Глава 3

Страх — твой лучший друг и твой злейший враг. Это как огонь. Ты контролируешь огонь — и ты можешь готовить на нем. Ты теряешь над ним контроль — и он спалит все вокруг и убьет тебя. М. Тайсон

- Всем лечь на пол и не двигаться! - один из нападавших в очередной раз стреляет из автомата в потолок. Музыка уже не играет, ставивший только что свои сеты DJ лежит на полу с дыркой во лбу. Все входы и выходы забаррикадировали клубной мебелью, и теперь там стоят по два амбала с оружием. - Мы церемониться не будем, кто пикнет или дернется - получит пулю в лоб! Вы - рассадник разврата, алкоголизма и наркомании. Вас, свиней, резать не жалко! Я сижу у стены возле барной стойки и пытаюсь унять дрожь во всем теле. Не могу отвести взгляд от окровавленного тела музыканта, ведь на его месте спокойно могла бы быть я и осознание этого приводит меня в ужас. Я практически ощущаю пулю в своей голове, мозг одну за другой подкидывает кровавые картинки, заставляя меня содрогаться от накатывающих рыданий. В шестнадцать лет на моих глазах погиб мой одноклассник, и с тех пор, в моменты сильного стресса, я падаю в обморок, видимо в тот момент мой инстинкт самосохранения решил - что отключиться - самый лучший способ избежать перенапряжения нервной системы. Но сейчас я всеми силами пытаюсь себя контролировать, хотя упасть в обморок, прикинуться мертвой и не видеть всего этого ада на земле было бы неплохим вариантом. “Ты дышишь, Мэл? Только дыши, глубже, еще глубже, и еще глубже.” - Я отчаянно пытаюсь себя успокоить. В другой части клуба у одного из гостей не выдерживают нервы, и раздается женский крик и плач. - А ну заткнулись! - главный, с густой бородой амбал, стоящий по центру, выпускает автоматную очередь в угол, откуда донесся звук. Плач сначала сменяется криками ужаса, но и те быстро стихают. Лишь изредка слышно чье-то шуршание и всхлипы. - Значит так, мрази, - продолжает главный - как я говорил, нам вас не жалко, мы в любой момент готовы пустить вас всех в расход, так что лучше сидеть смирно. Мы пришли сюда вершить свой суд! Вы - дно нашего общества, погрязли в своих грехах и отравляете молодое поколение. Вас уже ничто не спасет, но мы перекроем этот источник разврата и убережем тысячи невинных душ. А теперь кто мне скажет, где хозяин этого сарая? Люди начали понемногу шевелиться и оглядываться, но ответа не последовало. - Мэл? - я услышала чей-то шепот из-за барной стойки, это был Дэвид. Он сидит на полу за стойкой и аккуратно подает мне знак подвинуться ближе. Его глаза полны ужаса, а по лбу стекали капельки пота - мне нужна твоя помощь, только не выдавай меня, хорошо? Тут есть выход.. - Выход? Дэвид, они перекрыли все выходы - мне приходилось сдерживать себя изо всех сил, чтобы говорить шепотом и не сорваться на крик, нервы натянулись в тонкую струнку, грозя вот-вот порваться. Страх крепко сжал мое горло и каждое слово давалось с неимоверным трудом. - Тут за стойкой вентиляционная шахта.. по ней можно проползти… она выходит прямо на задний двор, но нужно вскрыть решетку, очень тихо…за стойкой они могут нас не заметить…прикроешь меня? - Мужчина дрожащими руками указывает мне на еле приметную решетку, окрашенную в цвет стены и расположенную прямо у пола за баром. Я прикинула, что если ее снять, то взрослый человек вполне пролезет, только ползти придется полулежа, по металлическому коробу, стараясь не издавать шума. Вариант выглядит очень рискованно, практически нереальным, и я тут же начинаю сомневаться, может быть стоит подождать? Полицейские должны уже приехать с минуты на минуту. Да и вряд ли террористы хотят перестрелять нас всех. - Он здесь, - слышу еле громкий женский голос где-то сбоку - поворачиваю голову и замечаю рядом с собой черноволосого корейца и его спутницу. В какой момент они тут оказались? И слышали ли то, что сейчас сказал Дэвид? Девушку всю трясет, словно в лихорадке, даже в полутьме отчетливо видно побледневшее лицо. Высветленные волосы растрепались и выбились из некогда аккуратно уложенной прически, тушь растеклась, а помада размазалась по щекам. Блондинка бешеными, заплаканными глазами смотрит на Дэвида и медленно поднимает руку, указывая прямо на хозяина некогда роскошного клуба. - Не надо, прошу - шепчет ей кореец - они убьют его и тебя… Тут девушка резко подрывается и кричит сорванным голосом: Он здесь, забирайте его и отпустите меня! Пожалуйста, я не хочу умирать! - девушка, совершенно обезумев, едва передвигаясь на высоченных шпильках, срывается с места в сторону главного. Молодой кореец пытается ухватить ее за тонкую талию и усадить рядом с собой, но зал оглушает хлопок выстрела и оба падают возле моих ног. - Тащите мне этого ублюдка! - командует бородатый, и два его подельника заходят за барную стойку и хватают Дэвида. Пока его волоком несут к главному, я проверяю ребят у своих ног. Делаю это практически на автомате, игнорируя вопли очередной жертвы. Дрожащими руками пытаюсь нащупать пульс девушки. Мертва. А что парень? Кореец точно дышит, пульс есть, но он ранен, в районе живота черная футболка мокрая и липкая, а мои руки тут же окрашиваются в алый цвет. Быстро снимаю с себя рубашку и, свернув в комок, прикладываю к ране парня. Прижимай тут, слышишь? И не отключайся - в этот момент раздается еще один выстрел и я вижу тело Дэвида, распростертого на полу. Ко мне подступает приступ тошноты, увиденное повергло в дичайший шок, снова возвращая на дно происходящего безумия. Всего несколько секунд назад я разговаривала с человеком, чье тело с грохотом рухнуло на пол. Смотрела в его голубые глаза, пыталась прочитать по губам, все что он мне говорит, а теперь на месте его ухоженного лица только кровавое месиво. Я вдыхаю воздух полной грудью, чтобы успокоиться, но чувствую лишь смрад из запахов железа, пота и животного страха. Сколько они уже убили? Куда не посмотри - всюду лежат окровавленные тела вперемешку с живыми. Живые пытаются слиться с фоном, уменьшиться в точку и стать как можно незаметнее. Раненые кто лежит, кто сидит в полусогнутом состоянии, жадно хватая ртом остатки воздуха и тихо постанывая. Меня снова накрывает приступ паники, голова идет кругом и я понимаю что вот-вот отключусь. Сжимаю руку в кулак и чувствую, чье-то обжигающее прикосновение. Парень держит меня за руку и смотрит прямо на меня, опершись на стену, зажимая рану второй рукой. Я замечаю его темно-карие, почти черные, полные боли и ужаса глаза. Вьющаяся челка небрежно разбросана по лицу, и розовые пухлые губы, что чуть приоткрываясь, пытаются захватить как можно больше воздуха. В его взгляде я как будто вижу мольбу: “не делай глупостей”. Принимаю решение что нужно выбираться. Если мы останемся сидеть тут или попытаемся сбежать и нас заметят - скорее всего погибнем. Но есть ли шанс, что не заметят? Снаружи уже собралась вся полиция Лондона. Выли сирены и слышны были голоса что-то передающие с помощью громкоговорителей. Террористы начали вести переговоры и что-то активно обсуждать между собой. Сейчас лучший момент, чтобы попробовать выбраться, пока есть даже минимальный шанс спастись - я его не упущу. - Мне нужна будет твоя помощь, прикрой меня, пока я снимаю решетку и проверяю куда ведет эта шахта... - парень чуть заметно кивает мне в ответ. Я уже вижу как он начинает слабеть и даже кивок дается ему с болью.