То, что мы называем раем

То, что мы называем раем, мы увидим, но не узнаем, мы услышим, но не найдём даже солнечном ясным днём. Ни к чему на запястьях узел, тонет память в песках иллюзий. Никогда не поймём: мы тут, даже если нас приведут, даже если в него забросят, даже если исчезнет проседь, даже если земля ничья – нам не строить на ней маяк. То, что мы называем раем, мы упорно не выбираем. Мы с тобой говорим о нём, что его не сыскать с огнём, что наш компас был кем-то сломан, что нас ранит чужое слово: их, его и его, её. Исключительно не своё. Раз известно, что боль попутчик самый верный и самый лучший, чтобы поиски шли всерьёз, надо выплакать море слёз. То, что мы называем раем, по крупицам не собираем, пусть собрать его так легко, он ведь нужен нам целиком. Да и руки у нас кривые, жить с такими – игра на вылет, да, и смысл нам создавать, мы же люди, не божества. Где-то ждёт нас святое место, остальное не интересно. Смысла в рае частичном нет. Рай частичный не держит свет.