16. Разбавленная счастьем

«Ладно! Признаю! Я влюбилась в своего педагога!» — подумала про себя Т/И и приземлилась на кровать, уткнувшись носом в подушку. *** Тяжело было признавать это самой себе. А что будет, если придётся сказать о своих чувствах Александру?… Нет, он не должен знать. По крайней мере, до конца этого учебного года. С этими мыслями Дроздова и провела оставшийся вечер, и уснула, и пошла в школу. Ох, как же было трудно сидеть в школе на уроках. Ведь мысли сопровождали девушку и на занятиях. Учёба тянулась мучительно долго. На третьем часу занятий стало известно, что немецкий заменили на французский, а дополнительная физика будет отменена, ибо учителям нужно будет уехать на конференцию. Ох, Простакова хорошо высмеяла всех в классе, кто выбрал французский в дополнительные, прямо на психологии. Особенно Т/И. Ведь, Настя была из тех, кто уходит на урок раньше, потому что не учит французский. Т/И незамедлительно решила помочь учителю утихомирить Анастасию и её подружек. На удивление, её послушали, возможно, после того, как учительница пообещала поставить всем особо шумным двойки в журнал. Дроздова очень любила психологию. Как минимум, она очень хорошо отвечала и всё понимала. Да и учитель был один из немногих людей, кто уважал её и поддерживал. Это был их школьный психолог, соответственно. Дроздова даже ходила к ней на пару сеансов в средней школе. Но вот уже последний урок. Урок дополнительного французского языка. Первый урок прошёл довольно хорошо. Учительница французского была добрая и весёлая. Но всему свойственно заканчиваться. Как и учебному дню, собственно. Теперь нужно было делать домашнее задание на среду и другие уроки на другие дни, чтобы было больше времени на повторение роли не только перед занятиями. В 14:40 Т/И пришла домой и около 19:00 закончила делать домашнее задание. —Дочь, иди поешь, — заглянула мама девушки в комнату. —Сейчас, мам, я как раз домашку доделала… Т/И вышла из комнаты и села за стол. Мама как всегда со всей любовью наложила ей покушать и налила компот. —Вот, твой любимый, — потрепав по голове дочь, Татьяна ушла помогать собирать вещи отцу. Поев, Дроздова младшая пошла репетировать. Ибо чем раньше выучишь текст, тем лучше для тебя и для коллектива. «Одни среди толпы, лишь только я и ты…Короче, ясно,» — читала девушка текст одной из песен в сценарие. Каждый раз читая текст, она представляла Александра. Душа будто сама взмывала вверх при прочтении, при одной мысли о нём. Но время шло, было уже почти одиннадцать. Пора на боковую.

***

Уже следующий день. Сегодня внесли правки в расписание. Вместо французского немецкий…А ещё из-за информатики сегодня к первому, ну радует, что Т/И не одна такая. Половина параллели выбрала именно этот предмет в дополнительные. Сегодня же ещё занятия…Репетиция с Сашей, как всегда пораньше… Сколько было радости внутри неё… Вновь мысли о Сашке переполняли Дроздову каждую минуту и каждый час. Она сама не заметила, как прошли почти все уроки и остался только урок немецкого, на который к глубочайшему сожалению Т/И ходила Настя. Как раз перед уроком была перемена. На которой Простакова в очередной раз докопалась до одноклассницы. —Ну что, Т/И, нормально тебе сосаться со своим педагогом? — блондинка говорила нарочно громко, привлекая всеобщее внимание. —Насть, это же просто роли, что ты как маленькая, — Т/И отложила телефон и сложила руки на груди. —Пх, не переживай, титул прошмандовки ты ещё успеешь получить. Сначала с Александром Петровичем будешь, потом со всеми парнями с группы. А со школы на тебя никто не клюнет, — и Настя удалилась с высоко вздёрнутым носом, предварительно скинув с парты девушки вещи. «И слава богу…Да и роль прошмандовки будет только у тебя…» — подумала Т/И, вспоминая о том, как Настя в один день за школой клялась в вечной любви двум мальчикам сразу. Ну хоть в разные промежутки дня… Настал конец очередного учебного дня. Теперь наступила очередь Т/И смеяться над Простаковой. Ведь, помимо немецкого, она взяла себе в дополнительные биологию. Придя домой, Т/И застала мать и отца, которые выставляли огромную сумку в коридор. —И/О, лекарства взял? Запасную одежду взял? —Тань, всё взял, не переживай, — отец с улыбкой на лице подошёл к жене и поцеловал в уголок губ. — Ой, а вот и доченька моя! Отец подошёл к Т/И и крепко обнял её, после встал перед ней на одно колено. —Дочурка, как ты знаешь, я уезжаю. Я тебе буду звонить по вечерам, если что, отправлю тебе нужную сумму денег. —Главное, чтобы ты поскорее вернулся, — отец улыбнулся и встал, а Т/И его обняла и, встав на носочки, поцеловала его в нос. Папа в ответ поцеловал Т/И в макушку, а мать подошла к ним и они обнялись уже все втроем. А Полуношник молча тёрся об ноги хозяев. —Ну всё, всё, — И/О погладил котейку, почесал за ухом и, взяв сумку, двинулся к двери. Т/И взяла своего любимого котика на руки и с мамой пошла за папой. —Так, я пошёл, — он поцеловал каждого на прощание, и открыл дверь, — Пока, мои любимые. Таня, напиши мне, как поедешь! Т/И удачи на учёбе. —Пока, любимый! —Пока, пап! — Полуношник лишь мяукал. Папа ушёл, а мать закрыла дверь за ним. —Ладно, мне тоже скоро идти за билетами, тебе скоро в театр твой идти? — спросила Татьяна, облокотившись на стену. —Через два часа, — ответила Т/И, смотря на часы. —Ну давай тогда покушай, сделай что-то из уроков и собирайся. А я на вокзал скоро. Т/И последовала совету матери и первым делом пошла на кухню, наложив себе еды. Поев, она пошла в комнату и села за учебники. Раздался хлопок входной двери. Мать уехала за билетами. Ну вот время сборов. Собравшись и одевшись, Т/И покормила кота и пошла на излюбленную остановку. В театре её как всегда встретил дядя Вася с лучезарной улыбкой. С Марией Филипповной и Александром Петровичем Дроздова встретилась уже в аудитории. В Саше кое-что изменилось. Он был без очков. «Он чертовски мил без них…И как всегда красив…» — мысли воспроизводились сами, а внутри разливалось тёплое чувство. —Ну-с, начнём репетицию, — Ростовецкая, сидевшая на стуле, достала сценарий, — Давайте «Встречу на балу». —А почему мы идём не по порядку? — поинтересовался Александр. —Смотри, Саш, — актриса подбоченилась и с легкой улыбкой начала объяснение, — Я уточняю для себя, что вам легче, а что труднее отыграть. А сейчас по местам. По хлопку актёры мысленно переместились в пьесу. По аудитории эхом раздался голос Александра. «Боже, он так красиво поёт…Почему я позавчера не заметила этого?» — мысленно посмеиваясь над собой думала Т/И. Вместе ребята пели не менее хорошо, даже отлично. —Завершаем сцену поцелуем, — подметила Ростовецкая, отпивая из стоящей рядом чашки чай. От такого заявления их вновь охватило смущение. Но опять же, делать нечего. И они вновь поцеловались. Казалось, поцелуй был полон страстью и трепетностью одновременно. Много эмоций и любви. Даже больше чем в первый раз. В момент поцелуя кто-то открыл дверь. Такое чувство, что с ноги. Тут показался Ларин Павел. Застав свою подругу и мастера целующихся, он, мягко говоря впал в лёгкий шок. Ростовецкая, увидев его, отвлеклась от столь приятного зрелища и взглядом испепеляла пришедшего. —Господи, простите, пожалста, — с глазами размером с пятирублёвые монеты он закрыл дверь. Когда столь сладостный и довольно долгий поцелуй прервался, Мария дала добро на то, чтобы покинуть аудиторию. Ведь, Чернов и Митрофанов встретили ребят ещё на входе и повели на сцену. Взяв вещи, два красных помидора по имени Т/И и Саша двинулись вместе с Марией Филипповной к юным театралам.

Ох…Хах, как они ведь ещё не догадываются о чувствах друг друга и думают, что каждый из них просто хороший актёр…

А эта серая рутина была разбавлена счастьем для обоих.