Драматург, исцеляющий увядшие души

Наконец человек смог дать достойный отпор богу, даже несмотря на всяческие повреждения. Все стали наблюдать, чувствуя близкий финал всего это сражения. Фу Си стоял напротив Чехова, а сам он был в поту, его техники заставляют его тело невероятно напрячься, так ещё и от последнего удара писатель увернулся и контратаковал, что не может быть чем-то хорошим для небожителя. Отныне доктор сражается в полную силу, как и его оппонент, только тот начинает набирать обороты. В своей комнате Достоевский, перед телевизором, прислонил ручку к месту, где сейчас на экране стоял драматург, непонятно что он хотел этим сказать, однако теперь он смотрел за битвой и наблюдал за каждым шагом обоих. Брунгильда знала, что её представитель пока не на пределе своих возможностей, а значит ломать лимит ещё способен, хотя как долго - неизвестно даже ей. Гейр была напряжена, будто сама сражалась там, она увлеченно смотрела на бойцов, ожидая их следующего действия. Вили встал со своего стула и медленным шагом пошёл к выходу из ложи, на что получил вопросительный взгляд брата. Затем скандинав развернулся и с улыбкой проговорил Вили: Мне надо проветриться, братец Тот вышел и хлопнул дверью, вороны на плечах верховного скандинавского бога переглянулись удивленно, не видя смысла в этом. В греческой ложе Деметра постучала пальцем по плечу Гермеса, привлекая внимание того, божество обернулась к богине и вопросительно на неё посмотрел. Деметра: А что следующим выкинет человек? Посланник богов слегка глупо взглянул на девушку и ему на секунду показалось, что вопрос был риторический, однако это не так. Гермес: А с чего бы мне это знать? Деметра: Ну ты ж парень смышленый Небожитель вопросительно наклонил голову назад, затем прислонив руку к подбородку. Гермес: Уж не знаю, уверен его сила состоит в том, чтобы увеличивать свою мощь. Это можно сравнить с какой-нибудь машиной, что умеет набирать нужный темп для того же бега. Деметра: Ну то есть он усиливает себя в нужные моменты, это понятно. Бог пожал плечами, а затем кашлянул в руку, продолжив: Мне кажется что следующим его шагом будет что-то, где он обставит Фу Си и что-нибудь использует, ударив в больное место соперника. Деметра: Ну это как-то банально, хотя это и эффективно. Эх, скучно чего-то. Зевс слышал весь диалог и захотел внести в анализ грека правильность. Зевс: А с чего вы взяли, что на Фу Си один и тот же трюк будет срабатывать раз за разом? Оба повернулись на него, а Деметра дала ответ с таким лицом, мол все очевидно. Деметра: Так он уже попался на это...3 раза? Бог торговли кивнул: Чехов после первого раза стал избегать способности Фу Си к телепортации, а второго раза хватило с лихвой. Верховное божество рассмеялось и почесал свою белую бороду: С чего же вы так сильно недооцениваете нашего кандидата? Оба грека рядом окинули друг друга взором, чтобы вспомнить хоть один момент на их памяти, что китаец имеет шансы на победу. Деметра хотела уже заикнуться насчёт этого, но посланник резко перебил её. Гермес: Ох, точно! Фу Си теперь сам создаёт игру, что удобна для него? Девушка в шоке посмотрела на собеседника, который был на её стороне, но неожиданно сменил точку зрения. На удивление обоих бог молнии сделал другое заявление Зевс: Нет,Фу Си действует, как бы...по чутью, он опирается только на физическую силу, в которой превосходит писателя и решил на этом сыграть. Тогда оба стали склоняться к точке зрения Зевса и не стали более чего-то говорить, Гермес начал думать о чем-то своём, а Деметра с братом продолжила наблюдать за поединком. Шива лежал на подушке, его мысли не столь заняты сражением, сколько размышлением над словами его товарища, это было крайне странно и неожиданно, эти мысли просто не давали сосредоточиться на бое. Зрители продолжали держать атмосферу напряжения, не понимая даже кто лидирует. На арене оба бойца стояли друг напротив друга, но теперь не на середине, а на стороне трибун богов. В принципе это не столь категорично для них, ведь последний удар за человеком, что тот и подметил. Чехов: Эй, божок, последнее слово за мной. Сказал тот с улыбкой, дабы спровоцировать небожителя, но тот на удивление ответил лёгкой улыбкой и тихо произнес. Фу Си: А последний момент будет за мной. Ты весьма силен, мне неведомо что ещё ожидать от тебя. Такие слова удивили всех, даже нефритового императора. Доктор не стал продолжать диалог, ведь теперь оба оппонента осознали, что по силе они идут вместе, следовательно это был лучший момент их жизни. Повелитель востока, как и обычно, выставил дал вперёд, русский не понимал чего ожидать, что может использовать его соперник. Потому Антон покрепче сжал эфес тальвара и был готов принять атаку. Врач может ломать свои пределы, но только физические. Умственные ему неподвластны, потому он пытался всю свою жизнь скрасить этот недостаток. Медленно бог начал руку с оружием заводить за спину под удивлённые взгляды публики, хотя и драматург, и валькирии не понимали что он собирается сделать. Через несколько секунд, когда бог уже завел руку за спину, тот резко снижает её вперёд, выпуская из рук дао. Казалось что он его бросил, ведь расстояние между ними было уже 10 метров. Но чуть ли не в самом начале полёта дао, орудие испарилось. Буквально исчезло в воздухе, сразу после броска, так видели участники и зрители. Все смотрели разинув рты, пока Брунгильда, Гермес, Зевс, Юй Ди и ещё несколько персон поняли в чём же дело, а одним из них был боец на арене, у которого из бока торчал клинок бога неба и лилась алая жидкость, создавая кровотечение. Постепенно все стали догадываться что произошло и почему дао пропало. Но первым свои предположения выдвинул Юй Ди в своей ложе, хотя это и предположением не называть. Юй Ди: Значит ты решил совместить две убийственные атаки...умно. Сказал тот и замолчал, этот ход поразил его, ведь это атака действительно была опасной не только сама по себе, но и потому что, это смесь двух опасных способностей китайца. |•ВОСТОЧНЫЙ ВОСХОД•| + |•ПОТОК ТЕРМОСФЕРЫ•| Увидав все это и осознав хитрость техники, младшая валькирия посмотрела на представителя человечества, который упал на колено и выплюнул кровь изо рта. Антон испытывал жгучую боль, которая словно разъедала его тело внутри, по анализу писателя, клинок не задел жизненноважные органы или мышцы, потому тот спустя несколько секунд поднялся, придерживаясь за бок. Однако за то время, что человек поднимался, бог уже подошёл и резким движением вырвал свой дао у того и отпрыгнул назад. Кровь хлынула из раны, но драматург быстро заткнул её тканью, которую сорвал с рукава своей рубахи. Позади публициста появился Треплев, что был обеспокоен состоянием своего автора. Треплев: Антон Павлович! С Вами всё хорошо? Доктор кивнул, ничего не сказав, но герой не прекратил. Треплев: Разве эти тряпки смогут Вас спасти? Чехов: Не сомневайся в моих познаниях медицины, Константин. Я не Гиппократ, однако умею фундаментальные вещи. Легко ответил писатель, из-за чего Треплев удивился такому спокойствию, хотя тот чуть не умер. Константин выдохнул и испарился, пытаясь увеличить силу своего носителя, дабы больше такого не повторилось. Человек повернулся к божеству и вновь свободно промолвил, улыбаясь. Чехов: Эта атака действительно была хороша, однако я всё ещё жив. Фу Си не понимал к чему эта фраза и ничего не ответил, он просто сделал глубокий вдох и выдох через рот. Чехов отвел взгляд от соперника, задумавшись на долю секунду о своём.

1860 год. Российская империя. Таганрог

На улице стояли пару небольших частных домов, что находились недалеко друг от друга. Ровно месяц назад родился третий сын в семье Чеховых - Антон. Отец работал купцом, владел бакалейной лавкой, первый брат был на 4 года старше Антона, а второй на пару месяцев старше первого. С пяти лет мальчик уже помнил что происходило, он каждый день посещал церковь своего города вместе с братьями. Иногда им приходилось сторожить лавку отца, своё детство писатель ненавидел больше всего. Ему не нравилась вся эта суматоха и богохульство, которое навязывал им отец. Из-за работы и братья не могли уделять будущему писателю столько внимания, сколько следовало. Однажды Чехов сидел дома, как обычно, что-то писал за столом на бумаге, ведь делать было нечего, друзей особо не заводил, а братья вернутся не скоро. Но в дверной скважине раздался поворот ключа, а затем открытие двери, Антон даже сейчас не спешил встречать, ведь в семье с ним мало кто общался, только изредка пытались завести диалог, но и то было безуспешно. В этот день многое что изменится, хотя сам мальчик об этом не подозревает. Его родственник подошёл к младшему и кинул на стол пару монет, на сумму которых можно было неплохо подкрепиться. Антон невероятно удивился и поднял вопросительный взгляд на братьев, нет, разумеется юноша был благодарен, однако такой жест удивил его по-настоящему. Старшие ничего не ответили и пошли к себе в комнату, готовясь к завтрашнему учебному дню, Чехов собрал монеты и осмотрел их, дабы понять, не какая-то ли это детская шалость и шутка, но нет, деньги были настоящими. Осознав это, глаза парня загорелись и он стал размышлять что делать с этими накоплениями. На столе у него лежали русские книги известных писателей, которые он читал и бывало даже перечитывал. Поэтому недолго думая Чехов решил потратить эти деньги на весьма благое для творца дело. Юноша решил сходить в театр его города, на днях там как раз должна была состояться постановка известного романа, потому Антон назначил себе день и с этими мыслями вскоре уснул. Следующие два дня прошли как обычно, разве что у ученика не выходили мысли об театре. И вот настал долгожданный момент, отпросившись у отца и красиво одевшись, мальчик побежал смотреть сценку. Для него всё это прошло очень быстро, он был впечатлён и восхищён, словами не передать эмоциональное состояние будущего публициста. В тот момент в его разуме сияла только одна идея, что он станет писателем. Да, таким же как Гончаров, Карамзин и прочие знаменитые личности. Но весь этот настрой сбило только одно единственное событие. Дело в том, что в 1876 отец сбежал из-за финансовых долгов, продав все свои вещи, включая дом и бросив детей. Однако тогда на встречу пошла гимназия и выдала хорошему ученику скромную комнату, а у братьев тогда были накопления и они уже закончили гимназию. Действия отца убило в Чехове мотивацию делать что-то, однако его первое произведение было написано. Для тех это было несколько уникально, ведь Чехов написал юмористическое высмеивание жанра, что могло обернуться для него плохой стороной, потому решил не наживать себе больших хлопот. Спустя год, парень смог оправится от всех проблем, что настигли его и надо было нынче решать куда поступать. Однако в голову абсолютно ничего не лезло, ведь с литературой пока всё спорно, а к остальному нет ни малейшего желания. После учёбы наш герой прошёл к фонтану в городе, что находился около железных путей, где скоро должен был пройти пассажирский поезд. Сев у желанного места, писатель погрузился в свои мысли, смотря за прибывшим составом. В своих чертогах разума писатель размышлял о дальнейшей его судьбе и занятием, ведь с такими оценками ему многие двери открыты. Но из мыслей его вырвала сцена на вокзале, где один чиновник, явно ниже статусом, о чём говорит его одежда и отношение к собеседнику, разговаривает с человек ранга выше. Услышать их диалог юноше не удалось, но по мимике он постарался понять о чем идёт диалог. Судя по всему, джентльмен чином меньше пытался угодить своему собеседнику. Это заинтересовало ум учащегося и тот сразу поспешил в общежитие, а там сев за стол стал писать свою вторую книгу, которую он прозвал "Тонкий и худой". С того момента в мысли парня стала прокрадываться решимость выложить свою первую работу в свет. Через пару дней так он и сделал, отдав на рассмотрение. Однако почти сразу это одобрили, что невероятно обрадовало, многие положительно отозвались от книги, что тоже удовлетворило юного писателя. Он хотел опубликовать свое недавно написанное произведение, но его отвлек звонок в дверь, Антон сразу предположил, что прибыл почтальон. И был прав, но тот принес не то, что обычно, обыкновенную рассылку, тут же явилось нечто другое. Это было письмо в конверте, подписанное как некий Исаак Левитан, а сама записка гласила следующее. "Доброго времени суток, уважаемый Антон Чехов, ваше произведение произвело на меня невероятное впечатление, разумеется оно не лишено изъянов, однако для первого произведения вполне неплохо. Мне интересно, будете ли вы публиковать свое творчество дальше или бросите это ремесло?" Снизу было подписано имя и адрес, судя по нему дом находился недалеко. Публицист пожал плечами, положив письмо на полку, ведь по его мнению такие письма получают многие писатели, будучи на пике популярности, а это только его начало. Однако сразу же писатель взял конверт и стал идти по адресу, всё же ему было интересно, раз его творчество могут улучшить, да и человек весьма грамотный. Долго скитаться по улицам Таганрога не пришлось и уже вскоре перед Чеховым стоял небольшой частный дом сделанный из кирпича и древесины, нельзя сказать, что там распологался аристократ, скорее обычный житель со средним доходом, потому писатель постучался. Через пару секунд дверь скрипнула, открываясь и оттуда вышел мужчина в буром пиджаке и белой рубахе, словно он ожидал гостя. У него были карие глаза, чёрные волосы и небольшая борода. Он вежливо улыбнулся и жестом пригласил гостя войти, а тот медленно переступил через порог. Комната внутри была небольшая, картины самого художника висели на стенах, а также ещё пару известных живописей. Исаак сразу сел за небольшой столик, а писатель присел напротив того. Исаак: Здравствуйте, Антон Павлович Чехов, я полагал, что вы придёте после моей весточки. Что же меня зовут Левитан Исаак, я художник. Антон: Приятно познакомиться, я, таить не буду, пришёл сюда только для того, чтобы вы помогли мне улучшить меня, как писателя. Вы же сами это сказали, верно ведь? Тот кивнул и взял кружку чая, сделав один глоток, наш герой заметил напиток перед собой и тоже отхлебнул немного. Исаак: Вам подходит образ юмористического писателя, что высмеивает различные темы, которые могли бы быть насущны всегда, понимаете? Чехов: Ох, кажется я стал понимать. То есть мне надо в своих произведениях быть не Эзопом, а создать свой стиль, где бы я высмеивал проблемы общества во все времена? Исаак улыбнулся и кивнул, радуясь, что беседовник правильно понял его мысли. Чехов: Кстати, я принёс с собой свою работу, которую мне хотелось бы опубликовать. Не против прочитать? Художник кивнул и взял бумагу, которую ему протянул писатель, начав читать. Через пару минут тот посмотрел на публициста и улыбнулся. Исаак: Это очень хорошо! Однако я бы поменял название на "Тонкий и толстый", а также пару моментов. Вот, смотрите Начал объяснять тот, показывая строки, где бы он что-нибудь изменил. Через полчаса диалога и обсуждения его работы, Антон встал и поблагодарив Левитана стал одеваться, однако резко остановился вспомнив то, что он кое-что хотел спросить. Чехов: Кстати, как ты думаешь, куда бы мне поступить? Услышав это живописец слегка улыбнулся и посмотрел на собеседника Исаак: Мы одинакового возраста, так что меня сам терзает этот вопрос, тут я не помощник, уж прости Драматург кивнул, поблагодарив Исаака за всё и направился к себе, пока на улице была уже тьма и только фонари освещали путь. Вернувшись в общежитие, первым делом наш герой стал исправлять все ошибки и неточности в своём произведении "Тонкий и толстый", а также размышлять над тем, куда же ему поступить. Он отсеивал много вариантов, архитектор, лингвист и ещё множество других, однако один вариант в его голове был весьма заманчив - врач. Ведь эти люди спасают жизни от никому неизвестных болезней, так что почему бы не рискнуть, Антон получит больший кругозор в жизни и сможет написать про это произведения, что сподвигнут людей следовать похожему пути. Потому уже завтра Чехов узнал все про то, как поступить на доктора, и стал достигать своей цели, параллельно он опубликовал "Тонкий и толстый", что заимело у читателей очень много положительных отзывов, даже больше чем его первые работы, тут произошла отправная точка в карьере нашего писателя. И к тому времени в его голове появилась идея, что он поступит на врача, ведь с одной стороны это спасение жизни людей. Спустя времени, опубликовав ещё несколько произведений, таких как "хамелеон", "злоумышленник" и другие, Чехов накопил денег на жилье и поступил в лечебное училище. Потом его жизнь шла в гору, тот писал пьесы, что возымели огромную популярность, а также он спас немало людей от болезней, что были им неподвластны. С Исааком они стали хорошими друзьями, хотя тот уехал в свой родной город, ведь в Таганроге он был на пару недель, общение они поддерживали невзирая на такое расстояние. Также тот Антон отказывал себе ни в чём, он писал произведения за других, пытался сделать так, чтобы о его работах узнали больше населения, потому заказывал рекламы, также был не прочь посещать ночные клубы. Однако он быстро закончил с этим, ведь у него появилась жена, которую он любил. Но всё это изменилось 2 июля 1904 года, когда он с женой поехали отдыхать в Германию, тогда публицист уже больше не писал произведения, но не сильно печалился по этому делу. Но в эту ночь 2 июля Чехов встал, попросив у жены врача, та мгновенно его вызывала, хоть и не знала немецкий. Спешно приехал доктор, но Антон посмотрел на него с улыбкой и что-то пробормотал на немецком, ни врач, ни жена абсолютно не поняли что он только что истолковал. Но то было уже совсем неважно, ведь через пару секунд пульс Чехова совсем остановился, а он сам смотря в потолок, умер. Все его произведения выпущенные на тот момент, о которых знали не только на его родине, но и за границей тоже, все разы, когда он спас жизнь пациенту, к которому приезжал на дом, всё это не забылось, однако самое важное - он все же смог исцелить себя, найдя своё призвание в литературе и помогая другим. Теперь его имя красуется в учебниках, а посвященных ему портретов не считать по пальцем, такую жизнь прожил Антон Чехов - человек, ломающий свои пределы.

Арена рагнарёка в настоящий момент

Писатель перевел взгляд обратно на Фу Си под напряжённые взоры окружающих, затем он, не произнося ни единого слова, сделал своим тальваром вертикальный взмах, что наслал на врага огромную энергетическую волну в форме полумесяца, в котором виднелись крылья чайки сзади. Это был мощный слэш, что шёл на бога с огромной скоростью, тот попытался уклониться сразу же, но эта техника была слишком быстра даже для такого опытного бойца. Потому он, осознав, что его попытка провалилась, попытался защититься своим дао, однако это не сильно ему помогло. Божество слешем откинуло назад на 10 метров, предварительно лишив его 3 пальцев на правой руке, оставив только указательный и безымянный, а также нанеся шрам на груди. /•АККОМОДАЦИЯ ЖЕЛАНИЙ•\ Юй-Ди, Шива, Вишну, Зевс, Вили, да и все остальные небожители не могли поверить своим глазам в то, что сейчас увидели. Раньше человек и близко не стоял с тем, что он только что показал, быстрая разящая техника, что поразила повелителя Востока. От шока все молчали, Брунгильда лишь слегка улыбнулась, радуясь такому повороту событий, а младшая ликовала за её спиной. Властная поза Юй-Ди сменилась зрительской, которому было интересно каждое движение бойцов, ведь для него было невозможно то, что он сейчас увидел. Зевс, Гермес и Деметра тоже стали более серьезно относиться к стычке. А это событие никак не поменяло отношение Достоевского к битве, тот продолжал смотреть за сражением. Достоевский: Эх, нужно быть действительно великим человеком, чтобы устоять против такого здравого смысла, что люди доминируют над богом.