Страна чая.

*** Страна Чая пахла влажной землей, ферментированными листьями и дымком от очагов. Миссия была несложной — сопровождение торгового каравана, почти отпуск для ниндзя такого уровня, как Шисуи Учиха.Он улыбался,кивал купцам, и никто не видел, как его взгляд, привыкший сканировать горизонт на предмет угроз, раз за разом возвращался к ней. Лили Луна. Куноичи из соседней маленькой страны, нанятая тем же купцом для дополнительной охраны.У нее были волосы нежно-розового, почти прозрачного оттенка, как лепестки сакуры на рассвете, и глаза тёплого медового цвета, которые смотрели на мир с тихой,сосредоточенной внимательностью. Она говорила мало, двигалась бесшумно, и в её присутствии была какая-то глубокая, водная гладь. Соулмейт — это было не то, во что Шисуи верил. Это была сказка для юных генинов, которые еще не научились прятать сердца за броней. Пока однажды вечером у костра он не почувствовал, как его собственная усталость, привычная и глухая, вдруг... смягчилась. Как будто кто-то накинул на неё лёгкое, прохладное покрывало.Он поднял глаза и встретился с её взглядом. Она не улыбалась. Она просто смотрела, и в её медовых глазах он увидел не любопытство, а понимаение. Она чувствовала это. Чувствовала его. Потом была первая стычка с разбойниками. Он двигался, чтобы парировать удар по купцу, и уже знал, куда придёт следующий клинок — потому что легчайший импульс тревоги промелькнул не в его разуме, а где-то глубже, в самой крови.Он уклонился, и клинок воткнулся в землю там, где секунду назад была его нога.А она, Лили, уже закончила со своим противником, и её взгляд снова нашёл его.В нём не было удивления. Было подтверждение. Они не говорили об этом. В Стране Чая не до разговоров.Но в тишине ночных дозоров, в синхронности движений при отражении атаки,в том, как она молча протягивала ему свою фляжку с водой именно тогда, когда его горло пересыхало от напряжения, — во всём этом была немыслимая,глубокая связь. Она была словно тихий отголосок его собственной души,воплощённый в другом теле.С ней он мог молчать, и это молчание было полнее любых слов. Они нашли час для себя на берегу тихого озера посреди чайных плантаций. Туман стлался по воде, и мир был окрашен в оттенки серого и зелёного. «Ты это чувствуешь?» — наконец спросила она, её голос был тихим, как шелест листьев. «Да, — ответил он, отбросив улыбку. Перед ней он мог быть настоящим. — С самого начала.» «Мне казалось, я одна такая... что что-то во мне сломано и ищет свою недостающую часть, — она провела рукой по своим светло-розовым волосам. — А это оказалась не поломка..» Он взял её руку.Прикосновение не было электрическим разрядом.Оно было... возвращением домой. В её ладони бился ритм, который его душа знала всегда. Они позволили себе мечту.Всего на одну ночь.Мечту о том, что миссия закончится, и они уйдут.Не в Коноху, не к её дому. Просто уйдут.Будут странствовать. Он научит её читать звёзды, как делал это в долгие ночи в АНБУ Она покажет ему, как различать сотни сортов чая.Они будут вместе. Но Страна Чая приготовила свой горький напиток. На обратном пути,на узкой горной тропе, их настиг не бандиты.Это были наёмники-ниндзя, целенаправленно выследившие караван. Задача была не в грабеже, а в ликвидации.Завязался яростный, хаотичный бой среди густого бамбукового леса.Шисуи и Лили сражались спина к спине, их связь работала на пределе — он чувствовал её усталость,она видела угрозы для него раньше, чем они материализовались.Они были идеальным механизмом выживания. Пока не появился тот,кого они пропустили. Ниндзя, прятавшийся под камнем. Его атака была коварной и простой: не на них, а на утёс над тропой, по которой отступали перепуганные купцы. Глыбы камней обрушились вниз.Шисуи, отбросив последнего противника, увидел падающую массивную плиту прямо на старика-купца,который не успевал увернуться. И в тот же миг он почувствовал не свою,а её решимость. Стремительную, как падающая звезда, и абсолютную. Розовый всполох мелькнул в его периферийном зрении.Она была быстрее шуншина.Она столкнула старика в сторону, в безопасность.И подняла голову, чтобы встретить его взгляд. Всего на долю секунды. В её медовых глазах не было страха.Была лишь бесконечная нежность, сожаление и...прощание. Каменная глыба накрыла её с глухим, окончательным стуком, от которого содрогнулась земля. Всё внутри Шисуи оборвалось.Связь — не разорвалась.Она взревела последним, пронзительным криком её души, смешанным с физической болью и внезапным, оглушающим удивлением, а потом... схлопнулась.Не в тишину.В ничто.В чёрную, бездонную,всепоглощающую пустоту, где раньше существовало её живое,тёплое, розовое сияние. Он закричал.Не голосом.Всей этой пустотой внутри.Его Магэкеё вспыхнуло яростью, какой не знал даже Итачи. Оставшиеся наёмники были сметены слепой, безжалостной силой за секунды. Потом наступила тишина.Он подошёл к груде камней.Не пытался разгребать. Он знал.Он чувствовал эту окончательную пустоту.Его соулмейт,его тихое отражение, его шанс на жизнь,был раздавлен под холодным камнем в чужой стране. Миссию он завершил.Купцы добрались до деревни.Он составил отчёт: «Куноичи Лили Луна погибла, героически спасая гражданское лицо». Сухие,правильные слова. Шисуи Учиха вернулся в Коноху.Он снова улыбался. Его хвалили за успех миссии. Но те, кто знал его близко,вроде Итачи, замечали, что в его улыбке появилось что-то новое.Не грусть — с грустью можно жить. Это было отсутствие.Глухая стена. Как будто самая важная часть его слуха навсегда отключилась. Он иногда заходил в чайные лавки. Садился один. Ему приносили чашку самого лучшего, самого ароматного чая. Он смотрел на пар, поднимающийся над гладкой тёмной поверхностью, и чувствовал лишь вкус пепла на языке и гулкую,вечную пустоту в том месте души,где когда-то отзывалось эхо светло-розовых волос и мёда в глазах. Он пил свою чашку одиночества до дна, снова и снова.