Тяжело в учении

      Холодный, сладкий кофе с молоком приятно будоражил вкусовые рецепторы. Вся усталость вчерашнего дня окончательно ушла, оставляя после себя лишь чувство удовлетворения. Наступил очередной период затишья, а значит можно было немного расслабиться, чтобы затем продолжить буднично ходить на школьные уроки, а после тренироваться. Тренироваться усиленно, потому что нынешнего уровня сил было недостаточно. Увы и ах. Он мог победить капитана, но не ориентированного на прямое столкновение. Этого было мало, совершенно недостаточно. С другой стороны, у него появились кое-какие идеи, требующие реализации, а также то столкновение с Айзеном позволило нащупать важную грань собственных способностей. — Задумался, староста? — голос Рукии отвлёк его от мыслей, заставил вернуться к реальности. — Снова «староста»? — усмехнулся Орихара, повернув голову в сторону девушки.       Сейчас они сидели на лавочке в парке. Случайная для него встреча, но очевидно Кучики целенаправленно его искала. Также очевидно по какой причине. Остановиться и поболтать он был не против. Всё-таки было бы странно, если бы после того приключения король стал «морозиться» при общении, как раньше. — Это привычка, — пояснила она, слегка поправив свою причёску. — Так много случилось, а по-другому тебя называть трудно. — Вот именно, «много случилось», — покивал парень, откинувшись на спинку скамейки. — Мне рассказали, что ты решила остаться здесь, в мире живых. — Да, на какое-то время точно, — её глаза выразили сильную грусть. — В тот момент от меня как-будто все отвернулись. Даже если они не были согласны с приговором, никто ничего не предпринял. Либо не успел, — она подобралась, глубоко выдохнув. — На самом деле… мой капитан первым же и предложил мне пока остаться тут. Самой бы мне не хватило наглости. Я бы терпела до последнего. — Ясно, — не то, что бы у него был какой-то комментарий к её словам. — Спасибо тебе и остальным, что вы пришли меня спасти, — Рукия посмотрела на него с искренней улыбкой, преисполненной благодарности. — И особенно тебе. Когда Айзен вонзил в меня свою руку… — её пальцы коснулись груди, где ранее зияла пустота. — Я думала, что умру. Думала, что и ты погибнешь. — Да уж. Айзен нашёл пути к нашим сердцам, — мрачно рассмеялся Изая, едва не передёрнув плечами от столь неприятного воспоминания. — Мне бы твоё лёгкое отношение ко всему, — она даже позавидовала его уверенности. — Если что-то нужно, то скажи. Я теперь в неоплатном долгу. — М-м? Нет, ничего. Вроде бы, — честно говоря, ему даже в голову не приходила какая-то там выгода от её спасения. Он действовал на рефлексах. И даже если бы она умерла, то… раздражённо поморщился, но ничего более. По крайней мере, так король считал. И считал аргументированно. — Хотя, что там полагается за спасение принцесс? — неожиданная мысль заставила его коварно ухмыльнуться. — Что? — настороженно уточнила Рукия. — Неуспеваемость по литературе, Кучики-сан, — притворно пожурил он её, но затем резко сблизил их лица. Настолько близко, что они могли ощутить тёплое дыхание друг друга.       Маленькая синигами была довольно хладнокровной девушкой. По крайней мере — старалась такой выглядеть. Из рода аристократов, пусть и не по крови, так что неудивительно. И сейчас эта «благородная маска» наливалась румянцем, а в глазах забегала отчётливая паника. Она была словно кролик перед удавом. Тем не менее… если бы она этого не хотела, то обозначила бы границы. И хочется, и колется.       Король решил, что раз уж проявил инициативу, то стоило проявлять её дальше. Так что он коснулся ладонью её щёки, ощущая нежную кожу, а затем притянул девушку ближе. Их губы соприкоснулись. На несколько мгновений всё замерло, после чего он начал «ощупывать» то её верхнюю, то нижнюю губу. Рукия была растеряна, но в конце концов чувств подтолкнули её к действию. И вот она уже повторяла его движения. Он держал девушку в объятьях. Хрупкая, что можно раздавить, если сжать чуть сильнее. — Так вот какой он, вкус синигами, — прошептал король, отстраняясь от губ девушки спустя некоторое время.       Рукия лишь пролепетала что-то невразумительное в ответ и смущённо опустила глаза. Но главное — она по-прежнему прижималась к нему, прячась в волнении от взглядов мира, и даже от взгляда Орихары. Сам же Барраган… ничего такого не чувствовал. Наверное, просто потому что он ко всему относился проще с высоты прожитых тысячелетий, пусть даже «освежённых» опытом бытия человека. Девушки смотрели на него как на романтического партнёра, он же смотрел на них как на трофеи. Вот так просто.       Он не влюбился в Кучики или проникся симпатией, а просто последовал своему сиюминутному желанию. Жестоко, но Барраган вообще не был способен испытывать влюблённость, любовь или что-то подобное. Им руководили лишь амбиции и скука. Совесть как таковая не предусматривалась в его личности ещё до момента его рождения. — О, староста, Рукия! — в их тихую посиделку вдруг вмешался «спустившийся с неба» Ичиго.       Судя по всему тот отправлялся убивать очередного низшего пустого и уже на обратном пути заметил их. При его появлении Кучики неловко отстранилась, на что Куросаки сделал вид, будто не заметил случившегося. ничего не понял. Возможно, действительно не понял. Очень тактично для рыжего берсерка. — Вижу, теперь вполне и без Рукии можешь устраивать рейды на пустых, — приветливо махнул ему рукой Изая. — А, да, мне дали вот это, — он достал из кармана деревянный амулет, на которым был вырезан череп. — Благодаря этому удостоверению я могу покидать тело, а ещё это типа мой паспорт для других синигами… Но что-то по последнему от него никакого толка! — раздражённо выдохнул через нос и нахмурился рыжий. — Редкая штука, видимо, — подозрительно с интересом глянул на предмет Орихара. — Да без понятия, — Ичиго бессильно развёл плечами, но затем сменил тему. — Рукия уже рассказала, что случилось, когда вы остались на той стороне одни, — его лицо приобрело стойкое выражение. — Айзен Соуске, верно? Чёрт, останься с вами, то я бы уж накостылял этому мудаку! — Очень хороший настрой, — протянул король с нескрываемым сарказмом. — Только помни, что он меня одним ударом чуть не прикончил. Тебе следовало бы потренироваться перед попыткой его убийства, — он покачал головой, перефразируя собственные слова. — Нет, ты обязан тренироваться, чтобы дать отпор. Конечно, если не хочешь положиться на общество душ в этом вопросе. Или ты хочешь? Куросаки почесал затылок, смотря на него с вопросом: «Ты сейчас серьёзно?». Разумеется доверие к жнецам у него отсутствовало. — Тогда вечером встретимся в магазине Урахары, — пожал плечами Барраган. — Буду тебя отделывать, пока из тебя что-то удобоваримое не выйдет. — Я уже подумывал так поступить, — проворчал пацан, которому, по его мнению, объясняли прописные истины. — И мы ещё посмотрим — кто кого отделает.       Может и прописные, но он действительно ещё не осознал, что перестал быть человеком. Пришла сила, а с силой приходят… крупные проблемы. Да и королю просто любопытно — каков его потолок? За кратчайший срок у него появился шикай, а его реацу отныне находилась на капитанском уровне. Это даже не заимствованная сила — та была уничтожена, а изначальный потенциал рыжего. И Урахара что-то знал, но спрашивать напрямую не хотелось. Может с темы соскочить. — Думал… Ты оказывается умеешь думать… Когда не надо, — рассмеялся Изая, проигнорировав раздражение Куросаки. — А-а, к чёрту! — махнул рукой «временный» синигами. — Пойду домой, пока Кон чего-нибудь не натворил, — и поскакал с позором подальше. Когда Изая отсмеялся, а Куросаки исчез — наступило неловкое молчание. — Пошли прогуляемся что ли, Рукия, — улыбнулся Орихара, поднявшись с лавочки и протянув девушке ладонь. Она не ответила в своём смущении и даже смятении, лишь вложила свою нежную ладонь в его. Может быть из этого что-нибудь и выйдет.

***

Огромный тесак столкнулся тёмным лезвием двуручного меча. Снопы искры мешали обзору. Ударная волна буйным ветром разносила пыль в стороны.       Преимущество Куросаки Ичиго состояло в огромной физической силе. Грубая мощь, сметающая всё на своём пути. Нестандартная форма его занпакто позволяла как наносить удары, так и спокойно блокировать их. Одна проблема — бойцу его типа не хватало скорости. Синигами использовали технику «сюнпо», но рыжий паренёк был профаном в технике. С другой стороны, высокий уровень духовной силы и отменная реакция отчасти сглаживали данный эффект. — Слабо! — презрительно заключил Барраган, ответным ударом заставив паренька влететь в скалу поблизости. — Где твоя жажда убийства? Твой занпакто выглядит грозно, но ты «тупишь» его лезвие. — Ох… — вздохнул Куросаки, вновь поднявшись на ноги. В очередной раз. Чего-чего, а упорства ему было не занимать. — Не понимаю о чём ты.       После своего окончательного выздоровления и дополнительного разговора с Урахарой, Орихара решил не полагаться на случай, а подготовить группу детишек к будущем проблемам. Проблемы должны быть. От Йоруичи он узнал, что Айзен замыслил занять место короля душ — так называемого бога жнецов душ. Киске же прояснил момент того, как тот намерен этого добиться. «Оукен» — ключ к дворцу бога, создаваемый путём жертвоприношения тысячи душ на духовно обогащённой земле. Последней, кстати, на данный момент являлась Каракура. Будто все дороги вели в Каракуру. — Пока ты не понимаешь, Айзен планирует стереть твой родной город с лица планеты, — жёстко отчеканил Изая. — Или ты думаешь, что синигами с ним справятся? Эти дураки, которых он с лёгкостью водил за нос? Не смеши.       Сам по себе оукен был перспективной вещицей. И рецепт его изготовления довольно очевиден. Сам Барраган бы не отказался сменить нынешнюю власть на небесах, но для этого нужно хотя бы помешать Соуске. Достаточно одного точного удара в нужный момент. А чтобы это «окно уязвимости» иллюзиониста появилось, требовался тот, кто привлечёт к себе его внимание. Почему он выбрал Куросаки Ичиго? Потому что с ним всё определённо не просто так. Сам Урахара будто ставил на рыжего, видя в нём какой-то особый потенциал. — Понятно. С тобой следует поступать и проще, и жёстче одновременно, — король перестал сдерживаться и сконцентрировал на Ичиго всё силу своего духовного давления. Атмосфера вокруг подёрнулась едва заметным искажением, но будто этого мало, владыка пустых позволил просочиться и своей ужасной жажде убийстве. — Ч-что? — Куросаки ощутил холод, касающийся глубин его души. Смерть. Не было иллюзий, не было крови или адских криков. Это были чистая смерть — такая естественная и тихая. — Чувствуешь, как твоё сердце пропускает удар? — Луизенбарн направился к парализованному от ужаса Ичиго. — Ощущаешь бесконечность этого момента? Уже дрожишь. Боишься, что оно больше никогда не забьётся вновь? — глаза короля наполняло безразличие.       Рыжий синигами впервые столкнулся с подобной аурой. И для первого раза это был наихудший вариант. Исходила она от одного из самых древних существ трёх миров, от первого владыки уэко мундо, от того, кто познал смерть и ментально, и физически. Возможно, будь король в первичной форме, то одно духовное давление уже убило бы парня, но сейчас хватало и отголоска былого могущества. «Двигайся, двигайся, двигайся…» — повторял Куросаки как мантру, пытаясь заставить тело повиноваться приказам.       Смерть в форме человека уже подошла к нему. Не ускоряясь, не замедляясь. Незыблемый ход времени. И час Ичиго уже пришёл. Король протянул к нему руку, готовясь погрузить во тьму всё его существование. В этот последний момент между жизнью и смертью Куросаки кое-что осознал и принял. Он хотел жить… Ради чего? Чтобы защищать близких. У него была сила, он должен её применить. «Борись, Ичиго», — уверенный голос прозвучал его в голове. Зангецу, его занпакто. Он был не один. Онемение спало и Ичиго всё-таки нанёс удар. Загнанный в угол зверь становится гораздо опаснее! — От тебя многого ждут. В первую очередь ты сам. Но это ошибка. Я разочарован, — к шоку парня Изая схватил лезвие Зангецу одной рукой. Никакой крови на ладони, зато свои руки рыжий синигами не чувствовал. Будто ударил в бетонную стену. — Орудуя затупленным клинком ты способен навредить лишь только себе, — в следующий момент Куросаки обильно харкнул кровью. Опустив взгляд, он с шоком увидел, что меч Орихары пробил его грудь. Вроде бы сердце. — Покойся с миром, синигами. Когда меч вышел из груди, тот рухнул наземь.       Поначалу судорожно мельтешащие мысли замедлили свой ход. Эмоции отошли, оставив холод смерти в груди. Отрешённое предсмертие взяло вверх. Тени мира мёртвых тянулись к нему, желая забрать в вечный сон, но вот они сформировали в человеческую фигуру.       Высокий мужчина с длинными смоляными прядями. Он был одет в чёрный плащ, а глаза прикрывали оранжевые очки. Воплощение духа меча как всегда было стоическим, хотя внутри него горела скрытая ото всех решимость и волнение. — Ты ещё хочешь победить, Ичиго? …       Барраган показательно отвернулся. Он чувствовал разочарование, но внутри готовился. Либо сейчас, либо никогда. Либо предсмертный опыт заставит парня цепляться за жизнь, либо тот сдаться, убедив короля в его несостоятельности. Не то, чтобы Изая собирался убивать одноклассника. Нанесённая рана была фатальной, но очень точной, так что спасти его не проблема. И когда спустя долгие секунды ему в спину ударил поток мощной духовной силы, король лишь едва улыбнулся. — Значит, ты в самом деле не простак, — владыка лениво обернулся.       Золотая аура била ключом из тела успевшего подняться Ичиго. Кровь из раны на груди перестала вытекать, а сам его взгляд наполнился уверенностью. Духовная сила Куросаки всегда была аномальной, но имела высокий уровень нестабильности, то падая, то поднимаясь, будто некий фактор постоянно закрывал ему доступ к океану силы внутри. Теперь же мощь полноценного капитана обрушилась на плечи Луизенбарна. — Выживи, староста, — ледяным тоном предупредил его Ичиго, поднимая свой огромный тесак. — ГЕЦУГА!.. — в следующее мгновение он резко опустил свой меч, — ТЕНШОУ! — с лезвия сорвался энергетический разрез, устремившийся к Орихаре.       Техника занпакто, а её эффективность и имя сами говорили за себя, имела все шансы нанести смертельное ранение королю. Он не какой-то дурак, чтобы попытаться ту блокировать или подавить, а потому всё с тем же самоуверенным выражением лица применил брингерлайт, отступая в сторону. Волна же золотой энергии продолжила движение, рассекая целые скалы на своём пути. Впечатляющее зрелище. — А вот это и есть настоящий удар, — довольно оскалился Изая. — Не забывай это чувство. Используй инстинкт убийцы, но не давай ему поглотить тебя. — Я… понял, — прошептал в ответ Куросаки прежде, чем рухнуть на землю снова. Кровь из раны вновь начала стремительно вытекать, а реацу парня предупреждала о скорой смерти. — Ладно. Передохни пока, — без лишней заботы он закинул его тело на плечо и отконвоировал в место на приличном удалении, где тренировались Чад и Иноуэ. — Орихиме, твоя очередь, — и скинул одноклассника рядом с ней. — Ох, опять! — тяжело вздохнула девушка, но волнение успело притупиться. Десятый раз уже подобное происходило, причём только за один день. Зато практики у неё теперь было много. Способности прогрессировали крайне быстро. — Чад, как твой прогресс? — скосил он взгляд на молчаливого парня. — Уже лучше, — кивнул Ясутора, показательно заставив валяющиеся камни зашевелиться. — Медленно, но верно. Поймёшь суть — брингерлайт не станет проблемой, — король едва похвалил здоровяка.       На тренировки согласились все, но если с Ичиго всё было понятно, как и с Чадом, то вот касаемо Иноуэ владыка пустых ничего, кроме практики не придумал. Она лечит Ичиго, а между делом пытается создать щит покрепче, который затем тестировал Садо. Вроде бы намечался прогресс по всем фронтам.       Что касается Садо, то он был подчинителем, но вместо внешнего объекта подчинения тот использовал свою кожу, трансформируя руку в оружие. Здесь лишь требовалось раскрыть сущность его навыков, хотя бы заставить овладеть брингерлайтом, чтобы компенсировать грубую мощь какой-никакой скоростью. Получалось не так быстро, как он ожидал, но тут уж либо Барраган «особенный» со своим опытом и странной духовной природой, либо Ясутора оказался немного бездарным. Как бы в своей гордыни не хотелось поставить всё на первое, но выражение «ломать — не строить» слишком хорошо описывало Садо. — Я… я ещё жив? — пробормотал очнувшийся Ичиго. — Поздравляю тебя, — Изая резко склонился над ним, чем немного испугал. — Ещё живой. Причём у тебя наметился прогресс. Он болезненно поморщился. — И что теперь? — настороженно уточнил Куросаки. Ответил ему уже не Барраган, а появившийся будто из ниоткуда Киске. — А теперь за твою тренировку возьмусь я! — довольным тоном протянул изгнанный учёный. — Судя по моим наблюдением ты достиг нужного уровня материализации занпакто, чтобы… — и интригующая пауза. — Чтобы что?! — вскинулся Ичиго, намереваясь ударить в нос шляпника. — Чтобы достичь банкая, конечно! — как ни в чём ни бывало продолжил прохвост. — Это будет небольшим экспериментом. Обычно синигами тратят на «полное высвобождение» меча десятки лет, но мой метод должен справиться за три дня. Ичиго замер. Ичиго осознал услышанное. Ичиго разозлился. — Эксперимент? Должен? Эй, я на сомнительные опыты не подписывался! — воскликнул «временный» синигами. — Да? А это что? — и сунул парню в руки бумажку. — Прочти внимательно. — Отказ от ответственности… Чё?! — рыжий вылупился на учёного, как баран на новые ворота. — Не было такого! — А подпись есть, — Урахара самодовольно обмахал своё лицо веером. — Не имеет значение, что не ты её ставил. Это уже не докажешь. Куросаки с каким-то отчаянием посмотрел на старосту, а тот будто ничего не происходило, лазил в телефоне. — Чёртова шляпа! — крик души разнёсся по искусственному пейзажу. Король усмехнулся.       Ну, было забавно поучаствовать в этом. Чтобы посмотреть подобную сценку ему и требовалось-то лишь «перенести» роспись с школьного журнала на бумажку Урахары. Маленькая пакость для веселья короля, но о своём участии он говорить рыжему не будет. Так интереснее.