По методу гражданина Маслова

- АН-ДРЮ-ХА! АН-ДРЮ-ХА! – Ревело на весь дом вместо будильника. Андрей, с трудом разлепив ссохшиеся губы, прохрипел: - Здесь, - он оглушительно раскашлялся, подавив приступ рвоты, и повторил громче, - здесь, наверху! Послышался грохот тяжёлой поступи по лестнице и секундой спустя в спальню ворвался Миша, картинно споткнувшись ногой о босу ногу, он упал на любимый ортопедический матрас Андрея всем своим немаленьким телом. - Чё делаешь? – Миша подтянулся к Андрею поближе, улёгшись на живот, опёрся локтями на матрас, подперев подбородок ладонями, игриво поболтал согнутыми в коленях ногами, - воняешь, как бомж. Долго пил? - Отвали, - Андрей обессиленно прикрыл глаза сгибом локтя. - Андро, погнали купаться? - Отвали, пожалуйста, - повторил Андрей. Миша был прав. Его повело ещё на пиве, после плотного ужина закусками под пару рюмок скотча, он чудом добрался до ванной, а после – до кровати. Андрею же не спалось. Не писалось, не читалось, не слушалось. Он так и не смог найти того, что может заинтересовать его в затяжном творческом пике и заливал скуку алкоголем. In vino veritas? Вряд ли. In vino забвение, может быть, и то не факт. И, как водится, утро встречало его привычным, почти полюбившемся похмельем. Встретило бы. Но вместе с похмельем явился вот этот. Миша вздохнул, изогнулся и, схватив колено Андрея, прошёлся сильными пальцами под краями чашечки. Андрей дёрнулся, рассмеялся, поймал спазм в голове, охнул, но снова рассмеялся, потому как Миша и не думал отпускать коленку. Андрей, изогнувшись, под собственный хохот саданул Мишу пяткой другой ноги куда-то в бедро. - Ну вот, ожил хоть, - Миша довольно отпустил коленку, - так чего? Купаться идём? - А тебе это, - простонав, Андрей вернул многострадальную звенящую голову в устойчивое положение, - на большую землю не надо, разве? Давай я тебе вызову это, кого там… Незаметно для себя, преодолев нервное возбуждение от щекотки, Андрей начал проваливаться обратно в ровное небытие алкоголиков, лишённое снов. «Дам тебе пару часиков», - услышал Андрей сквозь сон. Что ж, вот теперь больше похоже на утро. Андрей сладко потянулся, растопырив руки во все стороны. - Слышь, ну ё-моё, - немедленно отозвалось слева, стоило только потянувшейся руке коснуться чужого тела. - И хер ли ты здесь делаешь? – Против воли приходя в себя, уточнил Андрей. - Тебя жду, чё непонятного, - Миша осторожно заложил книгу массивным пером альбатроса, - ну? Айда купаться, ё-моё? - Сначала ванна, потом кофе, - Андрей сердито взглянул на Мишу, - видел я твои прибрежные наряды. Уж ты найдёшь, чем себя занять. - Ах ты, - Миша задохнулся праведным гневом и немедленно вонзил длинные пальцы с отросшими грязными ногтями под рёбра Андрея. Того скрючило, все попытки отбиться силой заканчивались фиаско – чем больше Андрей сопротивлялся, тем больше Миша усиливал амплитуду танца крепких пальцев на рёбрах. Вскоре Андрей начал откровенно задыхаться, уже не предпринимая попыток сопротивления, лишь прося пощады между всхлипами смеха. - Мих, я обоссусь, пусти, Мих, - из последних сил молил Андрей и уж тут он не лукавил, держался из последних сил. - А может и поделом тебе, ё-моё, - хищно отвечал Миша, пробегаясь сильными пальцами по торсу, - будешь знать, как над потерпевшими изгаляться, сукин ты сын. Миша всё щекотал и щекотал Андрея, пока того перекручивало из стороны в сторону, пока он задыхался от смеха, хватался за рёбра, пытался безвольной рукой отодрать от себя здоровые Мишины ладони, и только, когда совсем отчаянно взвыв, Андрей попытался согнуться, скукожится, спрятаться, чтобы скрыть свой позор, расплывающийся влажным пахучим пятном по лёгкому пледу, Миша отнял с него руки, усмехнувшись: - Считай, легко отделался, Андро. Давай, приводи себя в порядок, жду внизу. Идём купаться. Миша спокойно вышел, не глядя на пунцовое страшное лицо Андрея. Прибирая постельное и нижнее бельё, Андрей впал в ступор, поняв, что не знает, если ли в этом доме стиральная машина. Или другое постельное бельё. Или где вообще поискать шкаф с таким добром. Напомнив себе, что в панки его так или иначе уже приняли накануне, Андрей выбросил кулёк мокрых тканей из окна и отправился в душ. Освежившись, он прихватил полотенце и как был, в одних свежих плавках, спустился на первый этаж. - У тебя своеобразные понятия о мести. - Ну, укол саблей ты не заслужил, конечно, а вот укол совести – это да, это я организовать могу, на самом деле, - Миша довольно осклабился, - купаться? - Купаться, - подтвердил Андрей, направляясь к бассейну. Миша в свою очередь пошёл к выходу из дома. - Ты куда? - К бассейну, - Андрей ткнул в сторону стеклянной стены, за которой маняще раскинулась огороженная водная гладь, - а ты куда? - К океану, - Миша махнул в противоположную сторону, - какой бассейн, ты дурачок? У тебя океан во дворе, понимаешь, да? Индийский, ё-моё. - Он солёный, от него отмываться потом заколебаешься, - Андрей поморщился, - айда в бассейн. Прохладная, чистая водичка и ноль процентов соли. - Оооо, - Миша закатил глаза и подхватил со стола свой кокос, - пойдём, Юрик, не понимают тут радостей жизни, на самом деле. Из панков я тебя увольняю, Андрюша. Андрей бестолково помялся, переступая с ноги на ногу. Миша вышел из дома, вдохновенно толкая кокосу пространную речь о свободе. Вздохнув, Андрей подхватил стоящий поодаль рюкзак, доверху набил его пивом из холодильника и бросился следом за Мишей. - Одумался, значит, - Миша оглянулся на догоняющего Андрея и тут же споткнулся, - пивчанский захватил? Андрей снял рюкзак, достав пару бутылок пива, протянул одну Мише. - Красавелла, - тот открыл пиво, приложив крышку к коренному зубу, - ща дядя Мишутка научит тебя правильно жить. Андрей скептически хмыкнул, снова нацепив рюкзак, и открыл собственную бутылку простым поворотом крышки. - Нормальный человек после твоих океанских приключений разжился бы фобией на всю оставшуюся жизнь, а тебя опять в воду тянет. Как так-то? - Так океан же, ё-моё, Индийский! – Миша со вкусом глотнул из бутылки, - единственный, не омывающий берега Родины-матушки, на самом деле. Когда ещё мне представится шанс в него наебнуться? - Давай сюда тогда, - Андрей дёрнул Мишу за локоть, и указал в сторону южного побережья, - в эту сторону до пляжа быстрее. - Не-не, - Миша дёрнул локоть Андрея в ответ, - нам вернуться надо, понимаешь, да? Буковки с пляжа убрать, чтобы Чипа с Дейлом не беспокоить. К тому же, у меня там осталось оружие начинающего туземца. - И нафига тебе копьё? - Дык, с копьём же и в огонь, и в воду, на самом деле. Преимущественно в воду – рыбу будем добывать. Хоть пожрёшь нормально, не как дорвавшийся пятиклассник. - Это у тебя благодарность такая? - «Благодарность», - передразнил Миша, - много на себя берёшь, Андрюха. Я ещё не уверен, что домстил до конца, понимаешь, да? Миша, отодвинув от лица ветку завалившейся стволом пальмы, прошёл вперёд, отпустил ветку, и она хлёстко проехалась по лицу Андрея. Тот поморщился: - Понял, да. Сегодня же отвезу тебя на большую землю, пока ты меня не угробил своими домщениями. - Это можно, - Миша остановился, приблизился к пальме и, прижав кокос подмышкой, осторожно взял на палец крупного жука с чёрным панцирем и коричневой головой, - а ты сам-то давно здесь? - С год, - Андрей неопределённо пожал плечами, - выезжаю периодически в город, но… - И как ты сам ещё не одичал? – Перебил Миша, - я, как пришвартовался, сразу Юрика завёл, на самом деле. Человеку нужен человек, не слыхал? А семья где твоя? Миша осторожно вернул жучка на ствол дерева и двинулся к пляжу. - Не до них сейчас. - Ты давай не юли, понимаешь, да? – Миша заготовил ещё одну ветку для хлёсткого удара, и Андрей предусмотрительно наклонился, - рассказывай давай, чё тут сиськи мять, ё-моё. - Да, - Андрей успешно избежал атаки веткой и, оттолкнув Мишу, вышел вперёд, - кризис у меня, коли тебе так интересно. - Среднего возраста? Ориентации? Жанра? – Миша, ускоряясь, обогнул Андрея, снова заняв лидирующую позицию, - ты говори, я ж эксперт во всех вопросах, антикризисный менеджер международного масштаба, на самом деле. - Ну-ну, - Андрей ткнул Мишу со спины под рёбрами и, воспользовавшись секундной заминкой, пробежался вперёд на несколько шагов, - творческий. - Пха, - заметил Миша, переходя на откровенный бег, - а такую болячку мы вообще мигом вылечим. Как два пальца обоссать. Ну ты понял, ё-моё, ты же парень в этих вопросах опытный. - Каков ублюдок, - раззадорился ему в спину Андрей, припускаясь следом. На берег они выскочили взмыленные и довольные, хватая друг друга за руки и активно ставя подножки. Миша, запнувшись о стопу Андрея, полетел вперёд, но в последний момент успел оттолкнуть того обратно к пальмам. Андрей ощутимо шлёпнулся на задницу, пока Миша едва успев выставить вперёд руки, рухнул на пляж. - Моя взяла, - отплёвывая песок, сообщил Миша. - Ещё бы. У меня тут, вообще-то, отягчающие обстоятельства, - Андрей красноречиво звякнул рюкзаком. - Отговорки, - хмыкнул Миша, поднявшись. Он протянул Андрею руку и помог встать. Пристроив на ближайший камень Юрика и пригрозив тому продолжением лекции, Миша двинулся к своему импровизированному шалашу. Порыскав там он вернулся, протягивая Андрею балисонг. - Хватай палку и обтачивай, я пока инсталляцию разберу, - Миша кивнул на кривые буквы, выложенные на песке пальмовыми листьями. - Нафига это надо? – Андрей неумело покрутил половинки рукояти ножа, - ты всерьёз собрался удить копьём? - И ты тоже собрался, - отрезал Миша, - потому что это – весело. Это вполне достаточная причина, на самом деле. Пока Миша собирал с пляжа рассыпанные тут и там пальмовые ветки, Андрей углубился в чащу, отыскал подходящий обломок мангры, кривой и гибкий, но и он не собирался участвовать в Мишиных затеях всерьёз. Вернувшись на пляж, Андрей приземлился на песок, обтачивая наконечник хиленького копья. - Мих, - позвал Андрей погодя, - а у тебя такое было? - Которое? - Ну, кризис. - Не, ты что, Андрюш, я же – талантище. Андрей огляделся в поисках подходящего для атаки снаряда, но, как назло, вокруг был один лишь песок, а Миша явно был в безопасной зоне для такого незатейливого оружия. - И чем ты занимаешься? – Андрей пообещал себе огреть его позже. - Музыкой, ё-моё, - Миша выпрямился, приняв крайне горделивую позу, - группа «Контора», слыхал? - Не слыхал, но название – говно, конечно, с лёгким флёром пыльного кабинета с портретами членов политбюро. Миша хмыкнул и исчез в зарослях пальм. Андрей опасливо подумал, не увеличил ли своим комментарием Мишину потребность в отмщении. Но через пару минут тот вернулся назад, отобрал у Андрея мангровый прут и всучил крепкую добротную палку. - Ты своей веточкой и креветку на поймаешь, дуралей, - Миша неспешно вынул из рюкзака пару пива, одну бутылку протянул Андрею, приземляясь на песок поодаль, - ты, на самом деле, не с того конца к вопросу подошёл, понимаешь, да? - Да что ты? – Андрей непроизвольно поднял бровь, - давай же, «Контора», научи меня жить. - Зря ёрничаешь. Научу ведь, ё-моё, - Миша гоготнул, - для начала мы тебя нормально покормим. Хуйня это всё, что художник должен быть голодным. Все должны быть сытыми, понимаешь, да? Здесь тунец размером с мою ляху, рыбины на семерых хватит, на самом деле. Потом покажешь мне свои работы. Я, как водится, повосторгаюсь, - Миша задумался, добавил честно, - ну, как могу, на самом деле, на продолжительный восхищённый писк лучше не рассчитывай. Андрей хмыкнул. - Так мы закроем твою потребность в уважении, - Миша отхлебнул пива, - потом я тебе прочитаю лекцию о Византийской империи или анархо-коммунизме, на выбор. Я бы на твоём месте брал анархию, Юрик часть лекции уже прослушал, а повторять мне лень, на самом деле. - Так мы закроем мою потребность в БДСМ-практиках? – Уточнил Андрей. - Потребность в познании, ё-моё, - Миша осклабился, - а в конце я тебе спою. Одарю, так скажем, светом своего таланта. У тебя гитара найдётся? - Вряд ли. - Значит, а капелла, - Миша кивнул, - закрыв основные потребности, сможем приступить к выходу из кризиса. Там, на самом деле, ещё парочка была, но я запамятовал за давностью лет. - Потребность в безопасности и потребность в любви, - добавил Андрей. - Безопасности у тебя тут – хоть жопой жуй, ё-моё, - Миша сделал очередной глоток, - а с любовью, пардон, приятель, не ко мне. Полюби себя сам, понимаешь, да? - А ты не много на себя берёшь? – Андрей продемонстрировал Мише заострённый конец палки и тот одобрительно кивнул, - свалился как снег на голову, поучать вздумал, я, чай, не мальчик, чтобы руководствоваться принципами жизни незнакомых Робинзонов. - Так а хули ты теряешь-то, ё-моё, - Миша вогнал бутылку пива глубоко в песок, кряхтя, поднялся, прихватив собственный импровизированный гарпун, - сколько ты уже в кризисе своём? - Два года, - нехотя признался Андрей. - Ну вот. Выходит, твои методики не работают. Попробуешь мои, не сломаешься, понимаешь, да? Выведение из кризиса по методу удовлетворения потребностей имени гражданина Маслова. Рыбалка заняла часа два интенсивной возни на мелководье. Миша, как и прежде, регулярно падал, поскальзываясь на склизких подводных камнях, что неизменно приводило его в необъяснимый восторг. Андрей же с приятным удивлением обнаружил, что может твёрдо стоять на ногах, несмотря на бесполезные попытки вонзить самодельное копьё в тушки снующих тут и там здоровенных тунцов. Тем не менее, именно Андрей первым загарпунил рыбу, вскинул копьё в воздух с победоносным кличем, тут же не справился с равновесием и впервые завалился в воду, подняв фонтан брызг. Миша ультимативно заявил, что без собственной добычи и шагу из воды не сделает, и Андрей вернулся на берег, прихватив из рюкзака изрядно нагретое пиво и наблюдая за Мишиной вознёй, словно за ожившим мультфильмом. Мише потребовалось ещё четверть часа, и он вернулся на берег с трофеем. - Один-один, ё-моё, - Миша упал рядом с Андреем, потянувшись к рюкзаку за пивом, - я быстрей, но ты проворней, - Миша открыл бутылку зубом, - можно, конечно, на берегу костёрчик развести, но без соли оно, честно говоря, пресновато. У тебя соль найдётся? Андрей, разомлевший на солнце, лишь пожал плечами. - Найдётся, - уверенно кивнул Миша, - погнали назад? Соскучился я по кондёрам, на самом деле. Андрей раздражённо цокнул и также молча постучал пальцем по бутылке. - Понял, остаёмся на пару пива, - Миша шумно отхлебнул из нагретой бутылки, - ну, коли ты принял обет молчания, слушай, значит, сюда. Закроем твою познавательную потребность. Политический смысл анархизма заключается в уходе, на самом деле, от иерархической структуры власти, понимаешь, да? – Миша обернулся в сторону кокоса, - Юрик, ты там тоже слушай, умного человека всегда полезно послушать. Но истинный, философский смысл анархизма, он, на самом деле, лежит глубже политики и социального неравенства, понимаешь, да? Смысл в свободе заключается, ё-моё. Спустя пару пиво и одну пространную лекцию, в ходе которой Андрей почти сразу отключился, предпочтя молча любоваться безбрежной гладью горизонта, но исправно кивая на все мелькающие тут и там «понимаешь, да?», они собрали пустые бутылки обратно в рюкзак, туда же Миша отправил Юрика, несмотря на протесты Андрея, схватили гарпуны с насаженными тушками тунцов и двинулись к вилле скозь буйные тропические заросли, бурча друг на друга оголодавшими животами. Дома Миша мгновенно развёл кипучую деятельность, обыскал всю кухню, прихватил добротную деревянную доску и массивный кухонный нож, принялся за чистку рыбы, от усилий вываливая наружу кончик языка. Не найдя себе применения на кухне, Андрей приволок из спальни старый магнитофон и врубил, таки, «Белый альбом» Биттлов. Миша, бросив рыбу, уже на две трети с ног до головы покрытый чешуёй, немедленно дёрнулся к раритету. - Ёмана, это ж кассетник! Порнография какая! - Чего это «порнография», - смутился Андрей, - не последний писк, конечно, зато будит ностальгические чувства. - Ностальгические чувства музыка будит, а вот звук – говно, и разбудить может только зверя внутри любого мало-мальски адекватного человека, ё-моё. - Во-первых, отойди от техники, русал ебучий, - Андрей с раздражением снял налипшую на кнопку Rec чешуйку, - во-вторых, твою морскую свинку тут никто не боится, буди-не буди. Миша только фыркнул и, вполголоса подпевая, вернулся к рыбе. Спустя сорок минут и по два куска добротных, едва обжаренных стейков, Миша потребовал: - Скажи это. - Что? – Прикинулся Андрей. - Знаешь, что. Говори давай. Андрей трагически вздохнул, ковыряя в зубах тоненькой зубочисткой: - Ты был прав, мерзавец. Горячая еда творит чудеса. - То-то, - Миша кивнул, - а теперь показывай. - Нечего показывать, - Андрей помрачнел, - за год лишь полноценное нихуя написал. - Ну что-то же осталось? - Ну-ху-я, - Андрей прошёлся языком по зубам. - Уничтожаешь, значит. Напрасно, на самом деле. Почём тебе знать, чего оно стоит? Андрей лишь скептически хмыкнул. Миша потряс пустой пивной бутылкой. В голове уже порядочно шумело, что располагало к откровениям и задушевным застольным беседам. Миша добрался до холодильника, выудил новую пивную бутылку, с беспокойством осознал, что запасы подходят к концу, упал на облюбованный стул. - Вот, скажи мне, Андрюха, что главное в искусстве? - Конечный продукт, - подумав, заключил Андрей. - Хуюкт, - Миша внушительно ударил кулаком по столу, прокатив по дому угрожающий звон опустевших бутылок, - главное – адресат! Творчество обретает смысл только в глазах своего потребителя. А ты уселся у чёрта на рогах и вздыхаешь как девка нецелованная, понимаешь, да? Рисуй для меня, значит. Андрей нахмурился. - Давай-давай, буду конечным потребителем твоего творчества. Только тут ещё, считай, даже и не творчество. Будем реализовывать потребность в уважении. - А без картинок ты меня уважать не намерен? – Уточнил Андрей. - Ты, Андрюш, не забывай, на самом деле, что я всё ещё раздумываю над мщением, понимаешь, да? Я ещё по аптечкам твоим порыскаю, авось, найдётся пакетик пургена с твоим именем на нём, - Миша улыбнулся, любуясь нервным хохотом Андрея, - веди давай. Где ты там с музой в дёсны долбишься, ё-моё? Андрей неспешно поднялся, отправил зубочистку в горлышко пустой пивной бутылки. Махнул рукой, приглашая с собой, и повёл Мишу на верхний этаж, ковыляя по лестницам всё медленнее и медленнее, взбираясь на собственную творческую Голгофу. Ни «чердаком», ни «мансардой» помещение назвать не удавалось, хотя очень хотелось. Клятые современные виллы отобрали у любителей чердачной романтики право на окна в скошенной деревянной крыше. «Мастерская», всего лишь «мастерская», пусть и на самом верхнем этаже. Он толкнул незапертую дверь и пустил Мишу вперёд, не желая входить. - Ёб твою мать, - потрясённо прокомментировал Миша, и Андрей поморщился. Миша прошёл внутрь, встал на колени перед десятками изрезанных полотен. Наполненная светом из панорамных окон, мастерская пестрела крупинками пыли в солнечных лучах. По левую руку всю стену занимали простые деревянные полки, набитые чистыми холстами разного размера, ворохом тубусов, банками краски, кистями, карандашами, ручками, мелками и упаковками чернил. У стеклянной стены напротив входа покоились убитые самим Андреем холсты. Справа вдоль стены протянулась мраморная столешница, доверху заваленная неидентифицируемым хламом. По центру же высился пустой мольберт и старая сбитая тумба с подсохшими палитрами, пузатыми банками с разноцветной водой, кое-где поддёрнутой плесенью, и поредевшими кистями. Поодаль высился барный стул, доверху заваленный тетрадями с эскизами и скетчами. - Ну зачем же ты так с собой, Андрюх? Андрей показался в проёме двери, нервно хмыкнул: - Ничего из этого не стоит сожалений. - А я посожалею с твоего позволения, - сердито откликнулся Миша, перебирая руками лохмотья холстов, - распаковывай давай свою гуашь. - Я маслом пишу. - Да хоть фломбиками, ё-моё. Заводи, говорю, шарманку. Андрей вздохнул, нехотя пристроил на мольберт выуженный с полки небольшой квадратный холст. Застыл в ступоре, разглядывая сероватое льняное полотно. Из оцепенения его вывели тихие причитания Миши. Тот перебирал полотна, силясь отыскать среди погибших картин чудом уцелевшие. «Уцелевший», - повторил про себя Андрей. Он нерешительно взял с тумбы тонкий карандаш 5H и схематично обрисовал на хосте силуэт распластавшегося человека. Затем неспешно выбрал подходящую кисть. - Слышь, ты не понял, Андрюха. Андрей крупно вздрогнул, нехотя возвращаясь в комнату. На его плече обнаружилась хмурая физиономия Миши, изучающая холст. - Не меня, а для меня, понимаешь, да? - Нарисую тебя, как одну из своих француженок, - язвительно прокомментировал Андрей, с удовольствием подмечая, как Миша вспыхнул. На полотне в сердце объятой сумраком воды, раскинув в стороны руки и ноги, дрейфовал силуэт человека. Андрей не прорисовывал черты лица, самозабвенно отрисовывая полумрак, но Миша, конечно, не мог не узнать сюжет. - Да и чёрт с тобой, - легко согласился Миша, - буду кормить тебя байками хоть каждый день, раз тебя такая чепуха вдохновляет, ё-моё. Андрей поднял бровь на холст, будто безмолвно потребовал у последнего немедленно объясниться. «Вдохновляет»? Да, с холста на Андрея смотрел почти неразличимый, но всё же Миша. - Да ты не ссы, ё-моё, - Миша снял голову с плеча Андрея и туда же крепко хлопнул ладонью, - круто получается, на самом деле. - Благодарю, месье критик, - Андрей отчётливо услышал фальшь в собственной язвительности, рука дрогнула и отказалась подниматься к холсту, - всё, кажется. Он отложил кисти, рассеянно обтёр руки о старую грязную тряпку, жившую тут же на тумбе, схватил прочный швейцарский нож. - Хуй ты угадал, - проследив за движением, Миша осторожно схватил влажное полотно обеими руками под дерево рамки, - всё, считай, моё теперь, понимаешь, да? - Оно не окончено, - помедлив сообщил Андрей. - Завтра закончишь, значит. Андрей тяжело покачал головой: - Не закончу. Никогда не закончу. Всё, ушло, Миха, испарилось. Момент упущен. - Заберу таким. Захочешь – закончишь, не захочешь – всё равно, моё, - Миша попятился к дверному проёму. Андрей смахнул с покосившегося стула многочисленные тетрадки и блокноты на пол, примостился на стуле, сутулясь с тихим оханьем, хмыкнул, глядя в беспокойные Мишины глаза. - Интересно ты закрываешь мои потребности. Если что, моя потребность в разочаровании с лихвой удовлетворена мной самим. Миша растерянно сморгнул. Перестав пятиться, он осторожно поставил холст прямо на пол, прислонив к стене. Подошёл к Андрею вплотную, заметил: - А ты ведь, Андро, прям как я. Сам себя уронил в океан одиночества и делаешь вид, что всё нормально. - Ты бы… Андрей не успел закончить, Миша всей мощью богатырского тела налетел на него, сметя в объятия, так что стул опасно качнулся, притулил голову Андрея себе на плечо, потрепал по спине. - Ты это, ё-моё. На самом деле. Понимаешь, да? – Перечислив поимённо трёх китов своей витиеватой речи, Миша отстранился и веско посмотрел Андрею в глаза. Андрей кивнул. - Значит, продолжим завтра. И Миша, подхватив картину, до самого вечера спрятался в своей спальне, разглядывая полотно.