День седьмой

За спиной полыхает безумная зверская ярость, Выжигает мечты и желания дикий пожар, От спокойных безоблачных дней ничего не осталось, Поднимается чёрными хлопьями в небо душа. Впереди нависают холодные тёмные стены, Освещает больное нутро безучастная синь, За невинные жизни умело назначены цены, На удобной отметке шкалы замирают весы. Лёд и пламя кусают друг друга на тонкой границе, Разливаются огненно-снежной бурлящей рекой, То надежда на острых обломках несмело искрится, То неверие топит печалью и горькой тоской.