Часть 1

В небольшой уютной комнатке раздалась трель мобильного телефона. — Катюш, ну что это так противно звенит? — Мишка сморщил нос и попытался прикрыть уши подушкой. — Родная, выключи это оповещение о тревоге! — Это Маринка звонит, только почему так рано? — не в силах распахнуть глаза, Катя на ощупь потянулась к тумбочке за телефоном. С размаху задела рукой провод настенного бра. Раздался звук разбитого стекла и ночник полетел на пол. Звук заставил девушку подскочить с кровати. — Передай ей, что надо иметь совесть. Здесь люди спят, между прочим, — раздался возмущенный голос откуда-то из-под одеяла. Наконец схватив телефон, девушка охрипшим ото сна голосом промямлила в трубку: — Алло… — Катюш, это я… Понимаешь, Вы нас с Севой сегодня не ждите… я заболела… — Что случилось? — Вроде как ветрянка. Говорят, только начинается. Врачи приезжали, сказали — заразная. В общем, вы там без нас веселитесь… — Ветрянка?! Марин, ты серьезно?! Ветрянка в твои-то годы? — Катя ошарашенно уставилась в стену, пытаясь осознать всю абсурдность ситуации. Мишка, услышав обрывок разговора, вынырнул из-под одеяла, как любопытный тюлень. — Ветрянка? Это же детский сад какой-то! Может, ей еще коклюш с корью для полного комплекта выписать? — проворчал он, почесывая затылок. — И что теперь? Наша вечеринка накрылась медным тазом? Все мои наполеоновские планы по поеданию оливье в промышленных масштабах рухнули в одночасье? Катя, проигнорировав его драматичные воздыхания, лишь замахав на него рукой, снова прильнула к телефону: — Марин, ну ты хоть скажи, Сева-то где? Он хоть здоров? А то я представляю, как мой брат, бедняга, мечется по квартире с зеленкой наперевес! — С Севой все в порядке, тьфу-тьфу-тьфу! — услышала Катя в ответ. — Он сейчас продукты закупает, говорит, будет за мной ухаживать. Хотела его одного к Вам отправить — ни в какую. Сказал, что от меня не отойдёт. Велел передать привет цитата: «сестре и этому кудрявому», чтобы вы там не сильно расстраивались и хорошо повеселились. И чтобы за меня рюмку подняли! — Катя грустно усмехнулась. Праздник без лучшей подружки и брата — совсем не то, что она хотела. Без них будет совсем не то. Ну да ладно, есть ещё гости. Катя нажала на красную кнопку и завершила разговор. Ей хотелось ещё предаться грустным мыслям, пока её взгляд не упал на настенные часы. Стрелки были безжалостны — показывали уже 14.00. Шесть часов до прихода гостей. — Мишка!!! — громкий крик прогнал остатки сна, практически завладевшие парнем, а что он вопросительно поднял взгляд на любимую. — Просыпайся! Мы проспали! — Катя принялась метаться по комнате в поисках одежды. — У нас совсем ничего не готово! Времени почти нет! Гости скоро придут…. Да вставай же ты! — Катя начала дергать его одеяло, пытаясь отобрать. — Девушка, прекратите хулиганить! — в борьбе за одеяло Мишка пока выигрывал. — Между прочим, я не совсем одет. Стесняюсь, между прочим. — на последней фразе сам же и рассмеялся. В комнате воцарился хаос. Катя, словно ураган, сметала все на своем пути, выискивая хоть что-нибудь пригодное для надевания. Мишка, все еще полусонный, пытался вернуть себе остатки одеяла, бормоча что-то невнятное о похищении личного имущества и нарушении его конституционных прав на утренний сон. Наконец, каким-то чудом, Кате удалось вырвать заветную «тряпку» из его цепких рук. С боевым кличем она ринулась в ванную, оставив Мишку наедине со своими наполеоновскими планами по поеданию оливье, которые, казалось, сейчас отодвинулись на второй план. В голове Кати мелькали сумбурные мысли: «Салаты! Закуски! Горячее! Уборка! Боже, где мои туфли?!». Казалось, что время сговорилось против них и летело с бешеной скоростью. Минут через двадцать, уже более-менее похожая на человека, Катя вихрем ворвалась на кухню. Мишка, застигнутый врасплох, пытался соорудить себе бутерброд, но был немедленно отстранен от столь важного занятия. — Бутерброды подождут! У нас тут апокалипсис намечается, а ты с бутербродами! — Не нервничай, котёнок мой любимый! — Миша подошёл сзади и промурлыкал над ухом, — у нас есть ещё куча времени, всё успеем — и убрать, и приготовить, и квартиру и елку украсить. Со всем справимся. — длинные пальцы скользнули по любимым изгибам фигуры, — у нас же совместный первый Новый год вместе. — уже шёпотом закончил он. — Мишка, времени нет сейчас, — Катя вырвалась из любимых объятий. — Давай ты елку ставь, а я пойду готовить. Так будет быстрее. Воронцов, приободрённый поцелуем в щёку, тут же принялся за дело. Ёлка, бережно выбранная Катей и им же купленная ещё неделю назад, мирно пылившаяся на балконе, была торжественно внесена в комнату. С рвением он принялся распутывать гирлянду, которая, казалось, специально была завязана в неразрешимый морской узел. — Ну, погоди, коварная змеюка! — бормотал он, самозабвенно сражаясь с электрическим чудищем. — Я с тобой справлюсь! Катя же на кухне творила настоящие кулинарные чудеса. Только сегодня чудеса упорно не хотели получаться. Девушка держала в руках книгу с рецептами, ещё мамину, и пыталась повторить то, что было написано, и собрать из этого всего мясо по-французски. Бедная книга, казалось, страдала вместе с ней! То масло брызнет прямо в лицо, то лук предательски щиплет глаза, заставляя лить слезы. «Мясо по-французски? Скорее, мясо по-катински, то есть, кушайте, что получится,» — обреченно подумала она. — Мишка! — Катя в полной мере ощущала себя маленькой девочкой, у которой ничего не получается. — У меня не получается! Да что такое! Наши гости будут голодными. — последняя фраза сопровождалась уже потоком слёз. Мишка, услышав полный отчаяния вопль, моментально забросил свою битву с гирляндой, оставив электрическую змеюку безнаказанной. Он влетел на кухню, как супергерой, готовый спасти свою даму сердца от кулинарного краха. Увидев Катю, заливающую слезами злосчастное мясо, он заключил ее в объятия. — Эй, ну что ты, солнышко? Не плачь! Сейчас мы все исправим! Мясо по-французски — это, конечно, звучит пафосно, но у нас же Новый год! А на Новый год едят все, что вкусно! Давай сделаем так: ты пойдёшь разбираться с ёлкой, а я приготовлю горячее. — Мишка подмигнул, и Катя, сквозь слезы, невольно улыбнулась. Его энтузиазм был заразителен. — Ты мой спаситель. А я так хотела, чтобы гостям понравилась моя еда. В такой то праздник… — Так, прекратите панику на кухне. Сейчас шеф-повар примется за дело, гости вилки проглотят. Лучше разберитесь с Вашей гирляндой. — Катя только хотела улыбнуться, как снова раздался телефонный звонок. На этот раз звонила Ксюша. — Кать, привет! Ну что, вы там совсем зашиваетесь? — прозвучал в трубке бодрый голос Ксюши. Катя сразу же почувствовала неладное. — Слушай, у нас тут форс-мажор. У Валерки зуб разболелся! Да так, что хоть на стену лезь! Ни о каких праздниках и речи нет. Только полоскание ромашкой и отчаянные попытки не заорать от боли во всю глотку. Я уже готова пешком до Берлина добежать, лишь бы ему легче стало. — Катя, выслушав Ксюшины извинения, почувствовала, как ее энтузиазм стремительно улетучивается. Вечеринка скукоживалась прямо на глазах, словно пирожок, забытый в микроволновке. В общем, никак мы к вам не доберемся, извини! Передавай всем привет и самые искренние поздравления! — Поправляйтесь! — Катя выслушала сумбурное объяснение Ксюши, чувствуя, как последняя надежда на весёлое застолье испаряется со скоростью света. Она бросила обреченный взгляд на Мишку, который, орудуя ножом и сковородкой, уже вовсю импровизировал на кулинарную тему. — Ну вот, еще минус два! — произнесла. — Да что ж это такое! Сегодня явно не мой день! Ксюша и Валера не смогут приехать. У Валерки зуб разболелся. — Катюш, ты всё принимаешь слишком близко к сердцу. Это ведь не главное… — Для тебя, может, и нет. А я так ждала этого праздника, готовилась… а тут…всё как-то… кувырком. И перед кем я провинилась? — Ну, подожди ты расстраиваться. — А чему радоваться, Миш? Если ещё и Ксюша не придёт… Даже горячее не смогу приготовить… — А я всё равно тебя люблю. С мясом и без, с настроением и без настроения, — подошёл и обнял сзади, — ведь для меня самое главное, что мы вместе. Мне вообще эти гости не нужны, главное, что ты рядом. — Поняв, что слова не действуют, Мишка, наблюдавший за ее поникшим видом, тут же схватил Катю за руку и потащил к зеркалу. — Так, ну-ка, смотрим в глаза правде! Ты — красотка, я — красавец, елка почти наряжена, гирлянда осталась, а на кухне вот-вот начнется гастрономический экстаз! Какая разница, сколько человек? Главное — настроение! Мы сами себе создадим праздник! — Он чмокнул ее в нос, заставив улыбнуться. — И вообще, меньше народу — больше оливье! И словно в подтверждение его слов, кухня наполнилась аппетитным ароматом жареного мяса. Мишка колдовал над плитой, напевая что-то под настроение. Причём, репертуар разнился от Дискотеки Аварии до «Новогодние игрушки», от «Happy new years» до «Последний час декабря». Катя, поддавшись его заразительному оптимизму, вернулась к елке, слушая новогодние песни в исполнении Мишки. «Новый Год к нам мчится, Скоро все случится, Сбудется что снится…» Опустив руки, Катя направилась обратно в комнату, где на полу, словно поверженный дракон, всё ещё валялась коварная гирлянда. За неё в последнюю очередь хотелось браться, но желание праздника не позволяло опускать руки. Собрав волю в кулак, девушка принялась распутывать злополучные провода, приговаривая: — Нет, я не сдамся! Я все смогу! У меня будет самый лучший Новый год! И вот, когда до прихода гостей оставалось всего ничего, в квартире Воронцовых царил, как ни странно, праздничный полумрак. Ёлка, наконец-то украшенная сияющей гирляндой, переливалась всеми цветами радуги. На кухне Мишка завершал свой кулинарный шедевр, источая аппетитные ароматы. «До января остается у нас Только час, последний час. Последний час декабря, Замри на миг, пускай летят За моря любовь и мир, И все надежды наши Пусть сбудутся однажды В последний час декабря, В последний час декабря.» А Катя, уставшая, но довольная, стояла и смотрела на результаты своих трудов. Красавица елка уже стояла по середине комнаты. Нарядная и украшенная. И вот, когда до прихода гостей оставалось всего полтора часа, в квартире Воронцовых царил, как ни странно, праздничный полумрак. Ёлка, наконец-то украшенная сияющей гирляндой и игрушками, переливалась всеми цветами радуги. На кухне Мишка завершал свой кулинарный шедевр, источая аппетитные ароматы. «До января остается у нас Только час, последний час. Последний час декабря, Замри на миг, пускай летят За моря любовь и мир, И все надежды наши Пусть сбудутся однажды В последний час декабря, В последний час декабря.» А Катя, уставшая, но счастливая, стояла и смотрела на результаты своих трудов. Красавица елка уже стояла посередине комнаты, маня своими блестящими игрушками и обещанием чуда. К столу было всё готово, пусть и не полностью усилиями Кати, но с любовью и энтузиазмом. Но стоило только им отвернуться, как со шкафа на елку прыгнул разбойник рыжий кот Василий. Елка покачнулась и упала. Идиллия рухнула в одно мгновение! С грохотом, достойным падения метеорита, елка рухнула, погребая под собой надежды на тихий, семейный праздник. Игрушки разлетелись во все стороны, словно осколки разбитой мечты, а гирлянда, вырвавшись из объятий еловых веток, заискрила напоследок, словно злорадствуя над поверженным триумфом. Василий, виновник торжества, сидел посреди хаоса, с видом невинной овечки, помахивая хвостом и поглядывая на хозяев с нескрываемым любопытством: «А что, собственно, случилось?» Катя ахнула, прикрыв рот рукой. Мишка застыл в дверях, словно грозный воин, застигнутый врасплох коварным противником. — Василий! Да что ж ты творишь, разбойник?! — воскликнул он, бросаясь к виновнику трагедии. Кот, почувствовав неладное, моментально ретировался под диван, оставив поле боя своим хозяевам. — Ну, ничего, — бодро произнес Мишка, видя, что Катя готова заплакать. — как говорится, что упало, то пропало! Поднимем, починим, украсим! Я сейчас всё уберу, подмету, елку на место поставлю. А ты иди пока, одевайся, а то скоро Даня с Дашей придут. — И с этими словами он, вооружившись веником и совком, принялся собирать осколки былого великолепия. — Да что тут ставить? Игрушки разбиты… У нас будет пустая елка… мы же даже другие игрушки купить не успеем. Катю будто парализовало. Она смотрела на это побоище, и ей казалось, что не елка рухнула, а что-то внутри неё надломилось. Да и ещё Даня с Дашей прислали сообщение, что не смогут приехать, на улице ужасные пробки, и они добраться не успеют. — А мы… конфетами украсим! Как моя бабушка делала. Чтобы жизнь была сладкой. Так что иди, одевайся, потом помогать будешь! Катя, усмехнувшись, пошла собираться. Веры в то, что праздник можно спасти, не осталось, но с Мишкой унывать совсем не хотелось. Мишка, словно ураган, носился по комнате, подметая осколки и вытираю пыль, напевая песенку про пять минут. Его энтузиазм был заразителен! Он, пританцовывая под новогодние мелодии, которые сам же и включил, создавал атмосферу новогоднего веселья. Катя, наблюдая за этим хаотичным, но таким воодушевляющим представлением, невольно улыбнулась. «И правда, что это я раскисла?» — подумала она, стряхивая с себя остатки предновогодней хандры. И вот, убрав осколки, вернув на место ёлку и игрушки, которые не пострадали, Миша, вооружившись конфетами, принялись творить! Фантики сверкали ярче самых дорогих украшений! Каждая конфета, заботливо привязанная к еловой ветке, словно маленькое солнышко, разгоняла сгустившиеся было тучи. Катя вышла из душа в Мишиной рубашке и с высушенными волосами, улыбнулась, видя, с каким энтузиазмом Миша принялся за это дело, а вскоре и сама стала ему помогать. Они смеялись, вспоминая детство, бабушкины рецепты и самые нелепые случаи из жизни. Игрушки были заменены на сладкие трофеи, а елка, украшенная конфетами, приобрела совершенно новый, неповторимый шарм! — Да… гостей у нас совсем не осталось… Будем вдвоем праздник отмечать… — А мне только ты и нужна. А они пусть завидуют, что на такой праздник не попали… И вот, когда последняя конфета заняла своё почётное место, они отступили назад, чтобы полюбоваться своим творением. Елка, усыпанная конфетами, сияла и переливалась, словно сказочное дерево из страны сладостей! Она излучала такой уют и тепло, что хотелось немедленно забраться под неё с чашкой горячего какао и забыть обо всех проблемах. Василий, высунув нос из-под дивана, с удивлением разглядывал преображенную елку. Видимо, понял, что натворил делов, и решил больше не испытывать судьбу. — Ну что, красота? — спросил Мишка, обнимая Катю за плечи. Она лишь кивнула, не в силах оторвать взгляд от этого чуда. Вот только чувствовалось, что для завершения картины не хватает чего-то особенного. И тут Мишка, словно гениальный режиссер, нашел выход! — Кать, а давай устроим пижамную вечеринку! — предложил он с блеском в глазах. — Забудем про гостей, про нарядные платья и сложные блюда! Наденем пижамы, возьмем попкорн, то, что у нас есть в холодильнике, включим любимые фильмы или сериалы и просто будем наслаждаться обществом друг друга! Катя на мгновение замерла, а потом рассмеялась в голос. — Это гениально! — воскликнула она. — Ты лучший. Самый-самый лучший. И вот, в квартире Воронцовых зазвучала музыка из любимого фильма, на диване уютно устроились двое в пижамах, уплетая оливье и заедая его мандаринами. Периодически танцуя под любимые новогодние песни и покрывая друг друга поцелуями. — Мишка! Это самый лучший Новый год в моей жизни! Сейчас я даже счастлива, что мы с тобой отмечаем его только вдвоём. Я тебя люблю. — На руках сотни снимков А в глазах двести процентов счастья Этот мир был на картинке А теперь мы часть его! Тысячу раз люблю Тысячу тысяч раз люблю! Отраженье в твоих глазах — это то, что словами не сказать. — запели одновременно, нежно прижимаясь друг к другу. На Красной площади зазвенели куранты. За окном падал пушистый снег, а в душе царило тепло и предчувствие настоящего чуда. Ведь настоящий Новый год — это не блеск мишуры и звон бокалов, а любовь, тепло и близость тех, кто рядом. И именно это они сполна ощутили в этот, казалось бы, неудачный, но такой душевный вечер!