I

Несколько месяцев назад…

Просто звонок автору. Ничего сложного. – Алло? Да? Здравствуйте? О, здравствуйте! Меня зову… Сбросила. Он слушал гудки еще несколько секунд, набираясь смелости положить трубку, чтобы попробовать снова. – Добрый день! Вы, кажется, меня неправильно поняли, я… Сбросила. Арсений облегчено выдохнул. Перед следующей попыткой выждал пару минут. – Мне ваши контакты передала Клавдия Пет… И снова. Сомнений нет – она над ним издевалась. Перспектива сдаться и просто написать автору в мессенджере казалась до невозможности сладкой. Но порыв чего-то еще аппетитнее, еще желаннее, чем просто поддаться течению, заставил его набрать те же цифры. Уже по памяти. – Вы от Клавдии Петровны? – резко прозвучало с того конца. Не то что неожиданно, а дергано, агрессивно. Сеня не успел даже промямлить что-то в ответ. – Передайте Клаве, что мне не нужен новый редактор. Я завершаю карьеру. Запомнили? Повторить? – Алло?! А, да, здравствуйте, Олеся! – наконец опомнился. – Спасибо что ответили. Понимаете, Клавдия Петровна предупреждала, что именно так вы и скажете. И сказала мне вас все равно, – с каждым новым словом голос его становился все тише, а слова все шустрее теряли смысл, - нам с вами все равно придется сотрудничать… вы ведь подписали договор… – Не интересует. – Точно выстрел. – А знаете что, – перезарядка, – Подготовьте соглашение на расторжение, завтра заеду – подпишу, – настоящая автоматная очередь. Арсений смог только выдавить тихое «угу» и повесить трубку. – Ну, что сказать, это ожидаемо, – с добродушной улыбкой утешала Клавдия Петровна. – Ты подготовь соглашение, но я тебе говорю – оно не понадобится.

+++

Издательство «Север» находилось в историческом районе города, что только добавляло солидности небольшой компании в глазах авторов. Каждый новый писатель вместе с рукописью приносил долгие монологи о преимуществе «монументальной архитектуры» перед «убогими высотками». Олеся не была исключением. Она завела этот разговор на третьей минуте гнетущей тишины со своим первым редактором. Со вторым – на девятой. С третьим они сидели молча, и это устраивало обоих. Возможно, продолжи они придерживаться этого золотого правила, бедолага бы не уволился в припадке эмоциональной агонии. Эти воспоминания вызывали у нее смех каждый раз, стоило Олесе забежать в гости к Клавдии на очередное «нет, я не буду писать это» – а этим заканчивалась практически каждая их встреча, просто потому в ее договорах никогда не ставили точной даты сдачи рукописи. В общем, этот день исключением не стал. – Всем привет, – глядя куда-то в окно и сдерживая смех, выпалила девушка по дороге к кабинету нового бедолаги. Арсений вскочил со стула синхронно со скрипом открывающейся двери. Взгляд его расслаблен, но рука предательски теребила оголенный дсп-шный край стола. Он представлял ее себе иначе. Перед ним была девушка на пол головы ниже, непослушным вьющимся каре и огромными от природы глазами. Да и Олеся представляла своего собеседника тощим двухметровым оболтусом в мокасинах и с расстегнутой ширинкой. Все мимо. Их взгляды пересеклись на долю секунды. Оба этого не планировали. От чего-то захотелось отметить свежий ремонт фасада… – Олеся, здравствуйте! – Привет. Составили соглашение? – Составили, – проскользнув в кабинет вслед за писательницей, довольно ответила Клавдия. – Как тебе наш новый милашка-редактор? Ты точно не хочешь попробовать… – Нет, – повернувшись лицом к подошедшей гендирше, перебила писательница. Сеня перестал ковырять стол – теперь все силы уходят на залитие щек румянцем. Клавдия тяжело вздохнула, одними губами произнеся: «Боже, как же заебало…» Но вслух она сказала кое-что грубее. Что-то, что можно было расценить не иначе как удар ниже пояса. – Я не собираюсь расторгать наш договор. Хочешь – иди в суд. Все, удачи, – это было быстро. Дверь за ней захлопнулась с оглушительным грохотом. Арсений не шевелился – молча пялился Олесе в затылок так, что той жгло. Она поспешила повернуться. Встретилась с ним взглядом. Замерла, проглатывая заготовленную колкость. Он и без того выглядел растерянно. – Да ты не переживай, – Олеся медленно открыла дверь, – я просто ничего не буду писать. Рано или поздно, Клава ваша педалькина забьет и отстанет от нас… Ну, в основном, от тебя конечно. – А… а мне что делать?.. Дверь за Олесей закрылась тихо.