Монстры от мала до велика

Рассвет Пророчеств Как ни странно, утром она почувствовала недомогание и попросила Феникса вызвать врача либо доставить её в больницу. Вызванный колдомедик, которого Феникс скрыл чарами, порекомендовал давать зелья "супруге" и как только начнутся схватки, отправить патронус лично ему. Морена ходила по дому, возмущаясь, что за такого, как Феникс, второй раз бы не вышла, и вообще, рада, что первая их свадьба не состоялась. Молодой человек в свою очередь старался её успокоить и, усадив на диван, протягивал зелья и чай. Девушка недовольно сопела, но покой для Феникса наступал всего на час. Эльфийка украсила её дом к Йолю и напомнила, что хозяйка должна провести обряд. Приближался сочельник, и Феникс старался не оставлять её одну, пока девушка окончательно не устала от его присутствия и не направилась в небольшой сад, который до этого не видела, чтобы провести обряд. Снег в этом году радовал её тем, что был пушистым, и расчищенные дорожки не были покрыты липкими комками. Возможно, когда малыш родится, они вместе будут лепить снеговика и гулять на морозном воздухе, но сейчас ей стоило заняться другим. В центре сада, словно так и было задумано, была небольшая расчищенная поляна, в середине которой колодцем были выложены сухие поленья и подготовлены необходимые дары. К большому удивлению девушки, её состояние стало улучшаться, как только она зажгла поленья и запела длинный катрен, который помнила наизусть. Браун заставляла всех колдующих и обычных людей соблюдать правила, и теперь, когда она осталась в этом мире с Фениксом, которому по-прежнему почти не доверяла, ей нужно было просить защиту у самой Магии. Дары и поленья догорали, когда она произнесла последние слова, и тепло, окутавшее её при последнем всполохе, заставило рассмеяться. Она понимала, что родит раньше срока, если не сегодня, то завтра утром. Однако стоило ей войти в дом, как начались схватки, и дышать стало сложнее. — Эльфи, — с трудом сказала она, и когда эльфийка появилась перед ней, Морена попыталась удобнее сесть. — Вызови врача. Феникс появился неожиданно, от него пахло гарью, словно его ритуал прошёл не так, как он желал, и на него ополчилась вся сила, которая могла быть. Эльфа сказала ему, что у хозяйки начались роды, и он не раздумывая отправил доктору патронус. Доктор, прибывший через пять минут, судя по виду, тоже был оторван от интересного занятия. Однако быстро осмотрев пациентку, вызвал свою ассистентку и приступил к своим обязанностям. Рождение и Новое Имя Роды показались ей адом, ведь никогда ещё она не чувствовала, как кости выкручивает, а в доме из-за магических всплесков разбиваются стёкла. Феникс держал её за руку и готов был поклясться, что запястье ему уже сломали, и сращивать кости он будет очень долго. Морена не знала, сколько прошло времени, но крик ребёнка ярким всполохом отозвался где-то в сознании, заставляя открыть глаза. Она чувствовала, как бьётся сердце мальчика, и дрожащей рукой приобняла его, совершенно позабыв, что до сих пор сжимает запястье Феникса. Молодой человек особо против не был, хоть и устало опирался о спинку дивана. — Прошу прощения, мистер Мракс, вам необходимо расписаться в документах, — отвлёк его врач. — Он не… — начала Морена слабым голосом, но врач её перебил. — Леди Мракс, вам необходимо отдохнуть. Малыш проснётся не скоро, и единственное, что я могу сейчас вам посоветовать, это принимать зелья и воздержаться от постели с мужем. Феникс закашлялся, потирая сломанное запястье, которое ассистентка доктора тут же осмотрела и, заставив его выпить зелье, сделала перевязку. Он готов был поклясться кому угодно, что ни за что на свете не возляжет с ней ещё хоть раз. Однако сейчас его мысли были заняты документами. Расписываясь в документах, он решил написать имя малыша и аккуратно вписал в графу — Этьен Марволо Мракс – Гриндевальд. Заметив, что проступила его нынешняя фамилия, он вдруг ужаснулся: мало кто знает, какие враги у герра Гриндевальда, а тут сын и супруга. Впрочем, назвать Морену своей супругой он не смог бы даже за весь мир, брошенный к его ногам. Он не желал признаться, что в моменты, когда девушка себя не контролирует, он действительно боится её. — Так, — врач посмотрел на документы, потом перевёл взгляд на него и недовольно поджал губы, словно подумал о том же. — Я бы советовал вам увезти супругу. Врач более ничего не сказал и, собрав вещи, покинул их вместе с ассистенткой. Морена спала, обнимая малыша Этьена. Отдав эльфийке распоряжение присматривать за хозяйкой и малышом, молодой человек крутанулся на каблуках, решив, что решение проблем Морены лежит на нём. Какими бы ни были их отношения дальше, но он не мог допустить, чтобы история повторилась. Бремя Темного Лорда Дома, отдав распоряжения домовикам, чтобы они не только привели дом Морены в порядок, но и обустроили детскую, он ходил из стороны в сторону по кабинету. Дела определённо складывались паршиво, и он мог бы повторить путь Гриндевальда, мог бы победить Дамблдора, если бы захотел, но, чёрт побери, не мог решиться на что-то теперь. Теперь помимо игры на публику ему придётся позаботиться о сыне и женщине, которая его ненавидит всем сердцем. Налив в стакан виски, он сел в кресло и устало закурил. Решения всегда давались ему непросто, и сейчас он мог бы поступить так, как заставляла его история, и развязать войну не только у магглов, но и у магов. Записи Гриндевальда привели его в ужас от геноцида, которым бы всё это закончилось. Он решил дать приём в честь своего прибытия, ведь пока был в Англии инкогнито. Однако с этим стоило немного подождать. — Хозяин, всё готово, — домовик склонил голову, и Феникс осознал, что за время размышлений не только много выпил, но и не спал всю ночь, а за окнами уже был рассвет. Приказав домовику приготовить ему с собой еду для праздника, он ушёл, дабы принять душ, переодеться и выпить зелье, потому как в голове всё мутилось, а мир казалось, закружился с новой силой. Стоя перед зеркалом, он продолжал думать над тем, что имел в виду Владыка, говоря о душе — может, это и не была душа Морены, но её сын. Когда-то, после знакомства с Мореной и Максом, он перевернул не только библиотеку у жнецов, но и искал по всему миру сведения об этой семье. Феникс был в шоке и до последнего не верил, что прадед Морены едва не уничтожил Англию, а с ней и половину мира, которая дала ему присягу. Проведя ещё несколько расследований, ему даже удалось переговорить с Героем Англии, который и избавил мир от угрозы, вот он-то и показал воспоминания Реддла. В тот день Феникс напился и завис на несколько дней в борделе, называя каждую девицу Мореной. Пьяный бред продолжался бы дальше, если бы не Макс, который не только читал ему нотации по поводу здоровья, но и костерил за любопытство. Феникс не помнил своего настоящего имени и фамилии, за столько лет он привык, что все называют его только по сущности. Теперь же имя, данное малышу, почему-то отзывалось в груди приятной тоской, словно он слышал его не раз. Собравшись и прихватив корзину, подготовленную эльфами, он трансгрессировал в прихожую дома Морены. Черные Розы и Второй Шанс Девушка сидела в своей спальне, кормила сына грудью и выглядела почти так же, как в прошлой жизни. Феникс не раз говорил, что её тёмные кудри не дают ему спокойно жить, так и хочется накрутить их на пальцы; Морена шипела, чтобы он оставил её волосы в покое, но никогда не отрезала их. Вот и сейчас от Меропы в этом теле остались только бледная кожа и невысокий рост; всё остальное с каждым днём возвращалось к облику Морены. — Добрый день, Морена, — негромко сказал Феникс, сев перед ней в кресло. — Спасибо, Феникс, — улыбнулась она, подняв на него немного усталый взгляд. — Боюсь, если бы не ты, то вчера я бы не смогла справиться. Кстати, ты так и будешь ходить в облике неизвестного мага? — Эта внешность более приближена к моей, — пожав плечами, ответил молодой человек и щёлкнул пальцами. — Или тебе больше нравится образ Гриндевальда? — Я бы предпочла твой истинный облик, какой был тогда, но не могу не согласиться: с Гриндевальдом вы похожи, пусть и не слишком сильно. — Как поживает Этьен? — Ты назвал моего сына? — во взгляде Морены плясал огонь. — Как ты посмел? — Я прошу тебя успокоиться, ведь если бы не я, как ты говорила… — он осёкся, увидев, как девушка поправляет платье, убирая грудь. Девушка отдала заснувшего ребёнка эльфийке и встала, отряхнув платье. Ей стоило огромных усилий не убить Феникса за его фривольность в отношении её и ребёнка. Однако пришлось успокоить свой пыл и, подойдя к мужчине, сесть на подлокотник кресла. Он удивлённо посмотрел на неё, ожидая чего угодно: от простых слов до проклятия. — Я буду заботиться о тебе до конца, — его голос заставил кожу покрыться мурашками. — Почему ты так уверен? Ты знаешь, что делать? — У меня есть план. Я хочу заявить о том, что нахожусь в Англии, но придётся немного подредактировать планы Гриндевальда, всё же мне ни к чему куковать больше сотни лет потом в собственном замке. — Что за планы? — она коснулась пальцами его светлых волос, начав перебирать их, словно хотела успокоить. — Я не хочу совершения геноцида, так же по той простой причине, что у маленького тёмного лорда теперь есть ты, а это значит, что уничтожение половины мира не стоит своих затрат. — Звучит не слишком правдоподобно, — хмыкнула Морена и провела кончиками пальцев по его щеке. Он взял её за руку, оставив на тыльной стороне несколько лёгких поцелуев, и реакция девушки его немного повеселила: она вздрогнула, но не оттолкнула. Феникс притянул её к себе, оставляя лёгкие поцелуи на шее, и стоило ему коснуться её губ, как тело пронзила острая боль. Не понимая, что происходит, он отстранился от Морены, с болью посмотрев на неё. — Прости, видимо, не в этой жизни, — с горечью сказала она, встав с его колен и направившись в ванну. Опершись на раковину и слушая, как бежит вода, девушка с трудом сдерживала слёзы, но ком боли, стоявший в горле, всё же заставил расплакаться, осев на пол. Она не понимала, почему так реагирует, не понимала, что такого сделал Феникс и почему спустя столько лет они всё равно мучают друг друга. Приведя себя в порядок и войдя в гостиную, девушка с улыбкой посмотрела на накрытый стол и разливавшего горячий чай Феникса. Казалось, что они давно живут вместе, и он её муж, не иначе, однако стоило вспомнить утренний поцелуй, как все наваждения тут же сливались. — Насколько я помню, ты не всегда жаловал праздники, — с лёгкой улыбкой сказала она, сев за стол и приняв чашечку с чаем. — Я решил, что раз у меня есть семья тут, то стоит чем-то порадовать вас. — О чём ты? — Видишь ли, малыш записан в документах не только под фамилией Мракс, но и Гриндевальд. — Чего ещё я не знаю? — Я не уверен, но давай решать проблемы по мере их поступления? Оставшееся время завтрака прошло в молчании, которое никто не спешил нарушать; каждый наслаждался чем-то своим. Морена понимала, что ещё несколько таких насыщенных моментов, и Феникс точно будет жить у неё. Впрочем, судя по довольному лицу мага, он не спешил возвращаться к себе и старался побыть с малышом подольше. Насколько она могла сейчас судить, малыш не был похож на Реддла; скорее, он был похож на её отца и Феникса. Морена прекрасно понимала идею Феникса, но и сама должна была решить, что делать дальше. Ей нельзя было бросать сына и нельзя было забросить свои силы. До сих пор она не колдовала и не пыталась даже найти подходящую палочку. Словно читая её мысли, Феникс протянул ей бузинную палочку, за которой охотились многие маги. Взяв странную узловатую палочку в руки, она покрутила её, не чувствуя вообще никакого отклика. Решив, что сил у неё не осталось совсем, она протянула её Фениксу. — Не думай, что это конец твоим силам. Тебе необходимо попробовать так, как ты это делала раньше. — Что если не получится? — Я помогу тебе, всё же опыта у меня побольше, чем у тебя, — он усмехнулся и сел напротив неё на полу, смотря в глаза. Накрыв её руки своими, он произнёс короткое заклинание, выявляющее в человеке магию. Пространство вокруг Морены засветилось белым пламенем, показывая, что она может использовать силы. Феникс подсказал ей нужное заклинание и улыбнулся, когда она тихо, почти неслышно произнесла его. В её руке появился букет чёрных роз, которые когда-то ей нравились.