23.

Ирина, стараясь избежать публичного конфликта, внимательно следила за мужем. Сделав глубокий вдох, она подошла к молодым людям и пригласила их присоединиться к трапезе. Официант быстро накрыл стол, а остальные гости переглядывались и тихо переговаривались. Ирина внешне оставалась спокойной, но внутри её бушевало возмущение. Геннадий, подойдя к молодым, сел рядом с женой. Он попытался её коснуться, но она жестом остановила его. Кривицкий уже собирался что-то сказать, когда вдруг раздался голос ведущего. — Уважаемые зрители, давайте поприветствуем на сцене супругов Ирину Алексеевну Павлову и Геннадия Ильича Кривицкого. Геннадий Ильич с осторожностью приблизился к своей жене, нежно взял её за руку, и они плавно двинулись в центр зала. По сигналу ведущего зазвучала мелодия вальса, и пара начала танцевать. Блондинка тихо, с лёгкой досадой произнесла: — И что это значит? — поворот — Ир… — он посмотрел на жену — Дорогой мой муженёк сегодня ночуешь в гостинице, или в зале мне всё равно. Пара закончила танцевать и направилась к своему столу. Гости проводили их бурными аплодисментами. Все пили шампанское, коньяк, мартини и другие напитки. Ирина стояла на улице, укутавшись в плед, и курила, глядя на небо, которое затянули тучи. На душе у неё было больно и обидно. Докурив сигарету, Ирина вернулась в ресторан, собрала вещи и уехала домой. Приехав в свою квартиру, она присела на пуфик, закрыла лицо руками и тяжело вздохнула. Сбросив каблуки, она направилась в ванную комнату, чтобы набрать горячую ванну. Ей хотелось смыть с себя липкий осадок сегодняшнего кошмара. «У тебя есть сын и дочь, и ты молчал. Посмотрим, как ты справишься. Геночка, игра начинается», — размышляла она, погружаясь в горячую ванну. Геннадий, сидя в ресторане, наблюдал за уходящими гостями. На душе у него было тяжело, он осознавал, что поступил неправильно по отношению к своей жене. Он размышлял о том, как найти слова для извинений перед Ирой. В этот момент к нему подошли дети. — Пап, — начала девушка — Мы не хотели портить тебе праздник, но на это есть свои обстоятельства… — грустно сказала она, посмотрев на своего брата — Вы где остановились? — В гостинице. — Завтра в десять в кафе на набережной встретимся, всё обсудим, а сейчас идите. Вас такси уже ждёт. Кривицкий проводил детей и тяжело вздохнул. Он не представлял и не понимал, что ему сейчас делать. Вызвав такси, мужчина направился домой. Приехав по нужному адресу, мужчина зашел в квартиру, где пахло духами жены. Он тяжело вздохнул и сел на пуфик.

НЕСКОЛЬКО ЛЕТ НАЗАД

— Я не собираюсь на ней жениться, я Иру люблю! Она моя единственная любовь… — Твоя Ирка, извини меня, конечно, ненадежна, сынок, а вот дочь моего… — Сам и женись на ней тогда, а меня в свои дела не впутывай. Я не хочу пойми, отец. — Гена, как ты не понимаешь, это ненадолго. — Я всё сказал… «Угораздила же меня, эх, сам виноват, не надо было подписывать эти бумаги».