманчивого спокойствия, которое Мари сразу сочла дурным знаком. Информация, поступавшая к рядовым бойцам, была урезана до примитивных, почти оскорбительных указаний. Они, якобы, двигались на разведку к «одному из заброшенных городов». “Ложь, и весьма топорная”, — мысленно отметила Мари. Истинные цели знали лишь на уровне капитанов и выше. Эрена, разумеется, не оказалось на правом фланге, как вещали на учении. Командование явно перемешало отряды, внося коррективы в последний момент. Их держали в неведении, как скот, ведомый на убой. Несмотря на то, что формально она была приписана к отряду Леви, Мари оказалась в арьергарде, близко к правому флангу. Её компания была красноречива: Армин Арлерт — умный, но физически слабый стратег; Райнер — её «опора»; и Жан Кирштейн — циничный, но способный выживалец. Идеальная смесь для наблюдения и влияния. И тогда справа, в разрывах между деревьями, взмыли в небо первые кроваво-красные сигнальные ракеты. Титаны. Не просто случайные бродяги — их было слишком много, и они шли слишком слаженным клином. “Энни. Началось.” Холодный, методичный разгром. Мари издалека видела, как среди зелени мелькала гигантская, стремительная фигура Женской особи. Она работала с пугающей эффективностью: не атаковала толпу, а выборочно, хладнокровно выискивала солдат в зеленых плащах, проверяла лица и без колебаний уничтожала, если это не был Егер. Она давила их не как врагов, а как досадных насекомых, мешающих выполнению миссии. “Безжалостно. Совершенно правильно.” Мари одобряла каждое движение своей сообщницы. Ещё немного — и Энни проредила бы фланг достаточно, чтобы добраться до них. Нужно было точное местоположение цели. И здесь Райнер, к её скрытому удовлетворению, сыграл свою роль безупречно. Он не силой, а хитростью разговорил Армина, который, дрожа от страха, но цепко анализируя обстановку, выдал свою догадку: «Эрен… он должен быть в центре колонны. Он с капитаном Леви или рядом». Слабость Армина оказалась полезной — его ум работал даже в панике. Затем последовал изящный, рискованный манёвр. Приближающаяся Энни схватила Райнера — постановочно, но достаточно убедительно, чтобы поднять панику вокруг. В этот момент, в клубках пара и хаоса, информация была передана. Это было красиво, почти артистично. Мари мысленно поставила Райнеру зачёт. Пригодился. Получив координаты, Энни молниеносно сменила направление, устремившись прочь от фланга в сторону центра колонны. Но, к удивлению Мари, общий строй Разведкорпуса не рассыпался. Паника была локальной. Дисциплина, вбитая Эрвином, держала людей в узде. Они продолжали нестись к цели, которая наконец открылась взору. Лес. Мари видела его краем глаза, когда прорывалась к стене Роза, но тогда это было лишь частью ландшафта. Теперь же, когда они мчались прямо к его подножию, он подавлял своей грандиозностью. Исполинские деревья, каждое толщиной с городскую башню, уходили в небо так высоко, что их вершины терялись в облаках. Это была не природа — это был монумент, творение, равное по масштабу самим стенам. Лес Титанов. Название обрело буквальный, дышащий мощью смысл. Даже её холодное сердце сжалось от странного, непривычного чувства — не страха, а почтительного изумления перед такой первобытной силой. Отряд получил приказ: закрепиться на деревьях у входа в лес и сдерживать натиск титанов, пока основные силы углубятся в чащу. Это была роль пушечного мяса, живого щита. Типично. Мари ловко взмыла на указанную ветвь, её взгляд скользнул по лицам бойцов вокруг — Армина, Жана, других. Их глаза были полны ужаса. Её же мысли уже были там, в глубине леса, где сейчас, под прикрытием этой древней рощи, разыгрывалась настоящая драма. Где Энни гналась за Эреном. Где должен был решиться исход пятилетнего провала. Она пристегнула карабин, ощущая привычную тяжесть клинков за спиной. Её роль пока что была ролью солдата на периферии. Но она знала — настоящая битва только начиналась. И она будет в её эпицентре, рано или поздно. Что-то было не так. Глубоко, фундаментально не так. Мари, затаившись на исполинской ветви, сканировала окрестности холодным, аналитическим взглядом. Они не просто отсиживались. Их разместили слишком продуманно, почти как приманку. Титаны внизу, привлечённые запахом, но неспособные добраться, создавали живую стену, шумовую завесу. Но зачем? Разум командира Эрвина Смита работал иначе, чем у обычных солдат. Он мыслил слоями, жертвами, долгосрочными целями. Какую игру он затеял, ведя их всех в этот древний лес-ловушку? Рядом, на той же ветви, сидел Армин, его лицо было бледно, а ум, судя по бегающему взгляду, лихорадочно работал. Он тоже видел несостыковки. Хорошо. «Как думаешь, Армин?» — её голос прозвучал резко, нарушая гнетущее молчание, заполненное лишь рёвом титанов внизу. В нём не было товарищеской доверительности, только холодная сталь требования. Она видела, как он вздрогнул, как его пальцы непроизвольно сжали ветвь. Он её боится. “Идеально. Страх — лучший поводок для ума, когда преданности нет.” «Зачем мы здесь?» — продолжила она, не отрывая взгляда от его лица. «Я… я не знаю наверняка, — начал он, запинаясь, но затем голос окреп от внутренней убеждённости. — Но у командующего… должен быть план. Это не выглядит как обычное сдерживание.» «Но у тебя же есть догадки?» — надавила она, заставляя его мысли выйти наружу. «Д-да… — он сглотнул. — Мне кажется, это… охота. Не мы охотимся на титанов. А они… то есть, командование… охотится на ту особь, что мы видели. На ту, что атаковала фланг. Она… она разумная. Как Эрен. Они хотят её заполучить.» “Молодец”, — мысленно оценила Мари, не изменяя выражения лица. Парень действительно неглуп. Он схватил суть, даже не зная всех игроков на доске. Её собственный анализ привёл к тому же выводу: вся эта вылазка — грандиозная провокация. Эрвин подозревал или знал о существовании ещё одного разумного титана в их рядах и выманивал его на открытое пространство, используя экспедицию как приманку, а лес — как гигантскую клетку. Значит, цель Эрвина — захватить Энни. Лёгкая, почти неощутимая усмешка тронула её губы. Глупцы. Они недооценили свой инструмент. Энни Леонхарт была слишком умна, слишком осторожна, чтобы попасться в такую примитивную ловушку. Она видела расстановку сил, читала игру. И, что важнее всего, она знала, что ждёт её в случае провала. Не плен и допросы со стороны этих островитян. Нет. Её ждала ярость Мари Тайбер. И эта перспектива была в тысячу раз страшнее. Провал, раскрытие, предательство миссии — за это Мари не просто накажет. Она уничтожит. Энни знала это на клеточном уровне. Для неё сейчас существовало только два исхода: успешно выполнить задание и исчезнуть с Егером… или умереть, не выдав ни единой тайны. И смерть от рук островитян в попытке скрыть правду была бы для неё более милосердным концом, чем то, что уготовила бы ей Мари за разговорчивость. Поэтому Мари была спокойна. Энни не сломается. Не попадётся живой. В худшем случае, лес Титанов станет её могилой, унеся все секреты в небытие. Но в лучшем… В лучшем она уже сейчас где-то в глубине чащи, сжимая в титанической хватке свою добычу, крадётся к побережью, оставляя за спиной эту жалкую охоту. «Интересная теория, Армин, — наконец сказала Мари, её голос вновь стал ровным и безразличным. — Посмотрим, чья охота окажется успешнее.» Она отвернулась, её взгляд устремился в зелёную, почти непроницаемую мглу леса, где решалась судьба её миссии. Её пальцы легонько постукивали по рукояти одного из клинков. Всё шло не по плану Эрвина. Но её собственный план был жив. И пока он жив — у неё есть все шансы переиграть всех в этой смертельной игре. Из чащи, где царила почти священная тишина гигантских деревьев, донёсся пронзительный, металлический скрежет, переходящий в рёв боли. Кричала Энни. Глаза Мари, до этого момента лишь холодно наблюдавшие, резко расширились на долю секунды. “Схватили?”. Мысль пронзила сознание, как молния. Это сигнал? Отчаянный призыв? Или… предсмертный хрип, означающий крах всей операции? Она мгновенно подавила вспышку ярости и разочарования, заморозив эмоции в ледяном коконе логики. Неудача была лишь данными, которые нужно проанализировать. И данные поступили немедленно: десятки чистых титанов, словно услышав зов собрата, ринулись в сторону звука, снося всё на своём пути. И тут в голове Мари наступила кристальная ясность. Молодец, Энни. Это не крик отчаяния. Это тактический ход. Если её схватили, она призывает единственную силу, которая может создать хаос, необходимый для побега. Она использует своих же палачей как оружие против них самих. Несмотря на ситуацию, Мари почувствовала волну холодного профессионального одобрения. Не раздумывая больше, она отцепилась от ветви и, используя УПМ, бесшумно поползла по верхнему ярусу леса навстречу нарастающему гулу битвы и рёву титанов. Картина, открывшаяся ей, была одновременно жуткой и впечатляющей. Женская особь, могучий титан Энни, была опутана сотнями металлических тросов, впившихся в её кристаллическую плоть, словно гигантская паутина. Её держали на весу, не давая пошевелиться. А внизу, под ней, обычные титаны, привлечённые её запахом и ранами, уже начали отгрызать куски от её беспомощного тела. Мари не стала показываться, слившись с тенью ствола. Её янтарные глаза сканировали периметр, выискивая команду Леви, Эрвина. И вот, в клубках пара и суматохе, Энни совершила невозможное — её человеческое тело выскользнуло из шеи титана, и, используя УПМ, она метнулась к верхним ветвям. Её траектория была не случайной — она приземлилась на той же массивной ветви, где затаилась Мари, едва не падая от боли и истощения. «Отчёт. Что произошло?» — тон Мари был сухим, властным и лишённым какого-либо сочувствия. Только факты. «Ловушка… — выдохнула Энни, её лицо было искажено болью, но голос оставался ровным. — Рассчитанная на разумного титана. Но они не знали, что я могу… трансформироваться повторно так быстро. Их сети рассчитаны на одну форму.» «Их невежество — наше временное преимущество, — мгновенно оценила Мари, её взгляд скользнул по фигурам солдат вдалеке, которые пытались восстановить порядок. — Сейчас хаос. В человеческом облике найди Егера и захвати. Сомневаюсь, что у них есть вторая такая ловушка наготове.» «Поняла. Есть, — кивнула Энни, уже готовясь оттолкнуться. Но план рухнул. Из клубов пара, словно призрак, вынырнул Леви. Не солдат. Не офицер. Смертоносная стихия в человеческом облике. Его движения были нечеловечески быстры, точны и безжалостно эффективны. Он не вступил в бой с Энни — он пронзил её титаническую форму, вынудив её сбросить хватку, и в тот же миг, словно хищная птица, выхватил из когтей гиганта маленькую, беспомощную фигуру — Эрена. И умчался прочь, вглубь зелёного лабиринта, оставив после себя лишь тишину и вкус поражения. “Хоть не стал добивать. На этом спасибо”, — мелькнула в голове Мари почти ироничная мысль, глядя, как тело Энни падает, теряя форму. Она стояла на ветке, неподвижная, наблюдая, как её последняя надежда на быстрый успех растворяется в тумане и крови. Миссия провалена. Эрен спасён и теперь будет охраняться как зеница ока. Игра, которую она вела, внезапно усложнилась вдесятеро. В её глазах не было ни паники, ни отчаяния. Только холодная, беспристрастная оценка нового положения на доске. Леви… Он был не просто солдатом. Он был оружием, отточенным до совершенства. “В Марли я бы поставила его рядом с собой”, — подумала она с долей странного, почти профессионального восхищения. “Правой рукой. А здесь он — камень преткновения.” Провал был фактом. Но война — нет. Мари медленно развернулась и бесшумно исчезла в листве, оставив позади поле боя. Поражение — это лишь пауза. А в паузе рождаются новые, более изощрённые планы. И теперь она знала своего главного противника в лицо.