Часть 3

Анна ушла почти сразу обратно в комнату, оставив их вдвоем. Жасмн до этого даже не разговаривала с Натаниэлем. Максимум пару раз пересекалась в столовой или на поле, и почти каждый раз у Веснински был на конфликт или драка с кем-то из свиты. Жасмн довольно быстро выяснила, что в гнезде Веснински равно проблемы, поэтому каждый раз обходила его стороной. Она знала о нем лишь те обрывки слухов, которые ей рассказывала Анна, и не один из них не зарекомендовал его хорошо в ее глазах. Но сейчас они двое должны были взаимодействовать прямо, хотела Жасмн того или нет. Натаниэлю, казалось, было все равно. Он равнодушно смотрел на нее, равнодушно расспрашивал умеет ли она вообще хоть что-то. В какой-то мере Жасмин поняла, почему некоторые его бояться. В его глазах был лед. Самый настоящий лед, и он обжигал своим холодом. Пугал. В его равнодушии была какая-то скрытая опасность, угроза. Он был будто хищник в засаде, который не нападал, но мог. И то, что он мог - действительно пугало. Он вел себя расслаблено, но быстрота и точность показываемых им движений доказывала обратное. Он двигался с резкостью в движениях, с какой-то поистине хищной грацией. Он ее пугал и завораживал одновременно. В нем было что-то. Какие-то едва заметные моменты, сталь во взгляде, животный магнитизм в движениях. То, что отличало его от других. Всю их первую тренировку Жасмин чувствовала себя самой настоящей идиоткой. Она глупо стояла рядом, кивала, и старалась повторять за ним. Никогда в жизни она не чувствовала себя так неудобно и неуклюже. Натаниэль, казалось, и этого не замечал. Спустя самый неловкий час в жизни Жасмин, когда Натаниэль точно выяснил, что умеет она чуть меньше чем ничего, Натаниэль сказал что все. То ли его как и Жасмин начало клонить в сон, то ли ему просто надоело смотреть на ее нелепые телепания. Жасмин просто кивнула, не собираясь просить продлить тренировку или хотя бы спросить когда следующая. Ей просто хотелось уйти и сказать Анне, что она передумала. Что это была глупая затея, и что теперь она поняла это окончательно. Но когда она уже собиралась выходить из зала, Натаниэль окликнул ее. -Зачем тебе это?-Они находились далеко друг от друга, буквально в противополжных частях комнаты, но на уливление, в подземных комнатах была хорошая акустика, и в спортивном зале тоже. Слова парня отразились от стен помещения так громко, что казалось оглушили Жасмин. А может, дело было не в их громкости, а в их смысле. -Что?-Переспросила она. То ли надеясь, что ослышалась, то ли действительно не понимая суть вопроса. -Зачем тебе учиться защищать себя, если ты не будешь это использовать?-Повторил Натаниэль. Жасмин обернулась на него. Он все так же стоял на противоположном конце зала, скрестив руки на груди. Он смотрел все так же равнодушно и холодно, будто ответ его вовсе не интересовал. Жасмин открыла рот. Подавила желание ответить, что это не его дело. Это было не так, да и подсознательно она боялась так резко ему отвечать. Но в какой-то мере его резкий вопрос и тон ее задели. В них не было высокомерия или притензии, но были будто снисхождение и насмешка. Будто он видел ее насквозь, и знал, что на сопротивление она не способна. -Я...я буду. Буду использовать.-Тихо ответила она. Ответ явно отдавал ложью и неуверенностью, но Натаниэля он, казалось, удовлетворил. Жасмин вышла из спортивного зала и как никогда быстро пошла в свою комнату. Уснуть она так и не смогла, хотя за день должна была сильно устать. Всю ночь она ворочалась на кровати, мяла одеяла и простыни. Мыслями она все еще была в том спорт зале, с теми голубыми глазами и грациозными движениями. На следующий день уже ничего не было как раньше. Просто не могло быть. Они стали встречаться в спортивном зале два раза в неделю. Натаниэль мог несколько дней не появляться в гнезде, пропускать тренировки экси, но в спорт зал приходил всегда. По началу у Жасмин получалось плохо. Откровенно ужасно. Она неловко пыталась повторить движения, которые показывал Нат, путалась в них, допускала элементарные ошибки, и переживала даже не из-за неудач, а больше из-за того, что Натаниэль был их свидетелем. Он, кстати, это даже не комментировал. Просто ровным голосом говорил, где она допустила ошибку, что ей нужно исправить, и равнодушно наблюдал, как она пыталась не запутаться в своих же ногах и не ударить себя в глаз. В присутствии Натаниэля Жасмин постоянно была напряжена. Тут был и обычный страх, который преследовал ее теперь каждый раз, когда она оставалась в одной комнате с парнем, и тот страх, который заставлял сам по себе испытывать Натаниэль одним своим присутствием. Но было и ещё что-то. Что-то, что Жасмин было сложно назвать, даже как-то сформулировать это чувство словами, но оно приследовало ее каждый раз, когда она видела Натаниэля. Но это ее напряжение сильно мешало тренировкам. Нат явно это замечал, но не комментировал, как и многие вещи. Во время их тренировок нельзя было сказать, скучно ли ему было, или Жасмин его раздражала, или он над ней потешался, Нат не показывал эмоций. Но что-то подсказывало Жасмин, что он явно был не в восторге. В конце концов, примерно на четвертой тренировке, в очередной раз наблюдая за нелепыми движениями Жасмин, Натаниэль устало вздохнул, и сделал несколько быстрых шагов, оказавшись ближе. Жасмин не успела дернуться, как он оказался у нее за спиной. Парень положил одну руку на ее плечо, а другой изменил положение ее кисти. -Вот так правильно.-Ровным, немного усталым голосом, сказал Натаниэль прямо ей на ухо. Жасмин вздрогнула. Ей одновременно было неловко и страшно, но она постаралась кивнуть, давая знать, что поняла. Натаниэль несколько раз повторил движение ее рукой, прежде чем Жасмин смогла сделать его сама. Когда Натаниэль вернулся на свое место, Жасмин как можно не заметнее постаралась отойти от него на несколько шагов. Ее руки все ещё немного дрожали. В какой-то мере она боялась Веснински, да и нахождение парня у нее за спиной навевало не самые лучшие ассоциации. С другой стороны такой близкий контакт с ним вызывал странную неловкость и... что-то ещё, чему Жасмин пока не могла дать названия. С того момента процесс ее обучения пошел быстрее. Она уже не тратила время, нелепо пытаясь повторить движения парня. Натаниэль показывал ей на своем примере один раз. Если ей не удавалось правильно повторить, то он ей помогал. А так как Жасмин не то, чтобы сильно этого хотела, она старалась сделать все с первого раза. Обстановка на тренировках сменилась со скованно-неловкой в намного более раскованную и комфортную. У Жасмин появился прогресс, что не могло не радовать даже Натаниэля. Она намного быстрее начала учиться новым движениям и приемам. В какой-то момент Жасмин даже начала ждать этих ночных встреч. После целого дня среди воронов, в этой системе, среди этих людей, ночная тренировка с Натаниэлем была словно глоток свежего воздуха. Ей нравилось быть частью чего-то тайного, иметь какое-то знание, не известное остальным. Иметь что-то личное, в месте, где иметь личное было подобно смертному греху. Сам Натаниэль для нее продолжал быть загадкой. Кажется, его радовал ее прогресс, что у его ученицы действительно что-то получалось, но больше Жасмин ничего не могла сказать. Он явно не начинал таять по отношению к ней, и явно не планировал подпускать ближе. И не то, чтобы она в этом нуждалась. Так прошло несколько месяцев. В тренировках, на которых Жасмин становилась все сильнее, в этих таниствах ночных встреч. Анне, она, кстати, про тренировки она ничего не говорила. Та и не спрашивала. Наверное, того, что знала она сама, ей хватало. А потом случилось что-то. Что именно? Жасмин поняла, что влюбилась. Вряд ли это произошло внезапно, за одно мгновение, нет. Это чувство долго проростало в ее душе, пока не начало давать плоды. Возможно, это началась где-то между ночными встречами, а может, даже раньше. Ещё до того, как их познакомила Анна. Возможно, ещё до этого ее зацепил слишком яркий, слишком выделяющийся, слишком не такой как все Натаниэль. Природа ее чувств загадкой для Жасмин не была. Она жила в месте, где все придерживались сторого порядка, где каждый день походил на другой, где каждый игрок походил на другого. Она жила в месте, где был один король а прочие были подаными. Она жила в месте с жёсткими правилами, которые не терпели ошибок. Она жила в месте, где либо ты со всеми, либо все против тебя. И в этих черно-красных рядах, состоящих из пустых/сломанных/разбитых детей, Натаниэль выделялся слишком ярко. Со своими ярко-рыжими волосами, голубыми глазами, и со своей силой. Со своим стержнем, который не дал ему сломаться и иди против системы, который дал ему силы защитить себя и всех, кто был ему дорог. Натаниэль давал эту силу и ей. Он был словно пламя в кромешной тьме, и Жасмин, как и любого глупого мотылька, тянуло к нему. В нем были сила, уверенность, ярость, которые были запрещены в гнезде, и которые выделяли его среди прочих. Среди этих серых дней и сломанных людей. В этом отлаженной системе, в этом едином организме был один мешающий/лишний/чужой не сломанный элемент - Натаниэль. Оборачивась назад, Жасмином могла бы сказать, что было бы странно, если бы она в него не влюбилась. Если бы это яркое пятно на сплошном черном свете не притянуло ее внимание. Если бы ее не зацепила эта энергия, эта жизнь, эта сила, которая была в Натаниэле. После этого осознания у них была лишь одна тренировка. Она прошла странно, не так, как обычно. На той тренировке Жасмин старалась выкладываться на все сто, но постоянно, будто бы на подсознательном уровне боялась, что Натаниэль заметит. Что-то поймет, по одному ее взгляду, действию, слову. В гнезде отношения не привествовали, в гнезде за чувства высмеивали. Это было слабостью, глупостью, жалким, детским чувством, которое вороны себе позволить не могли. Да и Натаниэлю Жасмин не была интересна - явно. Такая как она, такому как он была за ненадобностью. Они слишком сильно отличались, Жасмин слишком сильно впитала в себя гнездо и потакала ему, а Натаниэль слишком сильно мечтал вырваться из него и слишком сильно стремился его разрушить изнутри. Насколько Натаниэль для Жасмин был необыкновенным и феноменальным, настолько же она для него была серой, обычной. Ещё одним винтиком мрачной системы воронов - не более. Именно поэтому Жасмин старалась его избегать и не показывать то, что чувствовала. Натаниэль это конечно, замечал - и конечно, ему это не нравилось. Она то и дело избегала его прикосновений, нелепо уклонялась от выпадов, и вздрагивала каждый раз, когда он к ней неожиданно подкрадывался. Жасмин мимолетно замечала, что его это раздражает, но надеялась, что до он это проигнорирует. Спишет на что-то, решит, что рыться в этом ему не нужно. Когда тренировка все же была окончена, Жасмин прочистила горло, и сказала: -Я думаю, что наши тренировки стоит...прекратить. Я скажу Анне, что ты ей больше ничего не должен. Натаниэль, поднял на нее холодные голубые глаза и впервые в них Жасмин увидела гнев, нет, даже ярость. Она думала, что Натаниэль был зол до этого, но даже не представляла, как на самом деле выглядит его гнев. -Ты все-таки поняла, что это тебе ни к чему?-Спросил он. Жасмин нахмурилась. О чем это он вообще? -Не в этом дело,-растеряно пробормотала девушка,-просто я решила это прекратить. В любом случае, свой долг ты отдал... -Нет, дело именно в этом,-резко перебил её Натаниэль,-дело в том, что тебе это не нужно было с самого начала. Ведь ты бы никогда не подумала сопротивляться. Жасмин поджала губы, задетая обвинением. -Нет, ты не понимаешь,-начала лепетать она, в попытке доказать, что Натаниэль в своих догадках не прав,-я не... -Я как раз все понимаю.-Парень стоял на своём. Он вдруг спрыгнул с матов, на которых сидел, и направился к Жасмин.-Я думал, что ты не такая как они. Что действительно хочешь, что ты действительно будешь сопротивляться. Что ты отличаешься от них - от воронов, от подпевал Рико.-Натаниэль стремительно преодолевал то небольшое расстояние, что их разделяло.-Что ты на самом деле хочешь сопротивляться, и хочешь защищать себя. Вырваться из этой давно сломанной системы. Я думал, что ты другая. Натаниэлю до нее оставалось меньше полуметра. Жасмин практически не осознавала, не слышала его слов. Ее сковывал страх от одного взгляда этих ледяных глаз, поэтому, она принялась пятиться назад. -Но ты такая же как они. Банальная. Глупая. Не видящая дальше собственного носа. Тебе дают ключ от твоей клетки - выход, возможность сопротивляться. Но ты его не используешь, ты его прячешь. Ты продолжаешь подчиняться Рико и продолжаешь давать им делать с тобой то, что им вздумается. Жасмин ожидаемо уперлась в стену спортивного зала. Дернуться в лево или вправо она не успела - Натаниэль отрезал ей путь, зажав у стены. Его глаза полыхали яростью - такой, которую Жасмин ещё не видела. -Ты, может думаешь, что ты особенная. Но нет, ты обычная, банальная. У тебя мазоли, шрамы, как у всех. Как у всех них. Ты просто ещё одна corbeau глупая, никчемная, серая.-Натаниэль направил свой указательный палец, на ложбинку между ее ключиц, осознанно или нет, начиная давить на то место все сильнее с каждым своим словом.-Ты можешь побороться за себя, ты можешь сделать это, но ты не хочешь. Ты выбираешь отдать себя в лапы Рико, ты выбираешь не вырваться из этого гребанного ада. Ты осознанно выбираешь тут остаться. Жасмин не осмеливалась даже сделать вдох - настолько ей было страшно. -Ты можешь положить конец всему, что с тобой происходит. Но ты этого не делаешь. Я тебя, блять, ненавижу, corbeau.