Герой

***       Я снова сижу в своей комнате, кусая губы и прижигая разодранные в кровь костяшки пальцев после драки с тобой. С проклятым Ботаном. Да даже кликуха у тебя такая, которая явно говорит, что тебе со мной не по пути... Что ты не вытерпишь. Просто не выживешь. Я — Оливия, которая при первой удачной возможности ненароком может оставить тебя инвалидом, если мне этого, конечно, действительно захочется. И ты это знаешь. Хочется ли тебе этого? Не хочется. И мне тоже. Ты держишься от меня подальше, как от дворовой бешенной собаки. А едва я появлюсь на горизонте — сразу ныряешь в комнату, запираясь изнутри, не выходя оттуда по полдня. Я на такое никогда не обижалась. Потому что всё правильно. У тебя будет гораздо меньше шансов в очередной раз разозлить меня ровно до такой степени, что я снова буду готова выцарапать тебе глаза.       Однако ты не мог сидеть в комнате вечно. Выходишь, а навстречу я. Ты веришь, что это всего лишь страшный сон. Твоя рука чуть ли не тянется к лицу, чтобы окреститься. Так это раздражает, что, увы, через пару минут тебе приходится вновь поверженным, с синяками и царапинами, хныча и что-то бормоча себе под нос, стремглав убегать. И так из раза в раз. Я не специально. Просто готовлю тебя к тому, что тебя может ждать, если ты согласишься. Если ты совсем безумец.       Я точно знаю, что когда мне больно — ты тихо стоишь в сторонке. Каким бы ты ни был белым и пушистым мальчишкой — ты же будешь радоваться, когда справедливость восторжествует? Вопрос с очевидным ответом. Ты ни за что не полезешь на меня с кулаками сам, потому что не сможешь. Ты не полезешь в бой. Ты слабый и не способный к дракам. Но это ничего не значит! Не все герои носят плащи. Ты можешь решать проблемы словом. Этого уже достаточно, чтобы я могла тебя считать слишком прилежным и беззащитным ботаником. Ни разу меня это не умиляет! Возможно, я могла бы быть похожей на тебя. Но не в этой жизни. Как ты вообще ещё не сдох в своей шкуре боксёрской груши?! Я удивлена тому, что ты это терпишь. Терпишь меня. С моей ненавистью за самый маленький прокол с твоей стороны. Такому терпению я бы очень хотела у тебя поучиться. Помни, я не специально. Просто готовлю тебя к тому, что тебя может ждать, если ты согласишься. Если ты совсем безумец. ***       Я робко поднимаю глаза и исподлобья гляжу на дверь. В маленькой щёлочке я вижу тебя. Но ты этого не знаешь, потому что думаешь, что тебя не видно из-за темноты в коридоре. Я продолжаю хранить молчание и рассматривать израненный кулак, изредка косо поглядывая в сторону двери. За твоë излишнее любопытство я бы очень хотела тебе врезать, чтобы не совал свой нос в чужую дверную щель. Я вижу, как ты с чуть заметной ухмылкой смотришь на меня, жмурящуюся от щиплющей спиртовой ватки. Ухмылка с ноткой сочувствия, но ты стоишь, как вкопанный. Не бросаешься меня жалеть. Ты торжествуешь, гадёныш. Мне снова всë понятно. Я не злюсь. И не нуждаюсь в твоих подачках. Я знаю, что ты не полезешь в бой. Ты опять радуешься, что больно и плохо не только тебе. ***       Я снова иду к твоей библиотеке, в которой ты околачиваешься сутками. Я просто сижу там рядом, на лавочке в неприметном переулке, с которой хорошо видно крыльцо здания. Я вижу, как ты вечером, со своей сумкой на одно плечо, до верху забитой глупыми учебниками, спускаешься по ступенькам и с улыбкой бежишь домой. Ты не знаешь, что я тебя встречаю. А я встречаю.       А вообще, твоя библиотека — весьма мутное место. Гопников и прочих ублюдков вокруг не оберëшься. Считай, что охрана уже подоспела. Мигом зажгу им физиономии красным цветом, если атака на тебя начнëтся. Как оправдать своë появление тут я пока не знаю, но в нужный момент что-то точно придумаю. ***       Но сегодня явно не мой день. Атака свалилась на мою голову. Удар по затылку. Я слетела с лавочки на землю. Не успела обернуться, как меня уже волокли по улице, подхватив под локти. Какие-то два амбала. Явно не представляющие из себя ботаноподобных. Я брыкалась, как могла, и вопила на всю улицу благим матом. Я пыталась вырваться или хотя бы вдарить ногой в живот кому-то из них двух. Но мне лишь заломали руки, опрокинув на асфальт. Вопли вряд ли бы помогли, но надежда упорно держалась. Тёмный осенний вечер и безлюдная улица постоянно пытались удушить и её, и меня, но я продолжала кричать и дёргаться. Чтобы вырваться. Угораздило мне, конечно, попасться... Ни разу не ловили ведь в этих обшарпанных подворотнях. Под гнётом чужих тумаков я увидела тебя. Беззаботно выбегающего из библиотеки с новой стопкой книг в своей сумке. Но твоя беззаботность сразу же улетучилась, едва в очередной раз раздался мой крик. Ты с ужасом обернулся в мою сторону, увидев меня, поваленную на лопатки двумя здоровяками, беспощадно оставляющих новые синяки. Где-то минуту ты стоял и молча глядел. Прямо как вчера. Жаль, что сейчас всё гораздо серьёзнее.       А потом ты решил, что я тебя не заметила. Быстрым шагом на полусогнутых ты стремительно умчался в ту же подворотню, откуда волоком выкинули меня. Притворился незнакомцем. Ни разу не обернулся. Смыться. Ты хотел смыться, чтобы тоже не попасть под раздачу. Даже если под раздачу попала я. Конечно. Ты не полезешь в бой. Поэтому в бою осталась лишь я. Я же справлюсь. А под гневом, как известно, битва даётся лучше. Под гневом на тебя. ***       Я заплелась в квартиру, шатаясь туда-сюда. Всё тело ломит, а лицо запечатано ссадинами. Да и ноги еле держат. Удивительно, что я отделалась всего лишь так. Даже с тобой таких схваток не было. Дрожащими руками я опираюсь на стены, медленным шагом двигаясь в свою комнату. Но меня останавливаешь ты. Я заглядываю в кухню, где ты сидишь и мирно читаешь книжку. Точнее, делаешь вид, что читаешь. Время от времени твоя нога сама начинает настукивать дробь по полу, а твой обеспокоенный взгляд неуверенно направляется в окно. Не уж-то меня ждёшь? Не уж-то наш трусливый мальчик волнуется за какую-то ненормальную подружку? Я рада, но тебе этого не покажу. Я громко стукнула несколько раз по дверному косяку, пустив глухое эхо по помещению. Ты вздрогнул. Твои очки смешно съехали с носа, но ты их мигом поправил. И повернулся. Увидел меня. Всю избитую, но вернувшуюся домой. Миллисекундная улыбка скользнула по твоей лицемерной физиономии. А потом улыбку затмила строгость и хмурость, как будто и не было никакого счастья. Неудивительно. Ты же ничего не видел. — Где была? — спросил он, резко утупив взгляд в книгу и важно перелистнув страницу. — С местными бомжами пачку чипсов делила? С огнём решил поиграть?! Да кем он себя возомнил, чтобы такие догадки строить, Шерлок Холмс хренов?! — Пусть будет так. Сил на злобу не осталась. Она пыталась вырваться, но так и застряла в голове мёртвым грузом, сжигая изнутри. ***       Снова сижу на кровати, обрабатывая новые раны. Заставляло гордиться одно — не после драки с тобой.       Я же знаю, что ты всё видел. Что ты мог бы помочь. Но ты струсил. И я уверена — тихо, беззвучно ликовал. Ты понимал, что мне достаётся по заслугам. Ты узнавал во мне себя. Ты слышал мои зовы о помощи. Но ты не осмелился, потому что сам — жалкий трус. Жалкий, но справедливый. Я знаю, что получила потому, что должна была хоть когда-то встать на твоё место. Добился своего. Ты ещё никогда не был свидетелем столь жестокой расправы со мной. Повезло. Ты не полез в бой, как и всегда. А сегодня ты даже не попытался спасти ситуацию словом. То ли правда испугался, то ли просто мстишь мне... Я не знаю. Но ты мог поступить иначе. А не поступил. Не была бы я избитой мишенью — точно бы уже подарила тебе парочку всяких хуков и апперкотов за такое. Профилактики ради. Чтоб знал своё место. И не возвышался на пьедестал главных злодеев.       Ты лицемерен. Ты злопамятен. И ужасен. Как и я, чёрт тебя подери.       Но для меня ты по-прежнему главный герой. И тот, кого я уже завтра должна заново оберегать от шайки хулиганов, если та вдруг захочет прижать тебя к стенке после библиотеки. Неплохой контраст, да? Увы, с этим я не могу сделать. Но ты об этом ни за что не узнаешь. ***       Давным-давно на дворе ночь. Мне холодно. Но я бездвижно лежу в постели. Сил нет даже на то, чтобы закрыть грёбанное окно. Я слышу, как из кухни своими тихими шажочками крадётся Ботан, чтобы, вероятно, не разбудить меня, ведь он прекрасно помнит, что за такую провинность бывает.       Вижу, как он остановился напротив моей комнаты и пошире приоткрыл дверь. Думает, что я сплю.       Я смотрю на тебя в ответ. Ты этого не понимаешь, слишком темно в комнате. Я знаю, что ты улыбаешься. Вот прямо сейчас. Не разгляжу точно, но знаю. Предчувствие такое. Ты прокручиваешь в голове увиденное сегодня тобой, сожалеюще и насмешливо пялишься... Я уверена, это так. Ты наконец чувствуешь себя полноценным победителем в этой неравной схватке. Месть оказалась на твоей стороне в нужный момент. Сам не покалечился, а победил... Счастлив, урод?       Ну, ничего. Пока радуйся. Потом ещё получишь, это я обещаю. Но сначала я снова посторожу тебя у библиотеки, переняв захват гопоты на себя, пока ты опять сбежишь. А представь, если бы сегодня накрыли тебя? Ты же ведь даже не смог бы защититься... Так и остался бы валяться на земле в обнимку со своими книжонками. Давай остановимся на том, что лишь мой кулак тебе родня, а ты просто будешь каждый раз меня прощать? Я сделаю вид, что ты согласился. Но ты этого, конечно, никогда не сделаешь.