1. Наивность

      Кабинет виконта. Что же ожидает внутри? Быть может боевые награды и ордена, может трофейные головы ужасных чудовищ на стенах. Вряд ли здесь найдутся фолианты забытых времён, диковинные амфоры или глаза тритонов в банке. Может быть ковёр с простеньким узором, а может и шкура огромного зверя, убитого умелым охотником. Всё может быть в кабинете управляющего маленького городка и деревень поблизости. Четыре книжных шкафа, едва ли заполненных бумажными изданиями, находятся по бокам от двери. На полу большая медвежья шкура с густым мехом. Напротив двери большое окно, через которое солнечный свет заливает комнатку, и широкий рабочий стол, на нём же лёгкий беспорядок: вскрытые письма, ждущие ответа, неровная стопка сероватой бумаги, незакрытая маленькая баночка с орешковыми чернилами, из которой торчит древко перьевой ручки, огарок свечи в заляпанном воском подсвечнике, и небольшая деревянная статуэтка в виде грозного мохнатого волка. На подлокотнике отодвинутого стула, украшенного тонкой резьбой, висит маркая тряпица в чернильных разводах. Просто и уютно.       На шкуре столь небольшого кабинета лежит на спинке худенький мальчик, ростом невысок и смазлив лицом, точно девчонка. Пышная копна светлых волос с тёмными пятнышками разметалась по тёмному медвежьему меху, все четыре звериных ушка с кисточками подрагивали от восторга. Болотного цвета глаза блестели, внимательно изучая картинку дивного животного. Мальчишка читал его описание вслух, старательно проговаривая слова и досадно кусая губы острыми клычками, когда не мог понять сложные закорючки. Хюрей сравнивал свою шелковистую шёрстку на ручках и ножках с мехом нарисованного хищника, осторожно очерчивая рисунок своими коготками, но выходило совсем непохоже. У зверя шерсть покрывала всё тело, а не только конечности, но не было ни пятнышек, ни белоснежной шёрстки на внутренней стороне предплечий и лапах.       «А ещё животные не носят одежду, наверно потому что им не холодно в их шубках. Интересно, а если бы и у меня была меховая шубка, я бы тоже не носил ни рубахи, ни штанов? Тогда и деревянные сандалии мне ни к чему…» — задумался малыш.       Но несмотря на мечтательность, Хюрей с удовольствием читал и усердно учился, в отличие от своих одногодок, что утром убежали на мост ловить русалок. Мальчик посчитал это глупостью, ведь все русалки живут в большой воде, в лесном озере, например, а не под мостом, словно лягушки. Поэтому, читая с самого раннего утра, давно потеряв счёт времени, котёнок лежит и разглядывает картинки растений и животных, вспоминая, видел ли он их или нет, в свои немногочисленные поездки загород. То траву алого цвета, что растёт лишь в начале осени, то зверушку с длинным белоснежным хвостом и довольно милой мордашкой. Иногда, прочитав про что-то жутко редкое, воображал, как непременно это увидит и всем расскажет или найдёт новое лечебное растение, из которого сделает лекарство и спасёт всех, а его сделает самым настоящим героем. Ну а у кого в детстве не было таких мыслей?       Солнце неспешно вошло в зенит, пятно света укоротилось, и теперь осталась лишь тонкая полоска у самого окна, совсем рядом с рабочим столом отца. Хюрей не решился последовать за светом — в прошлый раз отец сильно кричал и ругался, когда он случайно разлил чернила на какие-то важные бумаги. В коридоре послышались шаги, мальчик встрепенулся и обернулся на дверь, услышав стук.       — Молодой господин? — дверь скрипнула, служанка в чёрном платье с белым передником осторожно заглянула в кабинет.       — Привет, Вала! — Хюрей отложил книгу и сел, навострив ушки. — Зачем ты меня искала?       — Виконт изволит видеть юного господина на семейной трапезе, сегодня госпожа приказала накрыть в летней беседке, — монотонно передала она, склонив голову в чепце.       — Уже иду, спасибо, Вала! — радостно прощебетал ребёнок. Поставив книгу на полку, Хюрей направился на улицу, но нянечка вновь окликнула его у самых дверей.       — Солнце сегодня очень активно, леди Мадрей беспокоится за здоровье юного господина и просит покрыть голову.       Картуз оказался на голове мальчишки, неприятно приминая уши. Хюрей обиженно скуксился, с надеждой взглянув на няню, но та осталась непреклонна.       — У виконта есть важные новости для Вас, господин Мадрей просил не задерживаться.       — Хорошо, Вала, — пробормотал мальчик и выскочил во двор, с наслаждением вдыхая полной грудью густой запах цветущей зелени.       Сладкий аромат любимых матушкиных роз кружил голову, хотелось задержаться и посидеть немного на качелях под ветвями яблони, вслушиваясь в жизнь природы, но кушать хотелось больше, а ещё хотелось узнать, что такого важного расскажет ему отец. Хюрей углубился в сад, шурша галькой на дорожке, и вскоре вышел к беседке, где его ждали матушка и батюшка, заняв места напротив друг друга. Не сдержавшись, мальчик подбежал и обнял отца:       — С добрым утром, отец!       — Уже давно обед, Хюрей, — с лёгким укором поправил виконт, снял картуз и потрепал мальчишку по голове.       — Да-да, совсем забыл, — вздохнул он и уселся на своё место, начав расправлять салфетку.       — Милый, больше ты ничего не забыл? — обманчиво нежный голос виконтессы заставил задуматься. На ум ничего не приходило, Хюрей поднял робкий взгляд на матушку, которая, видя замешательство ребёнка, всё же смягчилась:       — Доброго полудня, дорогой, — она махнула рукой, и служанки принялись обслуживать господ.       — А, и тебе доброго дня, матушка! У тебя сегодня такая красивая причёска! — искренне улыбнулся Хюрей.       — Спасибо, котёнок. Лиззи сегодня и в правду постаралась, — слегка улыбнулась виконтесса, поправив светлый локон.       Мальчик хихикнул и вновь повернулся к отцу вопрошая:       — А что за важные новости? Мы поедем на охоту? — с надеждой и нетерпением ожидал ответа Хюрей, не обращая внимания на поданный суп.       — Всё после обеда, приятного всем аппетита, — хмыкнул виконт и принялся трапезничать, не уделяя внимания обиженному возгласу сына.       — Но отец!       — Милый, где твои манеры?       — Простите, матушка, приятного аппетита, — Хюрей смутился и уставился в тарелку, ковыряясь в ненавистных овощах. Взрослые лишь с усмешкой переглянулись, изящно орудуя приборами.       Вскоре блюда сменили, и ребёнок уже довольно ломал вилкой котлету из птицы с картошкой, но также игнорируя свежие овощи. Когда же тарелки вновь сменили, а на столе появились фрукты, и свежезаваренный травяной чай разлили по чашкам, мальчик снова посмотрел на отца. Но, похоже, взрослые решили ещё немного подразнить его, заведя разговор про работу отца.       — Как перенесли поездку южане? — помешивая сахар ложечкой поинтересовалась леди Мадрей.       — Кажется, что пернатые даже не заметили, что их родные пески сменились лесами, — хмыкнул виконт, — зато заметили, что еды стало больше, и взялись исправлять это досадное недоразумение! — тихо посмеялся он, зачесав обратно растрепавшиеся короткие чёрные пряди и продолжил:       — В стадо их приняли хорошо, хоть и видно, что другие совсем — здоровенные, крепкие, да и пёрышки посветлее будут. В следующем месяце будем кладку ждать и проверять. А вот…       — Отец, а как там Казу?       — Хюрей, сколько раз тебе надо напомнить, что перебивать взрослых нельзя? Это некультурно и не подобает поведению наследника. Вала плохо выучила тебя манерам? — возмущённо отчитала мальчика госпожа Мадрей и стала обмахиваться веером.       — Простите, матушка, я больше не буду перебивать, правда! — пристыженно отвёл взгляд Хюрей, заалев щеками.       — Дорогая, тебе нельзя сейчас волноваться! Ну подумаешь, мы же не на приёме, чтобы неукоснительно следовать всем правилам этикета, — виконт тут же оказался рядом с женой и принялся обхаживать её, бросил взгляд на служанку, и та поторопилась подать госпоже воды, а потом обернулся на замершего ребёнка. — Всё с твоим монстром хорошо, также бегает, квохчет и огрызается на всех, кого видит.       — А что с матушкой? Матушка заболела? — совсем уже испугался Хюрей, прижал ушки и вскочил с места, подбегая к женщине. — Матушка тебе плохо? Я честно-честно больше никогда-никогда не буду перебивать! — малыш всхлипнул и вцепился коготками в материнскую юбку, умоляя ту со слезами на глазах.       — Ох, милый, я совершенно здорова, мне нельзя волноваться, потому что я жду ребёночка, твоего братика или сестричку, — растроганная леди Мадрей поспешила успокоить Хюрея, она приобняла плачущего ребёнка и стала гладить его по голове, осторожно огибая всё ещё прижатые две пары ушек.       — А ты точно здорова? — шмыгнул носом котёнок, утирая слёзы рукой, и пусть шёрстка неприятно мокла, сейчас было важно совсем другое.       — Конечно, малыш. Помнишь, к нам недавно приходил целитель? Он сказал, что я точно здорова, — продолжила успокаивать его матушка, взяв маленькие ладошки и слегка сжав их своими, поглаживая пушистый мех.       — Совсем-совсем? — спросил маленький мальчик, подняв ушки.       — Совсем-совсем, — посмеиваясь ответила госпожа Мадрей, рядом шутливо фыркнул виконт, вновь взъерошив светлые волосы чада.       — А когда братик приедет? Завтра? — супруги растерянно переглянулись, не зная, что ответить, как объяснить, но похоже Хюрея не беспокоило отсутствие ответов, он продолжал задавать всё больше вопросов. — А мы поедем в питомник? А можно я покажу ему Казу? Я не дам ему шипеть на братика, правда! Я даже… Ой! — вдруг воскликнул мальчик и умолк, остолбенев с широко раскрытыми глазами, заставляя родителей вновь переглянуться, но уже настороженно.       — Что случилось, Хюрей? — осторожно спросил виконт.       — Я забыл…       — Что ты забыл, милый? — леди Мадрей пригладила белую шёрстку на запястьях котёнка, привлекая его внимание.       — Я ведь забыл! Совсем забыл узнать его имя! — заполошно выдал ребёнок, взгляд его заметался между выдохнувшими родителями. — Матушка, скажи, как зовут братика? Пожалуйста, отец! — нетерпеливо стал клянчить он, переминаясь с ноги на ногу.       — Понимаешь, Хюрей, мы пока не уверены, что у тебя будет брат, вполне возможно, что это будет девочка, и ты должен это понимать, — виконт собрался с мыслями и теперь пытался донести их до сына.       — Но отец! Все девчонки скучные и слабые! Они даже на дерево не могут залезть! Хочу братика! — возмутился было Хюрей, но отец остановил его жестом.       — Послушай, мы никак не можем на это повлиять, но до его или её «приезда» — с какой-то странной интонацией проговорил батюшка, а матушка и вовсе хихикнула — а это будет уже где-то весной…       — Так долго ждать?! Почти целый год? — удивился Хюрей, но заметив взгляд матушки, извинился.       — Да, дорогой, ждать придётся долго, но нам всем нужно это время, чтобы хорошо подготовиться, — виконтесса подала руку мужу, а тот помог ей встать.       Матушкина служанка Лиззи подбежала оправить розовое платье госпожи и её широкую шляпу, поклонилась и удалилась к особняку, черепица которого виднелась за кронами деревьев, сообщить о возвращении господ. Виконт взял супругу под острый локоток, и они неспешно пошли в то же направление. Хюрей примкнул с другой стороны и задал важный вопрос:       — А как я буду готовиться? Батюшка принесёт новые книги? — мальчик любил читать и узнавать что-то новое, но скудная домашняя библиотека больше не хранила в себе загадок, все интересные книги уже давно были прочитаны.       — И не только, завтра к нам приедет мистер Тисо, он уже не молод и знает очень многое, будет обучать тебя важным наукам и фехтованию. Прошу тебя отнестись к этому серьёзно, а к учителю с должным уважением, и не заставляй нас краснеть перед ним, — наставлял мальчика отец.       — А зачем мне учиться фехтованию? — Хюрей и так умел махать палкой и не понимал, чему тут ещё можно выучиться.       — Малыш, ты же хочешь стать примером для младшенького? Быть для него самым сильным? Суметь защитить её? — спросила госпожа Мадрей.       — Конечно хочу! Я буду самым лучшим для братика! — горячо закивал мальчик и убежал вперёд, на что супруги лишь улыбнулись и завели тихий разговор между собой.       Вернувшихся хозяев встретила служанка. Виконт, проводив супругу в зал, где та занялась вязанием, приказал готовить карету и поднялся в кабинет собрать нужные бумаги — сегодня в городке собрание, а после ещё нужно заехать в питомники. Хюрей не упустил момента и попросился на подоконник, к свету, а получив разрешение, так и просидел там до самого ужина, продолжив читать незаконченную книгу. А после трапезы, читая уже при свечах за столом отца, Хюрей представлял свою, несомненно, счастливую жизнь с братиком в будущем. Позже Вала нашла своего юного господина уснувшим прямо за столом, зверёныш неразборчиво бормотал во сне и шевелил ушами, но не проснулся даже после переодевания в ночную рубашку. Тонкий месяц прятался за облаками, не желая показываться никому, кроме звёзд, а в поместье Мадрей вскоре была погашена последняя свеча.       С восходом солнца жизнь Хюрея изменится, а судьба сделает очередной виток, но в лучшую ли сторону?