Она была мертва. Была мертва та, которая сумела бы заглушить его боль

Никто и не догадывался, что такой позитивный и полный надежды мальчик как Наеги Макото, каждый вечер терзает свои бёдра холодным кухонным ножом оставляя на них порезы сантиметров так на девять. Никто не знал как же сильно он прикусывал свою нижнюю губу от одновременно больных, но и приятных ощущений. Никто не знал сколько алой крови и солёных слёз он проливает каждый вечер. Никто не знал что Макото мазохист.