лоботомия это хот

моя безмозглая принцесса. денджи было похуй на фестивали. он был паразитическим организмом, пиявкой на чистой коже коллектива, и пока весь класс суетился и готовился к празднеству, денджи стоял на периферии: как бы есть, но как бы нет. первый год в старшей школе, но денджи уже перегорел. столь желанная нормальная жизнь, но уже ненужная, бесполезная. был отребьем, но остался им даже в приталенной школьной форме. фестивали — это такое глупое и анимешное занятие. он что, героиня k-on? какие кафе, какие музыкальные номера, какие выступления литераторов? может, его еще в форму французской горничной оденут и заставят отыгрывать сценки из сенен-ай с йошидой? похуй. похуй. поебать. ему нравится полоскать желудок алкоголем: он так мило сжимается после водки натощак. пиво лучше. после пива еще можно функционировать, поиграть в приставку вечером, полистать твиттер, пообщаться с асой, кишибе или еще кем-то, сходить в школу и подрочить в школьном толчке. внутри одной кабинки есть надпись на стене: фумико одевается как давалка. да. дает пищу для размышлений. — я участвую в школьном фестивале, — говорит аса, когда они с денджи сидят в кофейне. взгляд асы отстранен и теряется за оконным стеклом. у малышки вновь медикаментозная терапия, поэтому она чуть потеряна и чуть глупышка. — nah? ты же асоциальная хикканка. — я хочу… — аса замолкает. ее подушечка пальца нежно поглаживает край чашки с горячим кофе. — мне нужно налаживать социальные связи. хочу стать лучше. «не хочешь наладить связь своего рта с моим членом?» — думает денджи, но молчит. ему приносят горячий круассан и стакан холодного бирюзового коктейля. денджи молча пялится на официантку, пока она не уходит. грудь размера второго. как у асы. — бля, это круто! — говорит денджи. — типа ты берешь и делаешь себе по новой. реальный self made. я горжусь тобой, асечка. — спасибо… — робко улыбается митака и отвечает размазанным, максимально растворенным в транквилизаторах взглядом. — ты чувствуешь себя лучше, да? как твое принятие собственного тела? — оу… я лучше уже к нему отношусь. не делаю глупостей. — и слава богу… ты же у меня такая красивая. — да ну… — такая сексуальная… — денджи, боже. его кроссовок утыкается в носок лоферов асы. митака отворачивается. денджи касается губами трубочки коктейля, отпивает немного и говорит: — я пересматривал твои старые фотографии. где ты позируешь похлеще модели с онлифанс. такая услада для глаз. — ты меня позоришь на публику. — ты уже мокрая? — немного. заткнись нахуй, позорник. некоторое время они пьют, каждый свое: аса — горячий кофе, согревающий ее остуженное транквилизаторами нутро, денджи — безалкогольную «голубую лагуну», у которой просто прикольный цвет и после нее язык будет синий, как у мертвеца. еще теплый круассан съедает митака. денджи угощает свою подружку, проявляя небывалую для себя щедрость. — я тебя хочу трахнуть, знаешь? — спрашивает денджи. — я обсуждала с психотерапевтом тебя. точнее твое присутствие в моей жизни. она сказала, что ты очень травмированный человек и переводишь все интеракции в еблю из-за душевных ран и руины в голове. — я просто хочу, чтобы твоя жопа упала мне на лицо. — тебе тоже нужна помощь. — вообще прикольно, что твой психотерапевт знает обо мне. блин. с родителями друг друга мы познакомиться, очевидно, не можем, зато ты можешь познакомить меня со своей мозгоправкой, а я тебя с кишибе. — мы не в отношениях сейчас. — я бы подрочил тебе здесь сейчас. — я хочу кушать. может, сходим в кфс? — можно. у тебя остались таблетки? …однако аса на фестиваль идет. денджи это сбивает с ног. заставляет задуматься, включить интеллект на одну десятую секунды, убрать руку с члена, чтобы положить ее на висок и помассировать его. аса… ее фигура все еще занимает важное место в подгнивающем мозгу денджи. они ссорятся, они мирятся, они расходятся, они дружат, они слюняво облизываются под светящимся кадуцеем аптеки, денджи тусуется с фумико и кончает ей на живот, пока асу изъедает тревога, — больное, нездоровое, но плоть от плоти самого денджи. это его порок, будто сросшиеся ребра. сколько любви в его патологии — неизвестно. @1denjjjigkhk извни мне сиыдно       @1denjjjigkhk что пристаю       @1denjjjigkhk не буду некотрое время псиать @asa2facedd ты чего @asa2facedd что за раскаяние внеплановое @asa2facedd не глупи и продолжай писать дурак в описании профиля асы написано: «SUFFERED LOBOTOMY». героиня. лоботомированная малышка. у митаки нет проколов в языке или более пикантных местах, зато есть прокол в мозге — и ему не хватает только пирсинга. аса присылает новое сообщение — [фото] — и перед денджи предстает измученное лицо девушки, с очерченными синяками под глазами и взъерошенными волосами, заколотыми в нечто до невозможности авангардное. внизу виднеются плечи митаки, со сползающей белой футболкой и с черной лямкой лифчика у возвышенности ключицы. @asa2facedd готовлюсь к фестивалю заебало @asa2facedd ты пойдешь? даже не планировал. @1denjjjigkhk если позовешь @asa2facedd зову. иди. денджи хочет спросить, что же она такого готовит для фестиваля, но предпочитает оставить такой вопрос для личной встречи. в холодильнике его ждет последняя банка пива. @asa2facedd <картинка> умилительная картинка: две разнополые аниме-шалавы обнимаются в взрыве сердец и поцелуйчиков. подпись: мы. ох, митака-тян проявляет столь несвойственную для холодной, оцепенелой себя нежность… новые транквилизаторы? @1denjjjigkhk ну мыи        в школе аса стоит среди одноклассников и вяло посмеивается над их щебетанием: видимо, рассказывают что-то забавное. аса выглядит чуть лучше, чем на ночном фото, но недостаточно хорошо, чтобы производить впечатление чего-то живого и бойкого, чем она и пытается выставить себя. денджи подходит к стайке щебечущих школьниц и стеклянным глазами окидывает их. — аса, прив. как дела. — привет, нормально, — слабо улыбается она. — не ожидала тебя увидеть на занятиях. ты сегодня на подъеме. — ага, geeked up. не хочешь погулять после уроков? — извини, у меня подготовка к фестивалю. — вечером. аса оглядывает замерших рядом пустоголовых одноклассниц, крутит головой и с усталым энтузиазмом произносит: — о. можно. их разговоры со стороны выглядят как торжество безэмоциональности, но денджи видит в языке тела асы и на ее лице некую радость, даже бахвальство. денджи собирается уходить, но митака вцепляется в рукав его пиджака, немного колеблется, будто желая прильнуть, обнять либо поцеловать, и говорит: «я люблю тебя». непритязательная публика ахает. денджи отвечает, что тоже любит асу. непритязательная публика ахает. двое горе-любовничков гуляют по супермаркету в поиске газировки. аса очень хочет содовую с имбирем и лимоном, но среди бесчисленных баночек сложно найти ту самую. денджи заглядывается на лицо асы. красивое. может, не объективно, но субъективно. приятное и желанное. конечно, денджи бы не шлепнул асу по лицу, даже в момент самого страшного гнева. а вот по жопке… он бы хотел ее любить, но это тяжело. ее голова больна. аса придирчиво перебирает банки газировки, даже читает состав и ощупывает их совсем как-то аутично, будто смакуя разную текстуру поверхности. денджи достает телефон и ныряет в переписку с митакой. старое. @asa2facedd я бы хотела чтобы ты провел между ножек... @1denjjjigkhk рукой? @asa2facedd сначала рукой... потом можно и чем-то другим @1denjjjigkhk ичем же @asa2facedd мужским........... @asa2facedd органом........ @1denjjjigkhk ? @asa2facedd пенис @1denjjjigkhk хуй @asa2facedd эаэаэа @1denjjjigkhk хочешь хуй да @1denjjjigkhk мой @asa2facedd хочу... кажется, она тогда еще чего-то хотела. искренне. потому что душа просит. потому что между ног влажно, как утренняя роса и бла-бла-бла, подумайте хокку сами. потому что она молодая девушка, ждущая чего-то от этой жизни. сейчас асачка старательно имитирует заинтересованность в чем-либо: фестиваль, отношения, банка газировки — но мысленно она лежит в канаве, вспоротой ране земли, и гниет, и смердит в ней в полном одиночестве. и ей не до члена денджи. и до самого денджи тем более. — ты сегодня такая милая, — говорит денджи. — правда? — спрашивает аса без эмоций, полируя взглядом логотип ванильной газировки. — милашка-бейбигерл. — мы же на свидании? — да. — значит, мы будем целоваться. — вполне. обязательно. аса отрывает взгляд от банки и смотрит на денджи. «мне нужно купить жевачку, хочу, чтобы у меня изо рта пахло бананом и арбузом», — говорит митака. денджи кивает. его спутница ставит ненужную баночку светло-песочных оттенков на полку и берет другую, темно-коричневую, затем шагает на кассу. денджи пристраивается сзади. его рука щипает зад асачки — та стреляет недовольным взглядом, но молчит. — классная, — говорит денджи. — что «классная»? денджи нагибается к ее ушку и обдает жаром: «попа». выбирает слово помягче. аса немного краснеет. — опять со своей похабщиной лезешь, озабоченный. они встают в очереди на кассу. глядя на камеру видеонаблюдения, денджи обнимает асу со спины, кладет голову ей на плечико и, проскользнув от живота до верха, нежно сжимает левую грудь асы. митака дергается и краснеет. клерк перед ними тоже выглядит встревоженным и периодически косится. — так что будет на фестивале? что ты делаешь? — спрашивает денджи. — это будет сюрприз. митака сбрасывает его руку, слегка отходит и, колебнувшись пару раз, кинжально чмокает денджи в щечку. типа плохой, но хороший. денджи смотрит на бледноватые губы асы и хочет в них впиться, попутно стискивая зад бедной аутичной малышки так сильно, чтобы она пискнула во время поцелуя. на улице разговор возобновляется. — назови хотя бы вектор, аса. — м-м. — аса пригубливает банку газировки. — это будет косплей. — косплей? — не совсем в прямом смысле, но элемент игры и перевоплощения будет. — надеюсь, твое перевоплощение будет подчеркивать твои достоинства. — достоинства? и какие? — острый носик маленькой хикки, плоский живот и комфортные, мягкие сиськи. — …иди на хуй. аса краснеет и пьет газировку. — что самое обидное? — спрашивает денджи. — про сиськи? — про хикку. — это шутка. — не булль меня за то, что была асоциальной чмошницей. иначе эти мягкие, комфортные сиськи больше комфорта тебе приносить не будут. — шантаж… дазай-кинни на асе митаке… — ты меня вовсе за жопу ущипнул, щипун. для пущей романтики денджи поцелует свою асоциальную чмошницу за лавкой с уличной едой. после поцелуя на губе асы останется ранка кровоточащая ранка. пахнет арбузом и бананом. денджи все еще человек-бензопила, однако редко вспоминает об этом. …фест. денджи так и не вступил ни в единую команду: нахуй надо? — но ради асы, асачки приходит и даже надевает почти чистую рубашку, которую он предварительно погладил ладонью в попытках приручить складки. складки оказались дикими и приручаться не захотели. денджи идет по фестивальной «улице» помятый, от одежды до лица, озирается вокруг и ищет асу. где же его аутичная принцесса? — денджи! — раздается приглушенный вскрик, и денджи оборачивается. митака. его малышка митака. в образе. если честно, денджи немного разочарован. образом оказывается костюм французской горничной. не очень стандартный: другие оборки, чуть иной фасон, более приталенный, более ассиметричный в юбках, есть элементы розового — но общая суть ясна: это мейдочка. обычная мейдочка. денджи не выдает своего разочарования, не дурак. — блин, аса, вы организовали мейд-кафе? — спрашивает денджи. — ага, — улыбается аса, подходит к денджи и обнимает. — я две недели по ночам платье шила… тебе нравится? — бесподобно. — правда? не хитришь? — хочу такую горничную себе на хату. — хм… зависит от твоего поведения, мопс. — митака искривляет губы в подобие плутоватой улыбки, и денджи отвечает ей снисходительной усмешкой. — деньги взял? заходи в кафе нашего класса!! — и кто меня будет обслуживать? — я, кто же еще? — а, я надеялся, что это будет какая-то симпатичная девочка… — митака мрачнеет. — …а не горячая аса митака, которая очень негативно влияет на меня… не могу думать, вся кровь отливает куда-то прочь из мозга при виде такой красотки… — было бы откуда отливать, денджи. заказ денджи не мудрен: чай с пятью ложечками сахара и чизкейк. кофе делает какая-то девушка, ровесница асы, тоже в костюме мейды, а за чизкейком отходит нескладный пацан в очках — и без формы горничной, а в обычном одеянии клерка, разве что рукава рубашки по-летнему короткие. аса глуповато воркует вокруг денджи — и все вокруг это видят. когда денджи приносят заказ, он неспеша отпивает половинку чашечки чая, затем терзает вилкой чизкейк. асачка обслуживает еще пару школьников и аж одного учитель-сана. — ну что, нравится? — спрашивает аса, нагнувшись перед денджи так низко, что тот может заглянуть в грудной вырез платья. вот что называется — loyalty. верность. — клево. круто. — я, если честно, очень нервничаю… это такая социальная работа, а я такая социально-неловкая. — аса выглядит печальной. — как хорошо, что сегодня мне попадаются только добрые люди. все поддерживают нашу инициативу! даже ты. — даже я? — даже ты, — кивает аса и слегка улыбается. денджи говорит, что хочет сказать асе кое-что на ушко. аса с невинной улыбкой нагибается, одергивая сзади юбку — на всякий случай. денджи обхватывает губами ухо митаки, следя за собственными зубами (не дай бог откусить), и кладет руку ей на грудь — как обычно. удивительно, но: денджи любит бубсы. аса вспыхивает румянцем. маленьким кулачком бьет денджи в бок, но урон незначительный. денджи сам отлипает. — как насчет десерта? — говорит денджи. — ты дебил. — я люблю тебя сильно-сильно, пошли… куда-нибудь прочь от посторонних глаз.