9 октября. Она всегда брала верх

Она всегда брала верх в колдовстве. Многие считали, что у Альвы-Мейв прирождённый талант к сотворению магии, и они были правы. Только они не учитывали, что сильная магическая энергия, доставшаяся ей при рождении, составляла лишь маленький процент её успеха. Всё остальное — это упорный труд. Свободные часы в будние дни и большую часть выходных Мейв проводила в библиотеке, изучая более сложные уровни магии и те аспекты тёмных искусств и защиты от них, про которые им не рассказывали на уроках. Она практиковала заклинания в Запретном лесу и Выручай-комнате. Не забывала о практике и во время летних каникул: в особняке было достаточно подходящих мест и возможностей, чтобы улучшать навыки сотворения заклинаний. Она всегда брала верх в дуэльных поединках. Даже если она проигрывала и падала, она снова вставала, зная, куда нужно шагнуть в следующий раз, чтобы не оступиться. Боевая магия была её призванием, и она поняла это, едва закончился пробный урок для второкурсников в дуэльном клубе. Во время дуэлей или мини-сражений, которые устраивали на занятиях, ей приходилось держать в голове много разных моментов: как уклониться, когда ставить защиту, какое заклинание использовать против врага. Всё это происходило в ограниченное время и в ограниченном пространстве. В такие моменты мозг работал на максимум: Мейв чувствовала, как шестерёнки в её голове бешено крутились, когда она просчитывала траекторию движения, когда замечала детали в поведении противника, которые подсказывали ей, что он сейчас нападёт. Она получала огромное удовольствие от процесса и ещё большую радость и наслаждение, когда у неё получалось контратаковать и одержать победу. Она всегда брала верх в том, о чём её ровесники и подумать не могли. В тринадцать лет она стала анимагом. В тринадцать лет она начала изучать основы магии крови. Старшие в роду, Лунан и Морриган, собрали всех Флэнаганов из основной ветки на семейный совет и решили, что Альва-Мейв достойна того, чтобы передать ей знания о магии крови. Своими успехами в учёбе она доказала, что понимает, как устроена магия, и может управлять ей. Недавно она доказала, что обладает сильной магией, став анимагом. Процесс становления магом крови не быстрый. Мейв нужно будет изучить теорию, начиная с трудов Фланна, ей нужно будет пройти обучение от старших родственников, которые на практике покажут несколько видов магии крови. Спустя месяцы обучения ей нужно будет пройти своеобразный обряд — экзамен, — чтобы показать, как она усвоила знания, и доказать, что она действительно достойна стать магом крови. Мейв приняла это решение, не поколебавшись, и усердно начала изучение теории. Ей предстоял долгий путь, но она не собиралась с него сходить. Она всегда брала верх над своими врагами. Все знали о соперничестве между факультетами Хогвартса. Но мало кто знал, что расколы были и на самих факультетах. Слизерин разделился на две части: чистокровные и все остальные — «полукровки и грязнокровки, которые оказались здесь по ошибке», как думали первые. Они блюли чистоту крови и считали личным оскорблением общаться с кем-то не из их круга. Полукровки и магглорождённые, попавшие на Слизерин, придерживались того же мнения и не хотели иметь ничего общего со «священными». Альва-Мейв Флэнаган оказалась чётко по центру этого раскола. Чистокровные волшебники не принимали её, потому что её отец — маггл. К тому же, хоть её семья и имела вес в магическом сообществе, тем не менее держалась особняком в силу того, что их взгляды на многие вещи расходились со взглядами большинства знатных семей. Полукровки и магглорождённые волшебники не хотели иметь с ней ничего общего, поскольку она продолжала вертеться в светских кругах и общаться с чистокровными, и неважно, что посещение приёмов было необходимостью, а таким «чистокровным» был один единственный Драко Малфой. Некоторых также пугали слухи, ходившие вокруг Флэнаганов. Секреты магии крови не раскрывались публично, демонстрировалась лишь их малая часть, из-за чего таинственная семья начала обрастать слухами и сплетнями. По этой причине многие сторонились Альвы-Мейв, не желая с ней связываться «просто на всякий случай» и даже не предпринимая попыток узнать её лучше. В большинстве своём слизеринцам было плевать на неё. Она не трогала их, они не трогали её. Однако было исключение из этого негласного правила. Это исключение звали Бенедикт Тэлбот, и его не устраивало само существование Альвы-Мейв. Ему не нужен был веский повод, чтобы досаждать ей. Достаточно было зацепиться взглядом за красно-рыжие волосы или встретиться с этими призрачно-голубыми глазами. Они не наводили на него ужас, как на некоторых. Они вызывали в нем раздражение и желание вырвать их из глазниц. Мейв всегда ловко избегала его нападок, умело затыкала его или просто игнорировала. Ему не давало покоя то, что она не боялась его, не избегала, и Бенедикт хотел это исправить. Мейв толкнула тяжёлые двери замка и вышла на улицу, вдохнула осенний воздух и немного передёрнула плечами от прохлады. Она вышла в одной рубашке и юбке, не удосужившись накинуть ни джемпер, ни мантию. Ей нужно было взбодриться, а кофе она не пила. Поэтому предвечерний воздух отлично подходил для этой цели. Она устало спустилась по каменным ступеням и прошла к парапету площадки, которая переходила в длинный виадук, соединявший одну часть замка с другой. Положив руки на прохладный влажный камень, она оглядела школу и её окрестности, залитые закатным солнцем, и прикрыла глаза. За последние пару месяцев на неё свалилось много обязанностей, и она едва поспевала со всем справиться. Помимо того, что она начала изучать труды своих предков, которые оказались не такими уж и простыми, она продолжала углублённое изучение заклинаний и защиты от тёмных искусств, исправно посещала занятия в дуэльном клубе, делала домашнюю работу в конце концов. Не всю, конечно, только часть, но даже одно зельеварение отнимало много времени и сил. Плотное расписание, отсутствие отдыха, плохой сон — всё это вносило свою лепту в её уставшее состояние. — Ты сильная ведьма, Альва-Мейв. У тебя всё получится, — негромко произнесла она. — Разговариваешь сама с собой? — услышала она знакомый голос. Сжала пальцами камень, сделала глубокий вдох. Альва повернулась влево и увидела, как на виадуке стоял Бенедикт Тэлбот. Слизеринец был чуть выше неё, но значительно крупнее в теле, хотя Мейв нельзя было назвать маленькой и хрупкой девочкой. — Тебе-то какое дело? — она даже не скрывала холод и пренебрежение в голосе. Чуть поодаль от Тэлбота стояло ещё трое парней. Двое из них были ей смутно знакомы, но третьего она видела чаще. И у неё было ощущение, будто она встречала его вне школы. Зарывшись в воспоминаниях, она задержала на нём взгляд. Парень посмотрел на неё в ответ, но в конце концов отвернул голову. Тэлбот это заметил и быстро оглянулся через плечо. — Кажется, я сейчас с тобой разговариваю, — заметил он. Мейв вздохнула. Она хотела прогуляться вдоль виадука, прежде чем вернуться к занятиям, но эту идею пришлось отмести: мимо Тэлбота и его прихвостней не пройдёшь. — Иди, куда шёл. Альва хотела было развернуться в сторону замка, как Бенедикт вновь её окликнул. — Ой, Флэнаган, постой! Мейв остановилась и сжала, и разжала кулаки несколько раз. «Дайте мне сил и терпения не скинуть его с моста». — У тебя волосы в чём-то испачканы! — Мейв уже хотела было занести руку, чтобы провести по волосам, но остановилась, когда поняла, что он имел в виду. — Это же кровь! Бенедикт рассмеялся. Два парня нервно гоготнули, третий сложил руки на груди и нахмурился. — Я помогу тебе её смыть! Агуаменти! Мейв не успела среагировать, и поток ледяной воды обрушился на неё. Волосы и часть рубашки промокли насквозь. Она выплюнула попавшую в рот воду и откинула назад чёлку, бросив на Тэлбота пронзительный взгляд. Он довольно улыбался. Но тут же выражение его лица изменилось. — Ой, прости! Я забыл, что это твой естественный цвет волос. Прости, пожалуйста. Мейв почувствовала, как внутри неё начал разгораться огонь. Она быстро дышала, и с каждым вдохом пламя разрасталось всё больше и больше. В голове промелькнули слова матери, когда та учила её контролировать свою магию: «Представь огонёк внутри лампы. Тебе нужно удержать его внутри. Если ты позволишь пламени разрастись, то стекло лопнет, лампа разобьётся, и ты поранишь и себя, и других. Дыши глубоко. Дыши». «Дыши, Альва-Мейв», — подумала она. Флэнаган и Тэлбот стояли прямо у входа на виадук, поэтому с двух сторон уже столпились люди. Они переглядывались друг с другом и недоумённо спрашивали: — Что происходит? — Что случилось? — Почему мы не можем пройти? — У всех твоих родственников такие волосы? Или есть нормальные? — продолжил Бенедикт. Стекло дало трещину. Воздух наполнился запахом жжёного дерева, и ученики даже начали оглядываться, не было ли где пожара. Но пожар был не в лесах поблизости. Пожар был внутри Мейв. Она с трудом сдерживала свою магию. — Уверен, твоя больная семейка приносит кровавые жертвоприношения! Стекло лопнуло и разлетелось вдребезги. Пламя вырвалось наружу и охватило всё вокруг. Факелы, находившиеся рядом с Мейв, вспыхнули красным пламенем, окрасив всё алым цветом. Альва выхватила палочку и в несколько шагов преодолела расстояние между ней и Тэлботом. Грубо ткнула концом палочки прямо ему в горло и, смотря ему в глаза, процедила сквозь зубы: — Дай мне немного времени, и я заставлю кровь закипеть в твоих жилах. Но Тэлбот будто этого и ждал. Он ухмыльнулся, поднял руку и, поднеся её к Мейв, произнёс: — Флиппендо Дуо! Сноп голубых искр вылетел из его ладони и, ударив Мейв в грудь, отбросил её на несколько метров назад. Она упала на колено и, не в силах продохнуть, хватала ртом воздух. Кожу на месте удара нестерпимо жгло. — Ты что делаешь? — бросился вперёд парень, который был недоволен происходящим. Бенедикт вопросительно на него посмотрел и сказал, отчеканивая каждое слово: — Только попробуй вмешаться, Беннингтон. И ты полетишь с этого виадука. Парень нахмурился, но отошёл назад. Дыхание вскоре вернулось, каждым вдохом отдаваясь болью. — Остолбеней! — выкрикнул Бенедикт. — Протего! — невидимый щит окружил Мейв, и красная молния рикошетом отскочила от него и пронеслась над головой одного из студентов. Мейв встала и ровно в ту секунду, когда защитное заклинание закончило своё действие, выкрикнула: — Конфундо! Розовый луч вырвался из палочки Мейв, однако Бенедикт успел увернуться и вскинул палочку, контратакуя. — Левикорпус! Мейв отпрыгнула в сторону, и зелёный луч ударил в бедолагу, стоявшего позади — он повис вниз головой, словно кто-то подвесил его за лодыжку. — Баубиллиус! — из палочки Мейв вырвалась бело-жёлтая молния, на секунды осветившая испуганные лица учеников, и ударила Бенедикта по руке, в клочья разодрав мантию. Парень выругался, прижимая левую руку к раненому плечу: сквозь пальцы сочилась кровь. Воспользовавшись моментом, Альва взмахнула палочкой: — Серпенсортиа! В воздухе появилась красная змея, которая, раскрыв пасть, была готова вцепиться в шею Тэлбота. Но слизеринец успел отреагировать контрзаклинанием. — Випера Эванеско! — и змея, не долетев до него, превратилась в пепел. Флэнаган и Тэлбот ещё несколько минут перебрасывались заклинаниями. Виадук на секунды вспыхивал разноцветными огнями, прежде чем снова погрузиться в алый свет. Никто из них не уступал друг другу. Несколько раз Мейв не успевала поставить защиту или уклониться, и теперь её руки и бок саднили и неприятно ныли. Тэлботу тоже досталось: рана на плече больше не кровила, но доставляла ему сильный дискомфорт, из-за чего он уже не так ловко и быстро атаковал и больше защищался. Ученики Хогвартса боялись вмешиваться. Никто не осмеливался подойти: они понимали, что могли попасть под горячую руку. Это была не обычная стычка между студентами, а серьёзная битва, участники которой хотели если не убить друг друга, то сильно искалечить. — Конфринго! — крикнула Мейв, и огненно-оранжевая молния, попав в факел, взорвала его. Горящие обломки дерева и раскалённого железа посыпались на Тэлбота и стоящих рядом студентов. Отвлекшись, Бенедикт не успел поставить защиту, чем и воспользовалась Мейв. — Локомотор Мортис! Ноги Бенедикта резко соединились вместе, словно кто-то затянул на них невидимые верёвки. Он потерял равновесие и упал навзничь. — Экспеллиармус! — палочка вылетела из его руки и упала прямо к ногам одного из его «дружков», но он даже не пошевелился, чтобы поднять её и вернуть хозяину. Опустившись на колени, Мейв нависла над Тэлботом и приставила палочку к его лбу. — Скажи спасибо, что я пока не знаю Непростительных заклятий. Она вернула палочку в кобуру и хотела было встать, но ухмылка Бенедикта подействовала на неё как триггер. Одной рукой она схватила его за ворот рубашки, а другой, сжав в кулак, ударила по челюсти. Боль прокатилась по пальцам и костяшкам, но она не обратила на это внимания. Она не хотела избивать его. Хотела ударить всего раз в качестве контрольного. Но волна воспоминаний накрыла её с головой. Перед глазами промелькнули все издёвки, которые она терпела, все язвительные замечания, которые она игнорировала. Оскорбления себя она могла пропустить мимо ушей: ей было плевать, что о ней думали люди. Но оскорбления семьи она простить не могла. Никто не смел плохо говорить о Флэнаганах. А если они всё же это делали, то получали по заслугам. Удары обрушивались один за другим. Костяшки были разбиты в кровь. Боль была настолько сильной, что уже стала монотонной, Мейв не обращала на неё внимания. Кто-то пытался оттянуть её за плечо, но она отмахнулась, и никто больше не лез. Сам Тэлбот не оставался в долгу и пытался скинуть с себя Альву, молотя кулаками и попадая ей то по рукам, то по лицу. Один из сильных ударов пришёлся в бок, и у Мейв на секунды потемнело в глазах от боли. Но она удержалась и успела нанести ему ещё один удар, прежде чем чья-то огромная невидимая рука не подхватила её и не оттянула от Тэлбота. Альва услышала ропот среди учеников, шаги позади себя, и вскоре перед ней возник профессор Снейп. Он взмахнул палочкой, и ноги Бенедикта освободились от невидимых пут. Он сразу подскочил. Ещё один взмах, и алый цвет пламени сменился на обычный жёлтый. В его свете Мейв увидела лицо Бенедикта: от него почти не осталось живого места; один глаз заплыл, вторым он злобно посмотрел на неё. — Что здесь происходит? — голос профессор не повышал, но от него у всех присутствующих пробежал холодок по спине. Никто не осмеливался ответить. — Я спросил, что здесь происходит? — Эта ненормальная на меня напала! — выкрикнул Тэлбот, тыча в Мейв пальцем. — Мисс Флэнаган? — Снейп повернулся к ней. Она тяжело дышала, голова раскалывалась от боли — она не понимала, что от неё хотели, что ей нужно было ответить, с чего нужно было начать. Резкая боль пронзила её левый бок, и она схватилась за него рукой. Снейп подбежал к ней и подхватил за локоть. Во рту скопилась кровь, и Мейв выплюнула её. — Вам нужно в больничное крыло, — строго сказал профессор. Мейв помотала головой. — Мне не нужна помощь, — она выдернула руку и быстрым шагом, насколько это было возможно, направилась в сторону входа в замок. — Флэнаган! Но Мейв не реагировала. Выхватив палочку, она взмахнула ей, и невидимая волна раскидала столпившихся учеников, расчищая проход к дверям. Путь до Астрономической башни показался долгим, но на тот момент это было единственное место, в котором Мейв хотела быть, в котором хотела спрятаться. Она добрела до своего убежища — конец коридора с небольшим окном и широким подоконником. Отсюда открывался прекрасный вид на окрестности Хогвартса. Мейв любила проводить здесь время: отдохнуть после уроков, съесть одну-другую тыквенную булочку, почитать книгу. Или, как сейчас, найти утешение. Альва тяжело опустилась на подоконник, положила палочку рядом с собой — кровавые отпечатки пальцев выделялись на светлом дереве. Она тяжело дышала, места ударов ныли и саднили; у неё был жар, и она прижалась лицом к окну — стекло приятно холодило кожу. Мейв прокрутила в голове события последнего часа и почувствовала, как к горлу подошёл ком, как защипало нос. Мейв всхлипнула, и накопившиеся от усталости, обиды и боли слезы вырвались из неё, и она горько заплакала. Горячие слёзы скатывались по щекам, смывая кровь, пятнами расплываясь на рубашке. Она не заметила, как уснула. Она всегда брала верх, но не в этот раз. Альва-Мейв поднималась по лестнице, что вела на седьмой этаж. Днём, после занятий, она получила записку от одного из первокурсников, который посещал дуэльный клуб вместе с ней, и просил её встретиться у рыцаря в золотых доспехах в восемь часов вечера. Это показалось ей странным, ведь они могли встретиться на следующий день в клубе или в гостиной в конце концов. У Мейв было плохое предчувствие, но не пойти она не могла. Может, у этого мальчишки было какое-то секретное дело к ней, и он не хотел разговаривать при свидетелях? «Но что, если я сейчас заверну за угол, а там никого не будет? Или там будет стоять этот подонок Тэлбот? Будет совсем не смешно». Однако волнение немного ушло, когда Альва увидела слизеринца-первокурсника. Он выглядел очень обеспокоенным и нервно теребил край джемпера. — Райн? — Мейв подошла к нему. Мальчишка обернулся и попытался улыбнуться. — Мейв! Привет. Рад, что ты пришла. — Ты что-то хотел? О чём ты хотел поговорить? — Ну… такое дело… — он медлил, словно пытался подобрать нужные слова. — Да не волнуйся ты так. Я не кусаюсь, — улыбнулась Мейв. Райан нервно улыбнулся в ответ. Он уже хотел было что-то сказать, когда Мейв резко выпрямилась и, оцепенев, упала навзничь. — Прости! — пропищал он и убежал. Мейв не могла пошевелиться: её руки и ноги были прижаты к телу, она могла двигать только глазами, но никого не видела поблизости. Она услышала, как кто-то подошёл к ней и произнёс: — Затмись. Чёрная лента обвила её голову вокруг глаз и плотно прижалась к ним. Сердце Мейв ёкнуло и забилось с бешеной скоростью. Дыхание участилось. Её бросило в жар. Она попалась в ловушку. На неё напали со спины, ударили Петрификусом. Ей завязали глаза. Она не знала, кто это сделал, зачем и что с ней собираются делать дальше. «Гоблин тебя подери, Мейв! Как ты могла в это вляпаться? Где был твой мозг? Что теперь делать?» — проносились мысли в её голове. Она паниковала. Мейв попыталась глубоко дышать, чтобы успокоить сердцебиение. Надо было сперва успокоиться и потом решать, как себя спасать. — Где его черти носят? — буркнул парень слева. — Да, он должен был уже подойти, — ответил парень справа. Мейв не знала их голосов, поэтому не могла опознать, кто именно говорил. Но она начала догадываться, что происходило. — Надеюсь, нас не запалят. — Угу. Давай отнесём её хотя бы. — Давай. Парни уже схватились за её плечи, когда послышались шаги. Они напряглись — хватка на плечах усилилась, но тут же ослабла. — А, это ты. Где Бен? — Бен задержится, — ответил подошедший парень. Его голос Мейв тоже не могла узнать. «Тэлбот. Ну кто бы сомневался, что это устроил этот ублюдок». — В смысле задержится? — Я встретил Снейпа, и он просил передать, что ждёт Бена у себя в кабинете. Я нашёл Бена и сказал ему, мол, так и так, тебя ждёт Снейп. — Чёрт, вообще не в тему. И что нам с ней делать? — Он сказал, что я могу ей заняться, — сказал третий парень. — Вы, ребята, можете идти. Вы хорошо сделали свою работу. — Да, пожалуйста, избавь нас от этого дерьма. Тэлбот совсем крышей поехал на этой Флэнаган. Я не хочу участвовать во всём этом. И двое слизеринцев ушли. Альве показалось, будто оставшийся парень вздохнул. Он подошёл ближе к ней и произнёс: — Мобиликорпус. Мейв легко взмыла в воздух и куда-то поплыла, шаги слизеринца слышались позади. Не прошло и пары минут, как она услышала шорох каменных плит, будто кто-то быстро их передвигал. «Выручай-комната?» Её сразу окружили различные звуки: стук, скрежет, щёлканье, как будто создавалось новое пространство. Она почувствовала, как её аккуратно опустили на что-то мягкое — вероятно, это был диван или кровать. Парень подошёл к ней и, скользнув рукой под мантию, выудил из кобуры волшебную палочку. — Не бойся, ты в безопасности, — мягко произнёс он. Он поддел пальцами плотную ткань ленты и потянул её. Едва она спала с глаз Мейв, она сразу превратилась в чёрную дымку и растворилась. Альва увидела лицо парня. Она знала его, но не могла сразу вспомнить имя. Они часто пересекались в библиотеке, так случалось, что в Большом зале сидели рядом, или в гостиной сидели на диванах друг напротив друга и проводили время за чтением книг. А ещё он один из дружков Бенедикта Тэлбота. Сев на кресло, он взмахнул своей палочкой — «Фините Инкантатем» — и снял с Мейв заклятие. Альва сделала глубокий вдох, как будто долгое время задерживала дыхание, и резко села на диване, о чём сразу же пожалела. Боль пронзила голову, в глазах потемнело. Она потёрла пальцами ушибленное место, чертыхнулась. Метнула злобный взгляд на парня, который сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и наблюдал за ней, подперев кулаком щёку. — Отдай палочку. Какого чёрта вообще? — Мейв привстала, чтобы забрать свою палочку, но слизеринец подкинул её вверх и задержал высоко в воздухе с помощью чар. — Чтоб тебя, — она плюхнулась обратно на диван. Взгляд заметался по помещению, в котором они находились. Альва была права: это была Выручай-комната. Если быть точнее, она сидели в небольшой гостиной с камином, буфетом, диваном и креслом, стоящими друг напротив друга, и журнальным столиком между ними. Такое ощущение, будто они находились в доме Биссетов в Англии, а не в замке на севере Шотландии. Альва бросила взгляд на парня: тот спокойно сидел и не предпринимал никаких действий. — Что ты собираешься со мной делать? — Мейв напряглась, готовая в любой момент соскочить с дивана и драться. — Ничего, — парень развёл руками. — Разве ты не заодно с теми двумя? — Нет. — Но они тебя послушались? — Да. — Да ты можешь нормально разговаривать? — вспыхнула Мейв. Парень легко засмеялся. — Скажем, я имею авторитет в узких кругах. Мейв раздражённо вздохнула. Она пыталась вспомнить его имя — она точно его где-то слышала, — но боль в затылке мешала и отвлекала. Она всмотрелась в его лицо, слегка прищурившись. — Беннингтон. Имя не помню, — наконец выдала Альва. — Аллен. — Точно. — Я где-то тебя уже видела. — Мы учимся на одном факультете? — Нет, не в Хогвартсе, — Мейв сделала вдох. Она вспомнила июль, проведённый у Биссетов, и поняла, почему тот парень из пекарни так ей кого-то напоминал. — Твой брат живёт в Байбери? Улыбка тронула губы Аллена, и он с лёгким изумлением посмотрел на Мейв. Обычно люди пугались, когда она выдавала какую-то информацию, которую никак не могла узнать. Его это, наоборот, забавляло. — Нет, — он сделал паузу. — Он живёт в Олдсворте. — А, ясно. Аллен поставил руку на локоть и повернул кисть ладонью вверх — в ней сразу же материализовалась чашка с чаем. Точно такая же появилась перед Мейв. Она кинула на неё взгляд, полный недоверия. — Ты думаешь, я буду это пить? — Дело твоё, — Аллен пожал плечами и сделал глоток чая. Альва хмыкнула. И пыталась понять, что ей делать дальше. Этот парень спас её и спрятал в Выручай-комнате. Было ли разумно сейчас возвращаться в гостиную? Вряд ли. Тэлбот наверняка шнырял где-то поблизости, и Мейв совершенно не хотелось сталкиваться с ним. Возможно, стоило немного переждать. — Расскажешь, что, чёрт возьми, это было? Ты явно в курсе, что происходит, — спросила Мейв удобнее устраиваясь на диване, но не теряя бдительности. Достаточно с неё было промахов за последние пару месяцев. Беннингтон сделал глубокий вдох, рассматривая чай в чашке и тщательно подбирая слова. — Не знаю, когда и как ты перешла дорогу Тэлботу, но у него явно на тебя зуб. Мейв хмыкнула. — Ему достаточно одного моего существования. — Вот и мне так кажется, — он сделал короткую паузу. — После той вашей драки он совсем слетел с катушек. И думал о чём-то вроде мести. Очевидно, что ты взяла верх над ним, и это его сильно задело. И сегодня он хотел… тебя проучить, скажем так. Но я немного помешал его планам, — он слегка улыбнулся и многозначительно посмотрел на Мейв, но, не дождавшись ответа, добавил, — было бы неплохо получить благодарность. Мейв вздохнула и сложила руки на груди. Вспомнила леденящий холод, сковавший её тело, вспомнила чёрную ленту, плотно прижимавшуюся к глазам. Вспомнила страх, комом подошедший к горлу. — Почему ты меня спас? Ты ведь один из прихвостней Тэлбота. — Тэлбот — грёбаный психопат. С такими я дел не веду. Мейв ухмыльнулась. Она чувствовала себя отвратительно: и физически, и эмоционально. На данный момент она не могла простить себе эту грубую ошибку — попасться в такую глупую ловушку. «Значит, это послужит мне уроком». — Думаешь, он где-то здесь ходит? — спросила Мейв. Аллен взглянул на часы, стоявшие на каминной полке. Ровно полдевятого. — Надеюсь, нет. Хочешь вернуться в общежитие? Мейв кивнула и встала с дивана. — Я провожу тебя, — Аллен встал следом. — Снова защитишь меня? — усмехнулась слизеринка. — Я пойду впереди, буду смотреть, не бродит ли где Бен. — Разумно. Я согласна. Только палку мою верни. Аллен взмахнул рукой, и светлая палочка Мейв, украшенная узором из колец, опустилась к своей хозяйке, и Мейв взяла её в руку. Они подошли к выходу из комнаты. Альва стояла позади Аллена и негромко произнесла: — Спасибо, Беннингтон. Он улыбнулся. — Всегда пожалуйста. Они, не торопясь, шли по пустым коридорам. Только раз они увидели какую-то парочку, гулявшую по пустым коридорам замка, и на третьем этаже им встретился Пивз, который, будучи в доспехах, пытался овладеть алебардой. Весь путь от седьмого этажа до подземелий прошёл тихо и спокойно. С проблемой они столкнулись, когда уже подходили к гостиной. Аллен вышел из-за угла и начал спускаться по лестнице, когда кто-то громко и грубо его позвал: — Беннингтон, мать твою! — Бенедикт, дорогой мой друг, — Аллен расплылся в улыбке. — Смотрю, профессор Снейп тебя действительно надолго задержал. Мейв спряталась за углом и не рискнула выглядывать. — Ты обманул меня, — прорычал Бенедикт. — Снейп не звал меня. Но всё равно припахал помогать, чтоб его. Если бы не он… — Давай разберёмся не здесь. Нас могут увидеть. Альва услышала, как их шаги удалились в противоположном направлении, осторожно выглянула из-за угла. Никого не было. Она быстро сбежала по лестнице, подбежала к гостиной и прошептала пароль. Каменная змея соскользнула со стены, открывая проход, и Мейв проскочила внутрь. На следующее утро Аллен неспешно пересекал гостиную в сторону винтовой лестницы, ведущей к выходу в коридор, когда увидел спешащую к нему Альву-Мейв. — Беннингтон! — окликнула она. Они отошли к небольшому фонтану, журчащему водой у основания лестницы. — Хотела спросить, в порядке ли ты, но… Это из-за вчерашнего так? — она кивнула на его лицо: под левым глазом расплылся фингал, на губе корочкой запеклась кровь. — Неважно, — отмахнулся он. Мейв поджала губы и коротко вздохнула. — Я ненавижу быть должной. Но ещё больше я ненавижу, когда кто-то страдает из-за меня. Слизеринка открыла портфель — брелок в виде красной саламандры болтался на ручке — и, покопавшись во внутренних карманах, достала плоскую серебряную баночку. — Держи. — Что это? — Аллен взял её в руки и открыл: внутри была молочного цвета мазь, слегка отдававшая запахом лаванды. — Я часто на дуэлях получаю синяки и ссадины. И бабушка сделала для меня быстро заживляющую мазь. Намажь на фингал и рану, подержи двадцать минут и смой. Поможет сразу. — А как же ты? — Мне ещё пришлют. Я так понимаю, бабуля сварила её про запас. Аллен улыбнулся. — Спасибо, Флэнаган. Мейв кивнула. Она уже хотела уходить, но передумала и снова повернулась к Беннингтону: — Почему ты решил противостоять Тэлботу? — Кто-то же должен. А то он подмял всех под себя. Мейв ухмыльнулась — ей явно понравился его ответ — и взбежала вверх по лестнице. Аллен сделал так, как сказала Мейв. Поставив баночку на край раковины, он набрал на палец мазь и распределил её по гематоме и ранке на губе. Засёк время на наручных часах. Взглянул на себя в зеркало. Пару недель назад, он, Тэлбот и двое его приятелей — Мюррей Трэйвс и Крис Ходсон, — которые всегда выполняли грязную работу за Бенедикта, сидели в пустой гостиной. Был поздний вечер, все студенты разбрелись по спальням, кроме этих четверых. — У меня есть план, — начал Тэлбот. Мюррей и Крис напряглись, Аллен закатил глаза, зная, что сейчас будет. — Я должен уничтожить Флэнаган. — Ну да, Азкабан по тебе плачет, — бросил Беннингтон. Бенедикт пропустил язвительный комментарий мимо ушей. — Не физически, а морально, — он сделал паузу, покручивая в руках свою волшебную палочку, рассматривая узор на ней. — Нам нужно успеть до Рождества. Ты и ты, — он обратился к Трэйвсу и Ходсону, — оглушите её и затащите в комнату. На седьмом этаже есть одна, в которую никто не заходит. Вы всё сделаете, а я подойду чуть позже. — Ну конечно, на всё готовенькое, — буркнул Трэйвс. — Ты что-то сказал? — прорычал Тэлбот. Мюррей ничего не ответил. — И как ты попытаешься её заманить? Она не простушка какая-нибудь, — спросил Ходсон. Тэлбот задумался на секунды, продолжая крутить в руках палочку. — Подкупите кого-нибудь, кого она знает. Не из близкого круга, но и не совсем дальний знакомый. Из дуэльного клуба кто-нибудь подойдёт. Только найдите слабака, на которого можно будет легко надавить. Пусть напишет записку, где назначит встречу на восемь часов вечера у рыцаря в золотых доспехах, и пошлёт её Флэнаган. Я подойду чуть позже. Ты, — повернулся он к Аллену, — пойдёшь со мной и будешь всё время рядом. — Окей, без проблем, — Аллен выглядел равнодушным, но сам едва сдерживал злость. — Только у меня один вопрос. — Говори. — Что ты собираешься с ней сделать? Тэлбот ухмыльнулся, и Беннингтон почувствовал возникшее внутри отвращение. — Что-то, что она запомнит на всю жизнь. И будет шарахаться от меня, как от огня. Две недели до назначенной мести прошли быстро. В тот же вечер, когда Бенедикт поделился своим планом, в голове Аллена сложился свой план действий. Во многом он зависел от удачи, и парень надеялся, что она будет на его стороне. Беннингтон подкараулил Тэлбота на шестом этаже. Когда тот уже поднимался по лестнице, ведущий на седьмой этаж, Аллен выбежал к нему, искусно изображая одышку, будто он оббежал замок вдоль и поперёк. — Бен! Постой! Тэлбот обернулся и недовольно взглянул на Аллена. — Какого чёрта ты тормозишь, Беннингтон? — Да я немного задержался в общежитии, — он выдохнул, якобы пытаясь восстановить дыхание. — Выхожу, а мне Снейп навстречу. Говорит, мне нужен Тэлбот. Найди его и скажи, чтобы подошёл в кабинет. Вот, передаю. Снейп тебя ждёт. — Приспичило ему, — процедил сквозь зубы Бенедикт. Он явно начинал нервничать. — Думаешь, что-то важное? Или срочное? Аллен пожал плечами. — Ты знаешь Снейпа. Попробуй не приди. — Ну да. Неужели опять на эту чёртову профилактическую беседу? Я ведь уже был в этом месяце. — Что делать с Флэнаган? Парни по-любому её уже поймали, не отпускать ведь её. Второй раз она не купится. — Да, ты прав. Припугни её только. Не больше. Я потом подойду. — Понял. Бенедикт сбежал вниз по лестнице, Аллен побежал наверх. Путь от седьмого этажа до подземелий и обратно занимал примерно двадцать минут — он засекал. Снейп сейчас правда был в своём кабинете, и, если он никуда не ушёл, то должен был занять Тэлбота хотя бы на пять минут. Итого: двадцать пять минут свободного времени. «Этого достаточно. Я успею». Он действительно успел. Трэйвс и Ходсон сами были не в восторге от этого плана, и Аллену это было на руку. Уже сидя в Выручай-комнате, видя перед собой Мейв живую и здоровую, хоть и злую, и немного напуганную, он почувствовал облегчение. И немного ликования: он смог нарушить планы Тэлбота и встать у него на пути. Скорее всего он получит за своё предательство, но он не беспокоился по этому поводу. Это ничто по сравнению с тем, что пережила Альва. Неожиданная встреча с Тэлботом напротив гостиной на доли секунды застала его врасплох, но Беннингтон успел вовремя собраться. Положив руку на плечо Бенедикту, он развернул его и повёл в ближайший коридор, давая Мейв шанс проскочить в гостиную незамеченной. Тэлбот схватил Аллена за грудки и резко прижал к стене. — Как ты посмел меня обмануть? — рявкнул он. — Снейп не ждал меня и очень удивился, когда я впёрся к нему в кабинет, как последний идиот. И он всё равно задержал меня, раз уж я пришёл. Аллен ухмыльнулся. — Ну хоть сделал полезное дело. Бенедикт дёрнулся и теперь прижимал предплечье к шее Аллена. Тот и бровью не повёл. — А-а-а, я понял, — протянул Бенедикт, и гадкая ухмылка заиграла на его губах. — Ты влюбился в неё, да? В эту маленькую рыжую… — Заткнись, Тэлбот, — холодно прервал его Аллен и оттолкнул от себя. — У меня нет к ней никаких романтических чувств, но она нравится мне как человек. И она явно не заслуживает такого отношения к себе. Тэлбот усмехнулся и, размахнувшись, ударил Аллена по лицу. Тот не ожидал этого и не успел уклониться. На секунды в глазах потемнело от удара, место под левым глазом и скула взорвались болью. Он сделал глубокий вдох и выпрямился. — Ты думаешь, твоё предательство тебе сойдёт с рук? Аллен ничего не ответил и получил ещё один удар. Он отклонился назад, и большой кулак Тэлбота задел его губу. — Это только начало Беннингтон. Я с тобой разберусь. — Угу. Удачи тебе, Тэлбот. Аллен проводил его взглядом, надеясь, что Мейв была уже в общежитии. Кровь сбежала по подбородку и капнула на белую рубашку. Из крана побежала тёплая вода. Двадцать минут прошло, и Аллен аккуратно смыл мазь, которая частично впиталась в кожу, оставшись лишь маслянистой плёночкой. Он заметил, что касаться побитых мест было совсем не больно. Аллен посмотрел в зеркало: ни фингала, ни разбитой губы. Он улыбнулся и, покрутив в руках баночку, спрятал в кармане мантии.