Триллер Барк 21

      Как и договаривались, начал Фрэнки. И передал то самое сообщение Беси. Киборг как мог опустил детали обстановки, в которой они пообщались, но все же Жанна заметно напряглась из-за этой темы. Ее лицо, конечно, выглядело невозмутимо, но от взгляда Фрэнки не ускользнула прикушенная губа и то, как она нервно сцепила руки. Киборг придвинулся ближе и приобнял ее. В его охапке она задышала спокойнее и немного расслабилась. И угрозу от берсерка, что он в итоге ей передал, перенесла не так плохо, как он боялся.       Потом Фрэнки рассказал, как Беся, управляя ее телом, пришел к ним уже в Триллер Барке. И как неожиданно согласился с ними сотрудничать. Также киборг упомянул, что тот является обладателем силы дьявольского фрукта, похожего на тот, что у Брука. Брови Жанны высунулись из-под ее очков так высоко, что казалось, вот-вот улетят от удивления.       Далее рассказывать начал Брук. Он поведал о том идиотском обряде, что Беся пытался совершить. Потом настала очередь Фрэнки удивляться, когда скелет рассказал, как его и душа Жанны покинули их тела после взрыва Бартоломью Кумы. А еще удивительнее было узнать о том, что Луффи, сестренку и Пижона исцелил именно Шичибукай. Скелет также передал, что Кума бормотал самому себе перед тем, как вылечить боцмана. Что-то о том, что Шичибукай ее подлатал, потому что бы кому-то должен. — Всё страньше и страньше… — подвела итог Жанна, глядя на свои целые и невредимые ноги. — Я надеялась получить от вас ответы на вопросы, но в итоге с ответами стало только больше вопросов… Почему Копатыч нас пощадил? Почему он кого-то из нас вылечил, а Зорыча больше травмировал? И он задолжал кому-то лично мое лечение? — Возможно кто-то в Дозоре заинтересован в том, чтобы ты не умерла? — предположил Фрэнки. — Сначала «только живой» на листовке, теперь это… — Понятия не имею, — боцман растерянно запустила руку в волосы. — Но на этом вопросы не заканчиваются… Кем является мой внутренний берсерк, и что у него за дьявольский фрукт такой? И главное, как так вышло, что моя душа вышла из тела? Сначала вместе с тенью, а потом… от удара? Но хотя бы стало понятнее, почему я сохранила память о том, как моя зомби ходила с зомби кэпа на свиданку. Это было настолько круто, что жалко было бы забыть. Хотя из-за этого я потом распустила нюни и всех подставила, что было вообще некруто… — О-о-о, значит мне не показалось! — оживился Брук, всплеснув костяными руками. — Вы с Луффи-саном и впрямь пара! — Что? — боцман вздрогнула. — Потому ваши зомби так быстро сблизились, и вы его так защищали! — восторженно продолжил скелет. — Не-не-не, чел, погодь, ты не так понял, — замахала руками Жанна. — Мы только познакомились, потому ты не в курсе. Я тя не виню. Но «свидания» — это, типа, повторяющаяся шутка. Как твои уморительные костяные каламбуры. Когда я с кем-то оказываюсь в довольно странной ситуации наедине, я зову это «свиданием». Но по сути это ироничное свидание. Потому что, во-первых, оно ненормальное, а во-вторых, на самом деле им не является. Плюс Усопп Ясоппович так смешно реагирует на эту херню, что я не могу остановиться шутить об этом. Надеюсь понятно объяснила. — Странно… — Фрэнки пристально посмотрел на нее, задумчиво почесывая подбородок. — Обычно ты ни перед кем так не оправдываешься. Просто позволяешь всем думать кто что хочет. А тут ты прям… чересчур стараешься. Подозрительно… — Ну… я это… хотела поскорее ввести в курс дела нашего нового приятеля, — замялась та. — Что в этом такого? — А еще ты покраснела, — киборг ткнул ее в щеку и весело усмехнулся. — Тут просто жарко. — Тут пробита стена, и на острове осень, — Фрэнки указал в сторону массивной дыры в кирпичной кладке. — Давай, колись, ты втрескалась, что ли? — Эу, не гони, ничего я не втрескалась, — Жанна упрямо скрестила руки. — Стоит девушке начать что-то объяснять и подморозить щечки на осеннем ветерке, как вы, мужики, додумываете всякого. Фу такими быть. Просто фу. — Я случайно подслушал ваш разговор с Луффи-саном, когда он спас вас в образе Ночного Кошмара, — внезапно заявил Брук. — Вы там с ним разговаривали довольно… — Воу, нет, — перебила его боцман. — Я там неслабо головой ударилась. Это нельзя использовать, как доказательство. — Да, я тоже так сначала решил, — кивнул скелет. — Но когда этот трогательный разговор сложился вместе с вашими взаимоотношениями с Оззом, а также вашей реакцией сейчас… Думаю, дело можно считать раскрытым, йохохохо.       Жанна открыла рот, собираясь выстрелить очередной защитной тирадой. Но посмотрев на своих собеседников, страдальчески выдохнула и уронила голову на поджатые к груди колени. И правильно. Продолжи она защищаться, только сильнее бы себя закопала. Комбинация сложилась не в ее пользу. Фрэнки был ее братом по духу, а Брук независимым сторонним наблюдателем. Будь они поодиночке, она бы смогла их заболтать, но вместе они загнали ее в капкан, из которого не выбраться. — Ладно, слушайте, — пробубнила боцман себе в колени. — Прежде, чем вы засыпете меня вопросами и, не дай боже, предложениями, хочу, чтобы вы кое-что знали… — она со вздохом подняла голову и поочередно посмотрела на них. — Для меня тема отношений — это давно закрытая тема. Я набила не просто кучу шишек, а переломов и черепно-мозговых травм на этом поприще. И мысль о том, что я снова в это ввяжусь… вызывает у меня панику и тошноту. — Жанна-сан… — грустно произнес Брук. Он будто пропустил через себя ее непростые чувства. — И если бы я гипотетически… и я подчеркиваю «гипотетически»… — она показала кавычки в воздухе. — «Втрескалась» в кэпа, это ничем хорошим не закончилось бы. Для нас обоих. — Но почему? — не выдержал Фрэнки.       Жанна лишь горько усмехнулась. — Про себя я сказала уже, а что касается кэпа… Я… кхм, даже не уверена, что он в подобных отношениях вообще заинтересован? С кем бы то ни было. У него есть амбиции, тяга к приключениям, вкусная еда и кучка верных товарищей. Ему для полного счастья большего не надо. И если вдруг кто и полезет к нему с подобными непрошенными чувствами, то он даже не вдуплит, чего от него хотят. Что… если подумать, делает его идеальным кандидатом для моей абсолютно «гипотетической» влюбленности. Так как я могла бы не волноваться о том, что он что-то заметит или, хуже того, ответит взаимностью. — Почему вы так боитесь взаимности, Жанна-сан? — спросил Брук. — Не только взаимности, но и вообще любых серьезных поползновений ко мне на романтическом поприще, — уточнила боцман. — Если какой-то бедняга в меня влюбится и начнет ухаживать, я с большой вероятностью начну морозиться или вообще сбегу. — М-да, ты точно не шутила насчет того, что нам на корабле нужен психотерапевт… — Фрэнки почесал голову. — Но все же разве тебе не будет хреново? Вот так вот страдать от неразделенной любви? — «Гипотетически» неразделенной любви, — недовольно поправила его боцман, вновь показывая в воздухе кавычки. — Не, не парьтесь, ребят. Для меня так даже комфортнее, чем угроза действительно с кем-то сблизиться в этом направлении. Я вообще довольно легко влюбляюсь. Несильно отличаюсь от Сани в этом плане, просто держу все в себе. Он, к слову, так себя экспрессивно ведет, потому что тоже боится с кем-то сближаться по-настоящему. Но это другая история. И лучше он сам вам об этом расскажет, когда будет готов… — она откашлялась. — В общем, главное, что это пройдет. Я хочу, чтобы это прошло. И предпочитаю переболеть этим тихо. Не доставляя никому беспокойств. — Это все так грустно звучит! — воскликнул скелет. — Согласен. — Тут не о чем грустить, чуваки, — спокойно сказала Жанна и с невозмутимым видом скрестила руки на груди. — Мы ведь говорим «гипотетически» о том, чего на самом деле нет. Ведь так?       Она выжидательно посмотрела на них. Фрэнки и Брук переглянулись. И хоть на его черепе не было лица, киборг был почти уверен, что тот также недоуменно выгнул бровь, как и он сам. — Ага, «гипотетически», — сказали они ей хором, синхронно показав в воздухе кавычки. — Отлично, — кивнула боцман. — И я правда надеюсь, что мы больше никогда не будем затрагивать эту триггерную больную тему. Кстати, о больных темах. Я тут подумала… — Чего? — киборг и скелет вопросительно склонили голову на бок. И снова сделали это синхронно. — Костян сказал, что Копатыч выдул шарик боли сначала из кэпа, а потом из меня, — задумчиво проговорила она. — Кэповский шарик достался Зорычу. А мой шарик то он куда девал? — Не могу сказать, — покачал головой Брук. — Он просто ушел вместе с ним в направлении леса. — Того же леса… где был Зоро? — Жанна побледнела. — Да, но лесной массив простирается довольно широко, — поспешно добавил скелет, выставив руки в успокоительном жесте. — И я не могу сказать точно, куда конкретно он… — Мне надо проверить, — нервно пробормотала боцман.       Она перекатилась на край кровати, где сидел Брук и подобрала с пола сапоги. И под их недоуменными взглядами принялась спешно обуваться. — Лилсис, остынь. Я ж сказал, что ситуация стабильная, — попытался успокоить ее Фрэнки. — Чоппер за ним приглядывает. И что бы он там не пережил, он уже…       Завязав последний шнурок, Жанна вскочила на ноги и едва не упала, оперевшись на галантно подставленное плечо скелета. — Может, вас проводить? — спросил Брук.       Но боцман пропустила его предложение мимо ушей, мчась в сторону выхода. И смылась она настолько быстро, что даже Пижон не успел за ней последовать и в итоге решил вернуться обратно. Скелет недоуменно посмотрел на киборга, но у него не было для него пояснений и ответов. Краем зрения Фрэнки заметил всполох знакомых лепестков у изголовья кровати. Когда же он посмотрел в ту сторону, там уже ничего не было. ***       Жанна бежала и кривилась, каждый раз, как та или иная нога западала на бок из-за треклятых шпилек. В этом теле она вообще никаких каблуков не носила. Не считая того косплея стюардессы. Но там каблук был не больше пяти сантиметров. А тут были все десять. И это было мучительно.       И что самое идиотское — она забыла спросить, куда ей бежать. Оставалось только рассчитывать на свое чутье, которое ей не раз помогало отыскивать товарищей. И Зоро в особенности.       Наконец, ближе к концу коридора первого этажа она увидела дверь, из которой вышел Чоппер с каким-то тазиком. Доктор был довольно далеко, чтобы ее заметить, и быстро скрылся за поворотом. Жанна решила не окликать его, а как можно скорее увидеть Зоро, который определенно был в той комнате.       Толкнув дверь, боцман почувствовала, как та ударилась обо что-то. Там было какое-то препятствие, которое не дало ей зайти. Жанна попробовала еще, и в этот раз дверь распахнулась без проблем, открывая перед ней… ту еще картину.       Зоро был здесь, и он был в сознании — это хорошо. Также здесь был Санджи, что тоже было хорошо. Но положение, в котором Жанна их застукала не поддавалось оценке или банальному объяснению.       Застигнутые врасплох мечник и кок смотрели на нее, как олени в свете фар. Они явно пытались ей что-то объяснить, но тут снаружи донесся знакомый цокот копыт. Боцман быстро закрыла дверь с той стороны и подперла ее спиной, приняв как можно более крутую и невозмутимую позу. — Жанна? — позвал ее запыхавшийся Чоппер, который вернулся со свежими бинтами. — Как здорово, что ты очнулась! Ты чего тут стоишь? — он вопросительно посмотрел на дверь за ее спиной, за которой было подозрительно тихо. — Что-то случилось? — Ничего… — сдержанно ответила Жанна, глядя перед собой. — Ничего не случилось.       Что бы они там ни делали, она не собиралась их осуждать. И тем более выдавать.