28 ноября

Ладно, мне стоит признаться. До сих пор иногда вспоминаю, Будто стёрлись сквозь дымку простраций Все кошмары, что я испытала. Надо точку поставить — как сложно Утопить мне в Обводном гештальт. Образ твой в моей памяти сложен На отдельную полку, и штамп Не поставлен. Закрытие дела Не даётся: бездарный я сыщик. Как найти в себе то, что хотела б Я убить, раздробить. И не слышать. Этот голос. Ох, черт, я забыла Его звук. Мелодичен ли? Громок? Хорошо, что душа уже стынет, Но затишье — лишь миг перед громом. Всё же бледные скулы мерцают На осколках из памяти рваной. Эти бледные скулы из стали До сих пор ворошат мои раны. А глаза — голубые, стальные? Хлором память бы вытереть — мерзко. И приятно. Как можно остыть мне, Если горло стянуло мне леской? Я писала об этом так часто, Точки ставила с яростью, с дрожью. Почему наступает вновь час тот, Когда точки хранить в себе сложно? Я хочу быть свободной от мыслей, Я хочу тебя вытравить — в вечность Отпустить, а то слишком зависла Над ненужной и сломанной вещью.