Часть 9 "Горечь имбиря"

Вальтер стоял около черной двери с золотой гравировкой «53». Почему-то он думал, что Яков живет в обычном спальном районе со старыми домами, но на деле это был хороший 12-этажный дом с приличным двором. Он неуверенно постучал, ожидая ответа. Дверь открылась, и в дверном проеме показалась девушка с длинными пепельными волосами, мягко опадавшими на черную футболку с принтом Rammstein. Девушка была точной копией Якова: такие же глубокие глаза, острые черты лица, даже по мимике они чем-то похожи. Она с удивлением оглядела Вальтера, убирая телефон в карман. — Ого… Вы немного ошиблись дверью. Фотостудия в другом доме. Вальтер мягко посмеялся. Сзади девушки выглянул Яков. Он хмуро глянул на сестру, а потом дернул ее за руку. — Уйди, это ко мне. — К тебе?! Я бы удивилась больше, если бы ты привел девушку, а тут это. — Да блять, уйди. Девушку я в жизни не приведу. Ада вытащила телефон, уходя в соседнюю комнату. Последнее, что услышал Вальтер, было: «Ты прикинь, к нам Немо пришел. Яков походу с звездой мутит». Яков покраснел, затаскивая Вальтера в квартиру. Ему совершенно не нравилась ситуация, а Вальтера это веселило. Он стянул с себя куртку и шарф, вешая их на крючок. Дом Якова был очень уютным. На полках стояли фотографии незнакомых людей (родителей Якова), сувениры из разных стран, большое количество мелочей. На полу были разбросаны какие-то игрушки. Хоть сам интерьер был в темных цветах, здесь чувствовалось тепло. — Прости за такое. Я не предупредил Аду о твоем приходе,— он почесал щеку, проходя по коридору.— Знаешь, моя мама твоя фанатка, поэтому не удивляйся, если увидишь журнал с твоим лицом. Вальтер шел дальше за Яковом, как он понял после, в сторону кухни. Вдруг острые когти впились в его ногу, прорезав носки. От неожиданности он вскрикнул, хватаясь за плечи Якова. — Ну ептаю мать, Муся! Уйди! Яков хмуро смотрел на кошку, которая скалилась на него так, словно это она здесь хозяйка. Вальтер же напуганно смотрел на животное, продолжая крепко держаться за плечи Якова, сжимая ткань его футболки. Кошка так и не сдвинулась с места. Она пафосно махнула хвостом и развалилась посередине коридора, как меховой коврик. Вальтер понял сразу: она выиграла. Яков тяжело вздохнул, а потом потащил Вальтера на кухню. — Не съест она тебя. Не бойся. — Давай двери закроем. — Это бесполезно, она может зайти через гостиную,— он ткнул пальцем на огромный проход в гостиную. — Кошмар, я теперь в ловушке — проскулил Вальтер, получая легкий смешок Яков подошел к столу, где лежали продукты: яйца, мука, имбирь, молоко, пара мисок и остальная техника. Вальтер с любопытством подошел ближе, разглядывая каждый продукт. — Мы будем готовить?— спросил Вальтер, пока Яков подошел сзади, завязывая на его талии фартук. — Да. Лично для меня это самый лучший способ расслабиться. В готовке можно контролировать все: граммовку, время, состав. Все идет строго по рецепту и не нужно импровизировать. — Ммм. А что мы будем готовить? — Имбирное печенье по рецепту моей мамы. Ты хотя бы готовить умеешь. Яйца в силах разбить? — Очень смешно. Я азы готовки знаю. Давай сюда яйца. Яков протянул два яйца, а Вальтер осторожно стукнул по ним острым ногтем. разбивая в тарелку. Яков удивился такому методу, но продолжил отмерять муку. Мельком глянув на него, он ткнул пальцем в миску. — Немо — промурчал он. Вальтер обернулся. Яков ткнул пальцем в его нос, оставляя там мучной след. — Эээ!— нос защекотало, он чихнул, прикрывая рот рукой.— Я сейчас об твою голову буду яйца разбивать! — Какие мы опасные. Боюсь боюсь. Яков подхватил венчик со стола, направляя его, как шпагу, на Вальтера. Он шагнул назад, а после тоже взял оружие в виде ложки. — Будем биться насмерть! Они хитро улыбнулись, а после начали драться, ударяя друг друга приборами. Вальтер смеялся ярко и звонко. Руки отбросили венчик и направились к его талии, начиная щекотать. — Яков! Это против правил! — Мой дом, значит я устанавливаю правила. Вальтер выгнулся, стараясь избавиться от рук на своем теле. Яков не унимался, пробежавшись по животу и талии, а после зарылся в его волосы, вьерошивая их. — Бесишь! Он отошёл, победно смотря на растрепанного Вальтера. Тот тяжело дышал, прикрывая свой живот рукой, как бы защищая его. — Я думал мы будем просто готовить, а не драться. — Одно другому не мешает. Вставай и пойдем дальше работать.

❅‧*₊⋆☃︎‧*❆₊⋆

За окном уже стемнело. Яков положил печенья в духовку, захлопывая ее. На кухне стало душно. Ингредиенты, а точнее их остатки, валялись на столе. Часть из них упала на пол после еще одного боя, только на этот раз на апельсинах. Вальтер, тяжело дыша, шел к зеркалу в гостиной. Он смотрел на свое отражение и в очередной раз испытывал злость.

«Да что такое. Я же закреплял макияж. Сука… даже Яков видел меня таким!»

Он нервно шарился в косметичках. Достав кушон, он начал поправлять недостатки, хлестая себя спонжем по лицу. Каждая деталь отвратительна. Сзади подошел Яков, который давно заметил это. Не любовь. — И что ты делаешь? — Крашусь,— пробурчал Вальтер, подкрашивая ресницы. — Зачем? Мы же дома. — Ты не поймешь… Яков подошел ближе, удерживая руку Вальтера. От неожиданности тот дернулся, проводя черную линию под глазом. Он судорожно смотрел на себя, желая как можно скорее убрать это. — Ты же понимаешь, что сейчас тебе нет необходимости краситься и делать из себя черти что? Это ненормально, Немо. Вальтер дернулся, пытаясь освободить свою руку, но получил только хмурый взгляд. — Я заметил это давно. Твоя мания быть идеалом. Ты всегда, когда нервничаешь, красишь губы, дома наносишь косметику, а выходя на улицу, ты создаешь себе другое лицо. Так называемого «Немо». Верно? Вальтер судорожно вздохнул. Глаза бегали по собственному лицу. Яков был прав. Слова истины, которые никто так и не осмелился произнести вслух, попали в самое сердце. Ноги задрожали, а Яков не останавливался. — Ты ненавидишь себя и свое отражение. То, что навязало тебе общество, это не ты, — а ведь ты красивый. Просто все комплименты ты получал в обличии Немо. Верно? Он провел по его губам, стирая помаду. Провел по краю глаз, стирая изящные стрелки. Он стирал то лицо, что видело медиа пространство. Сейчас в зеркале был Вальтер. Настоящий Вальтер, замаскированный под Немо. Яков наклонился ближе, шепча ему на ухо: — Посмотри на себя. Сейчас это ты. Бороться со своим отражением бесполезно, Немо. Тебе нужно работать с собой, ведь ты стал зависим от общества.

Зависим от общества…

Зависим?

Я зависим?

Я же просто хотел, чтобы меня любили.

Кто полюбит человека, который не блещет яркостью, а в жизни является серым пятном?

Я вырос в обществе… Я… Я же такой и есть…

Любят только красивых, это факт…

Почему тогда ЗАВИСИМ?

«— Вальтер, ты восходящая звезда, и поэтому ты должен подходить под все стандарты мира моды! Твое лицо продают компании. Никто не полюбит тебя, если ты станешь серой массой. Клиентам нужен качественный товар,— мать зло махала журналом, хмуря брови. Мальчик сидел на стуле, молча смотря в пол. Все это было дикостью. Подходить по каким-то стандартам. Ширина бедер, овал лица, рост, вес… Бешенство!»

«Общество воспитало меня в клетке. Я тот, кто несет в мир понятие красоты и заставляет таких же людей страдать от нелюбви к самому себе. Общество воспитало каждого из нас. Мелани, которая старается одеваться только в золото, чтобы ее заметили. Яков, который повзрослел и стал вторым отцом в семье, ведь родители постоянно в отъездах. Мы все связаны, а я… Зависим от них всех.»

По щекам Вальтера катились слезы. Он судорожно дышал, ведь смотря на себя, видел кого-то другого. Глаза начали краснеть и опухать, а каждая слеза стоила миллиона на камеру. Яков смотрел на его слезы и не мог ничего сказать. Вины он не испытывал, ведь он не должен чувствовать себя виноватым за правду. Верно? Вальтер провел рукой по глазам, размазывая слезы и тушь. Оставаться тут он больше не хотел. Он собрал вещи и ушёл, а Яков сделать ничего не мог. Помочь, конечно, можно, но общество осудит. Показывать свою слабость и прогибаться под кого-то — это постыдно. Общество осудит...