Родной мир приветствует тебя

      Король редко терял эмоциональную стабильность. Нет, он часто «взрывался» от гнева или был охвачен раздражением, но вот чтобы его охватывало волнение — это совсем другой разговор. Он не волновался, когда едва не погиб от рук прародителей благородных синигами. Не переживал при встрече со своим заклятым соперником, бесконтрольным пожирателем. Спокойно сталкивался с васто лорде, желавшими господства в уэко мундо, и не менее спокойно принимал под своё крыло потенциальных предателей… Много чего происходило за его бесконечно долгую жизнь, но его уверенность никогда не колебалась. Теперь же всё было иначе. Сомнения — это удел людей.       С новым перерождением в его теле текла кровь. Жизнь, наполненная эмоциями. И смешная для него прошлая перспектива возвращения в уэко мундо сейчас заставляла задаваться множеством вопросов. От прошлого не убежишь, перед смертью не надышишься и прочие подобные выражение подходили сюда лучше всего. Но это неуместно. Ему нужно быть сосредоточенным, стойким, не позволяя духу колебаться, иначе его силы иссякнут раньше, чем он достигнет своей цели. — Даже не верится, что мне, квинси, доведётся побывать в уэко мундо, — покачал головой, сидящий на скале чуть дальше, Исида.       Да, точно, он тоже немного взволнован. Квинси и пустые — это непримиримые враги. Не потому, что последние пожирали людей, а первые являлись их защитниками. Дело в банальной несовместимости. Если на человека воздействовать реацу пустого, то он может сам обратиться в пустого. Квинси же просто умрут, ведь для них энергия «минуса» — чистый яд. — Уэко мундо — самый богатый на рейши мир среди всех трёх. Твоим способностям это только в плюс, — чуть успокоил его Изая, достав из кармана вещь, без которой похоже не обойтись. — Всем вам, — и посмотрел на внимательного Садо, — подчинение — это наследие пустых как-никак. И лучше всего оно развивается в родном для себя мире. В теории, конечно. — Староста, — заговорил, что редкость, Ясутора, — ты… куришь? — правильный, идеальный образ Орихары стремительно пошёл по швам. Теперь уже и Исида неодобрительно покачал головой.       Будто королю есть до этого дела. Он в мире живых, чтобы вкусить все удовольствия смертной жизни. И немного совместить приятное с полезным для успокоения — отличная возможность. Так что проигнорировав взгляды товарищей, тот зацепил губами одну из самых дорогих сигарет и театрально поджог её пальцем, втягивая ядовитые пары в лёгкие. Повлиять на его здоровье это не могло, а уж избавиться от запаха — дело секундного применения фуллбринга.       Несколько затяжек, и он почувствовал некоторое эхо головокружения, которые быстро сменилось расслабленностью в теле. Похоже было на эффект алкоголя, опробованный в один из летних дней. — Сойдёт, — заключил Барраган.       Не то, чтобы его «портила» человеческая жизнь, так как даже в бытность пустым король каждый день пил вино, подаваемое верной слугой-рабыней. Симпатичной на вид, насколько могут быть симпатичны меносы. Но дело в том, что тогда всё было имитацией. Женщина не могла подарить ему тепло своего тела, а вино было лишь кровью много возомнивших о себе пустых. А теперь всё по-настоящему. И боль, и удовольствия, и… чувства, наверное, тоже. — И где этот Урахара? — он встряхнулся, изгоняя из головы лишние мысли. Негодование в пустоту, ничего более. — Я ЗДЕ-Е-Е-СЬ! — неожиданно последовал ответ с входа в подвал, то есть с неба. Шутник однако.       Изгнанный учёный вскоре спустился, а за ним шли Куросаки и Кучики. Оба сосредоточенные, отлично скрывающие обыденный мандраж. Приветствовать друг-друга никто не стал, все уже виделись сегодня. Можно было не затягивать. — Вижу, вы полностью готовы, — прокомментировал ситуацию Киске. — Или не совсем… — О чём ты говоришь? — с недоумением посмотрел на него Ичиго. — Не о чём, а о ком, — ответила ему появившаяся прямо из-за спины Неллиэль. — Я иду с вами.       Повреждения маски были весьма серьёзны и даже отведённого времени не хватало на восстановление девушки. Тем не менее она стояла здесь, готовая к бою. Даже её духовная сила была на первый взгляд стабильна. — Успела восстановиться? — уточнил король, окинув Одельшванк внимательным прищуром. — Я в полном порядке, но мне не рекомендуется использовать высвобождение, — пояснила она, поправляя занпакто на поясе. — Ясно, — большего Баррагану и не нужно.       Неллиэль даже в базовой форме была крайне сильна. В силе с ней могли потягаться лишь Куросаки и сам король. Остальные заметно отставали и, если верить положительным прогнозам, способны дать отпор лишь нижней планки эспады. Поддержка. Основная задача всегда лежала на сильнейших. Урахара же отошёл в сторону, достал какой-то камень и свою трость, а затем начал колдовать: — В моей правой руке камень, соединяющий миры. В левой руке клинок, заключающий в себе бытие, — оба названных предмета он объединил, от них исходило реацу и он продолжил: — Пастух чёрных овец, смертоказненный стул. Сплочаются облака, я стреляю в украшенный гербом ибис.       Между двумя скалами, в которых были вонзены непримечательные деревянные столбы, само пространство разорвалось. Выглядело это словно открытие тёмного ока существа, названного самим миром. Искусственная гарганта, иными словами, от которой с иной стороны веяло такой родной энергией. Безликое дыхание уэко мундо. —Желаю вам удачи в вашем путешествие, — донельзя серьёзно проговорил Урахара. — Неллиэль проведёт вас, — названная девушка уже вошла внутрь, а за ней Исида, Чад, Рукия и Куросаки. Замыкающим шёл Изая. — И да, Орихара-сан, хочу добавить, что иногда ничего не остаётся, как положиться на чудо. Он замер перед самими проходом. — Хотелось бы мне сказать, что подобное для неудачников, но оставлю уверенные заявления при себе, — улыбнулся учёному Изая прежде, чем вступить в арку пространственного разрыва. И удача, и чудо… без них ему не справиться с узурпатором трона.       В тёмном пространстве между измерениями он побежал по тропе из духовных частиц, созданной Неллиэль. Разговоров не было, все пытались сосредоточиться, ожидая сходу столкнуться с враждебностью нового «дивного» мира. Они ожидали увидеть бескрайнюю толпу пустых или что-то в этом роде, но реальность оказалась куда более приземлённой. Помещение из белого камня без каких-либо изысков. — Похоже мы попали в какое-то закрытое помещение, — сыграл в капитана-очевидность Ичиго, потирая свой затылок. — Я думал, уэко мундо будет уродливо…       Орихара сдержал своё возмущение, но… уродливо? Мир короля был прекрасен по своему. Тот самый момент, когда наступила смерть, но признаки жизни не покинули его, запечатлев столь дивный пейзаж в вечности. Уэко мундо можно назвать мрачным, депрессивным и ужасным местом, но чтобы уродливым? Смертным не понять красоту того, чего они страшатся всё своё существование. Нет, он бы правда что-нибудь высказал, если бы не огромная длинная рука, потянувшаяся к ним из мрака коридора. — А-а-а?! — открыл в удивлении и лёгкой паники свой рот Исида. — Кто вы такие? — протянул великан, который пусть и выглядел как человек, но его конечности и общей вид были слишком гипертрофированы. — На диво смешной арранкар, — Барраган посмотрел на него с пренебрежением. — Какой-то гиллиан в прошлом? Или просто бракованное животное? — Высокомерно! — ответ пришёл от нового действующего лица, появившегося с другой стороны прохода. Уже человеческого размера, но голова представляла собой птичью морду, а из спины торчали громоздкие шипы. — Я готов ещё поверить, что это относиться к Деморе, — заявил он, имея в виду собрата-гиганта, — но в свою сторону я, Айсли, не потерплю оскорблений! Мы специально отвергли человеческий облик, чтобы впитать ещё больше силы! У кого-то это больная тема. — Что будем делать? — поинтересовалась Рукия, вытащив свой занпакто.       На данный момент группу зажали в тесном коридоре с обеих сторон. Если слишком разойтись, то есть риск завала. Тем не менее это абсолютная мелочь и ради лишней подстраховки затягивать этот фарс — сущая глупость. — Не терплю идиотов. Так что закончим с этим, — король вскинул руку в сторону гиганта, создавая и направляя на него поток сокрушительного пламени.       Такой крупной дичи было не увернуться, некуда отступать. Пламя сразу накрыло жертву, выжигая его органы изнутри, плавя иерро. Крик агонии раздался в пространстве диким эхом. Названный Деморой попытался двинуться к ним, но разницы в духовной силе была огромна. Его первый и последний шаг не имел значения. Он был уже мёртв. — А-а-а! — его товарищ в момент начала атаки запустил в Кучики поток шипов, но в дело моментально включился Исида, уничтожая каждый шип своими духовными стрелами. Времени у Рукии было предостаточно. — Танцуй, Соде но Шираюки, — по команде высвобождения её катана изменила цвет на белоснежный, гарда стала похожа на снежинку, а у рукояти появилась белая лента. Самый красивый занпакто во всём обществе душ явил себя. — Второй танец, — она прокола пол под ногами, создав ледяной круг. Несколько быстрых движений, и вот на конце Шираюки скопились частицы льда, — Белая рябь! — шквал снега, люда и холодного воздуха устремился к арранкару, не оставляя ему и шанса. — Н-Е-Е-Т! — заверещал проигравший прежде, чем навечно смолкнуть. Коридор был заморожен стеной льда, погребая арранкара. Дел на пару секунд. — Чёрт, я не успел ничего сделать! — вздохнул Куросаки, как-то грустно посмотревший на тесак в своих руках. — И хорошо, иначе нас бы замуровало здесь, — важно поправил очки Урью. — Это ловушка, — вдруг заявила Неллиэль, и одновременно со сказанным помещение охватила дрожь. — Я нас отсюда выведу, — она вскинула вверх палец. Сфера розовой духовной силы разогнала мрак. — Серо!       Техника Одельшванк прошила потолок, создав дыру диаметром в несколько метров. Без всяких команд группа рванула в открывшийся проход, избегая стремительного обвала этого места. Потоки песка мгновенно захлестнули прибежище двух арранкаров. Теперь это была их общая могила. Но все уже забыли о них, ведь теперь перед ними предстала поверхность. — Это уэко мундо? — удивилась Рукия, впрочем как и остальные. Пейзаж перед ними открывался великолепный.       Бесконечные серые барханы, из которых изредка торчали иссохшие «деревья» и небольшие скалы. А над этим местом нависало ночное небо, лишённое даже звёзд. Лишь вечная луна в своей форме полумесяца, и то неестественном, будто отражённом. — Добро пожаловать, если верно подобное говорить, — первой заговорила Неллиэль. — Какое унылое место. Здесь пусто и… всё белое, — выдал «гениальный» комментарий Куросаки. — Правда, флора тут есть… пересохшая, — подметил Ясутора, косо поглядывая на деревья. — Нет, — возразил молодой квинси, отломивший одну из веток. — Эти деревья словно из каких-то кристаллов сделаны, — ему было любопытно, ведь по сравнению с обществом душ, которые было донельзя… обычным, уэко мундо представляло собой совершенно иной мир с иными законами. — Вот такая она смерть. Вы сейчас стоите на трупах. Весь этот мир — одна братская могила для бесчисленного множества забытых душ, — Барраган с извращённым наслаждением вдохнул полный рейши воздух и с ностальгией зачерпнул горсть песка в ладонь. — Но я думаю, что таким и должен быть мир мёртвых. Разве нет?       Каждый пустой здесь перерождался. Каждый пустой боролся, пока оставались силы. А затем каждый из них погибал, либо становясь частью кого-то другого, либо… сгнивая до состояния «песка», пополнившего пустыню новым барханов. Король часто размышлял над этим, пытался осознать масштаб того пустого, чьё тело послужило основной уэко мундо. И это попросту невозможно. Вопреки первому впечатлению мир пустых всё-таки динамичен, и нельзя сказать какого размера он был тысячу лет назад, две тысячи… Даже время способно в извращённой манере создавать не только смерть. — Изая, ты в порядке? — Кучики положила руку ему на плечо.       Одноклассники лишь переглядывались, думая, что староста в очередной раз сошёл с ума. А вот Одельшванк подозрительно прищурилась, но промолчала. На волне впечатлений король слишком много рассказал, а ведь для всех он тут находился впервые. Впрочем — ему без разницы. Он осознавал, что скоро маски будут сброшены. — Да. Отчасти. Подчинители черпают силу из частицы пустых в их душах. Мы не можем остаться к такому равнодушны, — едва улыбнулся король, стряхнув остатки песка с ладони. — Я тоже чувствую себя странно. Будто вернулся… домой? — сконфуженно заговорил Садо, разминая свою правую руку. — Думаю, нам нужно идти. Дворец совсем рядом, — отвлёк всех Ичиго, тыкая пальцем в сторону. От увиденного король раздражённо зажевал свою губу. А было ведь отчего возмущаться!       Огромный дворец из белого камня. Брутальный, но в чём-то изящный. Высокий, будто тянущийся до небес, и возвышающийся над всем остальным миром. В дополнение дворец был огорожен неприступными на вид стенами. — Это лас ночес, дворец пустых, — подтвердила худшие опасения Неллиэль. — Какой огромный, — синигами была под впечатлением. — Да уж, величественно, — пробормотал уже квинси. — Отвратительно, — тихо прошипел король.       Лас ночес был творением Баррагана. Он был создан в тот момент, когда он вступил в битву за трон бога-короля. Назначение дворца было во многом формальным. Луизенбарн мог бы изначально отстроить его также… нет, даже больше, гораздо больше. Тем не менее он считал это глупостью. Зачем ему нужны неприступные стены, если армия владыки пустых способна отразить любое нападение? К чему подземные постройки, если под ним бездна леса меносов? Зачем потолок, когда существует ночное небо? Король не намеревался отгораживаться от своей вотчины. Всё уэко мундо и было его лас ночес, его личным дворцом. А теперь сюда заявился синигами и принёс свои порядки в это место. Осквернил все ценности Баррагана, запятнал само понятие бога-короля уэко мундо. — Идём. Чем быстрее спасём Орихиме, тем быстрее… уйдём, — король устремился в брингерлайте.       Группа старалась не отставать от него. Их наверняка уже засекли, но пока никаких действий не предпринимали. Так что они спокойно двигались первые полчаса, час… Путешествие неожиданно затягивалось. Несмотря на внешнюю близость, сам дворец будто замер на конкретном расстоянии от них, словно мираж. Это говорило о масштабе постройки Айзена. И его эго, конечно. — Наконец-то, — удовлетворённо протянул король, когда ощутил странные колебания духовных частиц, и остановился. — Староста, ты чего? — удивился резкой остановки Ичиго, который один единственный не ощутил надвигающуюся угрозу.       Ударяться в пояснений не пришлось. Песок рядом с ними забурлил, а затем потоком вырвался вверх, формируя монструозную фигуру. Высокий, с длинными до земли руками, сквозной дырой в груди и мордой, сплавленной с маской. Это был странный пустой, едва ли арранкар. Очередной эксперимент эволюции встал у них на пути, словно джин из легенд. — Я Лунаганга, страж этих белых песков! — провозгласил пустой, смотря на них сверху-вниз. — И я… — Гецуга Теншоу! — в этот раз Куросаки успел отреагировать, отправив свою короную технику прямо в лицо стража.       Верхнюю половину тела врага попросту аннигилировало, а оставшееся тело начало опадать. Казалось, молниеносная победа, только вот духовную чувствительность не обмануть — пустой даже не ослабел. И правда, в следующее мгновение он восстановился прямо из песка. — Как так?! — недоумевал рыжий синигами. — Глупец! Меня нельзя убить. Сам песок даёт мне силы, — насмехался страж, попытавшись накрыть всю группу своей огромной ладонью. Король с некоторой ленцой отскочил в сторону.       Противник активно использовал рейши пустыни. Его духовная структура была аналогична духовной структуре местного песка, но при этом неким образом он сохранял единую личность. Это позволяло легко восполнять потерянные силы. Пусть он и был немного удивлён подобной регенерацией, которая в теории могла бы быть неисчерпаемой, но видел явные минусы. Зависимость. — Одна мошка за другой. Угроза общества душ оказывается такой посредственностью, — Барраган коснулся песка под ногами, распространяя свою волю на сотню метров вокруг. — Что ты сделал? — почувствовал неладное Лунаганга. — Рукия, лови, — предупредив девушку, король подчинением поднял стража вместе с песков вокруг. Оторванный от земли пустой оказался в смятении, впервые он был отрезан от источника своей силы. — Танцуй, Соде но Шираюки, — синигами не стала отставать, применив свою замораживающую технику.       Песчаное тело исполина без труда заледенело. Это его не убило, но вывело из строя надолго. Духовный лёд обещал продержаться несколько часов. А там уж всё станет неважным. На крайний случай король мог бы подчинить силой данное существо. Потенциально полезный слуга всё-таки. Орихаре оставалось лишь аккуратно положить каменную статую на землю и похлопать ладонями в знак успеха. — Что ж, Куросаки, ты снова оказался бесполезен, — флегматично заявил квинси. — Да пошёл ты! — раздражённо отмахнулся от него рыжий полукровка. — Отличная работа, Рукия, — снизошёл до небольшой похвалы Барраган. — Умение исполнять команды — это основа основ. — А? Э, да, — моргнула Кучики, не зная как реагировать на столь неоднозначные слова. Они же команда. По крайней мере, она так думала.       После поражения стража путь был свободен. И до лас ночес добраться не составило труда. Лишь монументальная стена стала препятствием, которое вездесущий Ичиго не преминул шанса разломать своим мечом. И вот они уже по-настоящему проникли во дворец, на территорию врага, а впереди развилка из нескольких коридоров. — Здесь пять путей, — заметил Садо. — Попытаемся проверить один за другим? — выдал дельную мысль Ичиго. — Мы можем разделиться, нас-то шестеро, — возразила Рукия, за что получила подзатыльник от Орихары. — Ай! Что не так? — Глупость. Наши враги — эспада. Думаешь, они будут биться один на один? Лучше держаться вместе, — высказался Ичиго, углядев то, что староста был с его мнением согласен. — Да и Неллиэль может нас провести, верно? — Я не знаю эту часть замка… или не помню? — покачала головой Одельшванк. — Так что мы можем потратить слишком много времени на поиски, — вновь подала голос Кучики, и вновь получала подзатыльник. — Да хватит уже!       Хмыкнув, король громко хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание. Как лидеру ему стоило вынести окончательный вердикт. В чём-то оба плана были неплохи, но и одновременно ужасны. Если держаться всем вместе, то они рисковали затянуть своё похождение по дворцу, при этом привлекая слишком много внимания. Если же быть по одиночке, то кто-то рисковал уже не вернуться из этого путешествия, обломав зубы об какого-нибудь особо сильного арранкара. Истина была где-то посередине. — Мы разделимся, но не будем по одиночке. Точнее вы не будете, — заговорил король тоном не терпящим возражения. — Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Кучики, почувствовав неладное. Барраган её проигнорировал. — Неллиэль, возьми с собой Рукию. Куросаки, Исида и Ясутора пойдут отдельно, — он решил разделить группу на две части.       Одельшванк была наиболее сильной среди всех и отчасти знала замок. Шансы преодолеть опасности и вытащить Орихиме у них были наиболее высокими. Тем более на глупости обе девушки внимание не тратили, ставя в углу всего эффективность. Куросаки со своими друзьями же… по сути служили для отвлечения внимания. Громкие, грубые, но не слабые, особенно рыжий. Они могли здорово пошуметь, попутно разобравшись с несколькими арранкарами. — А как же ты? — уточнила Кучики. — Я пойду один, в случае чего подстрахую кого-то из вас. Всё-таки у меня тут лучшее духовное восприятие, — сказал как отрезал Луизенбарн. — И это даже не обсуждается.       И не желая выслушивать сомнения товарищей, Изая удалился прочь в брингерлайте. Оторвался, затерялся в бесконечных коридорах лас ночес, где уже и замедлился, не ощущая более знакомой реацу поблизости. Так лучше. Спасение Орихиме, конечно, основная задача для всех, но сам Барраган сейчас уходил в личные заботы. Ему следовало бы провозгласить уцелевшим слугам о возвращение своего короля.