Благоверная

Будто каждый, кроме него, имел над ней власть. Всегда ничейная — на час становилась чья. По всем заветам не могла жить и потому, назло, жила. Смеялась в лицо и голодной зиме, и чуме с косой, и штыкам: всё нипочём, когда может убить только равный.