6. Lavender on the rocks

В пекло слова Он не умеет в них После месяца их знакомства он уже для себя всё понял. Сколько раз он вторгался в её личное пространство? Заглядывал в глаза, наклонялся непозволительно близко… он влюбился в неё так легко и так быстро. В девочку на два года младше, с горящими глазами и обостренным чувством даже не справедливости, а какой-то конкуренции. И сколько раз он хотел поцеловать её? Но не хватало духу. Он был счастлив тогда. Видя как она реагирует на него. Однажды покоряя мир он покорил её, хотя и совсем не понял как так получилось. И может быть слишком пафосно, но он знал, чего хотел от жизни. Работал на износ. Просто шёл своим путём, а она смотрела на него с восхищением. — Я искренне восхищаюсь тобой. Так она сказала как-то. Он списывал всё на то, что старше, что просто у них разные цели в жизни, но его успех покорил её. И он знал об этом. И она оставалась рядом, пока он строил свою жизнь, их жизнь. И в тот последний день в апреле она была безмерно счастлива. Предвкушала их поездку. И он лишь слушал её щебет. Её влюбленные глаза, несмотря на то, что они были вместе уже больше трех с половиной лет, горели так же как в самом начале. И он тонул в её тепле последний раз, стараясь вдохнуть весь её запах, запомнить аромат волос, кожи, мягкость её щеки, к которой он прижимался. В последний раз перед тем как разбить ей сердце, подарить им последний подарок, чтобы затем одному уйти в ад. И она ведь не заметила. Только обнимала его крепко-крепко, зарывалась пальцами в волосы. И смущённо пыталась вызвать в нём желание. Ведь за последний месяц они почти не занимались любовью. А он поддался, закинул в себя две таблетки, которые она тогда приняла за витамины, а он чувствовал, что назад дороги уже нет. И её доверчивые глаза его почти терзали. Пальцами по её губам, по её счастливой улыбке, вниз к подбородку, а затем к шее. По обнаженной коже. Даря ей последние настолько близкие прикосновения. И её поцелуи на его шее обжигали его. Ему хотелось впитать её. Всю. Без остатка. Родную, нежную, обнаженную. С этим потрясающим румянцем на скулах. Он дышал ей. Самым светлым и чистым, что было в его жизни. — Она лучшее, что есть в моей жизни. В своей палате он месяцами проигрывал в голове их последний момент вместе. Когда-то он спросил её: — О чем ты мечтаешь? — Построить семью с моей первой любовью. И не удалил ни одной фотографии из памяти телефона. Помнил её смех, когда он катал её на спине просто чтобы поднять ей настроение. Тепло её тела в его руках, когда он приобнимал её за плечи в кругу друзей и наедине. Как она кутала его в свои шарфы зимой, как залезала руками под одежду, как тепло было обнимать её, и как её пушистые длинные волосы щекотали его кожу. Три с половиной года. Покоя, нежности и её безусловного и безграничного обожания. Он дарил ей цветы, просто чтобы порадовать. И однажды купил в спешке подвядшие бутоны, а она поставила их в ванную, в воду с сахаром, а на следующий день они выглядели как только что срезанные. — Ну и что, — сказала она ему тогда, — главное, что от тебя. И голос был тихий, мягкий, в нём было слышно улыбку, которая была тогда на её губах. И в их последний день они вышли гулять вечером, под фонарями в холоде. Она смеялась. Громко, счастливо. Он отвечал что-то ироничное. Она ждала тепла от весны, наслаждалась каждым прибавленным градусом, делилась с ним своим восторгом. Он же не слушал. Смотрел и думал, каково это не касаться её? Не видеть её вот так близко, не слышать её голос? Она тянулась обнять, а он медленно зарылся в её волосы, уткнулся носом в шею. В контраст её беззаботности. Чувствуя материю её плотного пальто, шапки и едва уловимую смесь запаха его геля для душа с их духами. Она пахла лавандой, так же как и он. Они расстались на следующий день. А духи она оставила ему. И он поставил их в шкаф подальше от света, даже не зная, для чего вообще хочет их сберечь. Её подарок. Им обоим на третью годовщину. И в его голове этот аромат и есть она. Счастливая. В тот последний день. В постели. В парке. С глазами полными безграничного доверия. Не девушка, а воспоминание. Его первая любовь.