27. С трепещущим сердцем…

И здесь работает такая теория, что если тебе снится человек, то он о тебе думает. Потому что они думали друг о друге, жаждали любви друг друга. Хотя, знают друг друга всего ничего — месяц… *** Она любила в нём всё. Его внешность, характер, голос, манеру речи… А разве может забыть его глаза, прикосновения, его губы… —Дроздова! Не спим! Раз-два! И ты бодрее, Евдокимов! —командовал учитель физкультуры, выходя из своей каморки, по-другому эту комнатушку не назовёшь, и присаживался на скамью. Анны Александровны — учителя физкультуры, как на зло, сегодня не было в школе. Её замещал другой учитель… —Ну сколько можно?! — выкрикнул Евдокимов из второй линии, — Мы уже пол урока делаем эту разминку… —Так! Вы будете работать, пока я не устану, — сказал физрук, поедая заботливо приготовленный женою сэндвич и попивая холодный Липтон. «Угу…Устанет он явно не скоро,» — девушка тяжело вздохнула, лениво делая наклоны. —Так, Дроздова! Второе замечание! — проорал физрук с набитым от еды ртом. «Да ты… Как Анна Александровна с ним работает?!» — мда, этого учителя особо никто не любил. После разминки следовала игра. И если Анна Александровна разрешала кому-то не играть, а просто делала с ребятами растяжку на другой половине зала, то сейчас были обязаны играть все… Слава богу, прозвенел звонок и ребят наконец-то отпустили. На классном часу не было ничего интересного…Просто пустили бумажку о дополнительных занятиях в школе и вне школы по рядам. И вот 11 «Б» отпустили домой. По пути Т/И размышляла о том, какой будет этот день, что её и Александра ждёт на репетиции… Эх, эти мысли о любви… В это же время сам Саша задумался о своей любви. Насколько схожи мыслишки у наших голубков… Просто родственные души! И у двоих содрогается сердце от сладостных воспоминаний друг с другом, от осознания, что у них может быть кто-то ещё и от тех чувств, которые они и испытывают, но не могут сказать о них. Внутри всё сжимается, а боль давит всё сильней… Хотя, одно отличие есть… Романов решал вопрос о том, как же покорить её сердечко. «Может, подарить ей что-то? Но что? Вроде, она изучает французский…Oh, mon amour…» — он понимал, что хоть их общение было недолгим для любви, Сашенька был счастлив как никогда…Волшебное чувство эта любовь. Но такое болезненное и страшное. Одновременно грустное и радостное, нежное и страстное. В этом и заключалось его чудо. Саша уже отчаялся, но… «А что если…Да!» — в голове буквально лампочка загорелась, его осенило… И эта идея была блестящая! Т/И уже сварганила салат и во всю его уплетала. Всё-таки помидорка с огурчиком и сметанкой сверху вкусно…А если ещё посолить в меру…Вообще с ума сойти можно! Тут по всей кухне эхом прошёлся звон будильника. Пора выходить. Уже одетая барышня взяла сумку и принялась одеваться дальше…Повязав на голову платок и накинув на себя пальто, она выключила свет и с ключами подошла к двери. «Так, свет я выключила, всё из розеток выдернула, окна закрыла, газ и воду тоже выключила…Вроде бы всё,» — она осмотрела квартиру и вышла из своего жилища, закрывая за собой дверь. На улице Дроздову уже ждал Сашенька. На нём было новое чёрное пальто по фигуре и серый шарф. А идеально начищенная лакированная обувь предавала образу ещё большую опрятность и красоту. —Здравствуй, Л/Ф/И, — полная света и радости улыбка нарисовалась на лице Саши. —Здравствуйте, — кивнула Т/И. Романов выставил локоть, как бы предлагая взяться за него. Дроздова так и сделала. И ученица со своим любимым во всех смыслах педагогом пошла к театру, — За полчаса пешком дойдём? —Если чуточку поднажмём, то да… По пути Саша расспрашивал Т/И обо всём. Что она любит из литературы, музыки, цветов…А Т/И так же не терялась, спрашивала у Саши нечто подобное, иногда смущаясь и неловко улыбаясь от его манеры речи. Романов называл её «дорогая», «милая», «прекрасная» и про себя подметил, что ей это нравится… Ох, он был готов отдать всё за её улыбку! Он любил её глаза, волосы… Таких прекрасных девушек просто искать мало! Их надо завоевать! Они сияют ярче солнца, луны и звёзд вместе взятых и всегда будут освещать твою жизнь, пока смерть не разлучит вас… Собственно, они даже пришли минут за десять раньше. Настолько увлеклись беседой и ускорили шаг… За это время Саша успел поменять очки на линзы. «Ох, как же он красив,» — вздыхала про себя девушка. Вот за ними зашла Мария Филипповна и повела их на сцену. Все декорации, кроме алтаря, уже были подготовлены, возможно, сегодня даже будет примерка костюмов. —Итак, драгоценные мои, сейчас мы с вами ещё раз пройдёмся по «женитьбе» и уже вместе со всей группой пойдём по сценарию, а там и «ночь перед рассветом» вы мне отыграете. Т/И и Саша в момент залились краской. Ведь, это сцена возрастная, с прямыми намёками. А играть её с тем, кем любишь…Одним словом, стыд для них. Но сейчас пока только венчание… Остаётся только ждать этого фрагмента с трепещущим сердечком. Как и на прошлой репетиции они соорудили что-то на подобии алтаря. Те же строки песен и тот же поцелуй, полный самых разных чувств. Спустя несколько минут сцена была отыграна. —Хорошо, но вы в этот раз были чуть зажатые какие-то…Ещё раз прогоним! По истечению часа прошло около пяти прогонов…И вот они достигли идеала. —Мда, вчера у вас выходило лучше. Не выспались сегодня что ли? Ну в общем-с, я рада, что у нас всё вышло. Но в понедельник ещё раз пройдёмся по этой сцене…А пока чуть уберёмся на площадке. Скоро должен прийти ваш состав. Так оно и есть. Только ребята закончили уборку, за кулисами показались знакомые макушки. —Здравствуйте! Смотрю, вы тут репетируете во всю, — Митрофанов выставил на авансцену стул и тал перелистывать страницы сценария, — Так, Тибальт, на площадку! Сначала отыграем твой сольник. —А на сколько мы тут? И почему вообще вы называете на по ролям, а не по именам? — из-за кулис вышел Самойлов. —Привыкайте. А здесь мы может на два часа, может на полдня…Я не знаю, смотря, как отыграете. —Ну ахуеть, — выкрикнул Витя. —Щас по губам кому-то надаю! — выкрикнул в ответ из соседней кулисы Саша. Педагог всё-таки… С горем пополам за полчаса отыграли «Маску мести». Теперь обыгрывали фрагмент «Ты нас предал», где друзья Ромео узнают о его предательстве — свадьба с дочерью врагов. С этим справились получше, за минут двадцать. Ибо Роза — Настя — неоднократно косячила, да и у Бенволио роль не шла. Наконец-то перешли к дуэли. Тибальт смертельно ранил Меркуцио, а Ромео отомстил за смерть друга, убив Тибальта Капулетти. С этим справились за двадцать пять минут. Удивительно, но подготовка у спектаклю шла быстрее, чем планировалось. Либо количество преподавателей подстёгивало учеников, либо это талант… Изгнание Ромео из Вероны и сцену «Бог, почему?» отыграли за полчаса. —Мы репетируем уже почти час тридцать! Это почти занятие! Когда нас отпустят домой? — канючила Щепкина. —Так, Шишкина, — начал Андрей Григорьевич. —Я Щепкина! —Не суть! Если что-то не нравится, то выход там! Как-нибудь и без тебя прорвёмся! — крикнул Митрофанушка, указывая на дверь за кулисами, ведущую к гримёркам и пожарному выходу. Настало время той сцены, которой так стеснялись Т/И и Саша, а именно «Ночь перед рассветом». Это звучало для них как смертный приговор. Но делать было нечего. Они с трепещущим сердцем прошли на площадку и прошли к кровати «Джульетты».

Мысли путаются, сердца колотятся, внутри всё сжимается…

Они же знали, что этот момент наступит, но почему он наступил так скоро?…