Глава 3. "Выпьем?"

      Конечно, это же Жизнь и Смерть собственной персоной. Жизнь правил на земле, и везде, где была жизнь. Такая тёплая и такая свежая. Смерть же, правил в загробном мире, имея влияния и в аду, и в раю.       Двое так не были похожи на Смерть и Жизнь, что Ситри вовремя успел закрыть рот рукой, что бы скрыть смех. Он никогда раньше не видел их в такой форме. Хотя, Жизнь он не видел вообще, а Смерть, отчасти можно было считать его начальством, только видел он его в официальном виде. Смерть – Всадник апокалипсиса, по этому, его было не редко видеть на балах во дворце Дьявола. А Жизнь, возможно больше знали... В раю? Ситри точно не знал.       – Здравствуйте, – Ситри кивнул Смерти, а тот кивнул в ответ, – а где Луна?       – Не знаем, мы лишь скромно гуляем с моей Смертью по этим красивым местам, – отозвался Жизнь, – а ты этот... Ну, правитель какого-то круга, как тебя… Ситри, – он сделал ударения на последнюю букву.       Больше всего в этом мире, Ситри ненавидел это. Какие си три? Как бы хотелось в грубой форме спросить его об это сейчас. Как бы хотелось пойти, и культурно разъяснить ему, как говорить правильно.       Конечно, больше уважения, Ситри питал к Смерти, так как Жизнь, увидел вообще в первые, но, как не крути, оба были членам Верховного Совета.       – Он Ситри, – Смерть поправил Жизнь и оглядел подчинённого, – а что ты тут делаешь? Стоило только открыть ворота ада, как я вижу тебя везде, кроме твоего круга.       Свой круг и работу в нём, он не считал настолько скучной, что бы сбегать, но всё же, веселее заниматься тем, что не тяготит душу.       Ситри лишь улыбнулся. Смерть настолько часто заходит к нему, и делает выговоры, что он уже давно сбился со счету. Но положение Ситри менять не хотел.       – Просто надоело. А вы не в ад?       Смерть посмотрел на Ситри.       - Не слишком ли праздно мы живем? Уже конец месяца, если и в этот раз я не увижу твоих отчетов, я приду уже не с выговором, а по твою душу. Бегом в ад.       – Слушаюсь, – Ситри даже поклонился.       – Совсем обленился.       - Может пойдем? - подал голос Жизнь, - она нас ждёт.       - Вы не в ад случайно? - Ситри так не хотелось проходить таможни, что он был готов рискнуть попросить, что бы члены Совета доставили его в любой круг, - может возьмёте меня с собой?       - Мы в загробный мир, - радостно сказал Жизнь, - Мы могли бы "высадить" тебя по пути.       Смерть закатил глаза и махнул рукой, всё перед глазами превратилось в чёрный туман.       Как только он рассеялся, Ситри смог увидеть, где они оказались: город, который будто облили багровой краской, с "неба" до "земли", хотя, это мало чем отличалось от остальных кругов.       Дома здесь, все до одного отличались. Каждый отделялся от других какой-нибудь особенностью. Жители будто спорили друг с другом, чей дом лучше. Над одним из домов висит небо, обычное, голубое, это была большая редкость; а под крышей другого и вовсе висел скелет с крыльями и божественным мечом в сердце. Один дом богаче другого. Только в одном кругу могло твориться такое.       Круг алчности. Самый отвратный грех. В своё время, он съел сестру – грех Зависть, и стал за два греха. Алчность и зависть, пожалуй, самое ужасное сочетание. Однако, сам грех был уже давно убит другим демоном, который как и Ситри занял его место завладев силами греха. С этим грехом Ситри бы не виделся никогда, да он и не работает с ним, к счастью.       Как только Ситри посмотрел на Смерть, тот уже стоял в своём балахоне. Он стал явно выше, конца его одежды, что отпускалась на землю, видно не было, она, будто исчезал в чёрном тумане, который расстилался под его ногами. Лица его больше не было видно, его закрывал капюшон с таким же туманом на лице, который еле видно вырисовывал вместо лица череп. В руке появилась коса.       – Спасибо, – поблагодарил Смерть Ситри.       Вдруг послышался шум крыльев. Крылья звучали как птичьи, но с противным визгом рассечённого воздуха. К нам спускался не то ангел, не то демон. Существо с одним крылом – демоническим, а вторым – ангельским. Отсюда и звук.       Жизнь заулыбался, а Смерть недовольно произнёс:       – Опять этот, – он отошёл и скрылся в собственном чёрном тумане.       Ангел приземлился и ловко встал на ноги, при этом издав звук каблуками сапог по вымощенной плиткой дорожке. Пышная рубашка, с кружевами заправленная в штаны, делала из него джентльмена из старых времён, молодого юношу из знатной семьи. Из образа выделялся разве что небрежно завязанные в хвост завивающиеся светлые волосы. На его поясе сиял божественный меч, хотя, больше это была божественная шпага.       – Афи, какие ангелы! – Жизнь протянул ему руку.       Тот пожал руку и расплылся в улыбке:       – Ви, сколько лет, сколько зим? – в речи ангела слышался акцент, Ситри казалось, он немного французский.       Ситри, без сомнений узнал Афаэлеона. В прочем, его было сложно не узнать. Его имя, его внешность была на слуху у всего ада. Бывший ангел мало того, что был телохранителем Люцифера, в добавок владел академией, небольшим городом и армий падших ангелов. Ситри впервые в жизни слышал такую кличку, Афи, как у собаки.       – Смерть снова ушёл без меня... - он посмотрел вдаль и улыбнулся, – приятно было познакомиться, Ситри. Приятно было встретиться, Афи.       – Взаимно взаимно, – «ангел» помахал рукой, а Ситри лишь кивнул в знак прощания.       Стоило, двоим моргнуть, как Жизнь исчез. Ситри посмотрел на любимого падшего ангела его высочества тёмного владыки. Тот часто притворялся абсолютно глупым, хотя и имел знания двух миров: светлого и тёмного. Очень полезный друг и соратник.       – Афаэлеон, – как только Ситри обратился к нему с такой страшной серьёзностью, как Афаэлеон распахнул демоническое крыло, – что ты знаешь о Венце?       Афаэлеон поднял и второе крыло – ангельское. Его улыбка исчезла окончательно. Кому как не ему, было знать, о Венце Всевластия и какая в то столетие шла война, за право им владеть. Ситри никогда бы не обратился к нему, но тот сам подвернулся под руку. Простоя пару минут в позе готовности, Афаэлеон отпустил крылья, и они вовсе исчезли из-за спины. Он снова непринуждённо улыбнулся и даже решился ответить:       – Диковинная вещичка, опасная, но манящая, – Афаэлеон отпустил взгляд, смотря на стыки ровно выложенных плит, затем посмотрел на собеседника, – зачем тебе это?       – Просто было интересно, что такое "небосвод Чёрного неба".       От этих слов, бывшего ангела передёрнуло. Он нахмурился и куда-то отвернулся. Ситри посмотрел туда же.       – Знаешь, я могу тебе рассказать...       Ситри улыбнулся:       – Выпьем?       Именно этого он и ожидал услышать. За бутылочкой виски, Афаэлеон расскажет что угодно. Что угодно, если это ни как не скажется на правление в аду. В прочем, он и сам рад выпить за чужой счёт, отплатив за это, всего лишь какими-то секретами своей жизни, ведь чаще всего, все спрашивали только о ней.       Придя в маленький, но хороший бар, который на этом кругу поставил Ситри. Поставить в круги алчности бар, идея не очень. Не смотря на все "но", бар здесь был самым выгодным из всех кругов. Почему? Всё просто, да демоны здесь алчные, но вместе тем и завистливые, а сыграть на зависти - не сложно.       Провести целый вечер здесь, по ощущениям можно было за час. Крепкий хороший алкоголь, громкая музыка и разговоры обо всём. Это "обо всём", ограничивались здесь лишь завистливыми сплетнями.       Выпив пятый стакан виски, Афаэлеон протёр лицо рукой. Он и Ситри сели за отрешённым у окна столик. Ситри терпеливо ждал, когда же падший начнёт рассказ. Приступив к шестому стакану, он наконец-то спросил:       – Ты знаешь, что такое небо?       Ситри даже задумался:       – Ну, там Бог и ангелы живут.       – Нет, не рай, а небо.       Небо – это то, что видят люди с какой-либо поверхности, когда смотрят в космос. Даже в царстве Лун было что-то вроде неба. Ситри дал понять, что бы Афаэлеон продолжил дальше:       – Тёмный Небосвод, не смотря на название, никогда не был частью неба. Тёмный Небосвод – это заброшенный тёмный город, Нигрум. Да, это облака, тёмные и пушистые, такие пушистые, что прячут тёмный дворец, – Афаэлеон запил сказанное.       – Значит, это искусственный Небосвод?       – Ага, его создал Умбра, поэтому и тёмный, – Афаэлеон посмотрел в стакан и улыбнулся, – создал для него, для Хаоса, что бы тот правил там с венцом на голове. Знаешь, эта чушь, что в мире хаоса, тени обретут власть?       Выходит, лишь избранные знали, как попасть туда. Знали трое, но все они уже давно канули в лету.       Ситри подумал, и всё же решил подавить на больную тему:       – Как вообще произошло, что на твою голову, свалился Венец? – Ситри подлил Афаэлеону виски. – Ты же ангел, послушник неба, слуга Бога.       Афаэлеон улыбнулся. Столько сотен лет, он хранит в себе ту историю, что не запишут ни в легенду, ни просто в учебник истории.       – Я... Он был моим два часа, одурманивающие голову два часа, – он хотел продолжить, но замолчал.       Дальнейшие темы, были о славном прошлом. О том, как они жили, что поменялось.       Ночью он вернулся в свой дом. Как обычно горели фонари, и было тихо. Все уже легли спать. Дворца у Ситри никогда не было, ему казалось это не уместным, ведь на дворе современность. У него был свой двухэтажный дом, и пару домов со слугами рядом. Весьма удобно. Замков в аду осталось мало, их заменили особняки и просто дома. Просто и со вкусом. Но дело, конечно, больше было в деньгах. Какая экономия.       Придя в комнату, даже не включая свет, он лёг спать.