Эпилог на первой странице

      Филипп очнулся и почувствовал звёзды. Он открыл глаза, и тысячи незнакомых созвездий отражались в его глазах. Почти идеальный круг вырисовывался в потолке пещеры, и сквозь него сочился свет.       Виттебейн с трудом поднялся на лопатках. Взгляд его упал на озеро. Водная гладь холодила серым цветом, а отражение в ней было не более, чем пещерные своды. Филипп с ужасом осознал, что портал домой закрылся.       Спустя время он тысячи и тысячи раз спускался в эту пещеру в надежде снова увидеть свет, но пока… Пока он с трудом поднялся на ноги, чувствуя вселенскую усталость, и не нашёл рядом с собой никого. Ни брата, ни Амброзайоса не было рядом. Он был в пещере один.       Поддавшись панике, он в ужасе осматривался вокруг себя, метаясь из стороны в сторону. Имя брата слетало с его губ и разносилось эхом по сводам пещеры.       Виттебейн побежал. Куда глаза глядят — туда и он. Пещера была лабиринтом, которым завладели темнота и смрад, и каждый её коридор был похож на предыдущий.       Спустя время — минуты, часы, вечность — Филипп увидел свет. Свет вывел его наружу, и Филипп впервые увидел их.       Кипящие острова.       Филипп упал на колени. Ни на что не похожие деревья, фантастические растения и чудаковатые горные хребты предстали перед его глазами.       И будучи на целую реальность далеко от спокойствия, он достал из внутреннего кармана единственное, что связывало его с родным миром — дневник, перо и чернильницу.       Дрожащие руки едва слушались, но пытаясь ухватится за единственную ниточку, Филипп рваным почерком начал писать:       «‎Запись первая. 21 мая. Кажется. Моё имя Филипп Виттебейн.»‎