Часть 7. Ньют

Рейна провела остаток дня в палатке, прикрывая глаза и притворяясь, что отдыхает. Но мысли не давали покоя, кружа вокруг слов Ньюта и его настойчивого взгляда. Она знала, что его беспокойство обосновано, но признавать это вслух означало уступить, а уступать было не в её правилах. Ближе к вечеру тишину нарушили приглушённые голоса за палаткой. Она прислушалась, различив знакомый тон Минхо, который что-то резко обсуждал с Ньютом. — Ты не можешь её просто остановить, — громко заявил Минхо, явно раздражённый. — Если она решила, то сделает это. — Но это не значит, что я должен стоять и смотреть, как она себя убивает, — ответил Ньют, его голос звучал твёрдо, но приглушённо. — Кто-то должен ей это сказать. Рейна закатила глаза, прислонившись затылком к подушке. Они снова обсуждают её, будто она не в состоянии принимать решения самостоятельно. Она не успела обдумать, стоит ли вмешиваться, как полог палатки откинулся, и Ньют вошёл внутрь. — Ты подслушиваешь, или это случайность? — спросила она, не открывая глаз. — Просто хотел убедиться, что ты не планируешь очередной побег, — ответил он, присаживаясь на табурет рядом. — Какой смысл? Всё равно найдёшь меня, — пробормотала она, устало глядя на него. — Рад, что ты это понимаешь, — сухо отозвался он, но в его глазах всё ещё была тревога. Несколько секунд они молчали, пока Рейна не выдохнула, решив взять инициативу. — Ты правда думаешь, что можешь контролировать всё, Ньют? Лабиринт не спрашивает нас, чего мы хотим. — Но мы можем выбирать, как действовать, — ответил он. — А твои действия чаще похожи на то, что ты ищешь смерти. Она резко поднялась, несмотря на боль, что пронзила бок. — Это не так. Я пытаюсь найти выход. Для всех нас. — И кто тогда поможет нам, если ты не вернёшься? — Ньют встал, его голос снова обрел резкость. — Ты думаешь, что мы справимся без тебя, но правда в том, что мы — команда. — Команда? — в её голосе прозвучал горький смех. — Ты имеешь в виду тех, кто готов ждать, пока кто-то ещё найдёт ответ? Ньют глубоко вздохнул, стараясь сдержать раздражение. — Это не про них, Рейна. Это про тебя. Ты не можешь продолжать притворяться, что твоя жизнь ничего не значит. Она открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Он был прав, хотя признавать это было тяжело. Рейна отвернулась, сосредоточив взгляд на ткани палатки. — Ты не понимаешь, Ньют. Если я остановлюсь, то кто-то другой пострадает. — И ты думаешь, что это делает тебя сильной? — он обошёл её и снова оказался в поле её зрения. — Сила — это не только в том, чтобы идти вперёд, но и в том, чтобы знать, когда остановиться. Она долго молчала, а затем едва слышно произнесла: — Если я остановлюсь, боюсь, что больше не смогу начать. Его лицо смягчилось, и он сел обратно на табурет. — Ты сможешь, — тихо сказал он. — Но для этого нужно выжить. Рейна снова посмотрела на него, её упрямство уступило место лёгкой усталой улыбке. — Ты такой зануда, Ньют. — И ты такая упрямая, — отозвался он, наконец позволив себе улыбнуться. — Но именно поэтому ты выживешь. Его слова повисли в воздухе, заставляя её задуматься. Может, впервые за долгое время она действительно прислушалась. *** Рейна проснулась рано утром, когда Глейд ещё дремал. Прохладный воздух щекотал кожу, заставляя поёжиться, но это было лучше любой тревоги в её голове. Сон был неглубоким, беспокойным, наполненным отрывками воспоминаний и тревожных образов. Однако ей удалось хотя бы немного восстановить силы. Она выскользнула из палатки, надеясь, что никто её не заметит. Ей нужно было побыть одной, прежде чем снова слышать наставления Ньюта или ехидные комментарии Минхо. Оставив за собой лагерь, она направилась к краю Лабиринта. Высокие стены вдалеке притягивали её взгляд, словно обещали ответы, которых не было в лагере. Рейна замерла на краю, глядя на проём между двумя стенами. Лабиринт выглядел иначе по утрам — тихий, почти безмятежный, но в этом и была его опасность. Она присела на корточки, собирая в мыслях обрывки своего плана. Если всё пойдёт как надо, она сможет вернуться до заката. Если нет… — Снова хочешь рискнуть? Её сердце замерло, когда голос раздался позади. Обернувшись, она увидела Ньюта, стоящего с перекрещёнными на груди руками. Его волосы были немного взъерошены, а взгляд — напряжённым, словно он не спал всю ночь. — Ты следишь за мной? — спросила она с вызовом, поднимаясь на ноги. — После вчерашнего? Конечно, — сухо отозвался он. — Ты действительно думаешь, что я позволю тебе снова убежать? Рейна вздохнула, прикрывая глаза. — Это не побег, Ньют. Я пытаюсь понять, как выбраться. — Понимание не поможет, если ты погибнешь, — его голос стал твёрже, но в нём всё равно слышалась забота. — Зачем ты постоянно это делаешь? — Потому что кто-то должен. Он шагнул ближе, его взгляд впился в её глаза. — Ты говоришь так, будто мы не прилагаем усилий. Мы все здесь, Рейна. Мы все рискуем. — Но этого недостаточно, — она отвернулась, чувствуя, как гнев и беспомощность переполняют её. — Мы просто ждём, пока Лабиринт нас уничтожит. — И ты думаешь, что можешь спасти нас одна? — он схватил её за запястье, заставляя посмотреть на него. — Ты не понимаешь, как мы за тебя переживаем. Его слова ударили сильнее, чем она ожидала. Рейна попыталась вырвать руку, но его хватка была крепкой. — Переживаете? — её голос задрожал, и она ненавидела себя за это. — А ты знаешь, что значит каждую ночь засыпать с мыслью, что, возможно, это последний раз? — Знаю, — тихо ответил он, и в его голосе была такая искренность, что она остановилась. — Я думаю об этом каждый день. Но это не повод бросаться на смерть. Рейна резко выдохнула и наконец вырвалась из его хватки. Она отошла на несколько шагов, пытаясь собраться с мыслями. — Мне просто нужно немного пространства, Ньют. Понимаешь? Он кивнул, хотя по его лицу было видно, что это даётся ему нелегко. — Ладно. Но если ты снова войдёшь в Лабиринт без предупреждения, я сам тебя туда не пущу. Она усмехнулась, её губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Ты слишком упорный. — А ты слишком безрассудная. Они ещё несколько секунд смотрели друг на друга, прежде чем Рейна отвернулась, направляясь обратно к Глейду. Её план всё ещё оставался в голове, но, возможно, теперь он включал не только её.