Часть 1

Она сидит у окна, Филигранно стройна, Как мрамор бела, Тверда как скала И так холодна. Она слилась с сонно-серой бескрайней стеной По цвету и недвиженью. И шепчет что-то без слов, без нот, В душе её — тень, в зеркалах её плещет ночь. Но он слишком слабый, не знающий тайн волшебник. Воды пустели, не находилось и слов из книг Хотя бы замедлить чары. Он опустился в башенный низ, Обнял её ноги, сердцем к груди приник И долго молчал, и в ответ звучало молчанье. Она сто долгих дней не чувствует тонких ног, Боясь утратить хоть что-то ещё. Полдюйма в день — будто мало, но Она не увидит зелёный рассвет весной, Осталось два месяца, скорбно поведал счёт. …Когда прорастает вереском первый весенний луч, Она прячет ставшее камнем лицо В ладонях белее и твёрже лун, И мрамор кожи так тянется, льнёт к теплу. Он устал от никчёмных мнений врачей-юнцов, Что твердят невнятно единым на сотню ртом, Мол, неизвестно, невиданно, первый раз. Он поёт о весне и заплакать готов. И её скаменевшие пальцы сжимают цветок. Она просит мерцающих окон на ночь не запирать. Она говорит, ветер носит далёких садов мечты… А с небес так бескрайне лететь к земле. Крошится мрамором тяжкий плен. Через неделю вдруг засыпает мороза стынь И зеленеет, ручьями струясь, пробуждая жизнь, многоцветный лес.