pt. 35

Привычка ступать осторожно и тихо, контролируя каждый свой шаг, появилась у Тэхёна задолго до женитьбы благодаря его профессии, но отточил до идеала он её относительно недавно, и теперь мог входить в спальню за своими вещами совершенно незаметно. Бамби, закутанная с головой в одеяло, даже не шевелилась, не замечая его присутствия. Но сегодня у него было это глупое, просто невыносимое желание пошуметь. Началось всё с остывшего ужина, как и всегда: немного рыбы, немного риса с кимчи и половина клубничного йогурта с торчащей из стаканчика чайной ложкой. Тэхён съел всё, всячески подавляя мысль о том, что он облизывает ту же ложку, которую облизывала его жена, и навязчивый вопрос, можно ли это считать косвенным поцелуем или взрослые таким не занимаются. Потом была записка на холодильнике про ужин с Сэин, на которой он поставил крестик, не задумываясь — для её же блага и блага её семьи, потому что если бы он ещё раз увидел её отца или близких родственников, которые ничем ей не помогли, он бы снова слетел с катушек. Но когда он убирал мусор и по счастливой случайности заглянул в урну, всё круто изменилось. Вместе с кричащим «ПРИДУРОК» на салфетке. Тэхён вытянул частично скомканную записку из мусора, опираясь на столешницу, пока перечитывал все попытки Бамби пригласить его на ужин, а также обзывательства. Помимо придурка он, по её скромному мнению, также был козлиной, эгоистичным засранцем, идиотом, дураком и предателем. Последнее задело его сильнее всего, потому что предать Бамби мог кто угодно, но точно не Тэхён. И всё же из-за его поведения она чувствовала себя преданной. А он неизменно чувствовал себя ничтожным. Разравнивая салфетку снова и снова, чтобы придать ей презентабельный вид и занять чем-то руки, он пересёк тёмный коридор и застрял на входе в их спальню. Как и обычно, Бамби уже лежала в постели, уткнувшись лицом в подушку. Её волосы были рассыпаны по плечам и одеялу, правая нога свисала с края постели, а рука с браслетом покоилась на соседней подушке, точно зная, что Тэхёну она не понадобится. Она не спала. В последние дни ей плохо спалось. И что самое худшее — именно в моменты присутствия Тэхёна рядом начинало где-то зудеть и появлялась острая необходимость перелечь на другой бок, но она терпела из последних сил. Они оба мужественно терпели. Пока один из них не нарушил затянувшееся молчание. — У тебя действительно богатый словарный запас, — Тэхён остановился в дверях тенью, пока взгляд его метался между Бамби и ночным городом за незашторенным окном. — Ты в этом сомневался? — она отозвалась быстрее, чем он рассчитывал. — Я же писательница. В её голосе чувствовались яд и твёрдость, но Тэхён ничего не мог поделать с ощущением тления в груди. Даже пытаясь быть с ним холодной, она заставляла его гореть. — Все ругательства, которые знала, выписала на салфетку? — Не все, — Бамби была таким ребёнком, когда обижалась. — Места не хватило. На долю секунды Тэхён позволил себе и своему лицу расслабиться и допустил короткую улыбку. Но потом серьёзность этой ситуации, в которой они оба оказались, хорошенько встряхнула его, возвращая горечь и тяжесть. — Я пойду с тобой на ужин, — меняя тему, сказал он. Его согласие оказалось достаточно неожиданным для того, чтобы Бамби села в постели, сжимая одеяло в ладонях. — Это необязательно, — проговорила она быстро, прекрасно зная, что его компания ей необходима. Она нуждалась в этом все дни и ночи, что он избегал её. — Я пойду, — повторил Тэхён чуть менее решительно. — Если ты включишь свет и скажешь, что мне можно в таком виде. Некоторое время ничего не происходило, и темнота лишь густела, а тогда яркий жёлтый огонёк ночника вспыхнул, ослепляя Тэхёна и заставляя поморщиться. — Боже! — рука Бамби взметнулась к её лицу, прикрывая рот. Она была в шоке и не знала, что сказать. Даже после самых опасных и худших заданий и тренировок Тэхён не выглядел так ужасно, как сейчас. Синяки разных оттенков украшали его лицо и шею, а от одного вида ссадин с запёкшейся кровью на щеках и костяшках Бамби самой было больно. — Что с тобой случилось? Кто посмел?.. Когда?.. Она ринулась к нему через всю комнату, спотыкаясь о ковёр в спешке. Теперь её руки тянулись к его лицу, обдавали его воздухом, изредка теплом, но прикоснуться боялись, чтобы не причинить новую боль. Её заплаканные глаза краснели вновь, наполняясь слезами, и Тэхён не был уверен — это потому что она видит его раны или его самого впервые за долгое время. У него же сердце щемило из-за второго. Её горький шоколадный запах, её опечаленный взгляд, её подрагивающие губы и плечи — он ненавидел всё это, но сейчас не мог надышаться и насмотреться. — Это неважно, — отмахнулся он, сам отстраняясь от её рук и лишь догадываясь, насколько ей трудно переступить через себя и решиться на это прикосновение. — Но до выходных не заживёт. Это ничего? Парень Сэин не испугается? Это больше пугало Бамби. В её представлении Тэхён был не солдатом, а каменной стеной, что могла удержать на своих плечах целую страну. Так как кто-то осмелился бросить вызов этой концентрации мышц, тактики и физической силы? — Ты поэтому не появлялся дома? — Бамби смотрела на него с надеждой, затаив дыхание. Она хотела услышать, что дело не в ней. Хотела нечаянно выяснить, что никакой ненависти нет и не было. Хотела знать, что между ними ещё осталось место для любви. Тэхён отвёл взгляд в сторону, бросая чёрствое: — Отчасти. Сердце Бамби ухнуло в пятки, мигом выжигая приближение эйфории. Тэхён даже не смотрел на неё, изучая взглядом что угодно в комнате, кроме человека напротив. От этого ужасно хотелось плакать. Сглатывая чаще, чтобы избавиться от кома в горле, она ещё раз бегло осмотрела следы на его руках и шее, испытывая такую сильную боль, что внутри всё сжималось. И при этом она не имела права обнять его, утешить или позаботиться. Тэхён был жестоким. Но справедливым. Он реагировал на правду о ней лучше, чем среагировал бы любой другой альфа. Она должна была благодарить за то, что он ещё тем же утром не повёл её подавать заявление на развод. Но вместо этого плакала и просила его об услугах. — Сэин и её семья прекрасно знают, какая у тебя работа, и как ты можешь выглядеть из-за неё, — убирая руки за спину и беззвучно заламывая пальцы, сказала Бамби. — Ты можешь пойти, если у тебя есть время и силы… — У меня нет, — сказал Тэхён. — Но я пойду, поскольку для тебя это важно. И к тому же, мы так и не отметили твоё подписание контракта. Сейчас тот день казался таким далёким, буквально из другой жизни. И все причины для радости и празднования канули в лету. — Спасибо, — пробормотала Бамби, разглядывая дистанцию между ними приблизительно в полшага. Каких-то полшага, которые ни один из них не мог преодолеть. Снова. — Теперь возвращайся в постель, — Тэхён тоже смотрел вниз, на её босые ноги на холодном полу. Неужели спешить к нему было так обязательно? Неужели нельзя было выделить секундочку, чтобы обуть тапки, и не тревожить его мыслями о возможной простуде? — Да, я… — плечи Бамби приподнялись на вдохе и опустились ещё ниже. — Я сейчас вернусь, но перед этим… Прости, Тэхён. — Если ты об этом, — он встряхнул пропитанную спиртовым маркером салфетку. — Расслабься. Я это заслужил и не злюсь. — Не об этом. Они оба одновременно подняли головы и оба вздрогнули от вполне ощутимого электричского разряда, что ударил при прямом взгляде. Тэхён стиснул челюсти до сильного ощущения давления, а Бамби наоборот приоткрыла рот, делая вдохи и выдохи, пока искала слова, чтобы объясниться. Или скорее оправдаться. — На это я тоже не злюсь, — стараясь упростить всё, сказал Тэхён. — Я никогда на тебя не злился и не буду, Бамби. — Я солгала… — Я тоже. Теперь мы квиты. Слово «квиты» звучало так, словно они не в браке, а в игре лжецов. Счёт 1:1: Бамби — ничья, Тэхён — ничейный. — Тебе настолько всё равно? — спросила она. Если бы было всё равно, он бы не оставлял её одну, не боялся нечаянно нарушить границы и не рисковал бы своей карьерой и семьёй. Но Юндже сказала, что Бамби важно услышать, что Тэхёна не волнует. — Да, всё равно, — кивнул он. Они изначально были обманщиками, но даже когда правда пробилась, продолжали лгать о других вещах. Осознанно или неосознанно. — Понятно, — Бамби попятилась назад, уже не чувствуя измученных пальцев. Выкрутить каждую косточку и каждый сустав было бы не так невыносимо больно, как сталкиваться с безразличием Тэхёна. Он утверждал, что она для него всё, но отворачивался в момент тотального одиночества, углубляя поглощающий мрак вокруг. Бамби через многое проходила и слишком часто чувствовала себя никому не нужной и нелюбимой, но только нелюбовь Тэхёна вызывала в ней такое сильное отторжение самой себя, что хотелось исчезнуть. Схлопнуться. Умереть. Всё, что с ней было до него, не имело никакого значения, но всё, что после — убивало в ней желание бороться с этими демонами, что таились в каждом углу тёмной комнаты. — А, и Юндже о тебе спрашивала, — голос Тэхёна выдернул её из вязкой черноты, заставляя вернуться в освещённую ночником комнату. — Что? Зачем? — Она хотела бы встретиться. Вы ведь раньше были подругами? Кажется, вам есть, что обсудить, — он пожалел о сказанном в следующую же секунду, беспокоясь, что Бамби догадается, что её обсуждали. — И это лучше, чем сидеть дома одной. — А ты? Бамби не хотела ни с кем встречаться и покидать их обитель, пока был шанс хоть немного посидеть в соседних комнатах с мужем. Она скучала по его голосу, его запаху и его присутствию. — У меня есть кое-какие дела с Намджуном и рабочие вопросы, так что я не буду тебе мешать. Как он не понимал, что не мог ей мешать? Даже если бы шумел на весь дом или пригласил своего брата сюда. — Хорошо, я напишу ей, — кивнула Бамби. — Постараюсь встретиться вне дома, чтобы тебе больше не приходилось проводить всё своё время где-то. В конце концов, это ведь твоя квартира… — Наша. — Такая же «наша», как и эта комната, — забираясь под одеяло, пролепетала Бамби. Тэхён позволил ей эту колкость, не собираясь трактовать её верно или неверно — молча выслушал, пожелал спокойной ночи и вернулся в гостиную, на диван. Он чувствовал себя измотанным событиями последних дней, и тело безбожно ныло в разных местах, но мысль, что у тварей, регулярно обижавших Бамби, болело сильнее, тешила его. — С-с… — тихое шипение, вызванное поворотом с одного бока на другой, прокатилось по комнате, дотягиваясь и до кухни, но эти болезненные звуки очень быстро утонули в вибрации телефона. Кто писал ему так поздно? Тэхён ставил на Намджуна или отца, и удивился сообщению от Бамби. Моя жена, 23:17 Если мы уже разговариваем, может, есть шанс, что завтра ты свозишь меня в магазин? Три точки внизу чата появлялись и исчезали, пока она писала продолжение, и Тэхён не спешил с ответом. Моя жена, 23:17 У нас закончился рисовый уксус и соевый соус.

Тэхён, 23:18

Если это всё, я куплю сам.

Ему было не стыдно разгуливать с синяками на самых видных местах в одиночку или с Намджуном, но он не хотел, чтобы на Бамби странно смотрели из-за него. Она ненавидела лишнее внимание и пристальные взгляды. Моя жена, 23:18 Не всё. Моя жена, 23:19 Ещё нужен лук Моя жена, 23:19 Кунжут Моя жена, 23:19 Вода Моя жена, 23:19 И тест на беременность Тэхён успел немного расслабиться с появления первого сообщения, но последнее заставило его сесть на диване и взяться за телефон обеими руками. Его бросило в жар, от которого лицо и уши вспыхнули, а в животе появилась неприятная тяжесть. Он думал, что они уже пережили это, но осознание, что Бамби его не поняла, было таким пугающим, что он не мог сделать новый вдох.

Тэхён, 23:22

Бамби, ты не можешь быть беременна.

Моя жена, 23:23 Почему ты так уверен?

Тэхён, 23:24

Потому что у меня нет гона и активных сперматозоидов. Я бесплоден. У меня не может быть детей. Даже после течки и сцепок со здоровой омегой.

Она ничего не спрашивала и не возражала в ответ, и никаких точек на экране больше не появлялось.

Тэхён, 23:26

Прости, я должен был объяснить это раньше.

Нет, об этом Бамби могла догадаться и без лишних объяснений. Отсутствие гона никогда не было проблемой, это отсутствие потомства вызывало у семьи Тэхёна стыд и беспокойство. Моя жена, 23:27 Всё нормально. Так даже лучше. По крайней мере, у них не будет ребёнка — этого маленького плода их бывшей нежности и будущих затяжных молчаний. И Бамби не останется с этой большой ответственностью совсем одна. И не будет узнавать в ком-то улыбку Тэхёна или его привычки. Это действительно к лучшему. Моя жена, 23:30 Тогда вычеркни из списка тест и допиши вино или соджу, пожалуйста.