ГЛАВА 2.3 — ФРАГМЕНТЫ CORE!FRISK

ФРАГМЕНТ #401 Вилем Сегодня он снова пришёл в Омегу. С очередным вопросом. — Кор Фриск, — сказал он. Круги на маске — ○ ○. — А если код вселенной стабилен, но жители страдают — это считается аномалией или нет? Я пила чай. Думала. — Зависит от источника страданий, — ответила я. — Если код глючит и давит на них — аномалия. Если они сами друг друга мучают — это не моя работа. Вилем замер. Обдумывал. Потом достал блокнот — вечно он с ним ходит — и записал. — А если код стабилен, но кто-то извне на них влияет? — Тогда чинить нужно внешний источник. — А если… — Вилем. — Что? — Ты уже задал одиннадцать вопросов за сегодня. Он замолчал. Круги стали — — —. Скучает. Или делает вид, что ему всё равно. Но блокнот убрал. Я смотрела на него и думала о Келвине. Вилем — не Келвин. Совсем. Келвин никогда не задаёт вопросов. Он просто знает. Или делает вид, что знает. Или ему всё равно. С Вилемом по-другому. Он спрашивает. Запоминает. Пытается понять. И он помогает. Не потому что «так надо» или «это работа». А потому что ему не всё равно. Сегодня, например, помогал одному Сансу из разрушенного AU. Успокаивал. Говорил тихо, спокойно. Нашёл ему комнату. Принёс одеяло. Санс перестал трястись через час. Келвин бы прошёл мимо. Или сказал бы что-то вроде «мир не справедлив, привыкай». И ушёл бы чинить аномалии. Я люблю Келвина. По-своему. Но иногда он бесит. Вилем не бесит. Даже когда задаёт свои сто вопросов подряд. Он просто… хороший. --- ФРАГМЕНТ #402 Разговор Dream пришёл сам. Не звала. Сидел напротив. Молчал. Я пила чай. Ждала. — Ты знала, — сказал он. Не спросил — утвердил. — О чём? — О сделке. Дейв и мой брат. Я поставила кружку. — Да. — И не сказала мне? — Ты бы не успел ничего изменить. Он уже согласился, когда я узнала. Dream сжал кулаки. Маленькие. Детские почти. Но сильные. — Я говорил с ним, — сказал он. — В AU #979. Он не послушал. — Я знаю. Я видела. Он поднял голову. — И ты просто смотрела? — А что мне было делать? Схватить его за шкирку и утащить в Омегу? Он не ребёнок. Он сделал выбор. — Глупый выбор. — Возможно. Dream замолчал. Я смотрела на него. Усталый. Золотой. Слишком маленький для такой тяжести. — Келвин бы не позволил, — сказал он тихо. — Келвина нет. Он дёрнулся. Как от удара. — Не надо, — сказал он. — Не напоминай. Я не стала. Мы сидели молча. Потом он встал. — Я попробую ещё раз. Поговорить с ним. — Бесполезно. — Всё равно попробую. Он ушёл. Маленький. Упрямый. А я осталась. Допила чай. Поставила кружку. Дейв, зачем ты это сделал? Неужели так сильно хочешь знать правду? Или ты просто не можешь жить с неизвестностью? Я вижу многое. Но не вижу, чем это кончится. И мне страшно. Не за себя. За них. --- ФРАГМЕНТ #403 Сегодня в Омеге было тихо. Беженцы сидели по комнатам. Кто-то спал. Кто-то просто смотрел в стену. Я ходила по коридорам — проверяла, всё ли в порядке. Один Санс читал книгу. Старую, потрёпанную. Я не спрашивала, откуда она взялась. Неважно. Другой — тот, что из AU #3402 — сидел в углу и перебирал какие-то камешки. Складывал их в кучку. Потом рассыпал. Снова складывал. Я села рядом. Не говорила. Просто сидела. Через десять минут он остановился. Посмотрел на меня. Глаза пустые. Но не злые. — Ты здесь главная? — спросил. — Можно и так сказать. — А где тот белый? Ну, который в маске. Он помогал моему AU когда-то. Починил. А потом ушёл. — Келвин? — переспросила я. — Его сейчас нет. — Жаль, — сказал Санс. — Он странный. Но хороший. Я не стала спорить. Потом пришёл Вилем. С очередным вопросом. — Кор Фриск, а если беженец не хочет адаптироваться — его можно оставить в покое или надо помогать насильно? Я посмотрела на него. — Не надо насильно. — А если он сам себя губит? — Тогда попробуй ещё раз. Если не слушает — оставь. Не всех можно спасти. Вилем замер. Круги в маске — — —. Обдумывает. Он такой. Каждый мой ответ он пережёвывает минут пять. Потом записывает в блокнот. Потом задаёт новый вопрос. Сегодня их было четырнадцать. Я сбилась со счёта после десятого. Но я не злюсь. Он просто хочет понять. Как устроен мир. Как помогать. Как не навредить. Келвин никогда не хотел этого. --- ФРАГМЕНТ #404 Они пришли вместе. Редкость. Ink вынырнул из чернильной лужи прямо на стол. Разлил краску. Я не обратила внимания — он всегда такой. Dream вошёл через портал. Тихо. Сел на стул, сложил руки. — У нас проблема, — сказал Dream. — У нас всегда проблема, — ответила я. — Какая на этот раз? — Дейв, — сказал Ink. Глаза серые. — Он заключил сделку с Nightmare. — Я знаю. Dream дёрнулся. — Знаешь? И ничего не сделала? — А что я должна была сделать? — я поставила кружку. — Он взрослый. Сам принял решение. — Глупое решение, — сказал Dream. — Ты уже говорил. Ему — говорил? Dream замолчал. Потом кивнул. — Он не послушал. — Вот видишь. Ink достал флакон с синей краской. Отпил. Глаза стали ещё серее. — Келвин бы не позволил, — сказал он. — Келвина нет, — ответила я. — И чем дольше его нет, тем глубже Дейв в это влезает. — Надо его остановить, — сказал Dream. — Как? — спросила я. — Запереть в Омеге? Он сбежит. Отобрать права Администратора? Не в моей власти. — Поговорить с Nightmare, — сказал Ink. — Бесполезно. Он не отдаст Дейва. Это же сделка. Дейв чинит аномалии — Nightmare получает правду. Пока Дейв полезен, он его не тронет. Dream сжал кулаки. — Значит, просто смотреть? — Смотреть, — сказала я. — И ждать. Келвин вернётся. Когда вернётся — разберётся. — А если не вернётся? — спросил Ink. Тишина. — Вернётся, — сказала я. — Он всегда возвращается. Но сама я в это уже не верила. --- ФРАГМЕНТ #405 Я солгала им. Сказала, что верю в возвращение Келвина. Но сама не знаю. Я вижу многое. Но Белую Пустоту — нет. Не могу. Она скрыта от меня. Как будто кто-то задернул штору. Или сама Пустота не хочет, чтобы я смотрела. Единственное, что я знаю — Келвин там. И он не выходит. Откуда знаю? Чувствую. Я не сказала Dream. Не сказала Ink. Они бы не поняли. «Как это — не видишь? Ты же всё видишь!» А я не вижу. И это пугает. Иногда я задерживаю взгляд на том месте, где должна быть Белая Пустота. Где-то между AU, за слоями кода. Там ничего нет. Обычно я вижу пустоту — чёрную, спокойную, обычную. А Белой — нет. Как будто дыра в реальности. Или дыра в моём зрении. Келвин, где ты? Я не могу тебя увидеть. И это хуже, чем если бы я увидела тебя мёртвым. --- ФРАГМЕНТ #406 Сегодня Дрим пришёл снова. Один. Без Инка. Сел напротив. Долго молчал. Я не торопила. — Я пытался, — сказал он наконец. — Говорил с Дейвом. Снова. Бесполезно. — Я же говорила. — Он сказал, что уже знает про сделку. Что Nightmare не обманет. Что правда стоит риска. Дрим сжал пальцы. Маленькие. Белые. Дрожат. — Он не понимает, на что идёт. Nightmare не отдаст правду. Будет кормить кусочками. А когда Дейв станет бесполезен — выбросит. — Я знаю, — сказала я. — Почему он не слушает? — Дрим поднял голову. Глаза жёлтые, но тусклые. — Почему никто не слушает? Я не ответила. Потому что ответ жестокий. Потому что люди и не-люди — все одинаковые. Они слышат только то, что хотят слышать. А хотят они слышать, что есть лёгкий путь. Быстрая правда. Чудо. Но чудес не бывает. Дрим ушёл. Маленький. Уставший. Я осталась. Дейв, ты хоть понимаешь, что делаешь? Или правда настолько важна, что ты готов сгореть ради неё? И ради кого? Ради Келвина. Который даже не знает, что ты рискуешь. --- ФРАГМЕНТ #407 Он появился утром. Я пила чай. Первая кружка. Самая горькая. Пространство передо мной дрогнуло — не портал, не чернила, не телепортация. Просто… сгусток белого. Сжался. Принял форму. Келвин. Стоял в трёх метрах. Маска – –. Руки в карманах. Весь белый, как всегда. Но какой-то… другой. Более плотный, что ли. Более настоящий. Я не встала. Не сказала «привет». Просто смотрела. — Кор, — сказал он. Голос ровный. Обычный. Как будто он отлучился на пять минут, а не на пятнадцать циклов. Я поставила кружку. — Не называй меня так, — сказала я. Он наклонил голову. – –. Я ждала. Он молчал. Потом сказал: — Я пришёл просить. — Твой ученик, — сказал он. — Дейв. Он заключил сделку с Nightmare. Ты знаешь. — Знаю. — Уговори его отказаться. Я смотрела на него. Белый. Неподвижный. Пришёл через сколько — через пятнадцать циклов — и первое, что он говорит — «уговаривай». — Нет, — сказала я. Он замер. Даже – – застыло. — Что? — Нет, — повторила я. — Не буду. — Почему? — Почему?! — я встала. Кружка дёрнулась — чай расплескался. — Ты исчез на пятнадцать циклов! Пятнадцать! Твой ученик остался один! Без учителя! Без объяснений! И ты хочешь, чтобы я исправляла твои ошибки? — Он не должен… — Не должен что? Страдать? Рисковать? Искать правду? А ты должен был его бросить? Келвин молчал. Маска не менялась. — И перестань называть меня Кор, — сказала я тише, но жёстче. — Я тебе не «Кор». Я устала от тебя. От твоих исчезновений. От твоей маски. От того, что ты не говоришь правду даже тем, кто тебе дорог. Он не двигался. — Я устала, Келвин, — повторила я. — Устала смотреть, как ты ломаешь себя и всех вокруг. Тишина. — Я просто хочу, чтобы он был в безопасности, — сказал он. Тише, чем обычно. — Тогда вернись. Сам. И скажи ему правду. Он отвернулся. Шаг к выходу. — Келвин. Остановился. — Я не буду уговаривать Дейва. Это твоя работа. Ты его учитель. Ты его бросил. Ты и чини. Он стоял. Секунду. Две. Потом исчез. Так же тихо, как появился. Я села обратно. Чай остыл. --- ФРАГМЕНТ #408 Он ушёл. А я осталась сидеть. Смотрела на остывший чай. На белое пятно на полу — там, где он стоял. Оно уже исчезало. Таяло, как снег. Как его «мороженое». Я зла. Не на него. На себя. Потому что я могла сказать иначе. Не кричать. Не срываться. Объяснить спокойно: «Келвин, ты нужен ему. Не я. Ты». Но нет. Я вылила на него всё, что копилось пятнадцать циклов. Всю усталость. Всё беспокойство. Все ночи, когда я смотрела туда, куда не могу заглянуть, и ничего не видела. Он заслужил? Наверное, да. Но легче не стало. Я допила чай. Холодный. Горький. Потом пошла проверять беженцев. Вилем уже был там. Помогал. Успокаивал. Задавал свои вопросы. — Кор Фриск, а почему некоторые беженцы не хотят вспоминать свой AU? Это защита или страх? Я ответила. Не помню что. Думала о другом. О том, что Келвин назвал меня Кор. Снова. Я просила его не называть. Много раз. Давно. Он обещал? Нет. Келвин не даёт обещаний. Он просто… не называл. А сейчас назвал. Значит, что-то изменилось. Или он просто забыл. Или ему всё равно. Келвин, ты хотя бы помнишь, как меня зовут? Или для тебя я навсегда «Кор»? Вилем ушёл через час. Я осталась одна. Завтра будет новый день. Новые вопросы. Новые беженцы. А Келвин, наверное, снова исчез в своей Белой Пустоте. Пусть. Я больше не побегу за ним. Устала. --- КОНЕЦ ГЛАВЫ 2.3