Знакомство. Презрение. Ненависть.

В этот раз она входила в Малфой-Мэнор как победительница, а не проигравшая. С гордо поднятой головой и полной уверенностью в себе.

***

Гермиона Грейнджер всегда была довольно обычной. Любящая дочь, любознательная ученица — ничего удивительного. Она родилась в семье образованных людей, и сама была такой же. Её способности к обучению были замечены родителями ещё в 2 года: уже тогда девочка пыталась читать (стоит сказать у нее вполне получалось). Становясь старше, она набиралась знаний. С социализацией у девочки возникли трудности, и потому она погрузилась в книги. Сперва лёгкие, детские, но позже перешла к научным, фантазийным.. Её больше привлекал иной мир, чем серая лондонская действительность. В 11 лет ей пришло письмо из Хогвартса: она волшебница и ей стоит отправиться в школу магии. Все внутри нее содрогнулась от осознания, будто сама судьба подводила ее к этому. Гермиона сразу показала письмо маме (отец скончался 3 года назад), она лишь поджала губы, но возражать не стала. Тогда появились вопросы, много. Она была любопытной, поэтому не пыталась все хранить в себе. — Мама, ты ведь не волшебница? И отец, он тоже им не был? — голос ее был удивительно твёрд, а вопрос был скорее утверждением. Миссис Грейнджер смотрела на нее со скрытой болью в глазах. — Да, милая. — Тогда, я хотела бы знать, что ты от меня скрываешь. И тогда женщина заплакала. Гермиона наконец то узнала, почему никогда не чувствовала себя «дома». Её родители давно погибли, сразу после ее рождения. Они были волшебниками, знатными и богатыми. Чистокровными, как выражались бы они сами. Грейнджер была такой же. Её «мама» была ей двоюродной тётей, сквибом.А отец обычным человеком. — Почему ты мне не говорила этого раньше? У меня было бы столько возможностей! — ее голос впервые дрогнул. — Я тебя оберегала, мы с твоей матерью, Эмилией, были очень близки и когда ее не стало.ее не стало из-за магии, я не хотела тебе того же! — миссис Грейнджер уже не плакала, только смотрела больными красными глазами и старалась загладить свою вину этим взглядом. — Тётя, моя фамилия — Грейнджер? — Да, она передавалась всем наследникам, без права ее менять. Девочка задумалась, ей стало жалко тетю и своих родителей. Она обняла родную женщину, ставшую ей матерью, заверила ее, что все в порядке и она все понимает, попросила ее рассказать о маме. Так они просидели у камина, в маленькой уютной гостиной, весь вечер и полночи. Гермиона ушла спать с тяжестью на сердце, миссис Грейнджер — с облегчением.

***

Вокзал Кингс-Кросс казался ещё более людным, чем в дни отпусков у банкиров. Прохожие сновали туда-сюда, творилась какая то неразбериха. Гермиона уже давно поняла, что платформы 9¾ нет, по крайней мере для магглов, и поэтому внимательно смотрела на людей между 10 и 9. Спустя пару минут она обратила внимание на одну семью, которая сильно контрастировала с окружающими. Супружеская пара с мальчиком, видимо их сыном, у всех платиновые волосы и надменный поверхностный взгляд. — Тётя, ты знаешь их? — спросила девочка. — Да, милая…Это Малфои- одна из самых влиятельных чистокровных семей. Но будь осмотрительна, они довольно опасные люди, — женщина запнулась. — Они как то связаны со смертью мамы и папы? — опять вопрос — утверждение. Это стало привычкой. Миссис Грейнджер лишь незаметно поджала губы и отвернулась от проницательного взгляда племянницы, все-таки она была развита не по годам. Гермиона сразу все поняла, но не реагировала. Она наблюдала и напряжённо думала. * Тётя махала ей вслед удаляющемуся поезду, который яро пыхтел и с каждой секундой набирал ход. Гермиона смотрела на неё и уже скучала: тетя была для нее лучшим другом все эти годы, несмотря на новые сведения. В мыслях она была уже далеко от привычного Лондона, девочка была погружена в собственные рассуждения. — Эй ты, дай пройти! — слова, сказанные с таким презрением, заставили ее настроиться недоброжелательно к первому собеседнику в новом-старом мире. Она повернула голову и окинула взглядом того самого надменного блондина. Он был таким, ядовитым что-ли. Всем видом показывал отвращение, эта приподнятая голова, мерзкая ухмылка.Но взгляд такой холодный, и такой потерянный. — Как невежливо, Малфой. Твое непомерно раздутое эго мешает тебе пройти в этом довольно свободном коридоре? — она выгнула бровь и смотрела на него так же, как и он на нее. Только в глазах была ухмылка и что-то тёмное, слишком взрослое для ребёнка. Мальчик побагровел от злости, а Гермиона лишь окинула его мимолётно, блеснув глазами, и пошла искать свободное место. В след ей полетело пару ругательств, а она лишь холодно бросила через плечо: — Мистер, вас разве не учили хорошим манерам в вашем аристократичном обществе?— и ушла. ** — Ты уверен, что это правильное заклинание? Ты вообще уверен, что это заклинание? Гермиона случайно увидела в окно купе, что пара мальчиков, явно первокурсников, как и она сама, пыталась колдовать. Точнее один, рыжий и веснушчатый. — А тебе то что? Иди куда шла! — он и ответил. -Хотела бы тебя предостеречь, что палочка весьма непредсказуема в руках незнающих. Как тебя зовут? Его рыжие волосы на фоне покрасневшего лица, казалось, потеряли цвет. — Я Рон Уизли. — Приятно познакомиться, я Гермиона Грейнджер, — Рон в задумчивости потёр затылок, фамилия была такой знакомой.- А ты, видимо, Гарри Поттер? — вопрос, не нуждающийся в ответе. Риторика присуща Гермионе. Брюнет смутился, но кивнул и поздоровался. — Ой, Гарри, позволь,- девочка решительно направила палочку прямо на лицо мальчика,- Окулус Репаро! Очки, дужка которых была сломана, вмиг стали как новыми. — Спасибо тебе, Гермиона! — Гарри явно был восхищён этой девчонкой. Её непроизвольные каштановые кудряшки, так смешно подпрыгнули в этот момент, а в глазах блеснула радость. — Обращайся! А сейчас советую переодеться в форму, мы уже подъезжаем. До встречи, Рон, Гарри! Гермиона вышла из купе. Настроение ее стало немного лучше. ** Распределяющая шляпа упала ей почти на шею и совсем закрыла глаза. Гермиона волновалась, как никогда прежде, а головной убор заговорил: -Ммм, вижу недюжинный ум и мудрость вовсе не по годам, в самый раз для Рейвенклоу. Но помимо этого, храбрость, что дана не всем героям, Гриффиндор тоже принял бы вас. Куда же вас отправить, юная мисс? — Гриффиндор! — прошептала девочка, она хотела пойти по стопам родителей, в ее представлении они были очень храбрыми людьми. — Ну что ж, — промычала Шляпа, и крикнула на весь зал, — Гриффиндор! Стол разразился аплодисментами и приветственными криками. Так началось обучение Гермионы, на факультете храбрецов. ** С первых дней обучения профессоры поняли, что Гермиона очень умна. Учеба давалась ей довольно легко, естественно не без участия библиотеки. Она знала программу первого курса «от корки до корки». Все это она усиленно изучала с момента получения письма. На уроках девочка местами скучала, но магия, безусловно, скрашивала любое занятие. Для Гермионы многое было в новинку и она впитывала каждую крупицу информации. Гарри Поттер и Рон Уизли, кто бы мог подумать, что эти весьма скудно владеющие знаниями школьники станут ее друзьями. Но сама судьба свела их вместе — общая победа над троллем сплела из жизни, создала неразлучное трио. — Гермиона, ты не могла бы проверить мое эссе? — Рон привык к помощи девочки, но она и не возражала. — Конечно, давай сюда, — у нее впервые были друзья. Рон уже не думал, а знал — Грейнджеры- одни чистокровных семей. А Гермиона их последняя наследница. Он хотел у нее много чего спросил, но сдерживался — любил хранить все в себе. А Гарри.....а Гарри просто хороший друг, который никого не знал в волшебном мире. Трое таких разных объединились, во многом из-за общего презрения Малфоя. Вот только у Гермионы были на то особо веские причины.

***

Рождество. В замке осталось немного народу. Поттер и Уизли уехали в Нору, Гермиона осталась в Хогвартсе, а точнее библиотеке. Она искала какую то информацию о своей семье в старых фолиантах. Все, что ей удалось найти - это родословная, и да, она в ней числилась. Было уже поздно, она аккуратно поставила книги на место и пошла в гостиную Гриффиндора. Темные коридоры этого замка в определенных условиях казались устрашающими. Они были мрачные и какие то угнетающие. Для кого то, но Гермиона не знала страха. Она шла, как всегда о чем то думая. Навстречу шел Малфой. С ним она хотела встретиться в последнюю очередь. Он остановился прямо напротив: — Грейнджер! — Малфой? — Ты выбрала неправильных друзей, с твоей родословной тебе место в Слизерине… — Хочешь сказать, что мое место подле тебя? — она вскинула брови и усмехнулась.- Малфой, я не собачка Паркинсон. Твое общество мне противно. Девочка все так же не спеша пошла своей дорогой. — Грейнджер, я иногда думаю, что вы просто однофамильцы, — Драко схватил ее за запястье,- Но не забывай, кто перед тобой. Холодный взгляд маленькой девочки: — Ты лишь надменный трус, твои глаза говорят все красноречивее слов. Взгляд, как у загнанной мыши. Сбрось свою спесь, тебя ведь действительно ненавидят. — Ты тоже? — вопрос прервал ее тираду, на секунду она задумалась. — Нет, ненависть- это слишком много для тебя, слишком сильное чувство. Я просто тебя презираю. Теперь он ее отпустил, в глазах появилась боль и какое то искреннее детское удивление - его маска на мгновение треснула. Лишь одна секунда, а потом искристый холод во взгляде. Толкнув девочку плечом, Малфой быстро ушел прочь. Гермиона пару мгновений стояла в глубокой задумчивости, а сердце у нее бешено стучало. Она решительно тряхнула головой и пошла дальше. Много настырных мыслей крутилось у нее в голове в тот момент, девочка выбрала самую подходящую для себя: «Почему ты все время где то рядом! Как же ты мне противен Малфой!».