Проседь

У тебя на макушке снега.   Распростертые крылья — Бестолковая в сущности вещь, ведь они не летят. Схоронивший себя в серовато-разбито-унылом, То моргаешь совой, то несешь чепуху невпопад,   Будто я тебя проклял, будто тело расшито в иголках, Будто мы виноваты вдвоем...   Может, это и так.   Только где-то в углу я рыдаю подстреленным волком, Отбиваясь от стаи дворняг.   Ну а ты! Ты гляди, моя пташка, гляди. Твоя славная проседь Подтвердит: позади нас с тобой да не час, да не день — целый век. Впрочем, больше ничто не вредит, волен попросту бросить. Но смотри до конца, как страдает в любви человек.