Смерть

Сяо Вверх клинок, вниз клинок, отскок, приближение, вверх клинок, вниз клинок. Всё повторяется вновь. На деревянный пол льётся кровь. Уже не разобрать, чья она, моя или моего врага. Впрочем, мы оба ранены. Клинок вниз, клинок вверх. Мышцы охватывает истощение. Кто-то из нас умрёт. Вражеское приближение, вражеский выпад. Отскок. Область возле рёбер жутко болит и кровоточит. Царапина, удар кулаком, порез. Надо быть агрессивным, пока остаются силы. Мне удаётся выбить из его рук меч, а Рыжему — сбить меня с ног. Я бросаю клинок и перекатываюсь. Он создаёт водяную волну. Мне раз десять за сражение кажется, что вот-вот — и я умру. Мне ещё хочется жить. Волна меня не задела. Я уже на ногах и бегу к нему. Кулак перед лицом, уклонение. Удар в живот Рыжему. Его лицо исказилось от боли. Удар в лицо. Теперь болит нос. Удар, уклонение, отскок, приближение, удар ногой. Всё это длится уже долго. Падение, перекат. Мне удалось схватить клинок. Болит всё тело. Мы оба устали, это точно. Стоим, дышим. Каждый ждёт действия другого. На полу: осколки от разбитого окна, сломанная броня, часть оторванной и отрезанной ткани, испачканной в крови, сломанная маска. — Неужели всё так закончится, Адепт? — Он уставший и раздражённый. Он не хочет умирать. Никто не хочет умирать. Его меч лежит дальше, за Сяо, поэтому он не может кинуться за ним и быстро схватить. — Да, Аякс, здесь всё закончится. Ты дрался достойно. — Сяо голоден, истощён и разбит. Он понимает, что долго говорить нельзя: раны по-прежнему кровоточат. Они вряд ли смертельны, но всё равно неприятно. Тем не менее преимущество на его стороне, поэтому он продолжает стоять. — Неужели нет другого конца? — Он понимает, что умрёт. Эта мысль омрачает его разум. Каждая минута не даёт покоя, предвещая смерть. — Нет. Другого выхода нет. На твоей душе слишком много преступлений. — Сяо пристально смотрит на него, одной рукой прижимая рану. — Надо было думать об этом раньше. — Что ты говоришь? Какое тебе дело до моих преступлений! Даже если их и считать преступлениями, то почему сразу убивать из-за них? Скажи, сколько тебе заплатят за мою голову? Миллион моры, полмиллиона? Я заплачу тебе в сто раз больше, чем они предложили! Думаешь, я не в состоянии покрыть такую сумму?! Я могу! Ты больше никогда в жизни не будешь нуждаться в деньгах. Ты сможешь никогда больше никогда не работать. Неужели ты ни разу об этом не мечтал? Нет, послушай меня внимательно и подумай. Зачем тебе убивать меня? Неужели тебе доставляет удовольствие убивать, убивать ради выгоды? Ответь мне! — Чайлд был взвинчен до предела. Его голос обрёл непривычную для него громкость, местами срываясь и переходя на крик. Он хвастался за последнюю возможность переубедить Сяо. Тот лишь отрицательно покачал головой и сказал: — Нет, ты говоришь чепуху. Человек не может оставаться безнаказанным. К тому же ты не должен думать, что деньги спасут тебя из любой ситуации. Да и доверять тебе нет никакого смысла. Из банального — ты можешь просто не дать мне этих денег. В другом же случае этими деньгами может заинтересоваться кто-нибудь из верхушки Ли Юэ, те же Цисин захотят узнать, откуда у меня появилось столько денег. Не морочь мне голову, Аякс, и прими свою смерть и честью, — Сяо закончил свою речь. Он всё ещё был предельно спокоен и не собирался менять своего мнения. Он начал приближаться. Топ-топ. Топ-топ. В мозгу Аякса каждое слово и шаг были приговором. Что делать? Быть может, он ещё успеет убежать? Или стоять на своём и переубедить глупца? А почему он не может дать отпор? Разве он настолько ослаб, чтобы не выдержать Адепта с копьём? Через разбитые окна врывался ветер, поднимая в воздух стеклянные осколки, забираясь под одежду и щекоча кожу. Аякс сделал рывок в сторону и вызвал волну, потом ещё одну и ещё. Он хватался за свою жизнь. Сяо сделал длинный рывок вперёд с помощью ветра, но противник отдалился. Рывок от волны, потом ещё один. Длинный рывок к Рыжему. Копьё долетело до шеи, проткнув её. Кровь брызнула повсюду, попала на щёку, запачкала одежду и пол. Сяо протолкнул копьё дальше и наконец вытащил. Из раны обильно текла кровь. В глазах Аякса всё помутнело. Тело внезапно стало таким тяжёлым. Похоже, его ранили. У него больше нет сил сражаться, нет сил стоять. Неужели он умрёт здесь вот так? Противник упал на деревянный пол, ударившись при этом головой. Сяо смотрел на Чайлда свысока. Тот, собравшись, из последних сил прохрипел: — Будь ты проклят, чёртов Адепт... О Архонты, я проклинаю тебя! Да, проклинаю тебя и всех, кого ты когда-либо знал. Я приду призраком на твою могилу и плюну на неё. Я сломаю твоё надгробие, я уничтожу всё, что у тебя есть. О, дождись... — его голос дрожал, предвещал расправы. Но вряд ли это осуществилось бы на самом деле. Сяо выслушал его. Голова болела, так ещё и он кричит. После своей финальной тирады Аякс замолчал, закрыл глаза и уснул. Теперь это будет вечный сон. Вечный сон без пробуждения. Сяо без сил упал. Копьё с характерным звуком ударилось о пол. Сяо смотрел на своего врага. «Нет, другого выхода не было,» — голос Сяо звучал отдалённо, словно он находился под водой или. Болело всё тело. Сяо оторвал от своей одежды кусок ткани, перевязал рану возле рёбер и другие менее крупные ранения. Обычно, когда он убивал врагов, если ему надо было получить за него награду, он забирал что-то у трупа: часть тела, кусок одежды, драгоценность. В случае с Аяксом в этом не было необходимости. Задание по его устранению поручили только Сяо: миллелиты, а тем более обычные жители не справились бы с целым предвестником. Сяо, опираясь на клинок, побрёл к двору Ваншу. Там ему должны помочь. Обязательно должны. В голове кружилось и темнело. Сяо периодически останавливался, чтобы отдышаться и прийти в себя. Это было не первым убийством, но ему всё равно было плохо: то ли от усталости после боя, то ли от самого убийства. Сяо спустя время добрался до постоялого двора Ваншу ещё сильнее измотанным и уставшим. Верр Голдет пришла в ужас, увидев его. Она вскрикнула от неожиданности, когда среди мрака и тьмы появился он. Она сказала, что скоро вернётся, и побежала за Люмин. Сяо оставалось ждать. Он прислонился к стене и медленно опустился на пол. Всё будет хорошо.