IV. Где же слёзы мои?

Было очень мерзко, ощущение как-будто ее использовали. Хотелось отмыться от этого стыда, позора и от того, что весь отряд распускает слухи про них. По сути дела, Амен и Эвтида даже не состоят в отношениях, между ними происходит что-то непонятное, что ещё сильнее выводит девушку из себя. Ей очень сложно было кому-то довериться, особенну эпистату, шезму была уверена в том, что тот казнит, но помиловал. Все-таки она ему дорога, что это значит? И другие подобные мысли не вылезали из головы. Скатившись по стенке, Эва заплакала. Не было ни малейшего понимания по поводу абсолютно всего. Она окончательно потерялась, ударив кулаком в стену, тело отозвалось неприятной болью. Поднявшись, та выдохнула и буквально на минуту это помогло, но уже в следующую секунду темноволосая крушила всё на своем пути. Все бумаги, предметы, летели в стену. Костяшки были в крови. Алая жидкость медленно растекалась по ладоням. Эвтида задрожала, посмотрев на свои руки, а после на комнату. Присев на край кровати, она почувствовала только опустошение. В ту же секунду забежала обеспокоенная Дия: — Что здесь произошло?! — Ничего такого. Не получается кое-что. — Письму учишься? Дело благое, но если что-то не будет получаться и так будешь реагировать, то быстрее сама себя угробишь, чем эпистат всех нас. — Дия! — Что? — Перестань нагнетать. — Я говорю как есть, а тебе вижу нужен отдых. — И что ты предлагаешь? — Кажется, у Рэймсса осталось одно лекарство. Идём. Соседка взяла за руку Эву, не обращая внимания на царапины и кровь. Они вместе направились к его дому, постучав в дверь, никто не открывал. Спустя несколько минут, наконец парень вышел: — Эвтида, Дия. Что случилось? — Ничего, у тебя случаем не осталось? — поинтересовалась подруга. — Кого не осталось? — Ну, пиво. — Сразу бы так и сказала. Рэймсс отдал девушкам кувшин и закрыл дверь перед их носом. В тишине, подруги пошли в неизвестном направлении. Наконец, оказавшись у реки, Дия начала расспросы: — Эва, рассказывай. — Что рассказывать? — Думаешь я поверю, что ты просто из-за письма так? — Ну, да. Какие ещё могут быть причины? — Брешешь. — Нет. — Если не хочешь рассказывать, то не стоит, но просто поверь, что тебе самой станет легче. Шезму тяжело вздохнула, отпив из кувшина, алкоголь приятным теплом отозвался внутри. — Дия, скажи мне, откуда пошли слухи про меня и эпистата? — В отряде поговаривают, что часто видят вас вместе и после того, как ты в обморок упала, у охотника осталась. То ты к нему нахаживаешь, то он к тебе. — Глупости, стечение обстоятельств. Не знаешь, кто мог распустить молву? — Мне кажется, что лекарь. Всем известно, что господин Ливий неравнодушен к тебе, вот и злится, что ты ошиваешься рядом с другим, всё нос воротишь. — Раз неравнодушен, что ж презирает? — Только Ра и знает. Аккуратно сменив тему, девушки решили больше не разговаривать про плохое. Краски на небе начали сменяться на более мягкие и приглушенные оттенки, это означало, что вечерело. Вернув посуду, Дия направилась домой, а Эвтида решила ещё прогуляться. Рассудок слегка помутнел под воздействием напитка, поэтому темноволосая слегка пошатывалась. И в один момент, она потеряла равновесие. Сильные руки, которые она могла узнать из тысячи, подхватили ее, спасая от падения. Это был Амен. Он недовольно глянул на Эву. — Кичишься тем, что между нами было что-то. Признаюсь, не ожидал. — Что, я кичусь? — А кто ещё слухи распускает? — Из ума выжил на меня наговаривать? — Хватит отвечать вопросом на вопрос! Всё, мое терпение лопнуло. Собирай вещи, завтра утром уезжаешь.