Parlez-vous français?

Северус любил романы. К мелодраме он относился избирательно. Поэтому книга, не заинтересовавшая его за первые пару дней прочтения, улетала в библиотеку Хогсмида, ну или на крайней случай в библиотеку Хогвартса. Северуса не радовал факт захламления школьной библиотеки, в которой он сам проводил достаточно времени, тем, что его самого не устраивало. А вот библиотеку Хогсмида уже ничто не спасет от завалов макулатурой. У Северуса была чуйка на тихие, безлюдные места, которые могли быть найдены им даже в самых загруженных районах. Ну или же во дворе окружённого жилыми трёхэтажными домами, вход в который состоял из узких уличных закоулков между улицами на окраине городка. Там, в заросшем самобытными колючими кустами и плющём дворе, располагалось заведение что по задумке, видимо должно было входить в котегорию «кафе», но на деле тянуло только на «котлетную жраловку». Благо у двух собутыльниц, которые и владели этим заведением, хватило мозгов на то, что бы выставить не самые убитые стулья и столы на улицу, под держащийся на божьей воле навес, и не высовывать свои носы из-за пожелтевших дверей. Там и пристрастился Северус просиживаться во время прогулок для чтения. Заказывать что либо изнутри редко открывающихся дверей Северус не спешил вот уже половину года точно. Стоило пару раз уверенным тоном ответить на выкрикивания, явно не благоразумных хозяек, какой либо мыслью что по глубине своей превосходит уровень мышления морской свинки, как вопросы к его оживанию в этом месте иссякли. Кажеться дело было в девяностых. Да точно. Столь же ранних сколько и тогдашняя осень. Вечерело, но дни все ещё были длинными, так что закат был ещё далёк. В тишине двора хорошо послышались неспешные, вдумчивые шаги. Прислушавшись к которым, сомнения Северуса улетучились. Периферийное зрение прекрасно разобрала фигуру в светло сером приталенном пальто, брюках, тона чуть темнее, и молочной кофте. Девушка так же быстро как и пришла, подвинула к себе стул от рядом пустовавшего столика и присела сложив руки на столе. Перед Северусом снова оказались карие глаза с мимолётными синяками под ними. А на голове не замудренная гулька, что по анализу Северуса была заплетена ещё ранним утром под предлогом < потом переделаешь Лисса >. Но это маленькое дельце было отложено и забыто как малолетний сирота в свой день рождения. Северус уложил руки на столе как сделала это девушка. Лисса осмотрелась вокруг и даже кинула взгляд на закрытые двери кафе. Несколько часов назад она вернулась из кратковременного визита в Йорк и по возвращению в Хогсмид она уже успела зайти в однокомнатную съёмную квартиру в спальном районе в паре переулков от торговой улицы. Там она прошлась по коридорам, порылась в ящиках кухни, и взяв в руки несколько печений, вышла на улицу. Где в четверти мили нашла человека с ключами от этой же квартиры. Северус был похож на нее. Она видела это невооружённым глазом. Был ли это просто схожий характер? Нет, не совсем… Скорее крайне схожие вкусы. Оба были людьми с личностью что выделялась из толпы. А вот вкусы в одежде, музыке, литературе, у них были очень схожи, и отнюдь не тривиальны. Северус откровенно удивился когда начал замечать что в мелких высказываниях Лиссы находил схожесть со своими взглядами, он находил их интересными и глубокими, ну или хотя бы забавными. Он находил себя в раздумьях днём и ночью о ней о её высказываниях. Лисса только поражалась насколько этот человек разделял её, несомненно, утончённые и мудрые идеи о тех, или иных вещах. То как бы они поступили в той, или иной ситуации исходя из моральных принципов или просто логических решений, явно имело бы общую идею. Хотя, у Лиссы моральных преград принципов было чуть меньше. Хоть так и на первый взгляд не скажешь. А ей так нравилось узнавать о Снейпе все больше и больше фактов что вызывали у нее симпатию. Будь то что то, что их объединяет, что то, что схоже в них, или просто что то уникальное, милое и занятное. И все же они были схожи намного больше чем им казалось. Они оба считали себя крайне здравомыслящими, талантливыми людьми. Разве что Лисса чуточку больше. — Какая занятная вещица Лисса указала взглядом на локоть Северуса и то что он под ним держал. — Книга? Невообразимо занятная вещь Саркастично и нехотя ответил он. — Нет же. Чехол для книги На книге Северуса и вправду красовался тёмно синий чехол с рельефным узором по краям который Лисса уже наблюдала не первый год. Однажды ещё в юности проходя по вторничной барахолке на одном из разложенных прилавков Северуса зацепил поношенный, но качественный чехол для книг. Не долго думая он понял что это одно из лучших вещей что он нашел на барахолке, а находил он много чего. Северус быстро пристрастился к чехлам и скрыть того, что он читает от посторонних глаз. Лисса часто видела как Северус читает книги что он носил с собой. Часто они могли сидеть вместе в библиотеке, в классе Хогвартса, или в подобных тихих местах как этот двор, включительно. И это добавляло ей нетерпимого интереса заглянуть на страницы того, что читает Северус. Что на самом деле она и делала. — Да ладно тебе. Что там у тебя? Лисса протянула руки по небольшому столу и сама театрально налегла на него в сторону Северуса напротив. Он открыл книгу в руки и оперся локтями на стол поднеся книгу себе к лицу. — В Англии все величественно, даже дурное, даже олигархия. Английский патрициат — патрициат в полном смысле этого слова. Нигде не было феодального строя более блестящего, более жестокого и более живучего, чем в Англии. Правда, в свое время он оказался полезен. Именно в Англии надо изучать феодальное право, подобно тому как королевскую власть надо изучать во Франции. (@Виктор Гюго — Человек Который Смеётся.) Немного запоздало зачитал Северус несколько строк с самого начала книги. — Что то знакомое Протянула Лисса подняв голову к небу все так же располагаясь на столе. — Позволька посмотреть Быстро бросила она как раз резко вставая из-за стола и в пару шагов встав за спинку стула на котором сидел Северус. Последний чуть прикрыл книгу но исходя из познаний Лиссы и её таланта выпытывать то что её интересует из людей (и из Северуса в частности) он сильно не сопротивлялся. Лисса встав сзади правой рукой перелистнула страницу на следующею и пробежала глазами по тексту. — Parlez-vous français? -oui mais J'ai lu plus На страницах фигурировали французские письмена. — L'Homme qui rit, Victor Hugo — Оh mon tout années d'adolescence Вернувшись на стул не поодаль Лисса подперла голову руками и продолжила: — Аlors tu lis le français? — Ну не просто так же, я смотрю на текст Северус будто хотел продолжить но ему не позволили: — Как же так получилось? Протянула Лисса смотря ему прямо в глаза. Северус прежде чем ответить хранил молчание доброю половину минуты не разрывая зрительного контакта. В глазах девушки он видел донельзя притягивающий образ. Лисса никогда не была обделена остротой языка, нескромной уверенностью и доброй долей азарта. Как в прочем и талантом и интересом к крайне сложным аспектам темных, и не только, искусств. Он же находил это просто прекрасным. Её мысли и идеи вдохновляли. А образ вызывал привыкание к уютной компании. Северус на секунду перевел взгляд правее на пожелтевшие двери, а потом снова быстро вернул его на Лиссу. Она без замедления обернулась и прищурилась. Невдалеке от внутренней стороны дверей, за прилавком стояли два силуэта, смотря лицом ровно вперёд. — Да так. Увлекался французскими зельеварами во времена старших курсов Лисса ничего на это не ответила. — Как прошел твой незначительный отъезд? Лисса повернулась обратно к Северусу. — Скучно. Я устала, и хочу домой Не задумчиво и сухо ответила Лисса. Северус уловил нотки наигранности в ответе и поспешил встать вслед за девушкой, направляющейся в сторону заросшего плющем выхода в переулки. Под ногами бежал асфальт потрескавшегося тротуара окраины, торговая улица которой пестрела вывесками и навесами различных магазинов. Прохожие, далеко не выглядящие как преданные оптимисты, плелись в разные стороны. — Вот только что это кафе меня напрягло. Пара шагала не спеша. Оба спрятали кисти рук в карманы верхней одежды. — Я наблюдаю за ним. Не думаю что пара страдальцев белой горячкой представляют из себя хоть что-то, о чем ты могла бы беспокоиться. Девушка снова промолчала. Она всегда так делала когда откровенно не хотела продолжать диалог. Ничего лишнего. Только чистая правда о нежелании. Не со всеми она могла себе такое позволить. Ох, далеко не со всеми. — Все же… Я бы разглядела в тебе Французские корни, только будь бы они. Они поднимались по узкой лестничной клетки. Стены были покрыты тонюсенькими вьющимися линиями какого-то растения. А на старых деревянных перилах были вырезаны кругловатые формы, для предавания дороговизны изделию из дешёвого дерева. Стоит ли упоминать что это нисколько не помогало? Тем более на фоне белых бугристых стен. — Но их нет. По крайней мере насколько мне известно. А и давай будем честны, <Распознала> и <прочитала в личных делах> вещи разные. Северус зашарил по карманам в поисках ключей от квартиры на втором этаже. — Ах! Как ты можешь сомневаться в моих чисто дедуктивных навыках?! Театральную паузу в реплике Лиссы заглушил щелчок дверного замка. — Ни в коем случае. Просто суммирую нажитый опыт. Северус вошёл внутрь узкого коридора. Девушка быстро сняла пальто ещё на лестничной клетке, и ловко повесив его на крючок на стене и скинув обувь проскользнула мимо Северуса в глубь квартиры. Северус молча, не спешно снимал мантию и разувался. — Надеюсь ты нассумировал достаточно чтобы понять что от меня ты французскими зельеварами не отделаешься Северус прошел левее на кухню. Где левитировали ложки, сахар, чашки и горячий чайник разливал по ним кипяток. — et toi? Comment connais-tu le français? Северус присел за маленький стол. Площадь кухни в стареньком доме не позволяла разместить стол хотя бы человек на четверо. Только квадратный деревянный с резными закругленными ножками. Им двоим этого хватало. — J'ai rendu visite à ma grand-mère au village На столе на искосок лежала квадратная, вязаная, белая подстилка, что не закрывала собой бо́льшую часть стола. Только центр, игнорируя углы. — Приятный способ выучить язык Лисса присела за стол начав переставлять ноги под ним. — Где то после Хогвартса выпала мне на плечи доля беседовать с одним франкоговорящим… Гостем. Как позже и выяснилось, именно по причине его франкоязычности. А цель моя тогда была выведать у него то да се, что он, скажем так, не горел желанием рассказывать добровольно. Лисса наконец устроила свои ноги под столом, предварительно несколько раз пнув ими Северуса. За ней, над столешницей, все ещё кружили заколдованные столовые приборы. — Вообщем, я мелкий дурень, стрессанул, психанул и залез глубже чем следовало бы, и так скажем испытал сложности выхода из его сознания. На стол приземлились две чашки с теплым кофе. Северус рассказывал в кратце, и без особого удовольствия. — Ну а дальше технические ошибки. Лисса наклонила голову в бок требовательно смотря на Северуса, что спокойно собрался пропивать кофе из близь стоящей к нему чашки, не собираясь продолжать рассказ. — Ты перевел мозговые импульсы полученные из воспоминаний в речь? Северус легонько повел головой из стороны в сторону пару раз говоря мол < «думай дальше» > и отпил из чашки с кофе после чего моментально поморщился. Лисса улыбнулась про себя. — Воспоминания хранились в том, как он их запомнил. Слова ведь лишь созвучие звуков воспроизводимые для коммуникации что в умах людей означают одни и теже понятия. Я всего лишь перенял то, какие слова в его сознании означают те или иные понятия, которые я в своей голове называю по другому. К Северусу подлетела сахарница с чайной ложкой в ней, что начала сластить содержимое чашки. — Я просто накопил словарный запас тех слов которых он знал на французском и подставил их под соответствующие значения на английском. Ну и общее строение языка захватил. С того, как формулировались его воспоминания Чайная ложка помешивала сахар в чашке пока Лисса спокойно пила из своей. — И это все за один сеанс лигилеменции? — Адреналин творит чудеса. Сахар уже должен был раствориться, и Северус наконец отпил. — Знаешь я очень надеюсь что твое объяснение такого опыта на таких… Ограниченных тонах это все же последствия твоей профессорской проф.деформации, а не того что ты считаешь меня недалёким человеком который не в состоянии понять более профессиональные термины. Северус чуть улыбнулся все ещё выпивая подостывший кофе и приподнял брови. Он не знал что ему ещё сказать. В его окружении не было человека который знал бы о этой истории. Та же Минерва не была в курсе, да и Альбус вряд ли догадывался. Он вообще не вспоминал о том что знает дополнительный язык. Только изредка на глаза попадались книги на французском, на той же барахолке по заниженной до смехотворства цене, что и напоминали о такой привелегии. Был конечно у него в какой-то момент прилив мотивации, и он углубился в грамматику. Так, для галочки. Но как дело дошло до произношения (навык который не шел в комплекте со всем тем что упало на Северуса с небес) Северус потихоньку забросил это дело. — Разумеется, это проф.деформация. Девушка поставила чашку на стол с глухим звуком и встала чуть опираюсь на нее. После чего чашка отправилась полоскаться под струёй воды, а сама она подняла руки вверх и потянулась. Северус быстро отправил свою чашку вслед за Лиссиной и прошел правее по квартире. По дороге к смеркающейся гостиной, он захватил с полки в коридоре у входной двери свою книгу, которую он оставил там при входе когда разувался. В гостиной Северус уселся на край бежевого, мягкого, дивана. Лисса вообще плохо переносит твердые поверхности. Что интересно так это то, что она вполне осознанно может заснуть на каком нибудь двухместном, чуть ли не полуслатьном диване. А вот осознает насколько она не права только на утро, когда пойдем искать обезболивающие для поясницы. Поэтому в квартире, которая по большому счету снимается на имя Лиссы, Северус чуть ли не проваливался в диваны и кресла, на столько они были воздушными. Северус закинул ногу на ногу и открыл книгу на отмеченной синей лентой от чехла для книги, странице. Не успел он прочесть и пары строк как к нему под бок подсела девушка прислонившись к его плечу. Он отложил книгу на ноги и приобнял девушку целуя её в макушку. На что она заёрзала пытаясь подобрать свои ноги к себе поближе. Северус чуть развернулся в её сторону и обнял двумя руками таща на себя. Когда Лисса наконец устроилась в обьятьях и расположила ноги на диване так что бы те не ныли хоть какое то время, книга с ног Северуса взлетела на уровень их глаз и зависла в воздухе открытой на половине. — Он уже отказал герцогине? Сразу спросила девушка. Северус умиротворенно угукнул в ответ. — Когда ты это читала? — Лет так в… Пятнадцать. Лисса забегала глазами по странице. Северус некоторое время засмотрелся на её макушку вскоре снова целуя, а после тоже возвращаясь к чтению. И черт с ним с этим французским, черт с ним с этим французом где бы он сейчас не был. Он расскажет и покажет ей все чего она только захочет. Если что бы их что то объединяло ему нужно рассказать об этом почти забытом опыте, он сделает все. Пусть хоть она сама копается в его сознании сколько захочет. Если цена ещё одного вечера в разговорах о магии контроля разума, темных искусвах, психологии и просто диалога с ней, те ужасные головные боли которые приследовали его еще неделю после этого кошмара, тот ужасный лингвистический беспорядок который творился в его голове ещё месяц, и ужасно раздражал лигилемента, то ужасное чувство когда он путался в мыслях и затруднялся элементарно вести диалог с прохожими, путаясь в языках, тот ужасный страх застрять в чужом сознании на веки вечные что еще не раз догонял Северуса во снах, и все те остальные не приятные последствия, он готов заплатить хоть в тройне.