Часть 4

Прилетев, все разбрели по комнатам. На всех экранах крутились новости, с одними и теми же заголовками, обвиняющие мстителей. Мива устало потягивалась, лёжа на кровати. Мысли переносились в тот момент, когда прогремел взрыв. Битвы мстителей и до этого обходились многими пострадавшими, но это был единственный случай, когда жертв намного больше, чем спасенных. Позволив себе абстрагироваться от мыслей других людей, от их чувств, девушка наконец-то расслабилась. Иронично, что навеять на себя чувство успокоения Палмер не может. Можно помочь кому угодно, кроме себя. Стук в дверь прервал релаксацию, впервые Мива не использовала магию, просто бездумно ответив: — Входите. — со вздохом произнесла девушка. Её покой нарушили, снова. Дверь открылась и в комнату прошла рыжая. — Там госсекретарь прибыл, просит созвать всех на совет. — с лёгкой улыбкой произнесла шпионка, заметив расслабленное положение девушки. — Хорошо, Нат. Спасибо, что уведомила.

***

Сидя за столом, все напряжённо слушали Росса. В кабинете присутствовали: Сэм, Ванда, Вижн, Стив, Наташа, Роуди, Тони и Мива. — Мир перед мстителями в необъятном долгу, вы защищали нас, рискуя собой. По большей части вас считают героями, но есть и те, кто видит в вас линчевателей. — строго произнёс Таддеус. — А к кому нас отнёс бы госсекретарь? — с ухмылкой произнесла Наташа. — Пожалуй к угрозам, — повернувшись, он в упор смотрел на шпионку. — Как назвать группу лиц, обладающих чудовищной силой, никому не подчиняющихся и честно говоря, чхать они хотели на возможные последствия. Никому не нравилось, когда им тыкали их же ошибками, которые они в полной мере осознавали. — Впрочем, мы нашли решение — заковианский договор, одобрен ста семнадцатью странами. В нем прописано, что мстители больше не являются частной организацией и состоят под надзором ООН. — положив книгу на стол, госсекретарь ожидающе смотрел на группу героев. И она только сейчас осознала насколько всё серьёзно. Это не просто спец эффект с горящими домами, кричащими людьми и разрушеными улицами — это все сделали они. И Мива в том числе. Это все зашло слишком далеко, с неизменимыми последствиями. — Тут прописан свод ограничений, верно? — усмехнувшись, спросил Роуди. — Именно так. — А что будет, если не согласится с данным договором? — с улыбкой, поинтересовалась Наташа. — Будете отправлены в отставку, мисс Романофф. — серьёзно ответил Росс. — Через три дня совет ООН соберётся в Вене, на заседании. Можете быть свободны.

***

— Думаю, вы все понимаете какие будут последствия в случае отказа подписывать. — сложа руки на груди, произнёс Старк. — Но ведь, если мы подпишем, то просто станем пешками государства, работая на них. В чем смысл звания героев, если нас можно ограничить договором. — вступилась Мива. Работая на Гидру, она все время выполняла приказы. Поступала не по своей воле. Сейчас её хотят снова поместить в определённые рамки. — Может Тони прав. Наши выходки спровоцировали гражданский протест, надо вернуть доверие общества. — слишком спокойно для развязывающейся ситуации произнесла Нат. — Не ты ли пару лет назад посылала государство куда подальше? — нервно спросил Сэм. — Тони, если мы подпишем, то выбирать нам не придётся — сказал Стив. — Не подпишем нас заставят, договор нам навяжут. — произнёс Старк. — Без вариантов. И тут триггер сработал. Ей навяжут, заставят, принудят. Её никто не послушает. И если не выйти из этого сейчас, не покинуть этот альянс, то потом будет поздно. Это выбор без выбора: откажешься подписывать договор — огласят преступником и всю оставшуюся жизнь проведешь в бегах, оставив геройство. Или, подписав договор, стать пешкой государства, подчиняться всем распоряжением, снова потеряв власть над своими действиями. И главное это то, кем ты считаешь себя и кем хочешь быть. Но в случае с Мивой кажется оба варианта не имеют значения. После того как многие разошлись, Мива подошла к Тони: — Тони, в самом начале, когда я только вступала в мстители, у нас с Фьюри был договор — никто не сможет удерживать меня дольше, чем я захочу. — тихо говоря, девушка накручивала алые пряди волос от напряжения. — Хочешь сказать, что ты бросаешь нас? Уходишь именно сейчас, когда мстители на грани распада? — зло говорил Тони. — Да, я... — помедлив секунду, Палмер прокручивала в голове все мысли. — Я ухожу из мстителей. Я вне игры теперь. — Что-ж, просто отлично. Да ты просто трусиха, вот и всё. — тыкая пальцем в девушку, с желочью говорил Тони. — Испугалась большей ответственности. — Прекрати, это мой выбор и он не подвергается обсуждению. — холодно ответила девушка. Всю жизнь служить во имя кого-то, не зная своих потребностей это и есть трусость, а не решение уйти. Огласив эту новость, многие осуждали, не понимая смысла ухода. Но только Клинт, Сэм и Стив поддержали меня. Я и не рассчитывала на сильные овации, но не ожидала, что многие будут упрекать меня этим. Мне всё ещё тревожно и я не знаю правильный ли это выбор. Мы вроде как стали одним целым, мстители стали мне семьёй. Но я ведь не разрываю с ними контакт, просто ухожу в отставку. Почему тогда моё решение кажется мне провальным? Чувство вины окутало меня, привыкнув ощущать чужую вину у себя на душе, я уже и отвыкла от моего чувства, оно была сильнее и заставляло в неуверенности искать опору. Кто-то кто помог бы мне, кто навёл бы на верный путь. Я заранее обменялась контактами с Наташей и Стивом, предупреждая, что они всё ещё могут обратится ко мне за помощью. Всё таки они стали мне близкими людьми и бросать их только из-за своих страхов я не могла.

Хотя я так и сделала, черт.

Найдя небольшой домик загородом, я за день пересилилась туда. Рядом не было ни единой душе на расстоянии как минимум десяти километров. Это был не примечательный, одно этажный, деревянный дом. Он был отгорожен невысоким забором. На территории дома имелся свой небольшой двор, оборудованный садовыми качелями. Дом был заранее обустроен, включая в себя все необходимое для жизни. А ближайший магазин был расположен в пяти километрах.

***

Прошла уже три дня моего жительства отдельно от людей. И я чувствую себя достаточно уютно, хоть и тревожно. Страшные сны всё ещё преследуют меня, переливаясь в бессонницу. Раньше мне приходилось просто сидеть в своей комнате, ожидая желанный сон. Но теперь, когда бессонница настигала меня, я выходила во дворик улице. Брала плед и усаживалась на качели, плавно качаясь и загружая себя мыслями. А ещё я каждый день провожу тренировки, в одиночку это делать проблематично, но возможно. Чаще всего я отрабатываю рукопашный бой, стараясь надеятся не только на магию, но и на свои силы. Продавщица в магазине являлась для меня единственным человеком, на котором я могла тренеровать чтение разума. С первого похода в магазин я залезла в её мысли, проверяя её историю жизни, не опасни ли она. Всё таки вся ситуация сейчас напряжённая, а я не раз светилась в новостях, как соучастница. Так же я практиковалась в передвижение предметов силой мысли. Я уже умею передвигаться их ручной магией, но теперь я пробую передвигать их лишь своими мыслями, выходит трудновато. На следующий день после моего ухода от мстителей, я начала читать новости каждый день. В заголовках то и время проскакивали имена кого-то из героев. Наблюдая за ними отдалённо, я понимала к чему всё ведёт. Чаще всего в новостных пабликах появлялись Стив и его друг Баки. Сначала его обвинили в теракте в Вене, на нем находилась в том числе Нат. Здание подорвали, а король Т’чакка погиб. Я не могла знать правда ли это или нет, но репортёры были так убидетильны, скидывая вину на Зимнего Солдата. Потом Стив прилетел в Бухарест, чтобы добраться до Баки первее, чем это сделает спец отряд. В итоге их всех повязали вместе с Сэмом. За этим было грустно наблюдать, как все твои друзей поголовно становятся преступниками в глазах народа и властей. Но Джеймс сбежал, устроив ужасную бойню. Дальше новостей не было. Никто не знает куда пропали двое герое вместе с Зимним Солдатом. Я могла связаться с ними, позвонить в любой момент, протянуть руку помощи. Но я испугалась, паника накрывала меня в такие моменты и я просто ждала пока это пройдёт. Когда бессонница наступала, я постоянно думала о том, чтобы позвонить хоть кому-нибудь, сделать хоть что-то, чтобы избавится от этого чувства вины. Кажется именно оно и не даёт мне полноценно жить всю мою жизнь. Вина и тревога. Но именно в эти моменты я осознавала — я жутко одинока. Мама бросила меня, у меня не было родных людей и лишь ГИДРА неизменно оставалась в моей жизни. Возвращаясь с очередной миссии, я думала о следующей. Находясь в мстителях, я всегда была одна, хотя меня и окружало огромное количество людей. Кажется, через это проходили все и здесь нет ничего особенного. Но почему тогда одиночество тянулось за мной длинным шлейфом с самого детства. Поэтому я и старалась загонять себя. Помочь каждому, окунуть его в воспоминания. При этом самой сдерживать слезы от увиденного. Все чужие мысли, страхи, чувства позволяли мне абстрагироваться от собственных размышлений. Почувствовать себя нужной, живой. Но это был не верный выход, просто самый доступный.